Решение от 23 мая 2024 г. по делу № А19-500/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru



Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Иркутск                                                                                            Дело №А19-500/2024

«24» мая 2024 года


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 15 мая 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 24 мая 2024 года. 


Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Куклиной Л.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Батраковой А.Г.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению  Общества с ограниченной ответственностью Прачечный комбинат «Гринер» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

3-и лица: Министерство по регулированию контрактной системы в сфере закупок Иркутской области  и  ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО»,

о признании решения  № 038/595/23 от 18.12.2023 незаконным,

при участии в судебном заседании:

от заявителя:  ФИО1 – представитель по доверенности, представлен паспорт, диплом;

от ответчика:  ФИО2 – представитель по доверенности, представлено удостоверение, диплом;

от третьего лица: ФИО3 – представитель по доверенности, представлено удостоверение, диплом;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью Прачечный комбинат «Гринер» (далее – ООО ПК «Гринер», Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (далее – Управление, ответчик, антимонопольный орган) о признании незаконным решения № 038/595/23 от 18.12.2023г.

Представитель заявителя в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель антимонопольного органа в судебном заседании указал на законность и обоснованность оспариваемого решения по основаниям, изложенным в отзыве на заявление.

Представитель третьего лица - Министерства по регулированию контрактной системы в сфере закупок Иркутской области  в судебном заседании поддержал позицию антимонопольного органа, просил в удовлетворении требований отказать.

Третье лицо - ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО» в судебное заседание представителя не направила, в ранее представленном отзыве поддержал позицию антимонопольного органа, просил в удовлетворении требований отказать.

В силу части 2 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд извещает о времени и месте судебного заседания заявителя, а также орган или должностное лицо, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), и иных заинтересованных лиц. Неявка указанных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела.

Дело рассмотрено в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по имеющимся доказательствам, исследовав которые, суд установил следующее.

В Управление Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области обратилось ООО «Прачечный комбинат Гринер» с жалобой на действия заказчика – ОГАУЗ «МЕДСАНЧАСТЬ ИАПО» в связи с нарушением при организации и проведении запроса котировок в электронной форме, участниками которого могут быть только субъекты малого и среднего предпринимательства, на оказание услуг по стирке белья, извещение №32313018342.

ООО «Прачечный комбинат «Гринер» указал, что оказание услуг, исходя из документации Заказчика, производится в соответствии с МУ 3.5.736-99, утвержденными Главным государственным санитарным врачом РФ 16.03.1999г.), ГОСТ Р 52058-2021, ГОСТ 25652-83, ГОСТ ISO 3758-2014, 2.1.3678-20. Таким образом, по мнению заявителя, Заказчик предполагал, что потенциальный исполнитель услуги будет использовать стиральные машины барьерного проходного типа, технологический конструктив которых позволяет соблюсти требование о разграничении потоков грязного и чистого белья. Вместе с тем, положения документации Заказчика содержат требование о том, что стирка производится в машинах активаторного типа, то есть бытовых, которые не имеют технологической возможности поддерживать этот процесс. Данные противоречия, по мнению заявителя, не позволяют должным образом сформировать заявку на участие в закупке. Также заявитель полагает, что обоснование начальной (максимальной) цены договора сформировано Заказчиком некорректно.

По результатам рассмотрения жалобы в порядке, установленном статьей 18.1 Федерального закона от 26.07.2006г. №135-ФЗ «О защите конкуренции», Управлением Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области принято решение № 038/595/23 от 18.12.2023г., которым жалоба ООО Прачечный комбинат «Гринер» на действия заказчика – ОГАУЗ «МЕДСАНЧАСТЬ ИАПО» в связи с нарушением при организации и проведении запроса котировок в электронной форме, участниками которого могут быть только субъекты малого и среднего предпринимательства, на оказание услуг по стирке белья, извещение №32313018342, признана необоснованной.

Не согласившись с решением  Управления № 038/595/23 от 18.12.2023г. ООО Прачечный комбинат «Гринер», посчитав его не соответствующим закону и нарушающим права и законные интересы, обратилось в суд с настоящими заявлением.

Исследовав доказательства по делу: заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, ознакомившись с письменными доказательствами, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону  или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200 АПК РФ и пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996г. №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

С учетом изложенного суд полагает, что требования Общества могут быть удовлетворены только в том случае, если будут установлены следующие обстоятельства:

- несоответствие оспариваемого решения антимонопольного органа закону или иному нормативному правовому акту;

- нарушение прав и законных интересов заявителя этим решением.

При отсутствии хотя бы одного из данных обстоятельств требования Общества удовлетворению не подлежат.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В свою очередь, заявитель по смыслу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать факт нарушения обжалуемыми решениями своих прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Федеральный закон от 26.07.2006г. №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, организации, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк Российской Федерации, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели (статья 3).

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 18.1 Закона о защите конкуренции по правилам настоящей статьи антимонопольный орган рассматривает жалобы на действия (бездействие) юридического лица, организатора торгов, электронной площадки, конкурсной комиссии или аукционной комиссии при организации и проведении торгов, заключении договоров по результатам торгов либо в случае, если торги, проведение которых является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, признаны несостоявшимися, а также при организации и проведении закупок в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011г. №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее - Закон о закупках), за исключением жалоб, рассмотрение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Согласно части 2 статьи 18.1 Закона о защите конкуренции действия (бездействие) организатора торгов, оператора электронной площадки, конкурсной или аукционной комиссии могут быть обжалованы в антимонопольный орган лицами, подавшими заявки на участие в торгах, а в случае, если такое обжалование связано с нарушением установленного нормативными правовыми актами порядка размещения информации о проведении торгов, порядка подачи заявок на участие в торгах, также иным лицом (заявителем), права или законные интересы которого могут быть ущемлены или нарушены в результате нарушения порядка организации и проведения торгов.

Частью 10 статьи 3 Закона о закупках предусмотрен ряд случаев, позволяющих участникам закупок обжаловать в антимонопольный орган в порядке, установленном таким органом, действия (бездействие) заказчика при закупках товаров, работ, услуг, в их числе осуществление заказчиком закупки с нарушением требований настоящего Федерального закона и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Закона о закупках при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принятыми в соответствии с ними и утвержденными с учетом положений части 3 настоящей статьи правовыми актами, регламентирующими правила закупки.

Согласно части 2 статьи 2 Закона о закупках, положение о закупке является документом, который регламентирует закупочную деятельность заказчика и должен содержать требования к закупке, в том числе порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупки) и условия их применения, порядок заключения и исполнения договоров, а также иные связанные с обеспечением закупки положения.

В соответствии с определением Верховного суда Российской Федерации от 02.10.2017г. №309-КГ17-7502, в отличие от закупок, осуществляемых в рамках контрактной системы для обеспечения государственных и муниципальных нужд, первоочередной целью Федерального закона №223-ФЗ является создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности (пункт 1 статьи 1 Федерального закона №223-ФЗ), что предполагает относительную свободу заказчиков в определении условий закупок, недопустимость вмешательства кого-либо в процессе закупки по мотивам, связанным с оценкой целесообразности ее условий и порядка проведения.

Как следует из материалов дела, Заказчиком осуществлялась закупка товаров, работ и услуг в соответствии с Законом о закупках и Положением о закупке товаров, работ, услуг для нужд областного государственного автономного учреждения здравоохранения «МЕДСАНЧАСТЬ ИАПО», утвержденным наблюдательным советом ОГАУЗ «МЕДСАНЧАСТЬ ИАПО» (Протокол №28 от 14.11.2023г.) (далее - Положение о закупке).

29.11.2023г. заказчиком на официальном сайте ЕИС (www.zakupki.gov.ru) было размещено извещение о проведении запроса котировок в электронной форме, участниками которого могут быть только субъекты малого и среднего предпринимательства, на оказание услуг по стирке белья.

Способ осуществления закупки — запрос котировок в электронной форме, участниками которого могут быть только субъекты малого и среднего предпринимательства.

Предметом закупки является оказание услуг по стирке белья.

Начальная (максимальная) цена договора составляет 5 031 000 (пять миллионов тридцать одна тысяча) рублей 00 копеек.

ООО «Прачечный комбинат Гринер» подало жалобу на документацию Заказчика о проведении указанного запроса котировок в электронной форме в антимонопольный орган.

В ходе рассмотрения материалов антимонопольного дела, ООО «Прачечный комбинат «Гринер» указал, что оказание услуг, исходя из документации Заказчика, производится в соответствии с МУ 3.5.736-99, утвержденными Главным государственным санитарным врачом РФ 16.03.1999г.), ГОСТ Р 52058-2021, ГОСТ 25652-83, ГОСТ ISO 3758-2014, 2.1.3678-20. Таким образом, по мнению заявителя, Заказчик предполагал, что потенциальный исполнитель услуги будет использовать стиральные машины барьерного проходного типа, технологический конструктив которых позволяет соблюсти требование о разграничении потоков грязного и чистого белья. Вместе с тем, положения документации Заказчика содержат требование о том, что стирка производится в машинах активаторного типа, то есть бытовых, которые не имеют технологической возможности поддерживать этот процесс. Данные противоречия, по мнению заявителя, не позволяют должным образом сформировать заявку на участие в закупке. Также заявитель полагает, что обоснование начальной (максимальной) цены договора сформировано Заказчиком некорректно.

Как пояснил Заказчик, требования документации сформированы в полном соответствии с законодательством Российской Федерации. Право Заявителя на участие в данной закупке Заказчиком не ограничивалось, так как от участника требовалось только предоставить согласие на оказание услуг в соответствии с требованиями Заказчика, в связи с чем у Заявителя отсутствовали препятствия для участия в ней. Ссылка Заявителя в подтверждение своих доводов на Постановление Главного государственного санитарного врача РФ от 28 января 2021 года №4 «Об утверждении санитарных правил и норм СанПиН 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней» (далее – СанПиН 3.3686-21), по мнению Заказчика, в данном случае неприменима, так как ОГАУЗ «МЕДСАНЧАСТЬ ИАПО» не относится к ЛПУ инфекционного профиля (не предусматривает в своей структуре инфекционное отделение). Также Заказчик пояснил, что для него в данной ситуации был важен в большей степени не процесс оказания услуги, а именно ее результат, поэтому в данном случае к участникам закупки не предъявлялось чрезмерное количество требований по ее оказанию, что, в свою очередь, давало относительную свободу участнику закупки при формировании его заявки. Методические указания МУ 3.5.736-99 были исключены из технического задания для целей исключения ограничений участия в данной закупке, более того, данные указания не имеют юридической силы и носят рекомендательный характер. Относительно довода Заявителя о некорректном формировании НМЦД Заказчик пояснил, что расчет был произведен в соответствии с требованиями Закона о закупках с применением метода сопоставимых рыночных цен (анализа рынка).

Комиссия антимонопольного органа, в ходе рассмотрения материалов дела, установила следующие обстоятельства.

Согласно части I (Область применения) СанПиН 3.3686-21, санитарные правила разработаны с целью предупреждения возникновения и распространения инфекционных болезней среди населения Российской Федерации.

Санитарные правила устанавливают обязательные требования:

к комплексу организационных, профилактических, в том числе лечебно-профилактических, санитарно-противоэпидемических, лабораторно-диагностических мероприятий, направленных на обеспечение раннего выявления, предупреждения возникновения и распространения инфекционных болезней среди населения Российской Федерации;

к организационным, санитарно-противоэпидемическим (профилактическим), инженерно-техническим мероприятиям, направленным на обеспечение личной и общественной безопасности, защиту окружающей среды при работе с микроорганизмами, вирусами, белковоподобными инфекционными частицами (прионами), ядами биологического происхождения (токсинами) и иными биологическими агентами, в том числе созданными в результате генетических манипуляций, применения технологий синтетической биологии и другой направленной деятельности, способных вызывать патологический процесс в организме человека или животного, а также биологические материалы, в которых могут содержаться перечисленные патогены;

к порядку учета, хранения, передачи и транспортирования ПБА, а также объектов и материалов, содержащих или подозрительных на содержание ПБА.

Заявитель считает, что потенциальный исполнитель услуги согласно Техническому заданию Заказчика должен использовать стиральные машины исключительно барьерного типа, в виду того, что только машины барьерного типа позволяют соблюсти требование о разграничении потоков «грязного» и «чистого» белья, исходя из того что, стиральные машины барьерного типа, имеют 2 окна - загрузочное («грязное») и разгрузочное («чистое»). Однако это конструктивная особенность стиральных машинок данного типа и не более того.

При этом, вопреки доводам заявителя, разграничение потоков «грязного» и «чистого» белья - это технологический процесс, подразумевающий, не только машинную стирку, но и выполнение других обязательных этапов:

В соответствии с требованиями, установленными санитарно-эпидемиологическими правилами и нормами, в медицинском учреждении организовывается сбор и сортировка загрязненного белья. (пп. 8 -11 инструкции по технологии обработки белья медицинских учреждений на фабриках-прачечных; п.4 МУ 3.5.736-99; пп. 4.25.4 СП 2.1.3678-20).

Прачечная своими силами увозит загрязненное белье. При обработке белья используются отдельные цеха, имеющие раздельные входы и выходы. Для перемещения белья между цехами используются тележки по закрепленному назначению (пп.5.1 и пп.5.3 МУ 3.5.736-99; пп. 8.3.4 и пп. 8.3.6 СП 2.1.3678-20; п. 4120 СанПиН 3.3686-21).

В цехе стирки белья устанавливаются автоматические стиральные машины с электронным управлением, которые распределяются по отдельным технологическим линиям по степени загрязнения и виду белья. Режимы для стирки белья на машинах устанавливаются согласно выделенным линиям, предусматривающие все циклы, обеспечивающие непрерывность обработки белья и его обеззараживание (пп. 26 -39 инструкции по технологии обработки белья медицинских учреждений на фабриках-прачечных; пп. 6.1-6.5 МУ 3.5.736-99; пп. 8.3.2 и пп. 8.3.4 СП 2.1.3678-20; п. 4119, п. 4120, п. 4122 и п. 4124 СанПиН 3.3686-21).

Сушка белья осуществляется в сушильном цехе автоматизированнымисушильными машинами. По завершению сушки белье проглаживается на гладильныхкаландрах с соблюдением температурных режимов, обеспечивающих дополнительноеобеззараживание. Проглаженное белье раскладывается в соответствии с согласованнойсортировкой в чистые мешки из плотной хлопчатобумажной ткани, предоставляемыепрачечной. Мешки, в которых доставлялось загрязненное белье, подвергаются всемэтапам обработки совместно с бельем согласно сортировке (п. 7 МУ 3.5.736-99; пп. 8.3.4 и пп.8.3.6 СП 2.1.3678-20; п. 4124 СанПиН 3.3686-21).

Чистое белье доставляется в медицинское учреждение к специально отведенному помещению, которое используется исключительно для приемки чистого белья (пп. 8.5, пп. 9.1, пп. 9.2 и пп. 9.4 МУ 3.5.736-99; п. 4120 СанПиН 3.3686-21).

Для доставки загрязненного белья и чистого белья используются отдельные транспортные средства. Все оборудование, в том числе, транспортные средства, которые используется в процессе обработки белья, дезинфицируется перед началом и по завершению предусмотренных этапов. Специальная одежда работников прачечной подлежит ежедневной замене. Каждый этап обработки белья выполняется отдельными работниками. Прачечная оказывает услуги исключительно медицинским учреждениям и не оказывает услуги бытовой стирки (пп. 4.10, пп.5.2, пп.5.5, пп. 8.4, пп.9.1 МУ 3.5.736-99; пп. 4.25.4, пп. 4.25.5, пп. 8.3.7., пп. 8.3.8 СП 2.1.3678-20; п. 5, п. 11, п. 15, п. 90-97 СанПиН 3.3686-21).

Таким образом, обработка белья в стиральный машине является лишь одним из этапов этого технологического процесса. Полное соблюдение технологии данной услуги исключает соприкосновение загрязненного белья с чистым даже при использовании профессиональных стиральных машинок активаторного типа с автоматическим управлением.

Кроме того, в техническом задании Заказчика нет упоминания о том, что стиральные машины должны быть бытовыми, вопреки доводам заявителя, поскольку прачечные, обрабатывающие белье в промышленных объемах, используют только профессиональное оборудование с высокой производительностью.

Более того, профессиональные стиральные машины имеют возможность программирования и создания индивидуальных программ под конкретные типы белья, загрязнения и т.п. Также профессиональные стиральные машины способны беспрерывно работать полную смену, ни одна бытовая машина не выдержит такого интенсивного использования.

Указание в техническом задании о стирке на машинах активаторного типа не носит категорический характер, исключающий использование стиральных машин других типов, поскольку предметом закупки является именно оказание услуг по стирке белья согласно техническому заданию, а не приобретение стиральных машин. Требования к качеству белья при оказании услуг стирки установлены в документации о конкурентной закупке в полном объеме.

При рассмотрении Заказчиком заявок 07.12.2023г., заявка Заявителя признана соответствующей требованиям документации, по итогам оценки заняла второе место.

После запроса заявителя на разъяснение № 534668 от 30.11.2023г. Заказчик внес изменения в техническое задание во избежание его неверного толкования участниками закупки и удалил ссылку на Методические указания МУ 3.5.736-99 «Технология обработки белья в медицинских учреждениях», утвержденные Главным государственным санитарным врачом РФ 16 марта 1999 года. Описание требований к объекту закупки осталось прежним.

Разъяснение от Управления Роспотребнадзора по Иркутской области, на которое ссылался заявитель, вместе с запросом на разъяснение № 534668 от 30.11.2023г. не направлялось.

Также заявитель ссылался на разъяснение Управления Роспотребнадзора по Иркутской области от 16.11.2023г., в котором указано, что к стирке белья из инфекционного профиля предъявляются одни требования, к стирке белья из неинфекционного профиля предъявляются другие требования согласно СанПиН 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней», утвержденный Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021г. № 4 (далее - СанПиН 3.3686-21), СП 2.1.3678-20 и Методические указания МУ 3.5.736-99 «Технология обработки белья в медицинских учреждениях», утвержденные Главным государственным санитарным врачом РФ 16.03.1999 (далее - МУ 3.5.736-99).

Заявитель неверно трактует пункт 4118 СанПиН 3.3686-21, считает, что он применим абсолютно ко всем медицинским учреждениям, однако данный пункт устанавливает требование к белью из инфекционных отделений, а также к белью, загрязненному биологическими жидкостями и выделениями больных из соматических отделений, для дезинфекции и стирки которых используют стиральные машины барьерного проходного типа, имеющих 2 окна - загрузочное («грязное») и разгрузочное («чистое»).

При этом, медицинским учреждениям неинфекционного профиля соответствуют требования пункта 4119 СанПиН 3.3686-21, согласно которому стирка белья из отделений неинфекционного профиля осуществляется в собственных (больничных) прачечных или прачечных бытового обслуживания, режим обеззараживания и стирки в которых соответствует технологии обработки белья для медицинской организации. В случае стирки белья в неспециализированных коммунальных прачечных, для белья медицинской организации выделяется отдельная технологическая линия (отдельные машины). Требований о применении машин барьерного типа не установлено.

Пунктом 8.3.3. СП 2.1.3678-20 установлено требование о не допущении пересечения потоков чистого и грязного белья. Требований о применении машин барьерного типа нет.

Согласно пункту 6.1 МУ 3.5.736-99 стирка и дезинфекция инфицированных изделий осуществляется в проходных стиральных машинах (они же барьерные). Стирка неинфицированных изделий может осуществляться в обычных стиральных машинах.

Заявитель ссылается на пункт 4.6 Национального стандарта РФ ГОСТ Р 562472014, утвержденного и введенного в действие приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 25.11.2014 № 1743-ст (далее –  ГОСТ Р 56247-2014), поскольку в нем указано, что белье медицинского назначения различной степени загрязнения определяется как «потенциально инфицированное» и подлежит обязательной дезинфекции в процессе стирки. Белье медицинского назначения должно обрабатываться в отдельном помещении от остального грязного белья на барабанных машинах барьерного или машинах туннельного типа.

Однако, из пункта 1 Приказа Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 25.11.2014г. № 1743-ст «Об утверждении национального стандарта» следует, что он утвержден для добровольного применения. При добровольном применении Исполнитель (в нашем случае прачечная) самостоятельно решает, применять ли ему этот стандарт или нет. ГОСТ Р 56247-2014 не является нормативно-правовым актом и носит рекомендательный характер. При этом, к «потенциально инфицированному» белью в нормативно-правовых актах нет отдельно установленных требований.

Кроме того, в техническом задании Заказчиком не устанавливались требования о том, что услуга должна соответствовать ГОСТ Р 56247-2014.

Дезинфекция в процессе стирки является обязательным этапом технологического процесса по обработке белья и достигается, в том числе, за счет применения дезинфицирующих средств и воздействия высоких температур при стирке и глажении, данные требования содержаться и в техническом задании Заказчика.

Таким образом, Комиссия Иркутского УФАС России, по мнению суда, пришла к правомерному выводу о том, что данные санитарные правила в большей степени применимы к лечебным учреждениям именно инфекционного профиля, к которым учреждение Заказчика не относится.

В техническом задании Заказчика, являющемся приложением №1 к извещению о проведении запроса котировок в электронной форме, установлено требование по соблюдению при оказании услуг Федерального закона №52-ФЗ от 30.03.1999г. «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», ГОСТ Р «52058-2021 «Услуги бытовые. Услуги прачечных. Общие технические условия», СП 2.1.3678-20.

В целях обеззараживания белье должно быть выглажено при температуре не выше +150С по ГОСТ 25652-83. Изделия после стирки и глажки должно быть: сухим, чистым, без пятен, отглаженным и упакованным. Технологический процесс должен предусматривать непрерывность без пересечения и соприкосновения чистого и грязного белья. Обработка изделий должна обеспечивать их полное обеззараживание, что достигается стиркой с кипячением, дезинфекцией химическими препаратами и глажением при температуре не ниже +110°С для изделий из смешанных тканей и не ниже +140°С - из хлопчатобумажных и льняных тканей. Для удаления специфических загрязнений (кровь, биологические, белковые, танинные выделения и т.д.), должны применяться специальные пятновыводные препараты в соответствии с нормативной документацией. Стирка белья, загрязненного любыми биологическими субстратами должна осуществляться отдельно с применением щадящих дезинфектантов, не вызывающих порчу тканевой основы белья, на оборудовании, не допускающем нарушение целостности белья. Стирка белья, предоставленная Заказчиком, должна производится по отдельности и отдельно от других подразделений / отделений (разделение белья производится Заказчиком на месте сбора белья ответственными лицами), стирка одежды сотрудников (спецодежда) должна производиться отдельно от белья больных. Стирка белья должна производиться отдельно от обычного бытового белья населения. Все партии отличные по составу и цвету должны стираться в соответствии с требованиями отдельно. Стирка, полоскание и отжим в стиральных машинах должны производиться без механических повреждений изделий. На выстиранных изделиях не допускается нарушение целостности ткани. После стирки изделия должны быть чистыми, без неприятных запахов и деформаций. Эффективность отстирывания тканей должна соответствовать нормативной документации. Устройство, оборудование, содержание и режим работы прачечных, должны соответствовать требованиям, изложенным в СП 2.1.3678-20.

Требования к качеству и надежности:

Услуги должны обеспечивать безопасность жизни и здоровья потребителей услуг. Восстановление стоимости белья, утраченного по вине Исполнителя, производится Исполнителем по ценам приобретенного товара с учетом степени износа и наличия дефектов в момент сдачи белья для обработки. Исполнитель обязан обеспечивать качественное выполнение услуги (белье должно быть отстирано от биологических субстратов) с соблюдением сроков выполнения услуги. Не простиранные пятна крови, плохо выстиранное белье, наличие посторонних запахов возвращается Исполнителю и перестирывается в течение 1 дня за счет Исполнителя.

Во исполнение требований Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», СанПиНа 3.3686-21 и СП 2.1.3678-20, для контроля за соблюдением санитарно-эпидемиологических требований по профилактике инфекций при оказании медицинской помощи в учреждении разработана и применяется программа производственного контроля, рамках которого:

-     при проведении всех лечебно-диагностических процедур используются одноразовые средства индивидуальной защиты, такие как халаты, маски, шапочки, перчатки, а также одноразовые подкладные простыни, пеленки и т.п., которые утилизируется сразу после использования;

-     на основании правил внутреннего распорядка, при поступлении в стационар пациенту необходимо иметь средства личной гигиены, сменную обувь и одежду;

-     белье из отделения новорожденных, родительного дома, перевязочных и операционных после стирки в прачечной подвергается дополнительной стерилизации путем автоклавирования при температуре + 132°С, не мене 20 минут при 2-х атмосферах в центральном стерилизационном отделении;

-     для контроля микробиологической чистоты белья 2 раза в год проводится санитарно-бактериологические исследования смывов с чистого белья.

Использование одноразовых медицинских принадлежностей вообще исключают необходимость стирки белья, загрязненного биологическими жидкостями и выделениями больных.

Заявитель, ссылаясь на нормативно правовые акты, применяет избирательный метод, указывая только те пункты, которыми предусмотрено применение стиральных машинок исключительно барьерного типа, игнорируя, при этом, условия, предъявляемые к их применению.

Также заявитель игнорирует Инструкцию по технологии обработки белья медицинских учреждений на фабриках-прачечных, утвержденную приказом министерства жилищно-коммунального хозяйства РСФСР от 16.07.1986 г. № 330 и заместителем главного государственного санитарного врача министерства здравоохранения СССР от 07.04.1986г. № 121-6/125-5, регламентирующую требования по обработке текстильных изделий различных соматических (неинфекционных) отделений больниц и роддомов. В данной инструкции также отсутствуют требования о применении стиральных машинок барьерного типа. Инструкция не отменена и является действующей.

После размещения Извещения № 32313018342 на оказание услуг по стирке белья заявителем было направлено три запроса на разъяснения, а не один как следует из заявления ООО «Прачечный комбинат Гринер».

В первом запросе № 534425 от 29.11.2023г. заявитель указывал на не действующие нормативно-правовые акты, содержащиеся в техническом задании Заказчика, которые были исключены из технического задания.

Второй запрос № 534490 от 29.11.2023г. содержал просьбу о пересмотре цены контракта в сторону увеличения или снижения объема работ, так как цена, по его мнению, не соответствует техническому заданию, предложил свое коммерческое предложение.

В ответе на данный запрос, Заказчик указал, что при определении начальной максимальной цены договора руководствуется Федеральным законом №223-ФЗ и Положением о закупке товаров, работ, услуг для нужд ОГАУЗ «МЕДСАНЧАСТЬ ИАПО».

Третий запрос № 534668 от 30.11.2023г. содержал просьбу о внесении изменений в п. 4.6 проекта договора в связи с его противоречивыми требованиями к закупке, и разъяснении, на каком этапе закупки Заказчик намерен удостовериться в том, обладает ли Исполнитель оборудованием, соответствующим требованиям закупки.

В приложенном к запросу файлу Заявитель ссылался на п. 2.4 методических указаний МУ 3.5.736-99 «Технология обработки белья в медицинских учреждениях», во избежание неверного толкования технического задания участниками закупки Заказчик удалил ссылку на методические указания МУ 3.5.736-99 «Технология обработки белья в медицинских учреждениях». Описание требований к объекту закупки осталось прежним.

Комиссией антимонопольного органа, по мнению суда обоснованно установлено, что методические указания МУ 3.5.736-99 были исключены из технического задания для целей исключения ограничений участия в данной закупке, более того, данные указания не имеют юридической силы и носят рекомендательный характер.

Таким образом, суд пришел к выводу, что Заказчик установил общие требования о необходимости соответствия оказываемых услуг требованиям действующего законодательства в целях наиболее полного, своевременного и качественного удовлетворения потребностей ОГАУЗ «МЕДСАНЧАСТЬ ИАПО».

Судом в ходе судебного разбирательства установлено, что Заказчиком перед проведением запроса котировок в электронном виде были получены 3 коммерческих предложения от разных организаций, в соответствии с выделенными лимитами, заказчик определил начальную (максимальную) цену контракта по наименьшей стоимости, при этом, стоимость аналогичных услуг в общедоступной информации, размещенной на сайте Единой информационной системы по завершенным процедурам по идентичным услугам не превышает цену, указанную заказчиком в обоснование начальной максимальной цены договора.

Следовательно, обоснование начальной (максимальной) цены договора приведено заказчиком на основании Закона о закупках с применением метода сопоставимых рыночных цен (анализа рынка).

Таким образом, суд считает, что комиссия Иркутского УФАС пришла к обоснованному выводу о том, что начальная (максимальная) цена договора формировалась Заказчиком исходя из его потребностей.

Суд считает необходимым отметить, что подавая заявку на участие в закупке, участник подтверждает, что ознакомлен и согласен со всеми положениями извещения о закупке, в том числе, о требованиях к стирке белья в медицинских учреждениях и установленной стоимости. Права Заявителя на участие в данной закупке не ограничивались, его заявка признана соответствующей требованиям документации, по итогам оценки она заняла второе место. При этом, законных оснований для отклонения заявки у Заказчика не было.

Суд обращает внимание, что в случае если бы заявка заявителя заняла первое место либо была единственной заявкой, то с заявителем был бы заключен договор на оказание услуг по стирке белья.

Таким образом, суд считает, что решение о признании жалобы заявителя необоснованной, принято Иркутским УФАС с соблюдением действующего законодательства, не нарушает права и законные интересы Общества с ограниченной ответственностью Прачечный комбинат «Гринер».

Судом оценены все доводы заявителя, однако на выводы суда об отсутствии основания для признания  оспариваемого решения незаконным данные доводы не влияют.

В соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При таких обстоятельствах, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет», по адресу:  https://kad.arbitr.ru/.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия решения на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении требований отказать.


Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение  месяца  после его принятия, и по истечении этого срока вступает в законную силу.


         Судья                                                                                           Л.А. Куклина