Постановление от 13 апреля 2023 г. по делу № А56-65001/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

13 апреля 2023 года

Дело №

А56-65001/2017


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Бычковой Е.Н., Яковца А.В.,

при участии от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 05.10.2020), от индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 28.11.2022), финансового управляющего ФИО5 – ФИО6 (решение от 19.10.2020), от ФИО7 – ФИО8 (доверенность от 14.12.2020),

рассмотрев 06.04.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО9 финансового управляющего гражданина ФИО10 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023 по делу № А56-65001/2017/сд.8,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «СБК-Ритейл» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании гражданина ФИО10 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 14.09.2017 возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением от 29.01.2018 в отношении ФИО10 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9.

Решением суда от 16.07.2018 ФИО10 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9

Финансовый управляющий ФИО9 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительным договора дарения от 19.09.2011 № 78АА03369107, заключенного должником и ФИО5 (далее - Договор дарения от 19.09.2021), просил применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде возврата квартиры № 303, расположенной по адресу: <...>, лит. А, с кадастровым номером 78:06:0220301:5405 в конкурсную массу должника без сохранения залога в пользу ФИО7 и ФИО11.

Финансовый управляющий также просил признать недействительным договор дарения от 21.05.2014 № 78АА6080211, заключенный должником и ФИО5 (далее - Договор дарения от 21.05.2014), применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде возврата квартиры № 301, расположенной по адресу: <...>, лит. А, с кадастровым номером 78:06:0220301:5403 в конкурсную массу должника без сохранения залога в пользу ФИО1.

Определением суда от 18.05.2021 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО1, ФИО11 и ФИО7

Определением от 12.08.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2022 определение от 12.08.2021 отменено, суд признал недействительными Договор дарения от 19.09.2011 и Договор дарения от 21.05.2014 (далее - Договоры дарения), применил последствия недействительности сделок в виде возврата квартир № 301 и 303 в конкурсную массу должника с сохранением залога в пользу ФИО7, ФИО11 и ФИО1

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09.06.2022 определение от 12.08.2021 и постановление от 01.03.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суд первой инстанции определением от 13.10.2023 отказал в удовлетворении заявления.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023 определение от 13.10.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО9, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на нарушение ими норм материального и процессуального права, просит отменить указанные определение и постановление, принять новый судебный акт, которым заявление удовлетворить.

По мнению подателя жалобы, выводы судов об отсутствии признаков мнимой сделки противоречат представленным в дело доказательствам.

Финансовый управляющий ФИО9 указывает на наличие у должника обязательств перед кредиторами на момент совершения оспариваемой сделки.

Кроме того, податель жалобы возражает против выводов относительно пропуска срока исковой давности.

В отзывах третье лицо ФИО7 и ФИО6 - финансовый управляющий ФИО5 просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО12 без удовлетворения.

В судебном заседании представитель кредитора индивидуального предпринимателя ФИО3 доводы кассационной жалобы финансового управляющего ФИО12 поддержал, представители третьих лиц - ФИО7 и ФИО1, а также ФИО6 - финансовый управляющий ФИО5 возражали против ее удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО10 (даритель) и ФИО5 (одаряемая; мать должника) заключили Договор дарения от 19.09.2011 и Договор дарения от 21.05.2014 (право собственности за ФИО5 зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 27.09.2011 и 29.05.2014 соответственно).

Далее ФИО7, ФИО11 (займодавцы) и ФИО5 (заемщик) 23.04.2018 подписали договор займа, по условиям которого займодавцы предоставили заемщику 35 000 000 руб. (10 500 000 руб. – ФИО7, 24 500 000 руб. – ФИО11) на срок до 23.04.2019 с уплатой 36% годовых.

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа ФИО5 предоставила займодавцам в залог недвижимое имущество – квартиру № 303.

В этой связи участники договора займа 23.04.2018 подписали договор залога, который зарегистрирован Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу 27.04.2018.

В соответствии с пунктом 4.1.2 договора залога залогодатель ФИО5 подтверждает и гарантирует, что является полноправным и законным собственником имущества и обладателем прав, входящих в предмет залога. До момента заключения договора залога предмет залога не отчужден, не сдан в аренду, в споре и под арестом не состоит, не обременен правами третьих лиц.

Требования ФИО11 и ФИО7 определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.03.2021 по обособленному спору № А56-37864/2019/тр.3 включены в реестр требований кредиторов ФИО5 как обеспеченные залогом имущества.

Кроме того, ФИО1 (займодавец) и ФИО5 (заемщик) 08.05.2018 заключили в нотариальной форме договор займа, по которому займодавец передал заемщику до подписания договора 9 000 000 руб., а заемщик обязался в срок до 08.05.2019 возвратить займодавцу данную сумму и уплатить проценты за пользование займом из расчета 4,5% от суммы займа ежемесячно.

Согласно пункту 6 указанного договора в обеспечение обязательств ФИО5 по возврату денежных средств установлен залог в пользу ФИО1 принадлежащей ФИО5 квартиры № 301.

Требования ФИО1 определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.08.2021 по обособленному спору № А56-37864/2019/тр.2 включены в реестр требований кредиторов ФИО5 как обеспеченные залогом имущества.

Финансовый управляющий ФИО9, полагая, что Договоры дарения, заключенные между должником и ФИО5, являются мнимыми сделками, направленными на причинение вреда интересам кредиторов, на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, кассационный суд указал на необходимость установить наличие/ отсутствие на дату совершения оспариваемых сделок просрочки исполнения обязательств по кредитным договорам, по которым должник выступал в качестве поручителя, а также наличие/ отсутствие признаков неплатежеспособности на момент заключения оспариваемых договоров у должника.

Кроме того, суд кассационной инстанции указал на необходимость исследования обстоятельств, свидетельствующих о наличии/ отсутствии в действиях ФИО10 и ФИО5 признаков недобросовестного поведения, а также о наличии/ отсутствии у финансового управляющего препятствий для своевременного обращения в суд за защитой нарушенных прав.

Рассмотрев обособленный спор повторно, суд первой инстанции установил, что оспариваемые сделки совершены задолго до возникновения у кредиторов имущественных претензий к должнику; даритель и одаряемая являются членами одной семьи, в связи с чем сохранение права пользования квартирой за должником не противоречит закону и является правом ФИО5 как собственника; ФИО5 распоряжалась принадлежащим ей имуществом, осуществляла платежи за коммунальные услуги, инициировала перепланировку, заключила договоры залога. Означенные обстоятельства послужили основанием для вывода об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Суд первой инстанции отметил, что финансовый управляющий не представил доказательства, свидетельствующие о выходе пороков оспариваемых сделок за рамки признаков подозрительности. Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводам о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, а также сделок, совершенных с нарушением этого же Закона.

Согласно части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что сделки граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными только на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 - 2 статьи 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Информационное письмо) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав, на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной и совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Оспариваемая сделка совершена ранее чем за три года до возбуждения дела о банкротстве должника, то есть за пределами периода подозрительности, установленного Законом о банкротстве, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежат применению вышеуказанные общие нормы гражданского права.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики № 2 (2015) Верховного Суда Российской Федерации, презумпция добросовестности может быть опровергнута, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением права сделку представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что стороны при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу.

Принципиальное значение при оспаривании сделки на основании статей 10, 168 ГК РФ имеет факт наличия денежного требования к должнику и осознания должником неизбежности предъявления к нему этого требования, которое он не сможет исполнить; аналогичный вывод сформулирован в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 305-ЭС17-19849

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что задолженность ФИО10 перед публичном акционерным обществом «Сбербанк России» возникла не ранее 25.11.2015, а перед акционерным обществом «Альфа-Банк» не ранее 16.04.2015, то есть спустя значительный период времени после совершения оспариваемых сделок.

Означенный вывод следует из судебных актов в рамках обособленного спора № А56-65001/2017/сд.6.

При этом доводы финансового управляющего ФИО9 о мнимости оспариваемых сделок суды признали необоснованными.

Вопреки доводам кассационной жалобы, из материалов дела следует, что ФИО5 в полной мере распоряжалась принадлежащим ей имуществом, из поведения ответчика не усматривается, что она совместно с должником стремилась не допустить обращение взыскания на недвижимое имущество, которое в будущем может послужить основанием для погашения требований кредиторов.

Суды также исходили из того, что реальность заключения ФИО5 договоров займа подтверждена судебными актами судов общей юрисдикции, требования кредиторов ФИО5 включены в реестр требований кредиторов должника.

По мнению суда кассационной инстанции, указанные выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве, доводами жалобы не опровергнуты.

Финансовый управляющий не привел доводов о выходе пороков оспариваемых сделок за рамки признаков подозрительности.

Приведенный в кассационной жалобе довод о несогласии с пропуском срока исковой давности не может быть принят.

Вопреки позиции подателя жалобы, финансовый управляющий не представил доказательства наличия препятствий для своевременного обращения в суд за защитой нарушенных прав.

Направляя спор на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции в постановлении от 09.06.2022 указал, что представитель кредитора ФИО3 пояснила, при каких обстоятельствах ее доверителю стало известно о заключенных Договорах дарения, указала, что те действия, которые были совершены кредитором, могли быть совершены и финансовым управляющим при осуществлении им функций по формированию имущественной массы с целью удовлетворения требований кредиторов.

Иных доводов относительно пропуска трехлетнего срока финансовым управляющим при новом рассмотрении не приведено. В деле нет его пояснений о том, что помешало ему самому получить сведения об оспариваемых сделках в установленный для оспаривания срок.

Доводы кассационной жалобы финансового управляющего относительно наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых сделок, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судов и не свидетельствуют о неправильном применении ими норм материального права.

Между тем в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Доводы кассационной жалобы финансового управляющего ФИО9 судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023 по делу № А56-65001/2017/сд.8 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего гражданина ФИО10 - ФИО9 - без удовлетворения.



Председательствующий


Н.Ю. Богаткина


Судьи


Е.Н. Бычкова

А.В. Яковец