Решение от 4 августа 2019 г. по делу № А40-228090/2018

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-228090/18-187-296
05 августа 2019г.
г. Москва


Резолютивная часть решения оглашена 30 июля 2019г.

Полный текст решения изготовлен 05 августа 2019г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи Авдониной О.С.,

при ведении протокола секретарем ФИО1,

рассмотрев дело по исковому заявлению ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС»,

С участием: от ответчика – ФИО4 (дов.), ответчик ФИО3 (паспорт), от заявителя – ФИО5 (дов.)

Установил:

27.09.2018г. в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» (ОГРН <***> ИНН <***>).

В настоящем судебном заседании подлежал рассмотрению вопрос по проверке обоснованности заявления ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» (ОГРН <***> ИНН <***>).

Суд, исследовав материалы дела, заслушав мнение представителей, изучив представленные документы, приходит к следующим выводам.

В обоснование своего заявления ФИО2 указывает на те обстоятельства, что руководителем должника не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, что является основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности за неподачу такого заявления в сроки, установленные ст. 9 Закона о банкротстве (п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве); ответчик в преддверии банкротства совершил ряд сделок, приведших к неблагоприятным финансовым последствиям для должника, что является основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов согласно подп.1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Пунктом 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Как следует из материалов дела, задолженность ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» перед ФИО2 подтверждается решением Басманного районного суда г. Москвы от 11.12.2017 по делу №2-1562/17, согласно которому с должника взыскано 80 000 000 руб. долга, 25 160 000 руб. процентов, 5 000 000 руб. неустойки, 60 000 руб. судебных расходов, а всего 110 220 000 руб.; решением Басманного районного суда г. Москвы от 16.05.2017 по делу №2-1563/17, согласно которому с должника взыскано 82 000 000 руб. долга,14 734 729,50 руб. процентов за пользование займом, 6 637 166,18 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 60 000 руб. судебных расходов, а всего 103 431 895,68 руб.

Таким образом, общий размер задолженности должника перед заявителем составил 213 651 895,68 руб., в том числе 162 000 000 руб. основного долга, 39 894 729,50 руб. процентов за пользование займом, 11 637 166,18 руб. неустойки, 120 000 руб. госпошлины.

Определением суда от 02.03.2018 включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» требование ФИО2 в размере 213 651 895,68 руб., в том числе 162 000 000 руб. основного долга, 39 894 729,50 руб. процентов за пользование займом, 11 637 166,18 руб. неустойки, 120 000 руб. госпошлины, с учетом требований ст. 137 Закона о банкротстве.

Определением суда от 31.07.2018 производство по делу № А40-127939/17-187-166 «Б» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» (ОГРН <***> ИНН <***>) прекращено в связи с отсутствием финансирования процедуры банкротства.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом установлено и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что ФИО3 являлся генеральным директором должника в период с 31.05.2011 по 07.11.2016.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», которой пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Для привлечения органов управления юридического лица к субсидиарной ответственности необходим следующий юридический состав:

- вина (противоправность действий/бездействий);

- действия/бездействие, которые довели (способствовали) доведению до банкротства;

-причинно-следственная связь между действиями (бездействием), виной и наступившими негативными последствиями, выражающимися в неспособности должника удовлетворить требования кредиторов.

Для привлечения руководителя должника к гражданско-правовой ответственности, которой является субсидиарная ответственность, заявитель должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для ее наступления: противоправный характер поведения лица о привлечении к ответственности которого заявлено, наличие вины, наличие вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и причиненным вредом.

Согласно п. 56 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

При возникновении обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что организация не в состоянии будет исполнить денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей в установленный срок у руководителя появляется императивная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании данной организации банкротом (ст. 9 Закона о банкротстве). К таким обстоятельствам, в частности, относятся:

1) ситуация, когда удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

2) ситуация, когда обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

3) наличие признаков неплатежеспособности и (или) признаков недостаточности имущества.

В соответствии с Анализом финансового состояния ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС», проведенным временным управляющим, должник по состоянию на 01.01.2016г. имел отрицательные активы, основываясь на отчетности за 2014-2015 гг., представленной налоговым органом, можно сделать вывод, что имущественное положение предприятия существенно изменилось, помимо роста показателей внеоборотных активов (основных средств) и запасов за счет денежных средств предприятия, что предположительно может свидетельствовать о вложениях в низколиквидные и непрофильные активы. Такое предположение вытекает из показателя «нераспределенная прибыль/непокрытый убыток», который отражен в строке баланса. Так за 2015 г. должником были сгенерированы убытки в размере превышающим 25 миллионов рублей, тем самым сформировано отрицательное значение чистых активов, обеспечив недостаточность собственного капитала для обеспечения деятельности предприятия, а соответственно и расчетов с кредиторами. Таким образом очевидно ухудшение финансовой устойчивости и платежеспособности. Также выявлен рост заемного капитала более 180 000 000 руб., что при отрицательном показателе чистых активов может свидетельствовать об отсутствии платежеспособности и финансовой устойчивости (л. 45 Анализа).

При указанных обстоятельствах принятие 26.11.2015 г. и 25.12.2015 г. Должником на себя дополнительных денежных обязательств перед ФИО6 на сумму 162 000 000 руб. вело к возникновению недостаточности имущества должника, поскольку в результате получения спорного займа размер денежных обязательств должника только перед ФИО6 превысил размер его чистых активов в несколько раз, а размер кредиторской задолженности должника в целом превысил размер его чистых активов.

Кроме того, как следует из обстоятельств, установленных в рамках рассмотрения дела

№ А40-127939/2017 о банкротстве ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» уже по состоянию на 01.01.2016 г. в отношении должника было принято несколько судебных актов о взыскании задолженности в пользу АО «ОБОРОНЭНЕРГОСБЫТ» (который в дальнейшем был включен в реестр требований кредиторов Должника в общем размере: 12 429 668,99 руб., в том числе: 11 927 164,74 руб. основного долга, 254 244,96 руб. неустойки, 271 562,72 руб. госпошлины), и далее в течение 2016 г. объем непогашенной задолженности по вступившим в законную силу судебным актам возрастал.

Следует отметить, что 12.08.2016 г. вступило в законную силу Решение ИФНС России № 1 по г. Москве о привлечении ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения от 20.05.2016 г. № 1379, в соответствии с которым ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде штрафа в размере 2 660 578 руб., доначислен налог на прибыль и налог на добавленную стоимость в сумме 13 525 424,00 руб. и пени в сумме 3 190 393 руб. (решение УФНС России по г. Москве от 12.08.2016 г. № 21-19/091000@), что установлено вступившими в законную силу судебными актами по делу № А40-185617/16-20-1639.

Определением суда от 31.05.2018 включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» требование ООО «Стройтрансгаз» в размере 95 559 863,34 рублей.

При этом, из материалов требования кредитора ООО «Стройтрансгаз» следует, что задолженность должника перед кредитором возникла в связи с неисполнением должником принятых на себя обязательств по договору №ДГ326 от 19.05.2014 на выполнение строительных работ на объекте: «Строительство и реконструкция зданий (сооружений) военного городка №26 под размещение органов военного управления системы перспективных военных исследований и разработок Министерства Обороны РФ».

Согласно п. 3.1. Договора, стоимость работ согласована сторонами в размере 1 418 000 000 рублей (в редакции дополнительного соглашения №4 от 27.10.2014).

Во исполнение условий договора, кредитором в пользу должника были перечислены денежные средства в размере 1 348 109 619,03 рублей, что подтверждается платежными поручениями в период с 20.06.2014 по 22.07.2016, представленными в материалы дела.

При этом, как указывает кредитор, должник не передавал в адрес кредитора документы, подтверждающие выполнение работ, в связи с чем, кредитор просит удовлетворить его требование в размере 1 348 109 619,03 рублей основного долга, поскольку работы должником не выполнены.

Между тем, судом установлено, что ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» 06.10.2016г. обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «Стройтрансгаз» о взыскании 1 600 709 387,86 руб. задолженности, возбуждено производство по делу № А40-203593/16-143-1773.

Определением суда от 12.09.2017 производство по делу прекращено в связи с отказом ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» от иска.

Однако, в ходе судебного разбирательства ООО «Стройтрансгаз» заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы и поручении проведения экспертизы ООО «Объединение оценщиков и экспертов «ЦЕНТРОЭКСПЕРТ».

Определением от 29.03.2017г. по делу № А40-203593/16-143-1773 ходатайство ООО «Стройтрансгаз» удовлетворено, проведение экспертизы поручено ООО «Объединение оценщиков и экспертов «ЦЕНТРОЭКСПЕРТ». При этом, одним из вопросов, поставленным перед экспертом был: «какова стоимость фактически выполненных ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» работ?».

В материалы дела № А40-203593/16-143-1773 было представлено заключение эксперта ООО «Объединение оценщиков и экспертов «ЦЕНТРОЭКСПЕРТ» от 03.07.2017г. № А40-203593/16-143-1773 согласно которому стоимость фактически выполненных работ ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» составляет 1 252 550 755,69 рублей. Указанное заключение представлено в материалы настоящего дела и не оспорено сторонами.

Таким образом, поскольку экспертом установлено выполнение работ на сумму 1 252 550 755,69 рублей, остаток задолженности должника составляет 95 559 863,34 рублей.

Из фактических обстоятельств дела следует, что неудовлетворительное финансовоесостояние ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» имело место уже по состоянию на 31.12.2015 г., а в течение 2016 г. размер непогашенной задолженности (в том числе по судебным актам арбитражных судов, размещенных в общем доступе на сайте «Картотека арбитражных дел») продолжал нарастать, в период с января по октябрь 2016 г. (в период нахождения ФИО3 в должности генерального директора Должника) были возбуждены исполнительные производства, которые не завершены к моменту освобождения ответчика от должности руководителя должника, просроченная задолженность Должника перед заявителем возникла также в период нахождения ФИО3 в должности генерального директора должника.

Как указывает ответчик, ФИО3 являлся номинальным руководителем организации, в связи с чем, не мог влиять на хозяйственную деятельность общества.

Между тем, в соответствии с полученной от временного управляющего ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» информацией (банковскими выписками) ФИО3 регулярно получал заработную плату, ему выдавались денежные средства под отчет на общую сумму 1 773 484,11 рублей за период с 24.09.2015 по 01.04.2016.

Следует отметить, что согласно разъяснениям, данным в пункте 6 постановления №53, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица (п. 9 ст. 61.11. Закона о банкротстве).

Однако, сведений, указанных в п. 9 ст. 61.11. Закона о банкротстве ответчиком не представлено, в связи с чем, суд не находит оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности, а также оснований для полного освобождения ответчика от субсидиарной ответственности.

Довод о том, что ФИО3 был уволен с должности руководителя ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» в октябре 2016 г., в связи с чем не мог влиять на хозяйственную деятельность общества и исполнить обязательства общества по погашению задолженности, является несостоятельным в связи со следующим.

ФИО6 выдал займы руководимой ФИО3 компании ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» 26.11.2015 г. (Договор № 5-15 от 26.11.2015 г.) и 25.12.2015 г. (Договор займа № 7-15 от 25.12.2015 г.). В связи с тем, что уже начиная с февраля 2016 г. были допущены просрочки возврата сумм займов по Договорам № 5-15 и 7-15, что являлось основанием для досрочного истребования всех сумм займов, ФИО6 обратился к Должнику в лице ФИО3 как генерального директора с требованиями (претензиями) о возврате сумм займов (вручены 15.07.2016 г.).

Все указанные даты (получения сумм займов, допущения просрочки в возврате сумм займов, получение требований (претензий) о возврате сумму займов) приходятся на период, когда руководителем ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» являлся ФИО3

Из материалов дела следует, что контроль над ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» перешел от ФИО3 к другому лицу не ранее октября 2016 года, то есть спустя не менее двух месяцев после того, как у ФИО3 возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» банкротом.

При этом, согласно Анализу финансового состояния ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС», проведенному временным управляющим, при сопоставлении обязательной отчетности Должника за 2014 г. и за 2015 г. выявлено существенное ухудшение финансовых показателей:

Собственный капитал

Период

01.01.2015

01.01.2016

Значение

3 482

-22 262

Заемный капитал

Период

01.01.2015

01.01.2016

Значение

1 254 264,00

1 434 551,00

ВСЕГО

Период

01.01.2015

01.01.2016

Значение

1 257 746,00

1 412 289,00

При этом, доводы ответчика о недопустимости доказательства, а именно отчета финансового состояния должника, судом отклонены, поскольку проведение финансового анализа должника является непосредственной обязанностью арбитражного управляющего.

Доказательств того, что при подготовке указанного Анализа управляющим предоставлены недостоверные сведения о должнике, а также допущены нарушения действующего законодательства суду не представлены. Более того, в рамках дела о банкротстве общества указанный анализ финансового состояния должника лицами, участвующими в деле, в том числе ответчиком, не оспаривался, в связи с чем, является относимым и допустимым доказательством в обоснование заявленной ФИО2 позиции.

С учетом, положений ст. 2 Закона о банкротстве, предусматривающей, что признаком неплатежеспособности должника является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, у руководителя должника имелись основания для подачи заявления о признании должника банкротом, чего он в нарушение требований законодательства не сделал.

В определении №309-ЭС15-16713 от 31.03.2016 Верховный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, что, исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом, из материалов дела не усматривается, что ответчиком представлены какие-либо доказательства, свидетельствующие, что задолженность, взысканная (в том числе впоследствии после прекращения полномочий ФИО3, но возникшая в период его нахождения в должности Генерального директора ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС») на основании решений Басманного районного суда г. Москвы, Арбитражных судов г. Москвы, Архангельской области, г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области могла быть оплачена в соответствии с экономически обоснованным планом руководителя по ее погашению либо в рамках обычной хозяйственной деятельности общества.

При этом, доводы ответчика о том, что должник не отвечал признакам неплатежеспособности судом отклонены, как противоречащие материалам дела. Кроме того, доводы о наличии значительной дебиторской задолженности не свидетельствуют об отсутствии такого признака.

В материалы дела не представлены относимые и допустимые доказательства того, что в целях преодоления неудовлетворительного финансового состояния должника ответчиком, являющимся руководителем общества, добросовестно предпринимались меры по восстановлению платежеспособности должника.

Доводы ответчика в части указания на аффилированную связь заявителя и ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» судом отклонены, поскольку в данном случае не имеют отношения к рассматриваемому спору. При этом, наличие либо отсутствие такой связи не влияет на исполнение ответчиком обязанностей руководителя общества.

Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям п. 1 ст. 61.12 Закона.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Так, из материалов дела следует, что осуществляя руководство обществом, ответчик принимал новые обязательства, в связи с чем, кредиторская задолженность увеличивалась, что в условиях уже имеющейся неплатежеспособности должника привело к стремительному ухудшению финансового положения должника и утрате возможности исполнить все имеющиеся у должника обязательства.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абз. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Согласно п. 23 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В материалы дела представлены выписки из банков по операциям ООО«ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС», из которых следует, что после получения от ФИО6 требований о досрочном возврате сумм займов по Договорам займа № 5-15 от 26.11.2015 г., № 7-15 от 25.12.2015 г. (15.07.2016 г.) ФИО3 не предпринял никаких мер по возврату указанных сумм, а все имевшиеся в распоряжении Общества денежные средства (и поступившие после 15.07.2016г.) направил на иные нужды, в том числе на выплату себе заработной платы в общем размере 4 245 000 рублей. При этом никаких соглашений к трудовому договору об увеличении размера оплаты труда ФИО3 в материалы дела не представлено.

При этом, доводы заявителя о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности в связи с не передачей документации судом отклонены ввиду их необоснованности, поскольку ответчиком в материалы дела представлен Акт от 26.10.2016 о передаче всей имеющейся документации новому руководителю ФИО7

Все вышеперечисленные обстоятельства дела явно свидетельствуют о недобросовестности в поведении ответчика в рамках исполнения своих обязанностей генерального директора ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС», что бесспорно свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) контролирующего должника лица и негативными последствиями для его кредиторов.

Размер ответственности руководителя перед кредитором ФИО2 на основании решений суда составляет 213 651 895,68 рублей.

Судебные расходы в размере 200 000 рублей подлежат взысканию с ответчика в связи с удовлетворением требований заявителя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При таких обстоятельствах, заявление ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС» подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 32, 61.11, 61.12, 61.14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. ст. 13, 64-66, 71, 75, 123, 156, 176, 184 - 188, 223 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДИАГНОСТИКАГАЗСЕРВИС».

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 213 651 895,68 рублей, а также расходы по уплате госпошлины в размере 200 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.


Судья О.С. Авдонина