Решение от 27 июля 2017 г. по делу № А73-3536/2016

Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-3536/2016
г. Хабаровск
27 июля 2017 года
Резолютивная часть судебного акта объявлена 25.07.2017 г.

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи Левинталь О.М.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, после перерыва помощником судьи Скляровой В.В., секретарем ФИО1

рассмотрел в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Многоотраслевое инженерное предприятие Дальнего Востока» (ОГРН <***> ИНН <***>; 682950, <...>)

к акционерному обществу «Бизнес-Лизинг» (ОГРН <***> ИНН <***>; 680011, <...>)

о взыскании 13 627 425 руб. 64 коп.

при участии:

от истца – ФИО2 по доверенности от 30.03.2017;

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 14.01.2016; ФИО4 по доверенности от 20.04.2016.

ООО «Многоотраслевое инженерное предприятие Дальнего Востока» (далее- истец, лизингополучатель) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края c исковым заявлением к АО «Бизнес-Лизинг» (далее- ответчик, лизингодатель) о взыскании суммs неосновательного обогащения в размере 12 532 368 руб. 19 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.04.2015г. по 17.03.2016г. в размере 1 095 057 руб. 45 коп.

Иск обоснован тем, что после расторжения договоров лизинга (№ 125п-11/БЛ от 30.11.2011г., № 112п-11/БЛ от 16.12.2011г., № 51-12/БЛ от 30.05.2012г., № 52-12/БЛ от 30.05.2012г., № 61-12/БЛ от 28.06.2012г., № 66-12/БЛ от 10.07.2012г., № 67-12/БЛ от 10.07.2012г.) и возвращения АО «Бизнес-Лизинг» лизингового имущества, которое было продано, ООО «МИП ДВ» намерено вернуть разницу между внесенными лизинговыми платежами по договорам лизинга, с учетом стоимости лизингового имущества, и суммой предоставленного АО «Бизнес-Лизинг» финансирования по указанным договорам лизинга как неосновательное обогащение.

ООО «МИП ДВ» основывает вышеуказанный расчет суммы неосновательного обогащения на произведенной оценке рыночной стоимости имущества, на основании Отчета № 16/МО/2016 от 09.03.2016г. об определении рыночной стоимости движимого имущества, с датой определения стоимости объекта оценки на 01.10.2014г., подготовленного ООО «Оценка-Партнер» (<...>).

Судом назначена судебная экспертиза отчета № 16/МО/2016 от 09.03.2016г., выполненного ООО «Оценка-Партнер», проведение которой поручено Хабаровскому региональному отделению Российского общества оценщиков на соответствие законодательству об оценочной деятельности.

Согласно представленному заключению эксперта, отчет № 16/МО/2016 от 09.03.2016г., выполненный ООО «Оценка-Партнер», не соответствует требованиям законодательства Российской Федерации об оценочной деятельности, при проведении оценки оценщик неправомерно не использовал метод сравнительных продаж.

Ответчиком и истцом заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости переданного в лизинг имущества.

В рамках дела проведена судебная экспертиза ООО «Хабаровское агентство юридической экспертизы и оценки имущества» по определению рыночной стоимости имущества, предоставлено заключение эксперта № 13.

В судебное заседание приглашалась эксперт ФИО5 для дачи пояснений на поставленные вопросы сторон, суда.

ООО «МИП ДВ» заявило в арбитражный суд ходатайство об уменьшении суммы исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ , согласно которому просит суд взыскать с АО «Бизнес-Лизинг» в пользу ООО «МИП ДВ» денежную сумму в размере 8 302 430 руб. 70 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 725 452 руб. 52 коп.

Истец заявил ходатайство о выделении в отдельное производство требований по каждому договору лизинга; ответчик просит дела выделить, объединив по два договора.

Ходатайство судом удовлетворено.

В рамках настоящего дела рассматривается требование по договору № 125п-11/БЛ от 30.11.2011г., уточненные требования по неосновательному обогащению составляют 515 366.08 руб. На требованиях процентов истец не настаивает, расчет процентов от заявленной суммы суду не предоставлен.

Истец произвел расчет сальдо встречного обязательства с учетом определенной рыночной стоимости имущества исходя из выполненной судебной экспертизы, срока возврата финансирования 01.10.2014г. , что с учетом уточнения составило 515 366 руб. 08 коп. С расчетом, представленным ответчиком, не согласен в части указания даты возврата финансирования, включения в расчет стоимость поиска имущества, расходов на страхование, оплату налогов, неустойки. Указывает на недобросовестное поведение при размещении информации о реализации имущества после расторжения договора. Также не согласен с датой расторжения договора.

Ответчиком с иском не согласен. Указывает, что имущество находилось в залоге, предоставлен контррасчет, согласно которому сальдо встречных обязательств не в пользу истца. C доводами истца не согласен. Настаивает на определении сальдо исходя из фактической продажи имущества, включении в расчет расходов на оплату страхования и налогов за период, когда не производилась оплата лизинговых платежей, расходов на поиск и транспортировку техники, неустойки. Указывает, что договор был расторгнут в одностороннем порядке, уведомление истцом получено 10.04.2014. Ссылается на ничтожность п.10.1 договора лизинга и необходимость начисления неустойки с первоочередным погашением поступающими платежами сумм основного долга.

Заслушав пояснения представителей, исследовав материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

Между истцом (Лизингодатель) и ответчиком (Лизингополучатель) заключен договор 125п-11/БЛ от 30.11.2011г. финансовой аренды (лизинга), по условиям которого Лизингодатель обязуется приобрести у продавца (поставщика) в собственность выбранное Лизингополучателем для целей данного договора имущество тягач гидрофицированный ISUZU ЕХ51К. 2008 г.в. и предоставить его за плату во временное владение и пользование Лизингополучателю, а лизингополучатель обязан принять его и выплачивать лизинговые платежи.

Тягач был приобретен по договору купли-продажи от 30.11.2011г. по цене 4 298 000 руб. АО «Бизнес-Лизинг» у ООО «Строительно-дорожные машины» с подписанием договора со стороны ООО «Многоотраслевое инженерное предприятие Дальнего Востока».

Лизингополучатель в соответствии с пунктами 2.1 договора обязуется принять его в пользование и выплачивать лизинговые платежи. Расходы, возникшие при передаче предмета лизинга, которые не относятся на продавца, в полном объеме несет лизингополучатель.

Имущество передается в лизинг на срок согласно приложению № 1 с 05.02.2012 по 05.01.2015г.

Согласно п.3.2. при смене постоянного места нахождения и базы хранения предмета лизинга лизингополучатель обязан письменно известить об этом лизингодателя в течение 1 дня.

Согласно п.4.3. общая сумма лизинговых платежей составляет 5 642 888 руб. 41 коп., включает стоимость привлеченных кредитных ресурсов, вознаграждение лизингополучателя, страховая премия по договору страхования и иные расходы, связанные с предметом лизинга. Выкупная цена не включается, за исключением последнего.

Выкупная стоимость составляет 8 руб. и включена в состав последнего лизингового платежа ( п.4.4.).

Согласно п.4.6. график лизинговых платежей состоит из двух разделов – график начисленных и график уплаты лизинговых платежей.

График начисленных платежей используется для отражения в бухгалтерском учете доходов для лизингодателя и расходов для лизингополучателя. График уплаты лизинговых платежей - это график фактического перечисления лизинговых платежей. Начисление неустойки происходит исходя из сумм и сроков по графику к уплате.

При досрочном расторжении договора лизингодатель пересчитывает сумму задолженности исходя из графика начисленных платежей. Начисление неустойки производится исходя из графика начисленных платежей. Взыскание задолженности и неустойки за пользование до передачи имущества по акту приема – передачи производится на основании графика начисленных платежей. ( п.4.7. договора).

Согласно п.6.1. лизингодатель обязан застраховать предмет лизинга на весь срок действия договора. Сумма страховой премии учитывается при расчете суммы лизинговых платежей.

Лизингополучатель обязан уведомлять лизингодателя об изменении места эксплуатации предмета лизинга ( п.7.3.2).

По договору перечислен задаток 1 289 400 руб. который засчитывается в счет исполнения лизинговых платежей ( п.8.1.1.). Если договор расторгается по вине лизингополучателя задаток не возвращается, а остается в качестве возмещения убытков у лизингодателя.

Договором установлена неустойка 0.1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты лизинговых платежей ( п.8.1.2.).

Лизингодатель вправе изъять предмет лизинга в т.ч. при досрочном расторжении договора (п.9.1.). Лизингодатель направляет уведомление о расторжении договора с указанием места возврата имущества.

Расходы, связанные с возвратом имущества в т.ч. демонтаж, транспортировка предмета лизинга несет лизингополучатель.

В случае неисполнения лизингополучателем требований, указанных в уведомлении о расторжении договора подлежит уплате штраф в размере 20 % от суммы лизинговых платежей, указанных в разделе 4 договора ( 9.4.).

Согласно п. 10.1. в случае возникновения просроченной задолженности устанавливается очередность зачисления платежей: неустойка (независимо от назначения платежа), просроченные лизинговые платежи и задаток, текущие лизинговые платежи. Лизингодатель вправе в одностороннем порядке изменить очередность зачисления платежей, независимо от назначения, письменно уведомив последнего.

Лизингодатель вправе в одностороннем порядке отказаться от договора, в случает нарушение лизингополучателем обязанности по уплате платежей (п.10.3, п.13.3.2.).

Если лизингополучатель не известил о новом месте нахождения предмета лизинга от компенсирует все расходы, понесенные лизингодателем в процессе установления местонахождения предмета лизинга ( п.10.4.).

Согласно п. 13.6. уведомление об отказе от договора направляется заказным письмом с уведомлением о вручении, либо путем вручения под расписку, с момента получения лизингополучателем уведомления об отказе от договора договор считается расторгнутым.

Возврат предмета лизинга оформляется подписанием акта приема-передачи ( п.13.7.).

Дополнительным соглашением от 16.12.2011г. стороны уточнили идентифицирующие признаки имущества.

Тягач находился в залоге у ОАО «Сбербанк России» на основании договора залога № 100110084/3-4 от 31.01.2013г. по обеспечению исполнения обязательства по е кредитному договору до 06.12.2014г. (т.д.6).

06.03.2014г. лизингодатель направил лизингополучателю претензию с указанием на нарушение обязательств по оплате, начислением неустойки и предложением погасить имеющуюся задолженность, указав на возможность одностороннего отказа от договора. Претензия лизингополучателем получена 11.03.2014г. с отметкой входящего номера.

Истец в одностороннем порядке отказался от договора лизинга уведомлением № 182 от 09.04.2014г.(т.4 л.д. 28).

Соглашением от 01.10.2014г. стороны расторгли договор.

Согласно п. 7 соглашения от 01.10.2014г. на момент расторжения договора задолженность лизингополучателя составила 780 712 руб. 70 коп.

01.10.2014г. стороны оформили акт приема-передачи имущества с указанием на его возврат в исправном состоянии с учетом естественного износа.

01.10.2014г. лизингодатель направил истцу претензию с требованием оплатить задолженность и неустойку, указав на возможность одностороннего отказа от договора. Претензия лизингополучателем получена 07.11.2014г. с отметкой входящего номера.

01.10.2014г. ответчиком по договору купли-продажи № 287-14/К тягач гидрофицированный ISUZU ЕХ51К. 2008 г.в. был продан ООО «Когломерат 31» по договору купли-продажи по цене 1 535 766 руб. 76 коп. ( п.2.1. договора).

Согласно п. 2.2. договора купли-продажи покупатель обязуется приобрести стоимость приобретенного имуществ в размере 100 % до 28.02.2015г.

Оплата по договору купли- продажи произведена 15.01.2015г.

В рамках проведенной судебной экспертизы установлена рыночная стоимость тягача на 01.10.2014г. в размере 2 002 000 руб.

Истец произвел расчет сальдо встречного обязательства, с учетом определенной рыночной стоимости имущества исходя из выполненной судебной экспертизы, срока возврата финансирования 01.10.2014г. , что с учетом уточнения составило 515 366 руб. 08 коп.

Полагая, что после продажи имущества на стороне лизингодателя образовалось неосновательное обогащение истец обратился в суд.

Рассмотрев материалы дела, суд считает иск не подлежащим удовлетворению.

В соответствии со статьей 625 Гражданского кодекса Российской Федерации к отдельным видам договора аренды и договорам аренды отдельных видов имущества (прокат, аренда транспортных средств, аренда зданий и сооружений, аренда предприятий, финансовая аренда) положения, предусмотренные параграфом 1 главы 34 "Аренда", применяются, если иное не установлено правилами названного Кодекса об этих договорах.

Пунктом 1 статьи 624 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в законе или договоре аренды может быть предусмотрено, что арендованное имущество переходит в собственность арендатора по истечении срока аренды или до его истечения при условии внесения арендатором всей обусловленной договором выкупной цены.

Согласно пункту 1 статьи 19 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон.

Под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю (пункт 1 статьи 28 Закона о лизинге).

Несмотря на отдельное условие в договоре лизинга о выкупной стоимости имущества, ее размер составляет с очевидностью столь незначительную сумму по сравнению с первоначальной стоимостью имущества, что, такая выкупная цена не может с безусловностью свидетельствовать о ее соответствии рыночным ценам.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 3.1, 3.2, 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (п. 3.2).

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (п. 3.3 постановления).

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. (п. 3.4 постановления).

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора (п. 3.5).

Рассматривая споры о том, какие права по договору купли-продажи предмета лизинга имеет лизингодатель или каким образом он должен осуществлять свои права по иным договорам, связанным с предметом лизинга, судам следует исходить из принципа добросовестности (п. 3 ст. 1 ГК РФ) и принимать во внимание правомерное ожидание лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем (п. 6 постановления).

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - постановление Пленума N 17), правовые позиции, содержащиеся в данном постановлении подлежат применению также к договорам лизинга, в которых содержится условие о праве лизингополучателя выкупить по окончании срока действия такого договора предмет лизинга по цене, настолько меньшей, чем его рыночная стоимость на момент выкупа, что она является символической.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума N 17 следует, что стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Арбитражный суд, применяя указанные разъяснения, должен исходить из вытекающего из них смысла о приоритетности использования фактической цены реализации лизингодателем предмета лизинга, придя к выводу, что невозможность ее применения обуславливается недобросовестностью и неразумностью действий лизингодателя при осуществлении продажи, которая должна быть доказана лизингополучателем по правилам статьи 65 АПК РФ.

Проверив расчет истца и возражения ответчика по расчету финансирования согласно п.3.5. Постановления 17 и оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные доказательства суд приходит к следующим выводам.

Истец ссылается на недобросовестность реализации предмета лизинга лизингодателем в день его получения от лизингополучателя 01.10.2014г, возражая против получения уведомления об одностороннем отказе 10.04.2017г. , поскольку отсутствует опись вложения и полагает, что договор был расторгнут соглашением от 01.10.2014г.

Суд не может признать убедительным довод истца.

По запросу суда ОСП Переясловский почтамт представлено подтверждение о доставке 10.04.2014г. письма с идентификатором 68002147339153 , отправленного в адрес ООО «МИП ДВ», по адресу регистрации истца: <...>,которым, как поясняет ответчик, было направлено уведомление об одностороннем отказе от договора.

Истец какого–либо опровержения получения письма с вложением уведомления об одностороннем отказе суду не предоставил.

Довод о том, что конверт мог быть пустым или имел вложением иной документ в нарушение ст. 65 АПК РФ документально не доказан.

Представитель истца ссылается на то, что конкурсному управляющему не переданы документы по делопроизводству, в т.ч. по регистрации входящей корреспонденции.

Суд считает необходимым отметить, что отсутствие документов по регистрации входящей корреспонденции в спорный период у конкурсного управляющего, не является доказательством недобросовестности поведения лизингодателя при переписке сторон.

При этом, учитывая доказанность получения истцом письма 10.04.2014г., истец каких-либо писем о получении предполагаемого пустого конверта ответчику не направлял.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

Ответчик ссылался на односторонний отказ от договоров в отзыве от 23.05.2016г. ( т.4. л.д. 23) с приложением уведомлений ( т.4. л.д. 28-33).

Истец в возражениях от 03.06.2016г. также оперирует датой одностороннего отказа от договора ответчиком 09.04.2014г. (т.4 л.д. 125), не оспаривая дату расторжения, т.е. по сути, факт информированности о прекращении договорных отношений.

При этом представитель истца неоднократно указывает на то, что расторжение договора было инициировано именно лизингодателем, однако, иного уведомления о расторжении договор в одностороннем порядке суду не предоставил.

При этом суд считает необходимым отметить, что истец, предоставив суду еще одну претензию от 01.10.2014г. , получение которой не отрицает, почтовую квитанцию c описью вложения суду не предоставил, что согласно ст. 5 ГК РФ суд расценивает как обычай делового оборота между сторонами- направление корреспонденции без описи вложения.

Учитывая, что факт получения корреспонденции материалами дела доказан, доказательств получения какого-либо иного письма истцом не предоставлено, при таких обстоятельствах суд считает доказанным факт получения истцом уведомления об одностороннем отказе от договора.

Ссылка истца на судебную практику не может быть принята судом, поскольку согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, тогда как приведенные истцом судебные акты имеются иные фактические обстоятельства.

Ссылка представителя истца на направленную претензию от 01.10.2014г. и представленное двухстороннее соглашение от 01.10.2014 о расторжении договора, что по его мнению свидетельствует о продолжавшихся договорных отношениях, не отменяет ранее направленное уведомление и не подтверждает факт продолжения договорных отношений, в связи с чем суд расценивает его как соглашение о фиксации факта передачи имущества и наличия задолженности на указанную дату.

При этом, учитывая направление претензии лизингополучателю даже в день расторжения договора, суд расценивает действия ответчика по оформлению юридически противоречащих документов как непоследовательные, но не как недобросовестные.

В соответствии с пунктом 2 статьи 453 Гражданского кодекса при расторжении договора обязательства сторон прекращаются

При таких обстоятельствах произошло прекращение действия договора в связи с односторонним отказом.

Имущество реализовано третьему лицу в день получения предмета лизинга от лизингополучателя.

Как следует из пояснений ответчика, после направления претензии и отказа от договора лизингодатель начал поиски потенциального покупателя, в результате чего к моменту возврата тягача имел возможность заключить договор по его продаже.

При этом, не получая оплату по договору лизинга с ноября 2013г., не принятие истцом мер по полученной претензии от 06.03.2016г., cуд считает достаточным для того, чтобы лизингодатель, понимая последствия нарушения истцом обязательств по договору в части оплаты и прекращения договора, принял мера по поиску покупателя.

При значительном временном интервале после возврата имущества (октябрь 2014г.) и обращения истца в суд в марте 2016г. отсутствие у истца информации об имевшем место открытом предложении техники не может служить безусловным доказательством недобросовестности ответчика.

Представленные ответчикам письма- обращения к контрагентам с предложением о приобретении техники, размещение в интернете объявлений истцом не оспорены.

Действия лизингодателя по расторжению договора лизинга и реализации имущества являются вынужденной мерой, являющейся следствием нарушения лизингополучателем обязательств по договору лизинга.

Истец, прекратив оплату по договору лизинга и располагая информацией о финансовом состоянии организации, приведшем к принятию заявления о возбуждении дела о банкротстве, учитывая ранее полученную претензию о возможности прекращения действия договора, содействия в поиске покупателя ответчику не оказывал.

При этом истцом не предоставлено суду доказательств того, что у ответчика имелась реальная возможность реализации имущества по иной цене.

Как указано экспертом в отчете срок реализации имущества, находящегося в залоге, может достигать для машин до 623 дней (т.д. 7 л. 44 заключения эксперта).

При столь длительном сроке возможной реализации имущества лизингодатель помимо расходов, уже понесенных при приобретении имущества, и не получении тех доходов, которые были определены договором лизинга при его надлежащем исполнении, будет обременен расходами по хранению, содержанию, обслуживанию и т.д. имущества, приобретенного не с целью использования, а с целью передачи третьему лицу.

Учитывая, что имущество реализовано по истечении 5 месяцев с даты расторжения договора, суд приходит к выводу, что неразумность и недобросовестность лизингодателя при реализации предметов лизинга материалами дела не подтверждается и истцом не доказана.

За дату возврата финансирования суд признает обоснованной дату 01.10.2014г.

В договоре купли -продажи при дате передачи имущества 01.10.2014г. покупателю предоставлена отсрочка платежа до 28.02.2015г., т.е. ответчик счел возможным продать предмет лизинга без одновременной оплаты.

Поскольку имущество и бремя его содержания передано новому покупателю 01.10.2014г., а отсрочка получения денежных средств т.е. нового размещения финансирования, является волей ответчика, суд считает возможным в данном случае принять за дату возврата финансирования дату передачи имущества новому покупателю 01.10.2014г.

В экспертном заключении определена рыночная стоимость имущества - 2 002 000 руб., фактически имущество было продано за 1 535 766 руб. 76 коп.

В акте приема-передачи подробное техническое состояние стороны не отразили.

Представленное экспертное заключение не может быть признано судом допустимым доказательством (статья 68 АПК РФ), поскольку по смыслу пункта 4 постановления Пленума N 17 предметом оценки оценщика должно быть индивидуально-определенное имущество (транспортное средство), являющееся предметом лизинга в том состоянии, которое оно имело на момент его передачи лизингодателю, в то время как в отчете оценщика произведена оценка аналогичных предмету лизинга марок (моделей) техники с аналогичными техническими характеристиками без осмотра оцениваемых транспортных средств с допущением, что на дату оценки техническое состояние объектов оценки нормальное.

Тем самым, по оценке суда, представленное экспертное заключение представляет собой усредненное значение рыночной стоимости тягача гидрофицированного ISUZU ЕХ51К. 2008 г.в., а не рыночную оценку конкретного спорного предмета лизинга и суд не может признать обоснованным использования при расчете сальдо оценочной величины спорного имущества, признает обоснованной позицию ответчика в части использования в расчете фактической цены продажи тягача.

В части порядка распределения платежей, поступающих по договору согласно п. 10.1. ответчик ссылается на п.2 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 N 141 "О некоторых вопросах применения положений статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно которому «соглашение, предусматривающее, что при исполнении должником денежного обязательства не в полном объеме требования об уплате неустойки, процентов, предусмотренных статьей 395 Кодекса, или иные связанные с нарушением обязательства требования погашаются ранее требований, названных в статье 319 Кодекса, противоречит смыслу данной статьи и является ничтожным (статья 168 ГК РФ).»

В соответствии со статьей 319 Гражданского кодекса Российской Федерации сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем - проценты, а в оставшейся части - основную сумму долга.

В пункте 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 N 141 "О некоторых вопросах применения положений статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что ст. 319 ГК РФ не регулирует отношения, связанные с привлечением должника к ответственности за нарушение обязательства (глава 25 ГК РФ), а определяет порядок исполнения денежного обязательства, которое должник принял на себя при заключении договора.

Соглашением сторон может быть изменен порядок погашения только тех требований, которые названы в статье 319 Гражданского кодекса Российской Федерации (например, стороны вправе установить, что при недостаточности платежа обязательство должника по уплате процентов после основной суммы долга).

Статья 319 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагает возможность для сторон изменить порядок погашения требований, установленных рамками данной статьи, однако стороны не вправе в договоре предусмотреть направление поступающих от должника средств в первую очередь на погашение неустоек, поскольку неустойка по своей правовой природе не относится к денежному обязательству, а является санкцией за ненадлежащее исполнение денежного обязательства.

Абзацем 3 пункта 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 N 141 "О некоторых вопросах применения положений статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что соглашение сторон, предусматривающее, что при исполнении должником денежного обязательства не в полном объеме требования об уплате неустойки, процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или иные связанные с нарушением обязательства требования погашаются ранее требований, названных в статье 319 Гражданского кодекса Российской Федерации, противоречит смыслу данной статьи и является ничтожным согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, действующее законодательство на момент заключения спорного договора лизинга исходило из принципа приоритета погашения основного долга по обязательству перед штрафными санкциями. Должник вправе погасить требования об уплате штрафных санкций в любое время добровольно, а кредитор вправе потребовать их через суд и до уплаты основного долга.

Указанный правовой подход поддержан в Определении Верховного Суда РФ от 17.05.2017 N 305-ЭС17-4759 по делу N А40-19153/2016.

С учетом того, что на момент заключения договора п.10.1. противоречил указанным нормативным разъяснениям суд считает правомерным расчет неустойки с первоначальным погашением поступающим платежом основного долга и затем неустойки, что соответствует варианту расчета неустойки ответчика.


Согласно п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» если при расторжении договора основное обязательство не прекращается, например, при передаче имущества в аренду, ссуду, заем и кредит, и сохраняется обязанность должника по возврату полученного имущества кредитору и по внесению соответствующей платы за пользование имуществом, то взысканию подлежат не только установленные договором платежи за пользование имуществом, но и неустойка за просрочку их уплаты (статья 622, статья 689, пункт 1 статьи 811 ГК РФ).

Истец продолжал пользоваться техникой до даты ее возврата лизингодателю 01.10.2014г.

При таких обстоятельствах у него имелось обязательство по оплате пользования и соответственно право лизингодателя по начислению неустойки на неисполненное обязательство.

С учетом изложенного, ответчик правомерно начислил неустойку по день фактического возврата техники 01.10.2014г.

Согласно условиям договора после его расторжения начисление лизинговых платежей производится по графику начисленных платежей (договора), т.е. без списания задатка в период нахождения техники у лизингополучателя.

Ответчик произвел расчет неустойки с учетом первоначального погашения поступающим платежом имеющегося долга по лизинговым платежам, что по состоянию на 01.10.2014г. составило 355 624 руб. 19 коп., который суд считает необходимым учитывать при расчете сальдо встречных обязательств.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 3.1, 3.2, 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от предусмотренных законом или договором санкций.

При таких обстоятельствах ответчик правомерно настаивает на включение в расчет сальдо неустойки.

Ответчик указывает со ссылкой на судебную практику, что при подписании соглашения от 01.10.2014г. с указанием наличия долга у лизингополучателя в размере 780 712 руб. 70 коп. определение завершающей обязанности лизингодателя было осуществлено не в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 3 - 3.6 постановления Пленума N 17, что не противоречит принципу свободы договора, потому что данные разъяснения не относятся к императивным нормам. В связи с этим отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей.

Изложенная позиция не может быть признана судом обоснованной, поскольку при подписании соглашения не учтена стоимость проданного имущества, т.е. возврат финансирования, что подтверждается тем, что ответчик указывает в расчете дату возврата финансирования 15.01.2016г.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело, или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков согласно статье 393 Гражданского кодекса Российской Федерации является мерой ответственности.

Ответчик заявляет о необходимости включения затрат на поиск имущества 215 000 руб., транспортировке имущества 30 000 руб. согласно заключенному с ООО «Строй Инициатива» договору от 20.04.2015г.

Суд считает обоснованным включение в расчет сальдо затрат на транспортировку.

Довод истца о том, что затраты не подтверждены документально судом отклоняется.

Представленный договор, заключенный ответчиком с ООО «Строй Инициатива» от 20.04.2015г., соглашение о зачете истцом не оспорены. Каких-либо доказательств тому, что техника доставлена от рабочего участка истца до г. Хабаровска, иным способом и по иной цене, чем указано в договоре, с принятием в качестве оплаты зачета истцом суду в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено.

При таких обстоятельствах суд признает обоснованными и подлежащими включению в расчет сальдо убытков в размере 30 000 руб. по стоимости транспортировке имущества в г. Хабаровск.

Согласно п.1 ст. 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

П.7.1. договора предусмотрено инспектирование предмета лизинга.

Расходы на поиск имущества 215 000 руб. суд не включает в расчет сальдо, поскольку до заключения указанного договора ответчик с запросом к истцу о месте нахождения имущества не обращался, инспектирование предмета лизинга не осуществлял, т.е. содействовал увеличению размера убытков, в связи с чем понес расходы, которых можно было минимизировать, направив соответствующий запрос.

Ответчик настаивает на включении в расчет сальдо штрафа за отказ вернуть имущество в размере 1 128 577 руб. 68 коп.

Включение указанного штрафа в расчет сальдо суд не может признать обоснованным.

Договором не согласован срок возврата техники, он определяется лизингодателем.

Поскольку, направив уведомление об отказе от договора 09.04.2014г., ответчик установил срок возврата 16.04.2014г., который суд признает не разумным, нарушение которого влечет безусловное начисление штрафа, ввиду чего суд применяет ст. 404 ГК РФ.

В части включения в расчет сальдо дополнительно понесенных расходов на страхование и оплату налога довод ответчика отклоняется, поскольку расходы на страхование и налоги включены в лизинговые платежи, рассчитанные на весь период действия договора.

Факт неполучения денежных средств лизингополучателем от лизингодателя и оплата текущих страховых взносов и налогов за счет собственных средств не имеет правого значения, поскольку относится не к учету страховых выплат и налогов в составе лизинговых платежей, а к источнику их финансирования.

Поскольку все предполагаемые на протяжении действия договора страховые выплаты и налоги учтены в составе лизинговых платежей повторное включение уплаченных ответчиком сумм в расчет убытков неправомерно, поскольку увеличивает сумму общего размера платежей по договору ( в формуле показатель « П»).

За срок финансирования суд принимает обоснованным 1 036 дней- до даты фактического возврата предмете лизинга 01.10.2014г.

Предоставление лизингодателем состоит из «Ф» размера финансирования 4 298 000 руб.

Плата за финансирование составляет 4 298 000 руб. * 10.9 %* 1 036 дне/100/365 = 1 329 718 руб. 77 коп.

Предоставлено лизингодателем 4 298 000 руб. (финансирование)+ 1 329 718 руб. 77 коп. ( плата за финансирование) + 355 624 руб. 19 руб. (неустойка) + 30 000 руб. ( транспортировка) = 6 013 342 руб. 96 коп.

Предоставление лизингополучателем 4 042 200 руб. 35 коп. (внесенные платежи) + 1 535 766 руб. 76 коп. ( стоимость фактической продажи имущества) = 5 577 967 руб. 11 коп.

Поскольку предоставление лизингодателем превышает предоставление лизингополучателя, неосновательного обогащения у лизингодателя не образовалось, в связи с чем оснований для удовлетворения иска не имеется.

Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.

Судья О.М. Левинталь