Постановление от 25 октября 2024 г. по делу № А76-27548/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6187/24

Екатеринбург

25 октября 2024 г.


Дело № А76-27548/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 октября 2024 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Гайдука А. А.,

судей Абозновой О. В., Черемных Л. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Технобазис» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 08.05.2024 по делу № А76-27548/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Технобазис» – ликвидатор ФИО1 (решение от 10.04.2023 № 14);

Прокуратуры Свердловской области – ФИО2 (доверенность от 04.02.2024 № 8/2-15-2024).

Общество с ограниченной ответственностью «Технобазис» (далее – общество «Технобазис», истец, заявитель жалобы) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Туррис» (далее – общество «Туррис», ответчик) о взыскании задолженности в сумме 30 236 547 руб. (с учетом уточнений заявленных требований, принятых судом на основании норм статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 05.11.2019 исковые требования удовлетворены.

Во исполнение указанного судебного акта арбитражным судом выдан исполнительный лист серии ФС № 031331306 от 13.12.2019.

Впоследствии от Прокуратуры Челябинской области (далее – прокуратура) поступило заявление о пересмотре решения Арбитражного суда Челябинской области от 05.11.2019 по рассмотренному делу по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.02.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому Федеральному округу (далее – Росфинмониторинг), Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – УФНС по Челябинской области).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 01.08.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022, заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворено, решение Арбитражного суда Челябинской области от 05.11.2019 по делу № А76-27548/2019 отменено.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 01.09.2023 удовлетворено ходатайство прокуратуры о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Судом были приняты к производству требования прокуратуры об отказе в удовлетворении исковых требований общества «Технобазис» к обществу «Туррис» о взыскании долга, и о признании недействительным (ничтожным) договора поставки от 31.10.2018 заключенного между обществом «Технобазис» и обществом «Туррис», и о применении последствий недействительности (ничтожности) указанной сделки путем взыскания в доход Российской Федерации с общества «Технобазис» денежных средств в сумме 29 238 467 руб. 27 коп.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 01.09.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство финансов Российской Федерации (далее – Министерство финансов РФ).

При повторном рассмотрении спора по существу от общества «Технобазис» поступило заявление об отказе от исковых требований, мотивированное завершением процедуры банкротства, полным погашением задолженности и отсутствием у общества «Технобазис» интереса в продолжении осуществления судебной защиты.

Судом первой инстанции, исходя из установленной недобросовестности сторон, было отказано в принятии отказа от исковых требований со стороны истца.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 08.05.2024 в удовлетворении исковых требований обществу «Технобазис» отказано. С общества «Технобазис» в доход Федерального бюджета Российской Федерации взыскана государственная пошлина в сумме 174 183 руб.

Заявление прокуратуры удовлетворено, договор поставки от 31.10.2018, заключенный между обществом «Технобазис» и обществом «Туррис», признан недействительной (ничтожной) сделкой. Применены последствия недействительности (ничтожности) сделок в виде взыскания с общества «Технобазис» в доход Российской Федерации денежных средств в сумме 29 238 467 руб. 27 коп.

Прекращено взыскание по исполнительному листу серии ФС № 031331306 от 13.12.2019.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2024 решение суда оставлено без изменения.

Общество «Технобазис», не согласившись с принятыми судебными актами, обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм при рассмотрении спора материального и процессуального права, и на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что производство по делу подлежит прекращению, так как общество «Туррис» является недействующей организацией, отсутствуют исполнительные органы юридического лица, фактически юридическое лицо на сегодняшний момент обладает всеми признаками недостоверности и не могло быть восстановлено в ЕГРЮЛ.

По мнению заявителя жалобы, стороны оспоренной сделки отразили ее финансовые результаты в налоговой отчетности, оплатив налоги и сборы в полном объеме; эффективность и целесообразность сделки оценивается сторонами самостоятельно и не является предметом судебного контроля, вместе с тем прокуратурой не представлено обоснование нарушения прав Российской Федерации и публичных интересов при взыскании задолженности за поставленный товар с коммерческого юридического лица, не имеющего отношений к бюджету Российской Федерации.

Заявитель жалобы также ссылается на необоснованный отказ суда в принятии отказа от исковых требований, в связи с завершением процедуры банкротства общества «Технобазис» и полным погашением задолженности.

Кроме того, заявитель жалобы полагает, что в рассматриваемом споре, не имелось оснований для применения норм статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку полученные обществом «Технобазис» денежные средства обусловлены получением обществом «Туррис» денежных средств за счет других сделок и не имеют отношения к оспоренной прокуратурой сделке.

Заявитель жалобы также отмечает, что при признании оспоренной сделки недействительной судом не учтено заявление прокуратурой соответствующего требования с пропуском срока для признания оспоримых сделок недействительными, поскольку оснований для признания сделки не соответствующей требованиям закона не имелось.

В отзыве на кассационную жалобу прокуратура просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения. При этом указывает, что доводы заявителя жалобы основаны на ошибочном толковании норм права, сводятся к переоценке выводов, изложенных в судебных актах.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции установил, что оснований для их отмены не имеется.

Как следует из материалов дела и установлено судами, обществом «Технобазис» (поставщик) и обществом «Туррис» (покупатель) подписан договор от 31.10.2018, по условиям которого поставщик обязуется поставить покупателю запчасти, а покупатель обязуется оплатить и принять товар на условиях настоящего договора (пункт 2.1 договора).

Товар поставляется покупателю отдельными партиями на условиях, объемах и в количествах, согласованных сторонами (пункт 2.2 договора).

Вид, ассортимент, количество и цена товара согласовываются сторонами и отражаются в счет-фактуре, а также в товарной накладной (пункт 2.3 договора). Форма оплаты – безналичная путем перечисления денежных средств или иным способом, не запрещенным законодательством (пункт 6.5 договора).

Как указано общество «Технобазис», им по универсальным передаточным документам: № 1112 от 01.11.2018, № 8113 от 08.11.2018, № 15113 от 15.11.2018, № 22112 от 22.11.2018, № 30112 от 30.11.2018, № 3123 от 03.12.2018, № 7124 от 07.12.2018, № 12122 от 12.12.2018, № 21121 от 21.12.2018, № 28122 от 28.12.2018 произведена поставка обществу «Туррис» товара.

Оплата за товар не произведена, задолженность составила 30 236 547 руб., в связи с этим истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании долга, суд первой инстанции пришел к выводу о мнимости сделки, исходя из действий сторон, не предполагавших реального осуществления поставки товара. Поскольку такие действия имели целью нарушение сторонами Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», суд первой инстанции квалифицировал сделку как совершенную с целью, заведомо противной основам правопорядка (статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации) и пришел к выводу о взыскании полученного по недействительной сделке в доход Российской Федерации, в связи с этим удовлетворил требования прокуратуры.

Суд апелляционной инстанции, оставляя решение без изменения, с выводами суда первой инстанции согласился, признал их правильными, соответствующими имеющимся в материалах дела доказательствам и требованиям закона.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Согласно норме пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла нормы пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В соответствии с разъяснениями пункта 8 постановления № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, обход участниками гражданского оборота положений законодательства в противоправных целях, связанных с совершением незаконных финансовых операций, может являться основанием для вывода о недействительности сделки и отказа в удовлетворении требований, предъявленных в суд в этих целях. Таким образом, реальность обязательств по сделке не исключает право суда отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством.

В соответствии с нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, при рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

В соответствии с нормой пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу норм частей 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии со статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Кроме того, в силу нормы пункта 4 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 75 постановления № 25, применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 Гражданского кодекса Российской Федерации), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В части 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, разъяснено, что сделки, направленные на придание правомерного вида операциям с денежными средствами и имуществом, полученным незаконным путем, в том числе мнимые и притворные сделки, а также сделки, совершенные в обход положений законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, могут быть признаны посягающими на публичные интересы и ничтожными, что исключает возможность удовлетворения судом основанных на таких сделках имущественных требований, не связанных с их недействительностью.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу пункта 2 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015 № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем».

Как установлено судами, заключая договор поставки, стороны не намеревались его исполнить, перемещение товара от истца ответчику не происходило, перечисление денежных средств по договору имело цель «обналичивания» денежных средств через использование процедуры банкротства общества «Технобазис».

Искусственно образуя дебиторскую задолженность по мнимым сделкам, общество «Технобазис» в рамках своего банкротства (дело № А76-38352/2018) путем инициирования множества судебных разбирательств, осуществляло ее взыскание и распределение между кредиторами, среди которых наибольшим объемом требований к должнику обладали физические лица (ФИО3 – 30 036 115 руб. 70 коп.; ФИО4 – 70 000 517 руб. 62 коп., ФИО5 – 30 494 348 руб. 80 коп.; ФИО6 – 50 699 390 руб. 36 коп.).

После полного распределения должником денежных средств между кредиторами с минимальным риском применения банками противолегализационных мер, поскольку в обоих случаях перечисления денежных средств фактически санкционировались вступившими в законную силу судебными актами, средства использовались последними по собственному усмотрению, а производство по делу было прекращено.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции стороны не пояснили экономическое обоснование совершенной сделки, не представили подлинных документов о совершении сделки (договор, универсальные передаточные документы), доказательства перевозки, хранения, отгрузки товара, а также доказательства невозможности возврата долга в бесспорном порядке без использования судебного механизма взыскания, учитывая, что в конечном итоге взысканная в судебном порядке задолженность была перечислена ответчиком добровольно без предъявления истцом к исполнению исполнительного листа.

Из материалов дела следует, что Росфинмониторингом по результатам анализа операций (сделок) проверяемых лиц на предмет связи с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, в отношении указанных лиц выявлена схема по организации «теневой площадки» по «обналичиванию» денежных средств с использованием процедуры банкротства, активное участие в которой принимало общество «Технобазис», также указав на то, что различными кредитными организациями установлены множественные признаки сомнительности операций общества «Технобазис» в соответствующий период.

В справке Росфинмониторинга указано на то, что применение выявленной схемы позволяет совершать операции по взысканию денежных средств на основании множества исполнительных документов централизованно в пользу одного лица, после чего распределять взысканные денежные средства между физическими лицами, с минимальным риском применения банками противолегализационных мер, поскольку в таких случаях перечисления денежных средств фактически санкционированы вступившими в законную силу судебными актами.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, в отношении общества «Туррис» внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице, как по адресу, так и по руководителю, что явилось основанием для принятия решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

Общество «Технобазис» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.03.2010 с уставным капиталом 10 000 руб., не имеющего в собственности основных средств, недвижимости, транспортных средств, со среднесписочной численностью 0 человек и основным видом деятельности «торговля оптовая эксплуатационными материалами и принадлежностями машин».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.12.2018 возбуждено производство по делу № А76-38352/2018 о банкротстве общества «Технобазис» по заявлению конкурсного кредитора общества «Проектный дом».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.01.2019 в отношении общества «Технобазис» введена процедура банкротства наблюдение, утвержден временный управляющий.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 30.05.2019 общество «Технобазис» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

По делу № А76-38352/2018 в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов на общую сумму 192 608 417 руб. 23 коп.

Конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества должника, по результатам которой выявлено следующее имущество: 1 нежилое помещение и дебиторская задолженность в сумме 455 835 618 рублей. Оценка имущества не проводилась.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.01.2021 производство по делу № А76-38352/2018 прекращено в связи с полным погашением реестра требований кредиторов и всех расходов по делу о банкротстве. Погашение реестра требований кредиторов осуществлялось за счет взыскания дебиторской задолженности в рамках исполнительных производств.

Росфинмониторингом и налоговым органом установлено, что дебиторы являлись «транзитными» организациями фактически не осуществляющими финансово-хозяйственную деятельность, выступающими в качестве промежуточных звеньев в схеме создания формального документооборота с целью придания видимости реальных хозяйственных взаимоотношений, что подтверждается документами, полученными в рамках общенадзорных проверочных мероприятий.

При исследовании налоговой отчетности общества «Технобазис» установлено, что налоговые декларации представлены с «нулевыми» показателями или с незначительными суммами налога к уплате при миллионных оборотах (удельный вес вычетов 100%).

При обследовании юридического адреса установлено, что общество «Технобазис» по адресу не находится, а с 03.08.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений в части адреса юридического лица.

Анализ сведений оформленных сделок между указанными лицами показал, что: - участники сделок обладают признаками и характеристиками, позволяющими отнести их к «транзитным» организациям, не осуществляющим реальную финансово-хозяйственную деятельность, представляющих налоговую отчетность с минимальными суммами налога к уплате или нулевую отчетность; - расходы организаций максимально приближены к доходам, отмечается низкий уровень налоговой нагрузки и рентабельности; - при анализе участников сделок с общества «Технобазис» установлены налогоплательщики с множественными признаками недобросовестности (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридических лицах, в отношении которых налоговым органом внесена запись о недостоверности сведений, предоставленных этими юридическими лицами государственному регистрирующему органу), которые на настоящий момент исключены из ЕГРЮЛ, ликвидированы, либо находятся в стадии ликвидации; - при сопоставлении данных расчетных счетов и книги покупок установлено расхождение товарного и денежного потоков, закольцованность поставщиков, фактически не осуществляющих финансово-хозяйственную деятельность; - отсутствовал источник возникновения товара для его последующей реализации; - отсутствовала реальность заявленного по документам товара; - взаимосвязанность участников сделок по IP-адресам, юридическим адресам, сотрудникам, номерам телефонов, банковским счетам.

Таким образом, суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, отсутствие безусловных доказательств волеизъявления сторон на создание правового результата, характерного для поставки, обоснованно признал спорный договор мнимой сделкой, не сопровождавшейся реальным исполнением, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении иска общества о взыскании задолженности.

В соответствии с нормами статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Поскольку действия сторон имели целью нарушение Федерального закона № 115-ФЗ, суд первой инстанции квалифицировал сделку как совершенную с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, и руководствуясь статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, законно и обоснованно пришел к выводу о взыскании полученного по недействительной сделке в доход Российской Федерации, удовлетворив требования прокуратуры.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

В данном случае, ввиду установления злонамеренного нарушения сторонами спорной сделки норм Федерального закона № 115-ФЗ, суды действовали справедливо, признав недопустимым применение двусторонней реституции и взыскав все полученное по такой сделке в доход Российской Федерации, поскольку в противном случае цель поданного прокуратурой заявления и принятых контролирующими органами мер, направленных на недопущение легализации незаконно полученных доходов, была бы не достигнута.

Вопреки доводам заявителя жалобы, отсутствие прямого участия в сделке денежных средств государственного бюджета не освобождает ее сторон от соблюдения правил гражданского оборота и ограничений, установленных в нем федеральным законодательством, в том числе нормами Федерального закона № 115-ФЗ. В настоящем деле суды установили, что действия ответчика и истца заведомо противоречили данным правилам, нарушали публичный порядок в сфере контроля государства за прозрачностью оборота денежных средств.

Доводы заявителя жалобы о том, что в данном случае обществом «Технобазис» денежные средства были получены по другим сделкам, обоснованно отклонены ввиду установленного судом первой инстанции на основании выписок с расчетных счетов, принадлежащих обществу «Туррис» и обществу «Технобазис» факта получения денежных средств от ответчика в размере 29 238 467 руб. 27 коп. в период с 20.01.2020 по 16.04.2020 на расчетный счет, открытый обществом «Технобазис».

Рассматривая заявленный истцом отказ от иска и не принимая его, суд первой инстанции действовал в соответствии с нормой части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в пунктах 29, 30 постановления от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», которые дают суду право при рассмотрении дел в порядке гражданского и административного судопроизводства, в целях достижения задач судопроизводства по своей инициативе проверять обстоятельства, касающиеся возможного обращения участников оборота к судебному порядку разрешения споров в целях легализации доходов, полученных с нарушением законодательства, и учитывать данные обстоятельства при разрешении отдельных процессуальных вопросов (процессуальное правопреемство, изменение порядка и способа исполнения судебного акта и т.п.), при рассмотрении дел по существу (преамбула Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

Учитывая установленные в настоящем деле обстоятельства, суд первой инстанции верно установил в реализации истцом права на отказ от иска стремление избежать неблагоприятных для себя последствий, а также посягательство на публичный интерес, выраженный в необходимости выявления и пресечения противоправной деятельности по легализации доходов, полученных незаконным путем, в связи с этим правомерно и обоснованно рассмотрел исковые требования общества «Технобазис» и самостоятельные требования прокуратуры по существу.

Довод о необоснованном привлечении судом прокуратуры к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, судом кассационной инстанции отклоняется, как противоречащий норме части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Довод заявителя жалобы о пропуске срока исковой давности на предъявление иска прокуратурой, отклоняется как основанный на неверном толковании пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и без учета даты, когда прокуратура узнала об оспариваемой сделке.

Срок исковой давности в данном случае прокуратурой не пропущен, поскольку по общему правилу срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет 3 года (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Иные доводы, приведенные обществом «Технобазис» в кассационной жалобе являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств, основания для которой у суда кассационной инстанции отсутствуют (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Обжалуемые судебные акты соответствуют нормам материального права, а содержащиеся в них выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба общества «Технобазис» – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 08.05.2024 по делу № А76-27548/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Технобазис» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.




Председательствующий А.А. Гайдук


Судьи О.В. Абознова


Л.Н. Черемных