Постановление от 18 сентября 2024 г. по делу № А26-551/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-551/2023
19 сентября 2024 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена   05 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 сентября 2024 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Черемошкиной В.В.,

судей Нестерова С.А., Полубехиной Н.С.,


при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1,


при участии: 

от истца: представитель ФИО2, на основании доверенности от 12.12.2023,

от ответчика: представители ФИО3, на основании доверенности от 23.07.2024, ФИО4, на основании доверенности от 01.01.2024, путем использования системы веб-конференции,

от 3-го лица: представитель не явился, извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номер13АП-23612/2024, 13АП-23613/2024) общества с ограниченной ответственностью «Бакаут» и общества с ограниченной ответственностью «Торговая компания» на решение Арбитражного суда  Республики Карелия от 07.06.2024 по делу № А26-551/2023 (судья Погосян А.А.), принятое по иску:

истец: общество с ограниченной ответственностью «Бакаут»,

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Торговая компания»,

3-е лицо: общество с ограниченной ответственностью «Катерпиллар Файнэншл»,

о взыскании,


                                                                     установил:                                                                    

Общество с ограниченной ответственностью «Бакаут» (далее - истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Торговая компания» (далее - ответчик, Компания) о расторжении договора сублизинга от 23.11.2020 и о взыскании 12 600 420 руб. 00 коп. убытков, причиненных прекращением договора сублизинга от 23.11.2020.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно заявленного спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Катерпиллар Файнэншл».

Определением суда от 22.05.2023 принято встречное исковое заявление Компании к Обществу о взыскании 117 684, 55 долларов США, в том числе: 16 497, 55 долларов США (по курсу Центрального Банка РФ) - задолженность по договору сублизинга с правом выкупа от 23.11.2020 и 67 077 долларов США (по курсу Центрального Банка Российской Федерации) - неустойка за период с 25.11.2020 по 20.04.2023.

Определением от 21.06.2023 удовлетворено ходатайство истца об объединении настоящего дела с делом № А26-5520/2023 по иску Общества к Компании о признании недействительным отказа от исполнения договора сублизинга от 23.11.2020 для совместного рассмотрения.

Определением от 04.10.2023 производство по делу приостановлено в связи с назначением по делу судебной оценочной экспертизы.

Определением от 28.11.2023 производство по делу возобновлено.

Представитель истца поддержал исковые требования и возражения по встречным исковым требованиям по основаниям, изложенным в письменных объяснениях, указал, что при рассмотрении настоящего дела необходимо расценивать договор сублизинга от 23.11.2020 в качестве выкупного ввиду установления в договоре сублизинга (пункт 3.5) заниженной выкупной цены, что подтверждается результатами проведенной по делу оценочной экспертизы. Указанное, по мнению истца, означает, что действительная выкупная цена вошла, в числе прочего, в состав определенных сделкой периодических лизинговых платежей. При этом условия договора сублизинга от 03.11.2020, предусматривающие, что все платежи, внесенные Обществом до расторжения договора, возврату не подлежат, истец полагал ничтожными в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Истец полагает, что при расторжении договора выкупного лизинга, заключенного между лизингодателем и сублизингодателем, необходимо определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой (установить сальдо встречных обязательств). Истец производит расчет сальдо встречных обязательства, определяя предоставление со стороны Общества в сумме 566066 долларов США (177313,18 (сумма внесенных платежей) - 66620 (авансовый платеж) + 455373 (стоимость возвращенного предмета лизинга)), применив стоимость возвращенного предмета лизинга в соответствии с заключением экспертов, имеющимся в материалах дела (29000000 рублей). Предоставление со стороны Компании, по мнению истца, составило 360 493, 59 долларов США (348090 (размер финансирования) + 7519,14 (плата за финансирование до 12.10.2022) + 4884,45 (неустойка с учетом ходатайства о применении судом статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). Итого, сальдо встречных обязательств, по расчету истца составляет 205572,41 долларов США в пользу Общества (566066 - 360493,59). Также истец указал на необоснованность включения в расчет сальдо встречных обязательств убытков ответчика, возникших в связи с уплатой НДС. В отношении встречных требований Компании и при расчете сальдо встречных обязательств истец просил применить статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию о взыскании неустойки и штрафа.

Представитель ответчика поддержал возражения на иск и доводы встречного искового заявления по основаниям, изложенным в письменных объяснениях, указал, что сальдирование в спорных правоотношениях неприменимо, поскольку договор сублизинга от 23.11.2020 необходимо рассматривать как смешанный договор субаренды и договор купли-продажи будущей вещи, исходя из его буквального толкования и того обстоятельства, что Компания не осуществляет деятельность в качестве лизинговой компании (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.04.2012 № 16848/11), что влечет квалификацию рассматриваемого договора сублизинга по правилам пункта 3 статьи 421 Гражданского кодекса как смешанный, содержащий в себе элементы договора субаренды и договора купли-продажи будущей вещи. Стороны при заключении договора сублизинга, действуя в своей воле и в своем интересе, предусмотрели внесение платежей за пользование предметом лизинга в течение трех лет, по истечении которых вносятся платежи за выкуп в течение последующих двух лет. Досрочное расторжение договора сублизинга от 23.11.2020 произошло на этапе договора субаренды, при этом стороны не приступили к исполнению договора купли-продажи будущей вещи. Ответчик полагает, что злоупотребление правом с его стороны отсутствует, поскольку расторжение договора сублизинга вызвано исключительно действиями сублизингополучателя, который на протяжении срока действия договора (24 месяца) только 4 раза внес платежи в установленный договором срок. Остальные 20 раз допущена просрочка, достигавшая в отдельные периоды 6 месяцев. На август 2022 года долг истца по внесению предусмотренных договором платежей составлял 11900 долларов США. Удовлетворение требований истца, по мнению ответчика, влечет получение недобросовестной стороной договора необоснованной выгоды. Односторонний отказ от исполнения договора ответчик полагал законным, обоснованным, соответствующим условиям добровольно принятого по договору сублизинга обязательства, обстоятельствам исполнения договора. Основания для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, по мнению ответчика, отсутствуют, поскольку условие о неустойке согласовано сторонами. Не признавая наличие оснований для сальдирования, ответчик представил контррасчет сальдо встречных обязательств, согласно которому сальдо встречных обязательств в пользу Общества, в случае признания обоснованной его позиции в отношении выкупного характера сублизинга и наличия оснований для сальдирования, не может превышать 1 662,92 долларов США, где сумма предоставления со стороны Общества 487 553,93 долларов США (177313,18 (сумма внесенных платежей) - 66620 (авансовый платеж) + 376860,75 (стоимость возвращенного предмета лизинга по условиям договора)), сумма предоставления со стороны Компании - 486891,01 долларов США (348 090,15 (расходы на приобретение предмета лизинга) + 12360,23 (плата за пользование финансированием) + 58 367,81 (неустойка за период с 25.11.2020 по 20.04.2023 с вычетом моратория) + 33 310 (штраф в связи с расторжением договора сублизинга) + 800 (неустойка за просрочку возврата предмета сублизинга) + 9626,91 (убытки лизингодателя в форме упущенной выгоды) + 23 335, 91 (убытки вследствие избыточного налогообложения).

Решением от 07.06.2024 первоначальный иск Общества удовлетворен частично; с Компании в пользу Общества взыскано 49 724,39 долларов США неосновательного обогащения в виде сальдо встречных обязательств по договору сублизинга с правом выкупа от 23.11.2020; в остальной части первоначального иска отказано; в удовлетворении встречного иска Компании отказано; с Компании в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 22 635 руб.; с Общества в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 70 944 руб., с Общества в пользу Компании взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 65 761 руб.

Не согласившись с указанным решением, истец и ответчик подали апелляционные жалобы.

Истец просит решение отменить в части взысканной неустойки в размере 800 долларов США по пункту 6.2 договора сублизинга, в удовлетворении указанной неустойки отказать, считая решение в этой части необоснованным.

Ответчик просит решение отменить, в удовлетворении первоначального иска отказать, встречный иск удовлетворить, считая решение незаконным, принятым при несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, с нарушением норм материального права. Податель жалобы полагает, что договор сублизинга не обладает признаками выкупного лизинга, в связи с этим сальдо в данном споре не применимо, а штрафные санкции не подлежали снижению на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчик указывает на то, что расчет сальдо судом произведен неверно, также считает, что следовало включить в расчет сальдо.

В судебном заседании представители истца и ответчика поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между Компанией (лизингополучатель) и ООО «Катерпиллар Файнэншл» (лизингодатель) 17.11.2020 заключен договор финансовой аренды (лизинга) № ZRNW 2338 L-20-01-UF-B-EDOC (далее - договор лизинга), согласно которому лизингодатель обязуется приобрести у продавца (ООО «Цеппелин Русланд») в собственность предмет лизинга и предоставить его лизингополучателю во временное владение и пользование для предпринимательских целей, за плату, на сроки на условиях настоящего договора.

Предмет лизинга - Автогрейдер Caterpillar, 150 в количестве 1 штуки.

Срок лизинга - 36 месяцев.

К договору лизинга были также подписаны дополнительное соглашение № 1 от 17.11.2020, которое содержит условия договора купли-продажи между продавцом и лизингодателем и дополнительное соглашение № 2 от 02.02.2021, редактирующее приложение № 1 к договору лизинга.

Предмет лизинга был передан непосредственно от продавца (ООО «Цеппелин Русланд») лизингополучателю (Компания) по акту приема-передачи товара от 04.02.2021.

Между Компанией (лизингополучатель) и Обществом (сублизингополучатель) был заключен договор сублизинга с правом выкупа от 23.11.2020 (далее - договор сублизинга).

Согласно пункту 1.1 договора сублизинга лизингополучатель обязуется предоставить сублизингополучателю за плату во временное владение и пользование Автогрейдер Caterpillar, 150 в количестве 1 штуки (предмет сублизинга). Комплектация предмета сублизинга указана в спецификации, которая является неотъемлемой частью договора сублизинга.

Предмет сублизинга передается без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации, но с правом выкупа.

На момент заключения договора сублизинга Компания обладала правом владения и пользования предметом сублизинга на основании договора финансовой аренды (лизинга) № ZRNW 2338L-20-01-UF-B-EDOC от 17.11.2020, заключенного между Компанией и ООО «Катерпиллар Файнэншл» (лизингодатель). ООО «Катерпиллар Файнэншл» дало письменное согласие на заключение договора сублизинга. Предмет сублизинга был передан от Компании к Обществу по акту приема-передачи товара от 04.02.2021.

В соответствии с пунктом 1.4 договора сублизинга срок сублизинга составляет 36 месяцев. Срок сублизинга начинает исчисляться с момента передачи предмета сублизинга.

Таким образом, срок сублизинга начал исчисляться с 04.02.2021 и должен был составить 36 месяцев, то есть до 03.02.2024 включительно.

В соответствии с пунктами 3.1, 3.3 договора сублизинга платежи по договору включают в себя сублизинговые платежи (плату за пользование предметом сублизинга) и выкупную цену предмета сублизинга.

Сублизинговые платежи состоят из периодических сублизинговых платежей и авансового сублизингового платежа.

Периодические сублизинговые платежи составляют 6 163 доллара США 29 центов ежемесячно. Данные платежи за текущий месяц выплачиваются в долларах США в срок не позднее последнего календарного дня текущего месяца.

Периодические сублизинговые платежи выплачиваются в течение срока сублизинга, указанного в пункте 1.4 договора сублизинга (на протяжении 36 месяцев).

Авансовый сублизинговый платеж составляет 66 620 долларов США и выплачивается сублизингополучателем в долларах США не позднее дня, следующего за днем подписания договора.

Согласно пункту 3.5 договора сублизинга выкупная цена предмета сублизинга составляет 148 218 долларов США 96 центов. Выкупная цена выплачивается в течение 24 месяцев по окончании срока сублизинга, указанного в пункте 1.4 договора, путем внесения ежемесячных платежей в размере 6 175 долларов США 79 центов. Данные ежемесячные платежи за текущий месяц выплачиваются в долларах США в срок не позднее последнего календарного дня текущего месяца.

В силу пункта 5.4 договора сублизинга лизингополучатель может одностороннем порядке отказаться от исполнения договора если сублизингополучатель два раза не внес предусмотренные договором ежемесячные платежи либо внес не в полном объеме.

Односторонний отказ от исполнения договора реализуется путем направления уведомления об отказе от договора заказным письмом с уведомлением о вручении на юридический адрес сублизингополучателя за 10 календарных дней до даты отказа (пункт 5.5 договора сублизинга).

В связи с тем, что Общество два раза не внесло ежемесячный платеж и тринадцать раз допустило просрочку оплаты ежемесячного платежа, лизингополучатель 23.08.2023 направил сублизингополучателю уведомление об одностороннем отказе от договора сублизинга (т. 2 л.д. 54-55). Уведомление направлено истцу заказным письмом с объявленной ценностью по зарегистрированному месту нахождения Общества, указанному в ЕГРЮЛ и в договоре (т. 2. л.д. 56,57), и возвращено почтовым органом по истечении срока хранения корреспонденции. В данном случае, уведомление об одностороннем отказе от исполнения договора считается доставленным Обществу.

На основании пункта 5.5 договора сублизинга он прекращен 02.09.2022.

Компания 23.09.2022 произвела досрочный выкуп по договору лизинга, заключенному с ООО «Катерпиллар Файнэншл».

Между Компанией (продавец) и ООО «Автоспецснаб» 27.09.2022 заключен договор купли-продажи автогрейдера Caterpillar, 150 AWD. Цена товара составила 24 000 000 руб.

Товар оплачен ООО «Автоспецснаб» по платежным поручениям № 712 от 22.09.2022, № 731 от 23.09.2022, № 132 от 28.09.2022, № 33 от 29.09.2022 и передан покупателю в месте его нахождения (г. Костомукша) 12.10.2022.

Таким образом, возврат предмета лизинга от сублизингополучателя фактически произведен 12.10.2022.

Истец не согласившись с односторонним отказом от договора сублизинга, обратился в суд с требованием о признании незаконным и недействительным одностороннего отказа от исполнения договора сублизинга, о признании незаконным изъятия предмета сублизинга у Общества, о признании договора сублизинга действующим, а также о расторжении договора сублизинга и о взыскании убытков, причиненных прекращением договора. В процессе рассмотрения дела истец просил определить сальдо встречных обязательств при прекращении договора в пользу истца.

Компания обратилась в суд со встречным иском о взыскании задолженности по договору сублизинга в размере 16 497,55 долларов США, пеней по пункту 6.1 договора сублизинга за просрочку внесения платежей за период с 25.11.2020 по 20.04.2023 в размере 67 077 долларов США, неустойки за период с 21.04.2023 по дату фактического исполнения обязательства, штрафа по пункту 5.7 договора сублизинга) в размере 33 310 долларов США, неустойки за просрочку возврата предмета сублизинга по состоянию на 12.10.2022 в размере 800 долларов США.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на жалобы, апелляционный суд не находит оснований для их удовлетворения.

Рассмотрев требование истца о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения договора и изъятия предмета лизинга, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующих установленных обстоятельств по настоящему делу.

Согласно пункту 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон № 164-ФЗ) по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

В соответствии с пунктом 3 статьи 11 Закона № 164-ФЗ право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга.

В силу пункта 2 статьи 13 Закона № 164-ФЗ лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.

На основании пункта 6 статьи 15 Закона № 164-ФЗ в договоре лизинга могут быть оговорены обстоятельства, которые стороны считают бесспорным и очевидным нарушением обязательств и которые ведут к прекращению действия договора лизинга и изъятию предмета лизинга.

Согласно пункту 4 статьи 17 Закона № 164-ФЗ при прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга.

В соответствии с пунктом 5.4 договора сублизинга лизингополучатель может в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора сублизинга, в том числе: в случае, если сублизингополучатель два раза не внес предусмотренные договором ежемесячные платежи либо внес их не в полном объеме.

На основании пункта 3 статьи 307, пункта 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от исполнения договора она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление № 17), расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено судам, что нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 13 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021) (далее - Обзор), если не доказано иное, то предполагается, что нарушение обязательства лизингополучателем незначительно и размер требований лизингодателя явно несоразмерен размеру предоставленного лизингополучателю финансирования при том, что одновременно соблюдены следующие условия: 1) сумма неисполненного обязательства составляет менее чем 5% от размера стоимости предмета лизинга; 2) период просрочки исполнения обязательства лизингополучателем составляет менее чем 3 месяца.

Вместе с тем, указанная презумпция является опровержимой. Лизингополучатель вправе доказывать отсутствие основания для изъятия предмета лизинга и при ином соотношении размера задолженности и стоимости предмета лизинга.

Согласно абзацу десятому пункта 13 Обзора при оценке допустимости изъятия предмета лизинга суд в любом случае (в том числе, если сумма неисполненного обязательства превышает пять процентов от стоимости предмета лизинга) вправе учесть, не приведет ли лишение лизингополучателя возможности владеть и пользоваться предметом лизинга к наступлению для него значительных имущественных потерь и есть ли у лизингодателя возможность удовлетворения денежных требований в порядке исполнительного производства без изъятия имущества.

Судом первой инстанции установлено, что сублизингополучатель не исполнил надлежащим образом обязательства по своевременному и в полном объеме внесению лизинговых платежей по договору сублизинга. На дату направления уведомления об отказе от исполнения договора сублизинга, задолженность по сублизинговым платежам составляла 11 907,6 долларов США, что соответствует 8,04% от выкупной цены предмета сублизинга, указанной в пункте 3.5 договора сублизинга.

Из расчета ответчика видно, что на протяжении срока действия договора сублизинга, до направления лизингополучателем сублизингополучателю уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора, истец только 4 раза внес платежи в установленный договором срок. Остальные 20 раз допущена просрочка, достигавшая в отдельные периоды 6 месяцев (183 дня).

Доказательств того, что изъятие предмета лизинга привело к значительным имущественным потерям, истец в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил,

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что вопреки позиции сублизингополучателя, расторжение договора и изъятие предмета лизинга произведено с учетом пункта 13 Обзора, позицией Верховного суда, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2023 № 305-ЭС22-17428 по делу № А40-235540/2021, и условиями договора сублизинга. Спорный договор сублизинга был правомерно расторгнут ответчиком.

Учитывая изложенное, в удовлетворении требований истца о признании незаконным одностороннего отказа от договора сублизинга, изъятия предмета лизинга и признания договора сублизинга действующим суд первой инстанции правомерно отказал.

В связи с этим, суд первой инстанции правильно признал, что основания для удовлетворения требований истца о расторжении данного договора отсутствуют.

Рассмотрев требование истца о взыскании неосновательного обогащения на основании определения сальдо встречных предоставлений при расторжении договора сублизинга, суд первой инстанции обоснованно исходил из нижеследующего.

Суд первой инстанции правомерно признал, что рассматриваемый договор сублизинга является выкупным, что следует из буквального содержания его условий, а также из сопоставления выкупной цены предмета сублизинга (148218, 96 долларов США) и объема периодических сублизинговых платежей по договору сублизинга (74 100 долларов США) со стоимостью предмета лизинга, указанного в договоре купли-продажи № 20CEZRSM105PZ от 17.11.2020, договоре лизинга (333100 долларов США), общей суммы лизинговых платежей по договору лизинга (375 095,37 долларов США). При указанном сопоставлении является очевидным, что в периодические сублизинговые платежи по договору сублизинга частично вошла также выплата выкупной стоимости предмета сублизинга.

Учитывая изложенное, доводы жалобы Компании о том, что договор сублизинга не обладает признаками выкупного сублизинга и сальдо встречных предоставлений в данном случает не применимо, подлежат отклонению как неправомерные.

В пункте 3.1 Постановления № 17 разъяснено, что расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Согласно пункту 3.4 Постановления № 17 размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

В соответствии с пунктом 3.5 Постановления № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по формуле, приведенной в примечании к данному пункту.

В силу нормы пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество), обогащение произошло за счет истца, а также размер неосновательного обогащения.

Сторонами представлены расчеты сальдо встречных обязательств.

Проверив произведенные сторонами расчеты сальдо встречных обязательств, суд первой инстанции пришел к следующим обоснованным и правильным выводам.

По расчету истца размер предоставления Обществом составляет 566 066 долларов США (177313,18 (сумма внесенных платежей) - 66620 (авансовый платеж) + 455373 (стоимость возвращенного предмета лизинга по заключению судебной экспертизы)). По расчету Компания, данная сумма составляет 487 553,93 долларов США (177313,18 (сумма внесенных платежей) - 66620 (авансовый платеж) + 376860,75 (стоимость возвращенного предмета лизинга по условиям договора)).

Разногласия сторон в данной части сводятся к определению стоимости возвращенного предмета лизинга.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 17, указанная в пунктах 3.2 и 3.3 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент возврата и исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга, при условии его продажи в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом принимаются во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Согласно пункту 4 Постановления № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порче предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 Гражданского кодекса Российской Федерации - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика.

При этом сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме, что подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 28.06.2016 № 305-ЭС16-7931, Определение Верховного Суда РФ от 03.03.2016 № 305-ЭС16-489).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Между тем, в силу положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. При этом в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие неразумность и недобросовестность Компании при реализации транспортных средств и не доказано, что у Компании имелась реальная возможность реализации предмета лизинга по более высокой цене.

Доказательств того, что реализация предмета сублизинга осуществлена по заведомо заниженной цене, Обществом в материалы дела не представлено, а равно не представлено доказательств того, что договор купли-продажи от 27.09.2022, заключенный с ООО «Автоспецснаб» является мнимой сделкой, или его заключение направлено на причинение имущественного вреда контрагенту.

В качестве доказательства фактической цены продажи предмета сублизинга Компанией были предоставлены договор купли-продажи от 27.09.2022.

Общество в обоснование стоимости предмета сублизинга ссылается на заключение экспертов - оценщиков № 184-16-10/23 от 25.10.2023, подготовленное на основании определения суда от 04.10.2023.

Между тем, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что заключение экспертов (отчет о рыночной стоимости) не является доказательством неразумного поведения Компании, а является вероятной ценной предложения продажи аналогичного транспортного средства на рынке.

Согласно пункту 20 Обзора практики Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2021, если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга.

С учетом положений Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и норм Федеральных Стандартов Оценки, устанавливающих возможность оценки имущества тремя различными способами, а также с учетом правового подхода, выраженного в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 310-ЭС15-11302 и пунктов 4.1 и 4.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.07.2016 № 15-П, о вероятностном характере определения рыночной стоимости, согласно которому предполагается возможность получения не одинакового результата оценки при ее проведении несколькими оценщиками, в том числе в рамках судебной экспертизы, по причинам, которые не связаны с ненадлежащим обеспечением достоверности оценки, учитывая, что оценочная стоимость имущества может меняться в зависимости от применяемых корректирующих коэффициентов (расчета износа, скидки на торг, скидки при переходе на вторичный рынок и т.д., спрос на имущество), расхождение между ценой реализации и оценочной стоимостью имущества менее чем на 50% не может быть признано существенным (разница в два раза).

Расхождение между ценой по заключению судебной экспертизы и ценой реализации по договору купли-продажи от 27.09.2022 менее 50% (17,24%), что свидетельствует об отсутствии существенной разницы между ценой реализации и оценочной стоимостью имущества.

При отсутствии доказательств неразумного поведения ответчика стоимость реализованного предмета сублизинга на основании договора купли-продажи от 27.09.2022 имеет приоритетное значение перед стоимостью предметов сублизинга, указанной в заключении, как отражающая реальную денежную сумму, уплаченную за данное транспортное средство.

В связи с этим, истцом не доказано неразумное и недобросовестное поведение ответчика при реализации изъятой спецтехники.

Стоимость предмета сублизинга определена исходя из суммы, вырученной сублизингополучателем от продажи предмета сублизинга в разумный срок после прекращения договора сублизинга.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции правильно согласился с расчетом размера предоставления Обществом, выполненным ответчиком: 487 553,93 долларов США (177313,18 (сумма внесенных платежей) - 66620 (авансовый платеж) + 376860,75 (стоимость возвращенного предмета лизинга по условиям договора)).

По расчету истца, размер предоставления Компанией составил 360 493, 59 долларов США (348090 (расходы на приобретение предмета лизинга) + 7519,14 (плата за финансирование до 12.10.2022) + 4884,45 (неустойка с учетом ходатайства о применении судом статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По расчету ответчика, размер его предоставления составил 486 891,01 долларов США (348 090,15 (расходы на приобретение предмета лизинга) + 12360,23 (плата за финансирование до 12.10.2022) + 58 367,81 (неустойка за период с 25.11.2020 по 20.04.2023 с вычетом моратория) + 33 310 (штраф в связи с расторжением договора сублизинга) + 800 (неустойка за просрочку возврата предмета сублизинга) + 9626,91 (убытки лизингодателя в форме упущенной выгоды) + 23 335, 91 (убытки вследствие избыточного налогообложения).

В отношении расходов на приобретение предмета лизинга разногласия между сторонами отсутствуют - 348090,15 долларов США.

Разногласия сторон при определении платы за финансирование сводятся к определению срока действия договора сублизинга. Истец исходит из того, что данный срок составляет 60 месяцев (пункт 1.4 и пункт 3.5 договора сублизинга). Ответчик берет за основу срок в 36 месяцев (пункт 1.4 договора), о чем также он указывает и в апелляционной жалобе.

Исходя из цели расчета (определение платы за финансирование), а также характера сублизинга (выкупной), суд первой инстанции обоснованно согласился с позицией истца о необходимости руководствоваться общим периодом внесения платежей, определенным договором сублизинга, составляющим в соответствии с пунктами 1.4 и 3.5 договора сублизинга 60 месяцев.

В соответствии с пунктом 3.5 Постановления № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле: , где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых), П - общий размер платежей по договору лизинга, А - сумма аванса по договору лизинга, Ф - размер финансирования, - срок договора лизинга в днях.

Таким образом, плата за финансирование (в процентах годовых) составляет: ((436717,40-66 620) - 348090,15 / 348090,15* 1800) * 365*100 = 1,2820187.

Плата за финансирование исходя из 615 дней (срок пользования финансированием до изъятия предмета сублизинга) составляет таким образом: 348090,15*1,2820187% *615 = 7519,14 долларов США.

По смыслу пункта 3.3 Постановления № 17 в сумму предоставления ответчика подлежат включению также сумма убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором.

Компания включила в расчет предоставления по договору 58 367,81 долларов США неустойки за просрочку внесения лизинговых платежей за период с 25.11.2020 по 20.04.2023 с исключением периода моратория с 01.04.2022 по 30.09.2022.

В соответствии со статьями 393, 394 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательств по договору лицо, нарушившее обязательство, обязано возместить убытки, а в случае, предусмотренном законом или договором, неустойку.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. В силу статьи 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме.

Пунктом 6.1 договора сублизинга предусмотрено, что в случае нарушения сублизингополучателем сроков внесения платежей и иных выплат, на сумму просроченной задолженности начисляется неустойка в размере 0,5% невыплаченных в срок сумм за каждый день просрочки платежа.

Проверив расчет неустойки, суд первой инстанции правильно установил, что ответчиком допущена ошибка в определении периода моратория, подлежащего исключению из расчета.

Суд первой инстанции верно указал на то, что истец при расчете неустойки применяет Постановление Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497, однако необоснованно включает 01.10.2022 в период просрочки.

Согласно правильному расчету суда первой инстанции, сумма неустойки за период с 25.11.2020 по 31.03.2022 и со 02.10.2022 по 20.04.2023 составила 58 320,21 долларов США.

Также ответчик включил в расчет предоставления 33 310 долларов США - штрафа, предусмотренного пунктом 5.7 Договора сублизинга и составляющего половину авансового платежа, указанного в пункте 3.3 договора.

С учетом того, что факт ненадлежащего исполнения сублизингополучателем обязательств по договору сублизинга нашел подтверждение в материалах дела и истцом не оспорен, прекращение действия договора в связи с односторонним отказом от его исполнения со стороны лизингополучателя правомерно признано судом первой инстанции обоснованным, в связи с чем имеются основания для взыскания штрафа по пункту 5.7 договора сублизинга.

Кроме того, Компания включила в расчет сумму неустойки за просрочку возврата предмета сублизинга за период с 04.10.2022 по 12.10.2022 в сумме 800 долларов США.

Пунктом 6.2 договора сублизинга предусмотрено, что в случае нарушения сублизингополучателем сроков исполнения обязательств по договору он обязан выплатить лизингополучателю неустойку в сумме 100 долларом США за каждый день просрочки.

В силу пункта 2.3 договора сублизинга в случае досрочного прекращения действия договора предмет сублизинга подлежит возврату лизингополучателю по акту возврата. Срок и место возврата определяется лизингополучателем.

В уведомлении об одностороннем отказе от исполнения договора сублизинга ответчик потребовал возврата предмета сублизинга в течение 7 календарных дней.

Обязанность по возврату предмета сублизинга после прекращения договора со стороны Общества исполнена с нарушением срока, в связи с чем требование Компании о взыскании неустойки по пункту 6.2 является правомерно признано обоснованным.

Обществом заявлено о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации

В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого спора, а именно высокий процент установленной в договоре неустойки (0,5% в день, что равно 182,5% процентов годовых), который значительно превышает ключевую ставку Центрального банка Российской Федерации, действовавшую в период просрочки оплаты и на день подачи искового заявления, и средневзвешенные ставки по кредитам нефинансовым организациям; то, что сумма предъявленного к взысканию штрафа по пункту 5.7 договора сублизинга составляет 22,5% от выкупной цены предмета сублизинга, определенной пунктом 3.5 договора сублизинга; возможность получения Компанией необоснованной выгоды вследствие явной несоразмерности ставки пеней последствиям нарушения обязательства; с учетом необходимости соблюдения реального баланса сторон при занятии предпринимательской деятельностью, суд первой инстанции обоснованно уменьшл договорную неустойку.

Прияв во внимание то обстоятельство, что неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что сумма пеней, определенная исходя из 0,3% от суммы долга в день, что составляет 34 992,13 долларов США, и сумма штрафа в размере 16 655 долларов США (1/2) компенсирует возможные потери истца в связи с просрочкой исполнения ответчиком обязательств по договору, а также считает эту сумму справедливой, достаточной и соразмерной. Основания для снижения неустойки по пункту 6.2 договора сублизинга отсутствуют.

С учетом того, что истцом во встречном иске заявлено о взыскании неустойки по пункту 6.1 договора сублизинга по дату фактического исполнения обязательства, суд первой инстанции обоснованно признал включение в расчет предоставления со стороны Компании сумму пеней за период с 21.04.2023 по 31.05.2024, что согласно верному расчету суда первой инстанции, выполненному исходя из ставки 0,3% от суммы долга в день (с учетом удовлетворения ходатайства истца о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации) составило 20 143,21 долларов США.

Таким образом, сумма штрафных санкций, подлежащих учету при расчете предоставления со стороны ответчика, составила 72 590,34 долларов США (34992,13 + 16655 + 800 + 20143,21).

Ответчик включает в состав размера предоставления сумму упущенной выгоды, в качестве которой рассматривает плату за упущенное финансирование в размере 9 626,91 долларов США.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить, были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления.

В рассматриваемом случае факт нарушения обязательства со стороны истца, повлекший прекращение договора сублизинга, нашел подтверждение в материалах дела, в связи с чем ответчик не получил на то, что рассчитывал, в частности, финансирование по данному договору до окончания срока внесения лизинговых платежей.

Расчет размера упущенной выгоды истцом не оспорен, судом первой инстанции проверен и признан верным. Исходя из периода, участвующего в расчете упущенной выгоды, ответчик обоснованно определяет плату за финансирование (в процентах годовых) исходя из 36 месяцев (по пункту 1.4 договора сублизинга).

С учетом изложенного, суд первой инстанции правильно определил, что в расчете предоставления ответчика надлежит учитывать 9 629 руб. 91 коп. убытков в виде упущенной выгоды.

Сумма убытков Компании в виде суммы избыточного налогообложения по НДС (23 335,91 долларов США) подлежит исключению из расчета сальдо встречных обязательств, принимая во внимание пункт 22 Обзора, согласно которому суммы налогов, уплаченных лизингодателем в связи с продажей предмета лизинга, изъятого у лизингополучателя, по общему правилу не могут рассматриваться в качестве убытков лизинговой компании и не учитываются при определении сальдо встречных предоставлений.

Согласно расчету суда первой инстанции размер сальдо встречных предоставлений составил 49 724,39 долларов США в пользу истца (177 313,18 - 66620 + 376860,75) - (348090,15 + 7519,14 + 72 590,34 + 9629,91).

Данную сумму неосновательного обогащения надлежит взыскать с ответчика в пользу истца.

С учетом всех встречных требований ответчика в расчете сальдо встречных предоставлений, и получения сальдо в пользу Общества, основания для удовлетворения встречного иска отсутствует. При этом суд первой инстанции правомерно признал обоснованным взыскание с истца в пользу ответчика задолженности по договору сублизинга в размере 16 497,55 долларов США. Однако данная сумма при ее взыскании подлежит включению в предоставление Общесту и в конечном итоге сальдированию.

С учетом изложенного во встречном иске суд первой инстанции отказал обоснованно.

Доводы Компании, изложенные в апелляционной жалобе, проверены судом апелляционной инстанции в полном объеме и признаны несостоятельными. Несогласие стороны с выводами суда, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, иное толкование участником спора норм действующего законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб по приведенным в них доводам.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  Республики Карелия  от 07.06.2024 по делу №  А26-551/2023  оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


В.В. Черемошкина


Судьи



С.А. Нестеров


 Н.С. Полубехина