Решение от 30 сентября 2019 г. по делу № А70-1338/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-1338/2018
г. Тюмень
30 сентября 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 25.09.2019г.

Решение в полном объеме изготовлено 30.09.2019г.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Марковой Н.Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ОАО «Рикор Электроникс» (далее – истец)

к ООО «АВТОМАГ» (далее – ответчик)

третье лицо - ООО «Техносфера»

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

при участии:

от истца: не явился, извещен

от ответчика: ФИО2, доверенность от 20.02.2019 №б/н

от третьего лица: не явилось, извещено

установил:

ОАО «Рикор Электроникс» 05.02.2018 обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением о взыскании с ООО «АВТОМАГ» 180000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации №289416 (с учетом увеличения размера исковых требований, принятого судом в порядке ст.49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 03.04.2018, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2018, исковые требования удовлетворены частично - с ответчика в пользу истца взыскана компенсация в размере 10000,00 рублей.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 24.10.2018 принятое по делу решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции отменены. Дело передано на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области.

К участию в деле 26.11.2018 третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Техносфера».

Определением от 30.01.2019 производство по делу приостанавливалось до даты вступления в законную силу судебного акта дела №А43-48617/2018. Решением от 30.04.2019 по делу №А43-48617/2018 в иске отказано. Указанное решение постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019 оставлено без изменения.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, установлено судом и не оспаривается сторонами, 05.12.2017 ответчиком осуществлена реализация в магазине «Автомаг», расположенном по адресу: <...> ВЛКСМ, д.22, датчика положения дроссельной заслонки (ДПЗД), стоимостью 550,00 руб., на корпусе которого имеется изображение товарного знака №289416, зарегистрированного 23.05.2005, что подтверждается кассовым чеком от 05.12.2017 на сумму 550 руб. ответчика, содержащим наименование последнего и его реквизиты, а также чеком платёжного терминала банка от 05.12.2017, видеозаписью покупки.

Товарные знаки в виде изобразительного обозначения в отношении товаров 7, 9, 12, 20 классов МКТУ зарегистрированы за истцом на основании свидетельства №289416 от 23.05.2005, с датой приоритета 22.07.2004 сроком действия до 22.07.2014 года. В Приложении к свидетельству на товарный знак №289416 указана дата, до которой продлен срок действия исключительного права – 22.07.2024 года. Наименование и адрес правообладателя товарного знака согласно приложению к указанному свидетельству от 20.02.2007 изменено на ОАО «Рикор Электроникс» (прежнее наименование правообладателя - ОАО «Арзамасский завод радиодеталей»).

Как указывает истец, поскольку исключительное право на использование товарного знака в виде изобразительного обозначения в отношении товаров 7, 9, 12, 20 классов МКТУ принадлежит ему, ответчик нарушил исключительные права истца.

Истец направил ответчику претензию с требованием о выплате компенсации и прекращении дальнейшей реализации товара.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный знак относится к средствам индивидуализации, охраняемым законом. Товарный знак по свидетельству № 289 416 включают буквенное обозначение , выполненное стандартными заглавными буквами латинского алфавита «А» и «Р».

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный знак относится к средствам индивидуализации, охраняемым законом. Товарный знак по свидетельству №289 416 включают буквенное обозначение , выполненное стандартными заглавными буквами латинского алфавита «А» и «Р».

В соответствии с частью 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст.1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

В соответствии со статьей 9 Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883 (ратифицированной СССР 01.07.1965) правообладатель имеет право на охрану принадлежащего ему товарного знака.

Согласно статье 10-bis указанной Конвенции «3. … подлежат запрету: а) все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента».

Согласно статье 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По лицензионному договору одна сторона - автор или иной правообладатель (лицензиар) предоставляет либо обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования этого произведения в установленных договором пределах (ст.1286 ГК РФ).

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец в связи с оформлением исключительного права на товарный знак по свидетельству № 289 416 обладает правом на обращение в суд за защитой исключительных прав на использование товарного знака.

Согласно статьям 1233, 1235 и 1236 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом путем предоставления другому лицу права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности в установленных лицензионным договором пределах.

По смыслу вышеназванных норм действующего законодательства нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование (размещение на товаре или упаковке) не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Исследовав представленное в материалы дела доказательство – датчик положения дроссельной заслонки (ДПЗД), руководствуясь Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации № 482 от 20.07.2015 (далее – Правила №482), суд пришел к выводу, что товар, приобретенный истцом, выполнен с подражанием изображению , зарегистрированного в качестве товарного знака №289 416; ввиду использования характерных изобразительных особенностей расположения букв «А» и «Р»: пропорции и характерное положение их черт, то есть Суд приходит к выводу о сходстве до степени смешения этого товара с товарным знаком, зарегистрированным под № 289 416.

Факт реализации ответчиком товара с использованием товарного знака №289 416, правообладателем которого является истец, подтвержден материалами дела и ответчиком не оспаривается.

Так как доказательств представления ответчику права на введение в гражданский оборот вышеуказанного товара, ответчиком не представлено, Суд считает доказанным, что ответчиком осуществлялась продажа товара с изображением товарного знака, схожего до степени смешения с товарным знаком, права на которые принадлежат истцу.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 42 Правил № 482 по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство словесных обозначений определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

При определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. Сказанное проиллюстрировано примерами в отношении изобразительных обозначений, которые могут быть отнесены к сходным до степени смешения (пункт 5.2.1. Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных Приказом Роспатента от 31 декабря 2009 года № 197).

Согласно пункту 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12. 2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят это обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг (пункт 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиум Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

Товар, приобретенный истцом, выполнен с подражанием изображению.

Таким образом, реализация ответчиком товара с использованием товарного знака, принадлежащего истцу, является нарушением исключительных прав последнего.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака

В пунктах 43.2 и 43.3 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №5 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой ГК РФ» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязандоказывать размер понесенных убытков. Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абз.2 ст.1301, абз.2 ст.1311, подп.1 п.4 ст.1515 или подп.1 п.2 ст.1537 ГК РФ. При определении размера компенсации, Суд, учитывая в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что нарушение выразилось в использовании товарного знака, зарегистрированного под №289 416, путем предложения к продаже и реализации товара, содержащего изображение сходного до степени смешения с указанным товарным знаком. Размер компенсации за каждый случай нарушения исключительного права на товарный знак №289 416, определен истцом в размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата (истца) по лицензионному договору от 01.10.2016, заключенному между истцом и третьим лицом.

В обоснование указанного довода истцом представлено лицензионное договора от 01.10.2016, заключенное с третьим лицом, доказательства регистрации указанного соглашения в установленном законом порядке (уведомление №Р Д0233648 от 09.10.2017), а также платежное поручение от №79 от 28.12.2016 об оплате фиксированного вознаграждения лицензиару (истцу) на сумму 90000,00 рублей.

Возражая против заявленных требований, ответчик ссылается на необоснованность заявленного размера компенсации, а также просит о ее снижении. Ответчик полагает, что представленный истцом в обоснование размера компенсации лицензионный договор не может рассматриваться применительно к настоящим правоотношениям в качестве сравнимых, поскольку имеет место значительный временной промежуток между датой предложения к продаже ответчиком спорного товара и датой заключения лицензионного договора. Считает, что сопоставимых доказательств в обоснование размера компенсации истцом не представлено. В то же время имеет место многократное превышение компенсации к размеру причиненных правообладателю убытков в виде однократного предложения к продаже товара, содержащего товарный знак истца, учитывая незначительную стоимость товара. Также считает сумму заявленной истцом компенсации необоснованной и чрезмерной, поскольку превышает стоимость контрафактного товара в разы, и, по мнению ответчика является несоразмерной наступившим последствиям и ущербу, причиненному истцу, следовательно, требование истца о взыскании компенсации в размере 180000,00 рублей, несоизмеримо допущенному нарушению.

Заявленный истцом размер компенсации по товарному знаку №289 416 в размере по 180000,00 рублей с ответчика, рассчитанный по правилам пункта 2 части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (двукратный размер стоимости права пользования товарным знаком), суд не может признать разумным и обоснованным в силу следующего.

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2017), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 №28-П, положения пункта 1 статьи 1301, пункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи1515 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ст. 17 (ч. 3), 19 (чч. 1 и 2), 34 (ч. 1) и 55 (ч. 3) в той мере, в какой в системной связи с п.3 ст.1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Исходя из основных начал гражданского законодательства, а именно признания равенства участников регулируемых им отношений (ст.1 ГК РФ), определение с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общего размера компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, допустимо не только в отношении индивидуальных предпринимателей и физических лиц, но и в отношении юридических лиц.

Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению Суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами (Определение Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-13233).

В настоящем случае истцом при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Как указано в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц. Для подтверждения расчета и стоимости нарушенного права допускается представление данных о стоимости исключительного права, в том числе и из зарубежных источников. Организации по управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой компенсации. Названные доказательства оцениваются судом по правилам об оценке доказательств и не имеют преимущества перед другими доказательствами. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Согласно пункту 62 этого же Постановления, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно пункту 4.2 лицензионного договора от 01.10.2016, третье лицо уплачивает истцу 7% от полной фактурной стоимости продажи продукции и/или оказания услуг, содержащих объект интеллектуальной собственности, в том числе НДС.

Для разрешения вопроса об исполнении сторонами лицензионного договора от 01.10.2016, суд предлагал сторонам представить заблаговременно до дня судебного заседания: истцу – письменные пояснения относительно того, сколько было заключено истцом лицензионных договоров по предоставлению неисключительных прав в отношении рассматриваемого товарного знака, при наличии – представить эти договоры; сведения об исполнении третьим лицом своих обязательств по пункту 4.2 лицензионного договора от 01 октября 2016 года; третьему лицу - сведения об исполнении им своих обязательств по пункту 4.2 лицензионного договора от 01.10.2016, заключенного с истцом. Однако истец и третье лицо судебные акты не исполнили и не представили указанные судом документы и сведения, при этом третье лицо представило отзыв на исковое заявление, в котором прямо отказалось исполнять эти требования.

Как указано в пункте 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. В силу пункта 1 статьи 65 Кодекса, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Пункт 2 статьи 9 этого же Кодекса устанавливает, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

При отсутствии доказательств того, что истцом с кем-либо, кроме третьего лица, были заключены лицензионные договора, а также доказательств того, что какая-либо продукция (услуги) на основании этого лицензионного договора третьим лицом изготовлялась (оказывалась), то есть доказательств исполнения пункта 4.2 лицензионного договора, суд не может считать установленным, что наличие данного договора само по себе подтверждает размер цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

С учетом данного вывода, суд полагает предоставленное ответчиком ходатайство о снижении размера компенсации, мотивированным однократностью допущенных нарушений, и несоразмерностью заявленного размера компенсации, обоснованным и подлежащим удовлетворению, так как товарный знак, в отношении которого заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, принадлежит истцу, был нанесен в виде одного изображения на один товар, однократно реализованный ответчиком, доказательств иного истцом не представлено.

Кроме того, суд считает, что в лицензионном договоре, на который ссылается истец в обоснование размера компенсации, правоотношения с лицензиатом носят длящийся характер и распространяются на внушительный перечень товаров, на которые в соответствии с классами МКТУ (классы МКТУ: 07,09,12 и 20) товарный знак может быть нанесен, и данные выплаты по 90000,00 рублей не могут быть приняты за основу взыскания с ответчика компенсации за однократное нанесение товарного знака на один товар.

На основании изложенного, лицензионный договор от 01.10.2016, суд не может признать в качестве доказательства, обосновывающего разумный размер компенсации за нарушение исключительных прав истца ввиду их однократного нарушения ответчиком путем нанесения товарного знака на один товар стоимостью 550,00 рублей.

Также суд учитывает, что заявленная истцом компенсации в размере 180000,00 рублей, рассчитанный как двукратный размер стоимости права пользования товарным знаком, превышает двукратный размер стоимости самого реализованного и приобретенного товара в 327 раз (180 000 рублей / 550 рублей), что также, по мнению суда, является несоразмерной разницей.

Отклонение в данном случае ходатайства ответчика о снижении размера компенсации, мотивированное однократностью допущенного нарушения и несоразмерностью заявленного размера компенсации с приведенными мотивами такой несоразмерности, по мнению суда, будет являться нарушением конституционных принципов справедливости и разумности ответственности за нарушенное право.

Исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьями 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, принимая во внимание: характер и однократность допущенного ответчиком нарушения исключительного права истца на товарный знак, отсутствие в материалах дела доказательств наличия у истца убытков вследствие допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств грубого нарушения ответчиком прав истца, установленную в пункте 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 28-П от 13.12.2016 обязанность суда определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в установленных пределах в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости, несоразмерную разницу между ценой продажи товара и заявленным размером компенсации, суд считает необходимым снизить размер компенсации до 10000,00 рублей, что, по мнению суда, отвечает требованиям разумности и справедливости.

Также истцом заявлено ходатайство о взыскании с ответчика расходов на приобретение товара в размере 550,00 рублей, почтовых расходов в размере 92,00 рублей, расходов в размере 200,00 рублей по оплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРЮЛ в отношении ответчика, расходов по уплате государственной пошлины в размере 2000,00 рублей.

В соответствии со ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно ст.106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно п.2 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований, расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со ст.110 АПК РФ подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере, пропорциональном размеру удовлетворенных требований.

Исходя из смысла ч.2 ст.168 АПК РФ, при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

При обращении в суд истец уплатил в федеральный бюджет государственную пошлину в размере 2000,00 рублей, что подтверждается чек-ордером от 01.02.2018 (л.д.72).

В дальнейшем, размер исковых требований был увеличен до 180000,00 рублей.

Согласно пп.1 п.1 ст.333.21 НК РФ, увеличенное исковое заявление подлежит оплате государственной пошлиной в размере 6400,00 рублей. Истец не произвёл доплату государственной пошлины за увеличение исковых требований.

Принимая во внимание, что исковые требования удовлетворены частично, руководствуясь ч.1 ст.110 АПК РФ уплата государственной пошлины относится на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пунктом 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 №46 разъяснено, что в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств.

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к ч.3 ст.110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

Принимая во внимание увеличение истцом размера исковых требований до 180000,00 рублей, частичное удовлетворение увеличенных исковых требований, расходы по оплате государственной пошлины в размере 355,20 рублей, в соответствии с положениями ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд относит на ООО «АВТОМАГ» в пользу ОАО «Рикор Электроникс», а государственная пошлина в размере 4400,00 рублей (6400,00 рублей – надлежащий размер государственной пошлины в соответствии с увеличением требований минус 2000,00 рублей, уплаченной при подаче иска) подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Обращаясь с требованием о взыскании 92,00 рублей почтовых расходов, ОАО «Рикор Электроникс» представило в материалы дела почтовые квитанции №06705 от 31.01.2018 и №37776 от 28.12.2017, подтверждающие оплату стоимости услуг почтовой связи на отправку копии иска, претензии в адрес ООО «АВТОМАГ».

Принимая во внимание, что исковые требования удовлетворены частично, руководствуясь ч.1 ст.110 АПК РФ, уплата почтовых расходов относится на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, в связи с чем, суд относит на ООО «АВТОМАГ» в пользу ОАО «Рикор Электроникс» 5,11 рублей почтовых расходов.

Во взыскании расходов на приобретение товара в размере 550,00 рублей и расходов по оплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРЮЛ в отношении ответчика в размере 200,00 рублей, принимая во внимание возражения ответчика, суд отказывает за недоказанностью, поскольку истцом не представлены документы, свидетельствующие компенсации указанных расходов истцом своему представителю, а в отношении 200,00 рублей за получение выписки из ЕГРИП так же не представлено документов о том, что данные расходы фактически понесены.

Руководствуясь ст.ст.110, 167-170, 176, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «АВТОМАГ» в пользу ОАО «Рикор Электроникс» 10000,00 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №289416, 355,20 рублей расходов по оплате госпошлины за рассмотрение иска в суде, 5,11 рублей почтовых услуг.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ОАО «Рикор Электроникс» в доход федерального бюджета 4400,00 рублей госпошлины.

Выдать исполнительные листы после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы в Арбитражный суд Тюменской области.

Судья

Маркова Н.Л.