Постановление от 9 ноября 2025 г. по делу № А53-39959/2024

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***> E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-39959/2024
город Ростов-на-Дону
10 ноября 2025 года
15АП-11053/2025


Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 ноября 2025 года.


Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Димитриева М.А.,

судей Долговой М.Ю., Николаева Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.08.2025 по делу № А53-39959/2024.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ланиным М.И.,

при участии: финансового управляющего должника ФИО2, лично, по паспорту,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 судом первой инстанции рассмотрено ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина, отчет по результатам процедуры реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.08.2025 по делу № А53-39959/2024, суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества должника ФИО1. Не применил в отношении ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка: г. Березники Пермской области, ИНН <***>, СНИЛС 038- 518-062-60, место жительства: 346483, <...>) правила об освобождении от исполнения обязательств перед ПАО «Сбербанк». Прекратил полномочия финансового управляющего ФИО2. Перечислить финансовому управляющему ФИО2 с депозитного счета Арбитражного суда Ростовской области денежные средства в сумме 25 000 рублей в счет выплаты вознаграждения за проведение процедуры реализации имущества должника, 10 000 рублей в счет погашения расходов по делу о банкротстве, внесенные по платежному документу от 15.10.2024, по реквизитам, указанным в ходатайстве финансового управляющего.

ФИО1 обжаловала определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл.  34 АПК РФ, и просила судебный акт отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Апелляционная жалоба мотивированна несогласием с выводами суда первой инстанции, их незаконностью и необоснованностью.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий просил апелляционную жалобу удовлетворить, судебный акт отменить.

В отзыве на апелляционную жалобу ПАО «Сбербанк» просил судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 АПК РФ, счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовую позицию в прениях.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 в Арбитражном суде Ростовской области рассматривается отчет финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим посредством системы электронной подачи документов «Мой Арбитр» представлен в суд первой инстанции отчет о выполненной работе, отчет об использовании денежных средств, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника с неприменением правил об освобождении от исполнения обязательств, и о выплате вознаграждения финансовому управляющему.

От ПАО «Сбербанк» в суд первой инстанции поступило ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств перед банком.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 11.12.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура, применяемая в деле о банкротстве реструктуризация долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО2, из числа членов Ассоциации СОАУ «МЕРКУРИЙ».

Сведения о признании должника банкротом и введении в отношении него процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» №18(7950) от 01.02.2025.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По смыслу приведенной нормы Закона о банкротстве арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Финансовым управляющим был произведен осмотр жилого помещения должника, в котором проживает должник, имущества, подлежащего реализации в составе конкурсной массы должника, не входящего в перечень исключений в соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выявлено не было.

Доходы и иное имущество, за счет которого возможно погасить кредиторскую задолженность и расходы по делу о банкротстве, у ФИО1 отсутствовали.

Должник не состоит в зарегистрированном браке, не имеет несовершеннолетних детей на иждивении, трудоустроен.

Финансовым управляющим произведена рассылка запросов и уведомлений о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина кредиторам, в государственные и регистрирующие органы.

Были получены сведения (документы) о должнике.

В кредитные организации были направлены уведомления об открытии в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина.

Был проведен анализ финансового состояния гражданина-должника, по результатам которого признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, а также наличия признаков оспоримости сделок не выявлено.

В адрес кредиторов должника были направлены уведомления о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина, о возможности предъявления требований в деле о банкротстве и порядке их предъявления.

Общая сумма требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов 2 283 221,90 рублей.

Погашение задолженности перед кредиторами не производилось.

Расходы за процедуру реализации имущества должника составили 16 389,48 рублей (публикация в газете КоммерсантЪ, ЕФРСБ, почтовые расходы), подтверждены представленными в материалы дела документами, возражений по расходам лицами, участвующими в деле, не заявлено.

В рамках процедуры банкротства финансовым управляющим был проведен анализ финансового состояния должника, по результатам которого сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Финансовым управляющим был проведен анализ финансового состояния должника и сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности должника.

Финансовым управляющим было подготовлено заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, согласно которому признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не установлено.

Наличие возможности формирования конкурсной массы должника посредством выявления иного принадлежащего должнику имущества финансовым управляющим не установлено.

Все необходимые мероприятия, предусмотренные процедурой реализации имущества гражданина, проведены, все меры по формированию конкурсной массы были приняты.

Во исполнение требований п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовым управляющим подготовлено заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства должника, согласно которому финансовым управляющим сделан вывод об отсутствии признаков преднамеренною и фиктивного банкротства должника.

Все необходимые мероприятия, предусмотренные процедурой реализации имущества гражданина, были проведены, все меры по формированию конкурсной массы были приняты.

Наличие возможности формирования конкурсной массы должника посредством выявления иного принадлежащего должнику имущества финансовым управляющим не было установлено.

Суд первой инстанции, рассмотрев представленные документы, а также учитывая, что все мероприятия, предусмотренные для процедуры реализации имущества гражданина завершены, имущество у должника отсутствует, дальнейшее проведение процедуры банкротства нецелесообразно и приведет только к увеличению расходов в деле о банкротстве, пришел к выводу о возможности завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Пунктом 1 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

ПАО «Сбербанк» было заявлено о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, указав в обоснование своей позиции, что должник действовал явно недобросовестно в ходе заключения в короткий промежуток времени сделок с кредитными организациями, у которых на момент выдачи кредитов отсутствовала информация о наличии значительных обязательств должника перед другими кредитными организациями, которая не была и не могла быть отражена в бюро кредитных историй.

Конституция Российской Федерации (статья 57) и общие положения гражданского законодательства об обязательствах определяют критерии добросовестности гражданина, указывая, что каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы, а при исполнении гражданско-правовых обязательств должен исполнять их надлежащим образом, не допускать одностороннего отказа от исполнения обязательства, учитывать права и законные интересы другой стороны обязательства, оказывать необходимое содействие для достижения цели обязательства и т.п. (пункт 3 статьи 307, статья 309, пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как правило, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

В то же время при определенных обстоятельствах гражданин, не способный удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, может быть признан банкротом по решению арбитражного суда (пункт 1 статьи 25 Гражданского кодекса Российской Федерации, параграф 1 главы X Закона о банкротстве) или во внесудебном порядке (параграф 5 главы X Закона о банкротстве).

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов ("списание долгов") и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28, пункт 1 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Тем самым гражданин получает возможность выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации, вернуться к нормальной экономической жизни без долгов и фактически начать ее с чистого листа.

Однако институт банкротства - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Если должник при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество, то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте.

В пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" даны разъяснения о том, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В судебной практике выработан правовой подход, согласно которому принятие должником непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 N 305-ЭС18-26429, от 31.10.2022 N 307-ЭС22-12512).

В рассматриваемом случае заслуживают внимания доводы ПАО «Сбербанк» о том, что должником создана ситуация, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО1 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду одновременной подачи нескольких заявок и оформления кредитных договоров в короткий промежуток времени (4 кредитных договора с 29.05.2024 – 31.05.2024).

При этом само по себе подписание должником в короткий промежуток времени кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что она понимала невозможность одобрения последующего кредита в другом кредитном учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания и с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки. При этом все договоры заключены непосредственно перед подачей заявления о собственном банкротстве (заявление подано 15.10.2024).

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При выдаче кредитов банки руководствуются разработанными ими правилами кредитования, в том числе устанавливают лимиты выдачи потребительских кредитов физическим лицам, требования к заемщикам, применяют механизмы страхования и обеспечения (поручительство, залог) в качестве мер по снижению риска невозврата кредита.

Как следует из материалов дела, ФИО1 оформила кредиты в разных банках на разные суммы в течении трех дней: 1) ПАО ВТБ Банк от 29.05.2024 на сумму 921 454,53 руб. (ежемесячный платеж 21 747,48); 2) АО Почта Банк от 29.05.2024 на сумму 566,54 руб., от 29.05.2024 на сумму 607 476,78 руб. (ежемесячный платеж 22 331,33 руб.); 3) ПАО Промсвязьбанк от 31.05.2024 на сумму 693 948,47 руб. (ежемесячный платеж 20 755,37 руб.); 4) ПАО Сбербанк от 30.05.2024 на сумму 953 385,93 руб. (ежемесячный платеж 24 985,12 руб.).

Таким образом, за три дня ФИО1 оформила кредиты на сумму более трех миллионов рублей, сумма ежемесячных платежей по всем кредитам составляла 89 819,3 руб.

Ранее (22.12.2023) в ПАО Сбербанк уже была оформлена кредитная карта. При этом, согласно справке 2-НДФЛ за 2024 доход составил 735 707,52 руб. – 95 642 руб. = 640 065,52 руб. (640 065,52 руб./12 мес. = 53 338,79 руб.), ФИО1, заключая потребительские кредиты с четырьмя банками в короткий промежуток времени (29.05.2024 (2 договора в один день) – 31.05.2024), действовала в обход установленных правил и фактически получила потребительский кредит в размере (более 3 млн. руб.), многократно превышающем установленный лимит, исходя из доходов заемщика, без какого-либо обеспечения, и при таких обстоятельствах поведение должника, осознающего невозможность принятия новых кредитных обязательств, в связи с чем принимающего меры для обхода требований банков при заключении кредитных договоров, не может быть признано добросовестным.

Все негативные последствия такого поведения несет лицо, действующее неправомерно при вступлении в обязательства.

Кроме того, как следует из материалов дела, должником в данном случае не было представлено разумных пояснений суду первой инстанции о необходимости получения денежных средств в непродолжительный период времени у различных кредитных организаций на достаточно большие суммы, а равно не даны объяснения относительно расходования полученных кредитных средств, тогда как такое поведение должника не соответствует стандартам добросовестности.

В той ситуации, когда гражданин, принимая на себя финансовые обязательства, изначально недобросовестен (в отличие от случаев необъективной оценки своих финансовых возможностей или возникновения ситуации трудных жизненных обстоятельств, которые в итоге приводят к его финансовой несостоятельности), применение механизма освобождения должника от обязательств не представляется возможным.

Банк на момент одновременного, за короткий промежуток времени, обращения должника в несколько кредитных организаций за получением кредитов не мог заблаговременно предполагать о вероятности преднамеренного увеличения кредитной нагрузки заемщика в многократно большем размере, чем он указал в анкете с учетом предоставленной справки о доходах. Поскольку в отсутствие таких сведений банк не мог реально оценить финансовое состояние должника и риски, связанные с возвратом кредита, суд первой инстанции признал поведение должника недобросовестным, что в свою очередь, исключает возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

Таким образом, с учетом обозначенного правового регулирования, установленных в деле фактов получения должником денежных средств в размере более 3млн. руб., не позволяющем обслуживать данные обязательства, представление должником в банки недостоверных сведений и взятие кредитов в короткий промежуток времени 29.05.2024 (2 договора в один день) – 31.05.2024), что не позволило профессиональному участнику - банку провести проверку заемщика и просчитать свои риски, принимая во внимание активное участие в споре кредитора, заявившего возражения относительно освобождения должника от исполнения обязательств перед ним, у суда первой инстанции не имелось оснований для применения в отношении ФИО3 правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредитора – ПАО «Сбербанк».

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апеллянта и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалованный судебный акт подлежит отмене, принимая во внимание нижеследующее.

В обоснование доводов жалобы должник указывает на свою добросовестность, отсутствие в поведении противоправности и направленности на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами, поскольку на момент заключения кредитных договоров ФИО1 указала суммарный размер ежемесячного дохода, в силу своей юридической некомпетентности, полагая, что указывает достоверную информацию; принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду осуществления по факту совершения в отношении нее преступления по ч. 2 ст. 159 Уголовного Кодекса РФ – мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана, совершенное в особо крупном размере не является основанием для отказа в освобождении от долговых обязательств; управляющим не установлено фактов злостного, умышленного уклонения от погашения кредиторской задолженности, сокрытия имущества, воспрепятствованию деятельности управляющего или суда, признаков фиктивного или преднамеренного банкротства.

Судебная коллегия отмечает, что все запрашиваемые сведения и документы финансовым управляющим, были предоставлены должником своевременно и в полном объеме. По результатам анализа представленных документов и ответов на запросы из официальных органов за последние три года финансовым управляющим подготовлено заключение об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства в действиях должника. В связи с завершением всех мероприятий в процедуре банкротства финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, представив отчет о результатах проведения реализации имущества должника, реестр требований кредиторов и другие документы.

В определении о завершении суд первой инстанции указывал на то, что должником не представлено разумных пояснений о необходимости получения денежных средств в непродолжительный период времени у различных кредитных организаций на достаточно большие суммы, а равно не даны объяснения относительно расходования полученных кредитных средств, тогда как такое поведение должника не соответствует стандартам добросовестности.

Финансовый управлящий заблаговременно направил отчет, заключение о наличи и  отсутствие признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства, все пояснения и документы предоставленные должником, подтверждающие цели получения кредитов и расходования всех полученных денежных средств, но суд проигнориовал данный отзыв должника, что прямо свидетельствует об этом в вынесенном определении о завршении процедуры.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в адрес финансового управляющего, а затем в суд первой инстанции от должника поступили сведения о том, что ФИО1 обращалась с заявлением в ОРП на ТО ОП №-3 СУ МУ МВД России «Новочеркасское» по факту совершения в отношении нее преступления по ч. 2 ст. 159 Уголовного Кодекса РФ – мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана, совершенное в особо крупном размере. ОРП на ТО ОП №-3 СУ МУ МВД России «Новочеркасское» было вынесено Постановление о возбуждение уголовного дела и принятии его к производству от 08.06.2024 г.

ОРП на ТО ОП №-3 СУ МУ МВД России «Новочеркасское» установлено, что неустановленное лицо, имея умысел на тайное хищение денежных средств, действуя из корыстных побуждений, 28.05.2024 года, в дневное время суток, позвонило гр. ФИО1 посредством интернет-мэссенджера «Телеграмм» на ее абонентский номер и представившись сотрудником правоохранительных органов, пояснило ФИО1, что она подозревается в совершении противоправных действий против государства. В дальнейшем под воздействием мошенников ФИО1, будучи учителем, находясь под воздействием совершила действия по заключению кредитных договоров и перевела все деньги мошенникам. Звонок от мошенников поступил 28.05.2024 г., кредитный договор, заключенный с ПАО Сбербанк №1451463 от 30.05.2024 г.

Основанием для возбуждения уголовного дела послужили обстоятельства, установленные в ходе проверки сообщения о преступлении указывающее, что в действиях неизвестных лиц имеются признаки состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ – мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба.

Таким образом, под указанием неизвестных лиц, совершающих мошеннические действия, ФИО1 не только перевела им свои накопленные денежные средства, а также кредитные денежные средства, полученные от кредитных организаций. Обращение в кредитные организации ФИО1, было произведено вследствие обмана и указания мошенников.

Таким образом, исходя из пояснений должника, названные Банком кредиты взяты должником под влиянием заблуждения ввиду действий неустановленных лиц, что в результате повлекло возбуждение уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Ссылка Банка на короткий временной промежуток между получением кредитов также подлежит отклонению с учетом неопровергнутых объяснений должника относительно мотивов взятия кредитов.

С учетом указанного, коллегия не может признать достаточно обоснованными доводы Банка о том, что должник не планировала погашать долги по кредитам, что свидетельствует о его недобросовестности.

Кроме того, возложение на себя должником непосильной долговой нагрузки можно охарактеризовать как неразумные действия должника, однако оснований расценивать их как недобросовестные действия, направленные на сознательное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами, у суда не имеется. Наращивание гражданином кредиторской задолженности может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений либо предоставления заведомо недостоверной информации. В рассматриваемом случае отказ должнику в освобождении от исполнения обязательств перед кредитором не может быть основан исключительно на мнении кредитора о недобросовестности должника.

Сам по себе факт невозможности оплачивать кредиторскую задолженность, с учетом также пояснений должника о мотивах, побудивших его взять кредиты, не может считаться незаконным и являющимся основанием для неосвобождения гражданина от обязательств.

Институт банкротства граждан предусматривает экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

С учетом изложенного позиция Банка о недобросовестности должника не может быть признана состоятельной.

При проведении финансового анализа состояния должника финансовым управляющим признаки преднамеренного и фиктивного банкротства не выявлены; по результатам проведенных мероприятий имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, не выявлено; сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, действия, указанные в пункте 4 статьи 213.8 Закона о банкротстве не установлены.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам при проведении процедуры банкротства, Банком в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

При установленных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в период проведения процедуры банкротства должника, а также в предшествующий ему период признаки недобросовестного поведения должника, исключающие возможность использования порядка освобождения гражданина от погашения задолженности посредством процедуры банкротства, отсутствуют, в связи с чем должник неправомерно был не освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией установлено.

При таких обстоятельствах имеются основания для отмены судебного акта в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы.


Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.08.2025 по делу № А53-39959/2024 в обжалуемой части - отменить.

Освободить ФИО1 от исполнения требований кредиторов, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.


Председательствующий                                                                      М.А. Димитриев


Судьи                                                                                                    М.Ю. Долгова


Д.В. Николаев