Постановление от 1 ноября 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10242/16

Екатеринбург

02 ноября 2020 г.

Дело № А60-60923/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 26 октября 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 ноября 2020 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Оденцовой Ю.А., Столяренко Г.М.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» (далее – общество «Стройинтеллект») и акционерного общества «Олипс» (далее – общество «Олипс») на определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.08.2019 по делу № А60-60923/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2020 по тому же делу о признании закрытого акционерного общества «Урал-Бетон» (далее – общество «Урал-Бетон», должник) несостоятельным (банкротом) по обособленному спору о признании сделок недействительными и о привлечении к субсидиарной ответственности.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 (паспорт);

представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 27.11.2019);

представители общества «Стройинтеллект» - ФИО4 (доверенность от 18.09.2020), ФИО5 (доверенность от 27.04.2020);

представители общества «Олипс» – ФИО6 (доверенность от 05.06.2020 № 25-20), ФИО7 (доверенность от 10.07.2020);

представитель ФИО8 – ФИО9 (доверенность от 10.07.2020);

представитель индивидуального предпринимателя ФИО10 (далее – предприниматель ФИО10) – ФИО7 (доверенность от 05.05.2020).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2015 принято к производству заявление общества «Урал-Бетон» о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 24.02.2016 требование заявителя признано обоснованным, в отношении общества «Урал-Бетон» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО11.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2016 общество «Урал-Бетон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО11

Определением суда от 29.12.2016 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО11

Конкурсный управляющий ФИО11 01.06.2017 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи ценных бумаг от 01.02.2013, заключенного между должником и обществом «Олипс», применении последствий недействительности сделки в виде возврата должником обществу «Олипс» 33 468 штук обыкновенных именных бездокументарных акций Строительно-промышленного открытого акционерного общества «Североуральское управление строительства» (далее - СП ОАО «СУС»), государственный регистрационный номер выпуска 1-02-31274-D, и возврата обществом «Олипс» должнику 52 150 506 руб. 96 коп.

Конкурсный управляющий ФИО11 01.06.2017 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным договора уступки права требования от 25.06.2014, заключенного между должником и обществом «Олипс».

Определением суда от 02.10.2017 заявления объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены СП ОАО «СУС» в лице конкурсного управляющего ФИО12, индивидуальный предприниматель ФИО13, предприниматель ФИО10, общество с ограниченной ответственностью «Промстройсити» (далее – общество «Промстройсити»).

Конкурсный управляющий ФИО11 05.10.2017 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным платежа должника на сумму 1 365 114 руб. в адрес общества «Олипс» от 20.11.2013, применении последствий недействительности сделки в виде возврата обществом «Олипс» в конкурсную массу должника 1 365 114 руб.

Определением от 06.11.2017 по делу назначена судебная оценочная экспертиза; проведение экспертизы поручено обществу с ограниченной ответственностью «Консалтинг групп».

Определением от 19.10.2018 по обособленному спору назначена повторная судебная экспертиза. Проведение повторной экспертизы поручено Оценочной компании «Априори».

В Арбитражный суд Свердловской области 05.04.2018 поступило заявление конкурсного управляющего общества «Урал-Бетон» ФИО11 о привлечении к субсидиарной ответственности на основании пунктов 2 и 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) общества «Олипс», ФИО8, ФИО10 по обязательствам общества «Урал-Бетон» в размере 149 290 328 руб. 26 коп.; о взыскании с общества «Олипс», ФИО8, ФИО10 солидарно в пользу общества «Урал-Бетон» 149 290 328 руб. 26 коп.

Определением суда от 04.06.2018 по заявлению общества «Стройинтеллект» в качестве соответчика привлечен ФИО1 и производство по заявлению приостановлено.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2018 определение Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2019 отменено.

Определением суда от 11.12.2018 возобновлено производство по обособленному спору; для совместного рассмотрения объединены заявления конкурсного управляющего общества «Урал-Бетон» ФИО11 об оспаривании сделок и о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.08.2019 (судья Веретенникова С.Н.) в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО11 о признании недействительными договора купли-продажи ценных бумаг от 01.02.2013, договора уступки права требования от 25.06.2014, заключенных между должником и обществом «Олипс», платежа должника на сумму 1 365 114 руб. в адрес общества «Олипс» от 20.11.2013 отказано. В удовлетворении заявлений конкурсного управляющего общества «Урал-Бетон» ФИО11 о привлечении к субсидиарной ответственности общества «Олипс», ФИО8, ФИО10, а также в удовлетворении заявления конкурного кредитора общества «Стройинтеллект» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 отказано.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2019 по ходатайству общества «Олипс» по делу назначена повторная комиссионная экспертиза, проведение экспертизы поручено автономной некоммерческой организации «Экспертно-правовой центр».

Судом апелляционной инстанции к материалам дела также приобщены дополнительные доказательства.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2020 (судьи Зарифуллина Л.М., Мармазова С.И., Нилогова Т.С.) определение суда от 19.08.2020 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда первой инстанции от 19.08.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 13.07.2020 отменить в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании сделок недействительными и о привлечении общества «Олипс», ФИО8, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в указанной части, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

ФИО1 указывает, что решения общества «Олипс» и ФИО8 о совершении сделок и проведении платежей за акции создало правовые последствия для общества «Урал-Бетон» в виде ухудшения структуры активов, принятия поручительства перед банком по кредиту и возникновения долга перед «Промстройсити»; общество «Олипс» извлекло выгоду от сделок, получив в оплату за акции 52 млн. рублей досрочно, оформив для этого банковский кредит с поручительством общества «Урал-Бетон»; при этом погашение долга общества «УралБетон» перед «Промстройсити» осуществлялось без участия общества «Олипс» за счет прибыли самого общества «Урал-Бетон»; таким образом, в результате совершения сделок обществу «Урал-Бетон» причинен вред, появились неудовлетворённые требования кредиторов. ФИО1 полагает, что суд апелляционной инстанции неправомерно принял во внимание только результаты последней экспертизы, проигнорировав при этом мотивированные возражения, свидетельствующие о существенном искажении итоговой цифры отчета в сторону завышения; считает, что экспертом в заключении от 20.03.2020 не учтен фактор банкротства СП ОАО «СУС» как при оценке акций, так и при оценке дебиторской задолженности; по мнению заявителя, заключение оценщика в рассматриваемом случае не может быть единственным доказательством убыточности сделок, принципиально важна осведомленность общества «Олипс» об убыточном характере оспариваемых сделок. ФИО1 считает, что имеет право на защиту своих интересов через оспаривание сделок с обществом «Олипс» и привлечение данного общества и ФИО10 к субсидиарной ответственности.

ФИО2 просит определение суда первой инстанции от 19.08.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 13.07.2020 отменить в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании сделок недействительными и о привлечении общества «Олипс», ФИО8, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в указанной части, ссылаясь на неправильное применение судами пункта 4 статьи 10, статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса российской Федерации, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

ФИО2 указывает, что оспариваемые сделки стали причиной банкротства общества «Урал-Бетон» и невозможности удовлетворения требований кредиторов, сделки не имели разумного экономического смысла для должника; общество «Олипс» осознавало невыгодность сделок для общества «Урал-Бетон» ввиду нахождения СП ОАО «СУС» в процедуре банкротства, пренебрегло интересами должника, руководствуясь своей выгодой; при оценке рыночной стоимости акций экспертами не учтен фактор банкротства СП ОАО «СУС»; обращает внимание, что по сложившейся практике для определения того, причинили ли оспариваемые сделки вред кредиторам, суд должен учесть условия и других взаимосвязанных с ними сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника. ФИО2 не согласен с выводами суда апелляционной инстанции о том, что механизм субсидиарной ответственности не может использоваться в настоящем деле в силу субъектного состава кредиторов.

Общество «Стройинтеллект» и общество «Олипс» просят определение суда первой инстанции от 19.08.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 13.07.2020 отменить в части отказа в удовлетворении требований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять новый судебный об удовлетворении указанных требований, ссылаясь на нарушение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Заявители жалобы полагают, что имеются основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве; обращают внимание на то, что отношения связанности общества «Олипс» и должника прекратились 25.06.2014, когда вместо общества «Олипс» участником группы компаний общества «Промстройсити» и общества «Урал-Бетон» стал ФИО1; общество «Олипс» и ФИО10 не являются лицами, контролирующими должника; при этом обществом «Олипс» были приобретены требования к должнику по договору уступки права требования у Федеральной налоговой службы и Федерального государственного унитарного предприятия «Комбинат «Электрохимприбор», которые также не были заинтересованными ни по отношению к должнику, ни по отношению к ФИО1; считают ошибочным применение судом апелляционной инстанции трехлетнего срока исковой давности по требованию о привлечении лиц к субсидиарной ответственности, полагают, что срок давности составляет один год.

В отзывах на кассационную жалобу общество «Олипс», ФИО8 просят определение суда первой инстанции от 19.08.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 13.07.2020 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

ФИО14, являющийся конкурсным кредитором общества «Урал-Бетон», просит удовлетворить кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 на определение суда первой инстанции от 19.08.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 13.07.2020.

Поступившие в Арбитражный суд Уральского округа 22.10.2020 от ФИО2 письменные пояснения судом округа во внимание не принимается, поскольку в нарушение части 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данный документ не содержит доказательств его направления или вручения лицам, участвующим в деле. К материалам дела данные пояснения не приобщаются, но фактическому возврату на бумажном носителе указанный документ не подлежит, поскольку представлен в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр».

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «Урал-Бетон» зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 25.10.2011 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга (ОГРН <***>, ИНН <***>). Юридический адрес общества: <...>.

Основным видом деятельности общества является производство изделий из бетона, гипса и цемента, одним из видов дополнительной деятельности является строительство зданий и сооружений.

Уставной капитал общества составляет 55 000 000 руб. Учредителями (участниками) общества являлись общество «Олипс» и ФИО8 (по 50% доли участия).

Генеральным директором общества с 27.05.2015 являлся ФИО1

На дату создания общества «Урал-Бетон» ФИО1 являлся акционером и председателем совета директоров общества «Олипс», членом совета директором общества «Урал-Бетон» и исполнительным директором общества «Олипс».

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц до 25.06.2014 акционерами общества «Олипс» (ранее - закрытое акционерное общество «Олипс») являлись ФИО1 и ФИО10

Между обществом «Олипс» и ФИО1 заключен договор от 25.06.2014 № 14-124, по которому ФИО1 приобрел в собственность бездокументарные акции общества «Урал-Бетон» в количестве 27 500 штук.

Таким образом, с 25.06.2014 участниками общества «Урал-Бетон» являлись ФИО1 и ФИО8 (по 50% доли).

Участниками общества «Промстройсити» являлись ФИО8 (68%), ФИО15 (2%) и общество «Олипс» (30%).

ФИО8 в период с 01.03.2007 по 07.07.2014 и с 17.03.2015 по дату введения конкурсного производства в отношении общества «Промстройсити» являлся генеральным директором общества «Промстройсити», в период с 08.07.2014 по 02.03.2015 занимал должность советника генерального директора общества «Промстройсити».

ФИО1 на основании договора от 25.06.2014 с обществом «Олипс» (продавец) приобретена и с 10.07.2014 по настоящее время ему принадлежит доля в размере 30% уставного капитала общества «Промстройсити».

В период с 16.03.2015 по 19.08.2016 ФИО1 входил в состав членов совета директоров общества «Промстройсити»; в период с 03.07.2014 по 01.06.2015 занимал должность советника генерального директора общества «Промстройсити». В период с 08.07.2014 по 16.03.2015 ФИО16 занимал должность генерального директора общества «Промстройсити». Протоколом

внеочередного общего собрания участников общества «Промстройсити» от 16.03.2015 № 02/15 принято решение прекратить досрочно с 16.03.2015 полномочия единоличного исполнительного органа - генерального директора ФИО16, с возложением соответствующих полномочий на ФИО8

Обществу «Олипс» в период с 22.11.2011 по 10.07.2014 принадлежало 30% доли в уставном капитале общества «Промстройсити». В период с 2011 года по 09.06.2014 - 90% акций общества «Олипс», а с 09.06.2014 по настоящее время - 95% принадлежат ФИО10

СП ОАО «СУС» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.11.1993. Основным видом его деятельности являлось строительство жилых и нежилых зданий в г. Лесном Свердловской области.

Руководителем общества в разные периоды, начиная с 24.04.2006, являлись ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20

Решением совета директоров СП ОАО «СУС» (ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО10, ФИО24, ФИО17), оформленным протоколом от 21.04.2006 № 1, ФИО17 избран генеральным директором СП ОАО «СУС» сроком на пять лет на период с 24.04.2006 по 24.04.2011. Решением совета директоров СП ОАО «СУС» (ФИО22, ФИО25, ФИО1, ФИО10, ФИО24, ФИО26, ФИО17), оформленным протоколом от 03.02.2011 № 9, ФИО17 избран генеральным директором СП ОАО «СУС» сроком на два года с 03.02.2011.

С 11.05.2006 общество «Олипс» являлось собственником пакета акций СП ОАО «СУС» (государственный регистрационный номер выпуска 1-02-31274-D) в количестве 33 468 штук (29,7655%), приобретенных по цене 51 875 400 рублей. Совершение указанной сделки было одобрено собранием акционеров общества «Олипс» от 11.05.2006 (председатель собрания ФИО1).

Определением суда от 25.12.2015 в отношении общества «Урал-Бетон» возбуждено дело о банкротстве на основании заявления, поданного руководителем должника.

Определением суда от 24.02.2016 в отношении общества «Урал-Бетон» введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2016 общество «Урал-Бетон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Временным, а затем конкурсным управляющим утвержден ФИО11

На дату предъявления требования об оспаривании сделок должника и привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования следующих кредиторов в общей сумме 135 820 620 руб. 65 коп.: требования ФИО1 – 106 843 395 руб. 53 коп. (79,08%), общества «Олипс» - 1 513 405 руб. 62 коп. (1,12%), общества «Стройинтеллект» (правопреемник ФИО10) – 19 197 443,78 рубля (14,21%), ФИО8 – 4 572 612 руб. 01 коп (3,4%), общества с ограниченной ответственностью «Урал-форт» (далее – общество «Урал-форт») (аффилированное с ФИО8 лицо) – 1 683 438 руб. 40 коп. (1,25%), предпринимателя ФИО10 – 50 000 руб. (0,04%), ФИО14 (правопреемник ФИО1) – 750 000 руб. (0,56%) и ФИО2 (правопреемник ФИО1) – 500 000 руб. (0,37%).

Конкурсная масса должника сформирована за счет внеоборотных активов (здания, транспорт, машины и оборудование) балансовой стоимостью 78 864 тыс. рублей, рыночной – 89 054 тыс. рублей; оборотных активов (денежных средств, дебиторской задолженности) балансовой стоимостью 28 575 тыс. рублей, итого: балансовой стоимостью 107 449 тыс. рублей.

В конкурсную массу поступили денежные средства в размере 47 478,70785 тыс. рублей, в том числе от реализации имущества, аренды имущества, взыскания дебиторской задолженности, возврата подотчетных средств, возврата излишне перечисленных денежных средств, возмещения задатка, внутреннего оборота по счетам.

Требования залогового кредитора ФИО1 удовлетворены в размере 10 913 850 руб. 47 коп.

Размер текущих требований составил 16 420 609 руб. 95 коп.

Не реализованы самоходная техника, нежилые здания и права аренды на земельные участки.

В ходе процедуры банкротства конкурсным управляющим выявлены сделки, подлежащие оспариванию, которые, по его мнению, явились причиной банкротства должника и невозможности погашения требований кредиторов, включенных в реестр.

Так, 02.10.2012 заключено соглашение о стратегии ведения совместного бизнеса между ФИО10 в интересах общества «Олипс» и ФИО8, по которому общество «Олипс» отказывается от дальнейшего участия в развитии СП ОАО «СУС». Стороны договорились о продаже пакета акций указанного предприятия на совместный бизнес сторон (общества «Урал-Бетон» или общества «Промстройсити»). Договор будет оформлен между обществом «Олипс» и обществом «Урал-Бетон» по цене около 52 млн. рублей (по балансовой стоимости).

Внеочередным общим собранием акционеров общества «Олипс» принято решение, оформленное протоколом от 12.02.2013 № 02/13, об определении цены и заключении сделки по приобретению обществом «Урал-Бетон» у общества «Олипс» обыкновенных именных бездокументарных акций СП ОАО «СУС» в количестве 33 468 штук по цене 52 150 506 руб. 96 коп. со сроком оплаты по 31.10.2015 (председатель совета директором общества «Олипс» ФИО1)

Между обществом «Олипс» (продавец) и обществом «Урал-Бетон» (покупатель) заключен договор купли-продажи ценных бумаг от 01.02.2013, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю обыкновенные именные бездокументарные акции СП ОАО «СУС» в количестве 33 468 штук (номинальная стоимость 1 рубль каждой, продажная цена одной акции 1 558 руб. 22 коп.) общей стоимостью 52 120 506 руб. 96 коп. со сроком оплаты по 31.10.2015 (пункты 1 и 2 договора).

Таким образом, общество «Урал-Бетон» приобрело пакет акций СП ОАО «СУС» (29,77%) за 52 150 506 руб.

Факт оплаты стоимости акций подтвержден платежными поручениями от 22.10.2013 № 273 на сумму 10 000 000 руб., от 24.10.2013 № 278 на сумму 9 000 000 рублей, от 31.10.2013 № 284 на сумму 7 000 000 руб., от 08.11.2013 № 289 на сумму 7 500 000 руб., от 13.11.2013 № 299 на сумму 5 000 000 руб., от 19.11.2013 № 306 на сумму 9 634 886 руб.

Обращаясь с заявлением (01.06.2017) об оспаривании сделки от 01.02.2013 по приобретению должником у общества «Олипс» 33 468 штук обыкновенных бездокументарных акций СП ОАО «СУС», государственный регистрационный номер выпуска 1-02-31274-D, и требованием о применении последствий недействительности сделки в виде возврата должником обществу «Олипс» вышеуказанных акций и взыскания с общества «Олипс» в пользу должника 52 150 506 руб. 96 коп., конкурсный управляющий указал на совершение сделки при наличии у должника признаков недостаточности имущества. Для оплаты стоимости акций на общество «Промстройсити» были оформлены 24.07.2013 и 18.10.2013 кредитные линии в Банке «Райффайзенбанк» с лимитом 17,5 млн. рублей и 63 млн. рублей, поручителями и залогодателями по которым выступили общество «Олипс» и общество «Урал-Бетон». При этом СП ОАО «СУС» находилось в процедуре банкротства.

По мнению конкурсного управляющего, из полученных кредитных денег общество «Урал-Бетон» в октябре-ноябре 2013 года перечислено 33,5 млн. рублей в качестве займа на срок от 1 до 2 лет (оформлено договором о выдаче собственных векселей № 13-102 от 18.10.2013). В 2014 - 2015 годы общество «Урал-Бетон» производило выплаты по векселям за счет заработанных средств; 22,5 млн. рублей в оплату просроченных платежей по аренде недвижимости и техники. В 2014 – 2015 годы общество «Урал-Бетон» резко увеличило арендную плату, чтобы иметь возможность расплатиться с обществом «Олипс».

Конкурсный управляющий указал на заключение оспариваемой сделки между заинтересованными лицами, по цене намного выше рыночной стоимости акций, в отсутствие экономического смысла, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, при злоупотреблении своими правами (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, 25.06.2014 между обществом «Олипс» (первоначальный кредитор) и обществом «Урал-Бетон» (новый кредитор) заключен договор уступки права требования, по условиям которого первоначальный кредитор уступает, а новый кредитор приобретает право требовать долг с СП ОАО «СУС» (должник), возникший на основании:

- договора купли-продажи ценной бумаги (векселя) от 02.08.2011 № 11-260, заключенного между обществом «Олипс» и СП ОАО «СУС». Размер требования, подтвержденный решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2012 по делу № А60-53187/2011, составляет 844 387 руб. 50 коп. долга и 19 887 руб. 75 коп. расходов по уплате государственной пошлины;

- договора генерального субподряда от 15.03.2010 № 2-235, заключенного между СП ОАО «СУС» и обществом с ограниченной ответственностью «Меридиан», договора уступки права требования от 27.07.2011. Размер требования, подтвержденный решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2012 по делу №А60- 53187/2011, составляет 9 324 700 руб. 24 коп. долга и 61 013 руб. 55 коп. расходов по уплате государственной пошлины;

- договора генерального субподряда от 12.04.2010 № 2-237, заключенного между СП ОАО «СУС» и закрытым акционерным обществом «МСУ № 61», договора уступки права требования от 27.07.2011. Размер требования, подтвержденный решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.03.2012 по делу №А60- 4486/2012, составляет 3 946 297 руб. 70 коп. долга и 25 821 руб. 48 коп. расходов по уплате государственной пошлины;

- договора подряда от 08.10.2010 № 2-268, заключенного между СП ОАО «СУС» и обществом с ограниченной ответственностью «ПромИнвест», договора уступки права требования от 27.07.2011. Размер требования, подтвержденный решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.03.2012 по делу № А60-4487/2012, составляет 109 894 руб. 74 коп. долга и 719 руб. 06 коп. расходов по уплате государственной пошлины;

- договора субподряда от 01.12.2010 № 2-295, заключенного между СП ОАО «СУС» и обществом с ограниченной ответственностью «Уралсантех-монтаж», договора уступки права требования от 27.07.2011. Размер требования, подтвержденный решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.03.2012 по делу № А60-4488/2012, составляет 1 523 038 руб. 10 коп. долга и 9 965 руб. 57 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Итого, на момент уступки размер передаваемого новому кредитору требования определен в размере 15 865 725 руб. 69 коп.

Согласно пункту 1.3 договора общество «Урал-Бетон» информировано о возбуждении в отношении СП ОАО «СУС» процедуры банкротства.

Вышеуказанное право требования уступлено по цене 15 684 178 руб. 74 коп. (номинал дебиторской задолженности за вычетом неустойки и процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежащей уплате в безналичной форме путем перечисления денежных средств на расчетный счет первоначального кредитора в срок до 01.07.2015 (пункт 1.4 договора).

Право требования в полном объеме переходит от первоначального кредитора к новому кредитору в момент заключения договора (пункт 1.5).

Общество «Олипс» 28.07.2015 уступило предпринимателю ФИО10 право требования к обществу «Урал-Бетон» оплаты цены права требования по указанному договору уступки от 25.06.2014 в размере 15 684 178 руб. 74 коп.

Между предпринимателем ФИО10 и предпринимателем ФИО13 29.12.2015 заключен договор уступки права требования с общества «Урал-Бетон» оплаты цены по договору уступки права требования от 25.06.2014 (основного договора). Размер уступаемого права требования, подтвержденный решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.11.2015 по объединенному делу № А60-37243/2015 и № А60-50623/2015, составляет 16 123 335 руб. 74 коп., в том числе 15 684 178 руб. 74 коп. основного долга, 439 157 руб. неустойки.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.04.2016 по названному делу удовлетворено заявление предпринимателя ФИО13 о процессуальном правопреемстве взыскателя.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.05.2016 по настоящему делу о банкротстве требование предпринимателя ФИО13 в указанном размере включено в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Урал-Бетон».

Между предпринимателем ФИО13 и обществом «Стройинтеллект» 17.01.2017 заключен договор уступки права требования, по которому общество принимает право требовать с общества «Урал-Бетон» оплаты цены по договору уступки права требования в размере 15 684 178 руб. 74 руб. основного долга и 3 513 265 руб. 04 коп. неустойки.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.04.2017 по настоящему делу № А60-60923/2015 произведена замена кредитора предпринимателя ФИО13 на нового кредитора - общество «Стройинтеллект» в реестре требований кредиторов должника.

Обращаясь в суд с заявлением (01.06.2017) об оспаривании сделки от 25.06.2014 по уступке обществом «Олипс» должнику права требования в размере 15 684 178 руб. 74 коп. к СП ОАО «СУС», находящемуся в процедуре банкротства (неликвидной задолженности), конкурсный управляющий указал на совершение сделки при наличии у должника признаков недостаточности имущества, между заинтересованными лицами, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, при злоупотреблении своими правами (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, советом директоров общества «Урал-Бетон» (ФИО27, ФИО1, ФИО10, ФИО26, ФИО8, ФИО15) принято решение, оформленное протоколом от 15.04.2013 № 02/13, в том числе о порядке распределения прибыли по результатам 2012 финансового года.

Согласно выписке по счету общества «Урал-Бетон» 20.11.2013 должником произведена выплата обществу «Олипс» дивидендов за 2012 год в размере 1 365 114 руб.

Обращаясь в суд с заявлением (05.10.2017) о признании недействительным платежа должника в адрес общества «Олипс» от 20.11.2013 в размере 1 365 114 руб. с указанием в назначении платежа «выплата дивидендов за 2012 год», применении последствий недействительности сделки в виде возврата обществом «Олипс» должнику вышеуказанной денежной суммы, конкурсный управляющий указал на недействительность данной сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку совершение вышеуказанных сделок привело к невозможности погашения требований кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в суд (05.04.2018) также с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц общества «Олипс», ФИО10 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 149 290 328 руб. 26 коп.

Кредитор общество «Стройинтеллект» заявило о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 за несвоевременное обращение в суд с заявлением о банкротстве должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности, отказывая в удовлетворении заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки были совершены на рыночных условиях и не явились причиной объективного банкротства должника, не позволившей погасить требования кредиторов. При этом суд указал, что основания для привлечения руководителя должника за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, также отсутствуют. Судом указано на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности для обращения с требованием о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, что является самостоятельным (в данном случае дополнительным) основанием для отказа в удовлетворении требований.

Оставляя определение суда первой инстанции без изменения, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований по существу. Вместе с тем, признал ошибочным вывод суда первой инстанции об истечении срока исковой давности для предъявления конкурсным управляющим требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление от 23.12.2010 № 63), в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве подчинена общей цели - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из указанных в данном пункте условий.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:

сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки такой вред был причинен;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 постановления от 23.12.2010 № 63).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления от 23.12.2010 № 63).

В пункте 4 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из разъяснений, изложенных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Судами установлено, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 25.12.2015, оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены 01.02.2013, 20.11.2013, 25.06.2014, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; все оспариваемые сделки совершены заинтересованными лицами, ведущими совместную экономическую деятельность.

Судами установлено, что на основании договора купли-продажи от 01.02.2013 общество «Олипс» продало обществу «Урал-Бетон» обыкновенные именные бездокументарные акции СП ОАО «СУС» в количестве 33 468 штук общей стоимостью 52 150 506 руб. 96 коп., подлежащей оплате в срок до 31.10.2015. При этом, обязательства по оплате стоимости приобретенных акций выполнены должником перед обществом «Олипс» в период с 22.10.2013 по 21.11.2013. Реестродержателем закрытым акционерным обществом «Профессиональный регистрационный центр» 18.03.2013 зарегистрирован переход права собственности на акции и зарегистрирован залог в силу закона в пользу общества «Олипс» (в связи с отсрочкой оплаты акций). В реестр владельцев ценных бумаг 15.09.2014 внесена запись о прекращении залога на основании распоряжения о прекращении залога от 11.09.2014.

Оценив доводы конкурсного управляющего о наличии на момент совершения сделки (01.02.2013) задолженности перед ФИО8 и обществом «Урал-Форт», суды обоснованно указали на то, что само по себе наличие такой задолженности не свидетельствует о неплатежеспособности должника; причины невыплаты задолженности кредиторам в обычных условиях оборота могут быть не связаны с недостаточностью денежных средств. Законом установлена презумпция недостаточности денежных средств в случае прекращения должником исполнения денежных обязательств, однако данная презумпция опровержима.

Так, согласно представленной бухгалтерской отчетности, выпискам по движению денежных средств должник в текущем режиме производил оплату обязательств, вел активную хозяйственную деятельность. На момент совершения сделки по приобретению акций СП ОАО «СУС» к обществу «Урал-Бетон» не предъявлялись требования в судебном порядке, что подтверждается данными картотеки арбитражных дел и системы СПАРК.

Исходя из анализа банковской выписки должника, непосредственно до и сразу после совершения сделки должник оплачивал счета, выставленные различными контрагентами (выписки из Банка «УралТрансБанк»), производил налоговые и иные обязательные платежи, исполнял текущие денежные обязательства по договорам лизинга в пользу общества с ограниченной ответственностью «Райффайзен-Лизинг», оплачивал потребленную электроэнергию. В указанный период времени должник получал регулярные и значительные по размеру платежи от контрагентов, которых с запасом хватало для погашения долга как перед обществом «Урал-Форт», так и перед ФИО8 Кроме того, на дату совершения сделки должник имел в собственности значительное по количеству и стоимости имущество, которое обеспечивало требования кредиторов. По данным бухгалтерской отчетности по итогам 2012 года общество располагало основными средствами на сумму 61 132 000 руб., что превышает размер кредиторской задолженности (15 066 000 руб.), при этом балансовая стоимость активов должника возросла по итогам 2013 года (141 677 000 руб. на конец года) по отношению к 2012 году (81 537 000 руб. на конец года).

Подтверждением платежеспособности должника является и то обстоятельство, что по результатам финансового 2012 года советом директоров принято решение о выплате дивидендов. Более того, исследовав условия договоров займа с учетом дополнительных соглашений от 15.08.2012 № 1 с обществом «Урал-Форт»; от 23.04.2012 № 2 с ФИО8; от 10.05.2012 № 4 с ФИО8; от 09.06.2012 № 5 с ФИО8, суды заключили, что на дату совершения оспариваемой сделки по требованиям кредиторов общества «Урал-Форт» и ФИО8 не наступил срок исполнения обязательства.

Кроме того, 20.02.2012 общество «Урал-Бетон» выдало обществу «Урал-Форт» заем в сумме 1 625 000 руб. со сроком возврата до 31.12.2012. Дополнительным соглашением от 31.12.2012 № 1 стороны продлили срок пользования обществом «Урал-Форт» суммой займа до 31.12.2013.

По данным анализа финансового состояния должника, подготовленного конкурсным управляющим ФИО11, общество «Урал-Бетон» на 01.04.2013 характеризовалось как абсолютно финансово-устойчивое предприятие, обладающее необходимым количеством активов. Соответственно, общество «Урал-Бетон» в период заключения и исполнения оспариваемого договора в полном объеме осуществляло обычную хозяйственную деятельность, имея для этого достаточное количество активов.

Наличие незначительной задолженности перед кредиторами по сравнению с размером активов должника (достаточность имущества) в данном случае свидетельствует о платежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки и в ближайшее время после ее исполнения, что само по себе исключает цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме того, кредиторы, на наличие которых в момент совершения оспариваемой сделки ссылается заявитель (ФИО8 и общество «Урал-Форт»), являются аффилированными с должником лицами. По состоянию на 01.02.2013 ФИО8 был генеральным директором, членом Совета директоров, владел 50% акций должника. В то же время в обществе «Урал-Форт» ФИО8 был генеральным директором, единственным участником общества «Урал-Форт» была его супруга ФИО15.

Судами также обоснованно учтены условия заключения оспариваемого договора купли-продажи акций, предусматривающие отсрочку платежа на срок до 31.10.2015 (отсрочка платежа на 9 месяцев), в связи с чем имелась возможность всесторонне оценить заключенную сделку, и в случае выявления каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о потенциальном вреде кредиторам ФИО8 и обществу «Урал-Форт» либо фактов злоупотребления правом, предпринять предусмотренные законом действия по отказу от исполнения сделки, ее расторжению или оспариванию.

Судами отмечено, что в обществе «Урал-Бетон» была создана такая модель управления, при которой принятие решений, относящихся к компетенции общего собрания акционеров и Совета директоров, могло осуществляться исключительно по обоюдному согласию акционеров (ФИО8 и общество «Олипс»). Общество «Олипс» в соответствии с положениями устава не могло навязывать принятие каких-либо решений ФИО8 Более того, ФИО8, являясь генеральным директором общества «Урал-Бетон» (по сути, несменяемым без волеизъявления самого же ФИО8), имел гораздо больше управленческих возможностей благодаря своему статусу единоличного исполнительного органа.

По результатам анализа представленных доказательств суды пришли к выводу об экономической обоснованности для должника сделки по приобретению 33 468 акций СП ОАО «СУС» (29,77%) за 52 150 506 руб. 96 коп., исходя из того, что СП ОАО «СУС» являлось одним из крупнейших строительных предприятий Уральского федерального округа, одним из градообразующих предприятий закрытого административного образования Лесной, в 1993 году предприятие было приватизировано и стало открытым акционерным обществом; спорный пакет акций представлял собой рентабельный актив, вызывающий интерес на рынке оборота акций, его стоимость со временем постоянно возрастала; пакет акций в 29,77% имеет определяющее значение для принятия акционерами общества экономических решений; представленные в материалы настоящего обособленного спора решения общих собраний совета директоров СП ОАО «СУС» подтверждают факт активного корпоративного участия общества «Олипс» в непосредственном управлении обществом, эта практика должна была продолжаться новым акционером.

Общество «Урал-Бетон» было создано 25.10.2011 (учредители ФИО8 и общество «Олипс» владеют по 50% акций). В качестве основных видов деятельности учредители определили строительство зданий и сооружений, производство бетона и бетонных изделий. На момент создания должника общество «Олипс» являлось еще и акционером СП ОАО «СУС», которое в то время было крупнейшим в г. Лесном производственно-строительным предприятием; к числу основных видов деятельности СП ОАО «СУС» также относилось производство бетона и бетонных изделий. Таким образом, общество «Урал-Бетон» было создано в качестве прямого конкурента СП ОАО «СУС» на строительном рынке г. Лесного. Договоренности общества «Олипс» и ФИО8 предполагали проведение единой политики корпоративного участия в деятельности СП ОАО «СУС», соответствующей интересам общества «Урал-Бетон». Таким образом, с момента создания общества «Урал-Бетон» участие в СП ОАО «СУС» рассматривалось обществом «Олипс» и ФИО8 как способ участия в управлении компанией-конкурентом и крупнейшим участником строительного рынка в г. Лесном.

В марте 2012 года ряд потенциальных инвесторов стал проявлять высокий интерес к акциям СП ОАО «СУС», скупая их у акционеров. В течение всего 2012 года от новых акционеров СП ОАО «СУС» в адрес общества «Олипс» поступали неоднократные и настойчивые предложения продать принадлежащий обществу «Олипс» пакет акций СП ОАО «СУС». Однако общество «Олипс» отказывалось от продажи принадлежащего ему пакета акций СП ОАО «СУС», руководствуясь договоренностями с ФИО8 о продолжении участия в уставном капитале указанной организации в интересах общества «Урал-Бетон». При этом ФИО8 выражал озабоченность по поводу того, будет ли общество «Олипс» соблюдать ранее достигнутые договоренности об участии в СП ОАО «СУС» в интересах общества «Урал-Бетон». В связи с этим для дальнейшего закрепления указанных договоренностей учредители общества «Урал-Бетон» приняли совместное решение о продаже пакета акций СП ОАО «СУС» обществом «Олипс» обществу «Урал-Бетон». В результате этой сделки ФИО8 и общество «Урал-Бетон» получили реальную возможность по управлению СП ОАО «СУС», в том числе по принятию решения о восстановлении его платежеспособности, принятию решений по вопросам исключительной компетенции общего собрания акционеров, принятию решения о продаже пакета акций СП ОАО «СУС» третьим лицам.

При этом на дату совершения оспариваемой сделки СП ОАО «СУС» имело активы общей стоимостью 795 821 000 рублей, что подтверждается данными отчета временного управляющего СП ОАО «СУС» от 05.02.2013. Это свидетельствует о том, что на дату совершения оспариваемой сделки исход дела о банкротстве СП ОАО «СУС» был неочевиден. Таким образом, не имеется оснований полагать, что в результате совершенной сделки должник приобрел неликвидный актив, допустив утрату собственных денежных средств в размере 52 млн. рублей при том, что указанная сделка была одобрена советом директоров.

Судами рассмотрены доводы конкурсного управляющего о том, что обществами «Олипс», «Урал-Бетон» и «Промстройсити» была совершена последовательность действий, направленных на причинение вреда кредиторам (ФИО8 и обществу «Урал-Форт»), в числе которых получение обществом «Промстройсити» двух кредитов в Банке «Райффайзенбанк» 24.07.2013 и 18.10.2013; передача указанных денежных средств обществу «Урал-Бетон» по договорам займа (договоры о выдаче векселей от 18.10.2013), а также по договорам аренды недвижимости и техники; оплата обществом «Урал-Бетон» акций СП ОАО «СУС» обществу «Олипс.

Судами установлено, что при заключении кредитных договоров между обществом «Промстройсити» и Банком «Райффайзенбанк» общество «Олипс» предоставляло наиболее ликвидное обеспечение по кредитным обязательствам общества «Промстройсити». В обеспечение исполнения обязательств общество «Олипс» предоставило поручительство, а также залог дорогостоящего недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, залоговой стоимостью 345 626 000 рублей (нежилые помещения общей площадью 6 995,6 кв. м, а также доли в праве в размере 95/100 на земельный участок площадью 46 833 кв. м). При этом на момент заключения вышеуказанных договоров стоимость активов общества «Олипс» составляла более 2 миллиардов рублей, а стоимость основных средств - почти 1,4 миллиарда рублей. На момент заключения договоров в обеспечение обязательств общества «Промстройсити» по кредитному соглашению от 18.10.2013 с лимитом задолженности 63 млн. рублей стоимость активов общества «Олипс» составляла более 1,1 миллиарда рублей, при этом стоимость основных средств составляла почти 1,1 миллиард рублей. Соответственно, привлекаемые обществом «Промстройсити» кредиты на основании договоров от 24.07.2013 и 18.10.2013 были в полном объеме обеспечены имуществом самого общества «Олипс». Более того, общество «Олипс» как поручитель и залогодатель частично погашало задолженность за общество «Промстройсити» перед банком: на основании кредитного договора от 24.07.2013 погасило 1 647 965,46 рублей, на основании кредитного договора от 18.10.2013 - 5 428 906,02 рублей.

Учитывая изложенные обстоятельства, суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Утверждение управляющего ФИО11 о недействительности спорной сделки по основаниям статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации суд округа также не разделяет, поскольку приводимые им обстоятельства совершения спорной сделки полностью охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (совершение в период подозрительности, при наличии признаков неплатежеспособности и в пользу заинтересованного лица, причинение вреда имущественным правам кредиторов); какие-либо иные обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки, заявителем в ходе рассмотрения спора не указывались, в кассационной жалобе таковых не приведено.

По мнению конкурсного управляющего, является недействительной сделка по уступке обществом «Олипс» должнику права требования к СП ОАО «СУС» в связи с наличием на наличие на момент совершения сделки (25.06.2014) непогашенной задолженности перед конкурсными кредиторами обществом «Урал-Форт» (по договорам займа от 15.08.2012 № 1, от 19.03.2014 № 02/14) и ФИО8 (по договорам займа от 09.06.2012 № 5, от 10.05.2012 № 4, от 23.04.2012 № 2, от 09.06.2014 № 01/14).

Судами установлено, что 25.06.2014 общество «Олипс» (цедент) уступило обществу «Урал-Бетон» право требования задолженности к СП ОАО «СУС» на сумму 15 865 725 руб. 69 коп., в том числе 181 546 руб. 95 коп. неустойки и процентов, подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами. Стоимость уступаемого права требования, подлежащая оплате в срок до 01.07.2015, определена в размере 15 684 178 руб. 74 коп. По заявлению общества «Урал-Бетон» 18.10.2014 произведено процессуальное правопреемство по делу о банкротстве СП ОАО «СУС».

В связи с отсутствием оплаты со стороны общества «Урал-Бетон» предприниматель ФИО10 (правопреемник общества «Олипс» в оспариваемом договоре цессии), обратился в Арбитражный суд Свердловской области с соответствующими требованиями.

Общество «Урал-Бетон» заявило встречные требования о признании договора уступки права требования от 25.06.2014 недействительным по мотивам мнимости. Суд удовлетворил первоначальные исковые требования, взыскал с общества «Урал-Бетон» в пользу предпринимателя ФИО10 задолженность в размере 15 684 178,74 рублей и неустойку в размере 439 157 рублей, в удовлетворении встречных требований о признании сделки мнимой отказано.

Впоследствии предприниматель ФИО10 уступил права требования к обществу «Урал-Бетон» предпринимателю ФИО28 В рамках настоящего дела о банкротстве требования предпринимателя ФИО13 к обществу «Урал-Бетон» о погашении задолженности по договору уступки права требования от 25.06.2014 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра кредиторов должника на общую сумму 19 197 434 руб. 78 коп., в том числе 15 684 178 руб. 74 коп. основного долга, 3 513 265 руб. 04 коп. финансовых санкций.

В последующем это право требования на основании договора от 17.12.2017 предприниматель ФИО13 уступил обществу «Стройинтеллект».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.04.2017 по настоящему делу произведена замена кредитора предпринимателя ФИО13 на нового кредитора – общество «Стройинтеллект» в реестре требований кредиторов должника.

Анализируя причины невыплаты задолженности кредиторам, суды обоснованно указали, что для оспаривания сделки отказ от исполнения обязательств должен быть вызван недостаточностью денежных средств у должника. Должник, как в 2013 году, так и по состоянию на 25.06.2014 в текущем режиме продолжал производить оплату обязательств, вел активную хозяйственную деятельность. На момент совершения указанной сделки к обществу «Урал-Бетон» не предъявлялись требования в судебном порядке, что подтверждено данными картотеки арбитражных дел и системы СПАРК. В указанный период времени и сразу после совершения сделки, должник продолжал производить выплаты по выставленным счетам контрагентов, оплачивал налоговые и иные обязательные платежи, оплачивал текущие платежи по договорам лизинга в пользу общества с ограниченной ответственностью «Райффайзен-Лизинг», оплачивал электроэнергию.

Кроме того, из материалов дела следует, что должник получал регулярные и значительные по размеру платежи от контрагентов, которых с запасом хватало для погашения долга перед обществом «Урал-Форт» и ФИО8

Размер задолженности общества «Урал-Бетон» на дату совершения сделки перед обоими кредиторами составлял немногим более 6 000 000 руб. В частности, общество «Урал-Бетон» за период с 19.06.2014 по 02.07.2014 получило в качестве оплаты по договорам аренды имущества сумму в размере более чем 4 612 000 руб. С учетом сформировавшейся суммы задолженности перед кредиторами, она могла быть погашена в течение месяца. По данным бухгалтерской отчетности на конец 2013 года баланс должника составлял 141 677 000 руб., основные средства на сумму 48 257 000 руб., непокрытый убыток - 1 539 000 руб., кредиторская задолженность - 47 463 000 руб. В рамках оспариваемого договора уступки права требования (пункт 1.4) была предусмотрена отсрочка платежа до 01.07.2015, то есть на срок более 1 года.

Кроме того, общество «Олипс» заключило договор уступки права требования в условиях прекращения своего корпоративного участия в обществе «Урал-Бетон». Таким образом, договор уступки права требования заключался с отсрочкой платежа более чем на 1 год, с одновременным прекращением корпоративного участия общества «Олипс» в обществе «Урал-Бетон», без установления какого-либо дополнительного обеспечения исполнения требований перед обществом «Олипс».

На протяжении всего периода отсрочки платежа у общества «Урал-Бетон» в лице генерального директора ФИО8, второго акционера была реальная возможность всесторонне оценить заключенную сделку и в случае выявления каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о потенциальном вреде кредиторам ФИО8 и обществу «Урал-Форт» либо фактов злоупотребления правом, предпринять предусмотренные законом действия по отказу от исполнения сделки, ее расторжению или оспариванию. Кроме того, кредиторы, на наличие которых на момент совершения оспариваемой сделки ссылается конкурсный управляющий, являются аффилированными с должником лицами.

По результатам исследования и оценки доказательств, а также пояснений сторон судами установлено, что договор уступки права требования от 25.06.2014 был составной частью пакета соглашений, заключавшихся в июне 2014 года между обществом «Олипс», ФИО10, ФИО8, ФИО1 направленных на достижение следующего результата:

- выход ФИО1 из состава акционеров группы компаний «Олипс» путем заключения договоров купли-продажи акций общества «Олипс», закрытого акционерного общества «ТГ «Дирижабль», закрытого акционерного общества «УралСпецТрансСтрой», закрытого акционерного общества «Олипс АДЦ» с ФИО10;

- приобретение ФИО1 у общества «Олипс» пакета акций общества «Урал-Бетон», доли участия в обществе «Промстройсити» путем заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале общества «Промстройсити» от 25.06.2014 и договора купли-продажи ценных бумаг (акций общества «Урал-Бетон») от 25.06.2014 № 14-124.

Между ФИО1 и ФИО10 также было заключено соглашение от 25.06.2014.

Суть договоренностей ФИО1, ФИО10, ФИО8 состояла в том, что обязательным условием совершения сделок по продаже пакета акций общества «Урал-Бетон» и доли участия в обществе «Промстройсити» ФИО1 является заключение оспариваемого договора уступки права требования между обществом «Олипс» и обществом «Урал-Бетон». Поскольку общество «Олипс» с 18.03.2013 не являлось акционером СП ОАО «СУС» (им являлось общество «Урал-Бетон»), а также с 25.06.2014 вышло из состава акционеров общества «Урал-Бетон» и участников общества «Промстройсити», возникла взаимная заинтересованность и в передаче права требования в пользу общества «Урал-Бетон». Сделка по приобретению права требования имела вполне конкретную и объяснимую деловую цель - приобретение обществом «Урал-Бетон» требования к своему аффилированному лицу в связи с прекращением корпоративных отношений между обществом «Урал-Бетон» и обществом «Олипс».

Учитывая установленные судами обстоятельства, установив, что совершенная сделка имела экономическое обоснование, связанное с определением дальнейшей управленческой политики в отношении обществ, ранее взаимосвязанных между собой, суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). У сделки по уступке права требования также отсутствуют признаки ничтожности, совершения ее с противоправной целью. Доказательств, подтверждающих обратное, ни конкурсным управляющим должника, ни ФИО1 суду не представлено.

В отношении оспариваемого конкурсным управляющим платежа должника на сумму 1 365 114 руб. в адрес общества «Олипс», совершенного 20.11.2013 с указанием в назначении платежа «выплата дивидендов за 2012 год» судами установлено, что выплата дивидендов на основании решения совета директоров, оформленного протоколом от 22.05.2013 № 01/13, произведена тогда, когда общество «Олипс» еще было участником общества «Урал-Бетон», что вполне соответствует и законодательству и обычаям делового оборота. ФИО1 на момент выплаты дивидендов являлся заместителем председателя совета директоров общества «Урал-Бетон». ФИО1 также являлся инициатором данной сделки, что следует из служебной записки от 23.05.2013.

По итогам финансового 2012 года акционеры общества сделали вывод о выплате дивидендов. Доказательств того, что общество не располагало прибылью по итогам работы за 2012 год, а также имелись неисполненные обязательства перед внешними кредиторами должника, в материалы дела не представлено. Соответственно, у сторон оспариваемой сделки не имелось цели причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов.

Таким образом, судами первой и апелляционной инстанций правомерно отказано в признании данной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Для проверки доводов конкурсного управляющего и ФИО1 относительно совершения сделок по приобретению акций СП ОАО «СУС» и по уступке прав требования к указанному обществу по цене, многократно превышающей рыночную стоимость, судом первой инстанции назначались судебные оценочные экспертизы и повторные экспертизы.

Определением от 06.11.2017 по делу назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Консалтинг групп».

Экспертом представлено заключение, согласно которому рыночная стоимость акций по состоянию на 01.02.2013 в количестве 29,7655% от общего числа акций СП ОАО «СУС» составляет округленно 78 648 000 руб.; рыночная стоимость права требования к СП ОАО СУС по договору уступки между обществом «Олипс» и обществом «Урал-Бетон» от 25.06.2014 составляет округленно 13 540 000 руб.

Определением от 19.10.2018 по обособленному спору назначена повторная судебная экспертиза, проведение которой поручено оценочной компании «Априори»

Эксперт в своем заключении указал, что по состоянию на дату составления заключения (16.01.2019) в силу отсутствия необходимой информации, эксперт не имеет возможности ответить на вопрос № 1 о проведения оценки стоимости акций на 01.02.2013. Рыночная стоимость права требования к СП ОАО «СУС» по договору уступки между обществом «Олипс» и обществом «Урал-Бетон» от 25.06.2014 определена экспертом в размере 1 174 591 руб.

Определением от 21.02.2019 по делу назначена повторная судебная экспертиза, проведение которой поручено индивидуальному предпринимателю ФИО29 Представлено экспертное заключение, в котором дан ответ о рыночной стоимости 29,7655% пакета акций СП ОАО «СУС» по состоянию на 01.02.2013 - округлённо 12 534 000 руб.

В целях проверки доводов конкурсного управляющего должника ФИО11 и кредитора ФИО1 о совершении сделок на нерыночных условиях по ходатайству общества «Олипс» с целью устранения противоречий, содержащихся в экспертных заключениях, представленных суду первой инстанции, определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2020 назначена повторная комиссионная оценочная экспертиза, проведение которой поручено экспертам Автономной некоммерческой организации «Экспертно-правовой центр».

Согласно заключению экспертов рыночная стоимость акций в количестве 29,7655% от общего числа акций СП ОАО «СУС» на 01.03.2013 без учета налога на добавленную стоимость составляет округленно 66 869 000 руб.; рыночная стоимость права требования к СП ОАО «СУС» по договору уступки права требования между обществом «Олипс» и обществом «Урал-Бетон» от 25.06.2014 по состоянию на 25.06.2014 составляет округленно 14 550 000 руб.

Проанализировав экспертное заключение, сопоставив его с представленными рецензиями, позицией участников настоящего обособленного спора и первичными документами, имеющимися в материалах настоящего дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заключение выполнено экспертами в соответствии с требованиями законодательства об оценочной деятельности. Выводы, сделанные экспертами, мотивированы, основаны на исследовании первичных документов относительно финансово-хозяйственной деятельности как общества «Урал-Бетон», так и СП ОАО «СУС». Экспертами при определении стоимости акций и права требования принято во внимание нахождение СП ОАО «СУС» в процедуре банкротства.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что согласно материалам дела № А60-16725/2012 о банкротстве СП ОАО «СУС» предприятие во втором квартале 2012 года осуществляло строительство 6 многоквартирных домов в г. Лесном и г. Красноуральске, требования участников строительства погашены полностью, предприятие обладало значительными активами. В 2010 - 2012 годы предприятие вело обычную хозяйственную деятельность, заключило договоры, участвовало в конкурсах.

Таким образом, суды пришли к верному выводу о том, что сделки по приобретению акций и по уступке прав требования к СП ОАО «СУС» были совершены на рыночных условиях.

Изложенное исключает возможность квалификации договора купли-продажи акций от 01.02.2013, договора уступки права требования от 25.06.2014, платежа на сумму 1 365 114 руб. в адрес общества «Олипс» от 20.11.2013 в качестве ничтожных сделок по общим основаниям (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) и недействительных по специальным (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Доводы кредиторов ФИО2 и ФИО1 о том, что экспертами не было принято во внимание нахождение СП ОАО «СУС» в процедуре банкротства судом апелляционной инстанции обоснованно отклонены. Анализ представленного экспертного заключения показывает, что экспертами учтен высокий риск наступления банкротства СП ОАО «СУС» при определении подходов к определению рыночной стоимости объектов оценки; при этом экспертами использовалась документация и информация в отношении СП ОАО «СУС», имевшаяся до даты оценки.

Кроме того, в данном обособленном споре рассмотрены требования о привлечении ФИО8, ФИО10, общества «Олипс» и ФИО1 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с совершением вышеуказанных сделок и за неисполнение обязанности по предъявлению в суд заявления о признании должника банкротом.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц носит гражданско-правовой характер, и при ее применении судам надлежит учитывать общие положения глав 25, 59 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Установив, что соответствующие действия (бездействие), в связи с которыми заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место в период 2013 - 2014 годы, суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу, что в рассматриваемом случае применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в период совершения вменяемых действий, то есть положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Как разъяснено в пункте 4 постановления № 53, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (объективное банкротство).

В пункте 16 постановления № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

По общему правилу предполагается, что ситуация невозможности исполнения должником имеющихся обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

В качестве оснований для привлечения общества «Олипс», предпринимателя ФИО10, ФИО8 к субсидиарной ответственности указано на заключение между обществом «Олипс» и обществом «Урал-Бетон» сделки купли-продажи акций СП ОАО «СУС» от 01.02.2013, сделки уступки права требования к СП ОАО «СУС» от 25.06.2014, следствием чего стало привлечение кредитных средств на погашение обязательств должника перед обществом «Олипс».

Судами установлено, что на дату заключения данных сделок должник являлся платежеспособным, на балансе должника находилось имущество балансовой стоимостью 140 млн. руб., установлена экономическая выгода от совершенных сделок. Должник продолжал вести активную хозяйственную деятельность вплоть до мая 2015 года. На момент продажи доли участия общества «Олипс» в обществе «Промстройсити» и обществе «Урал-Бетон» (25.06.2014) данные предприятия активно развивались, их финансовое состояние было удовлетворительным. Доказательств совершения сделок во вред имущественным правам кредиторов не представлено и судами не установлено.

Процедура банкротства была инициирована непосредственно должником. Требования ФИО1 в размере 106 843 395 руб. 53 коп. (76,08% от общей суммы требований, включенных в реестр) включены в реестр требований кредиторов должника, данные требования возникли в связи с исполнением в качестве поручителя обязательств перед банком по кредитным соглашениям, заключенным с обществом «Промстройсити».

Как указано в судебных актах по делу № А60-909/2016 о банкротстве общества «Промстройсити» по обособленному спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, общество «Промстройсити» ненадлежащим образом исполняло свои обязанности по договорам строительного подряда от 20.10.2014 № 14/725-з-14, № 14-616-з-14 перед предприятием «Промэлектромонтаж-СТН», по договорам подряда от 03.03.2015 № 072-10/12, от 13.03.2015 № 072-10/206 перед предприятием «Комбинат «Электрохимприбор». Контролировавшие общество «Промстройсити» лица не предоставили надлежащего обоснования объективной невозможности исполнения данных обязательств, а также доказательства совершения действий для минимизации негативных последствий; попытки урегулирования спорной ситуации, сохранения в силе договоров и уменьшения штрафных санкций предприняты не были. ФИО8, ФИО1, ФИО16 контролировали общество «Промстройсити» и при их непосредственном участии произведены действия, повлекшие банкротство общества «Промстройсити» и невозможность расчетов с кредиторами. Указанные лица в период, предшествующий банкротству общества «Промстройсити», совершали либо допускали совершение действий (бездействия), не отвечающих требованиям разумности и добросовестности, в том числе движение кредитных средств по кредитным соглашениям от 18.10.2013, 24.07.2013 № 14018/ММ/ЕКВ/1, которое имело своей целью вывод активов в размере, достаточном для исполнения обязательств перед заказчиками. Объективное банкротство общества «Промстройсити» явилось следствием действий указанных лиц. Вследствие этого деятельность общества «Промстройсити» приобрела убыточный характер в первом-втором квартале 2015 года и уже по результатам первого квартала добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики мог сделать выводы о наступлении объективного банкротства (определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.11.2018, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 23.05.2019).

Учитывая распределение функций в группе компаний (общество «Урал-Бетон» - арендодатель, общество «Промстройсити» - арендатор и подрядчик по договорам с внешними кредиторами), учитывая вышеизложенные выводы суда по делу № А60-909/2016 и установленные в настоящем деле обстоятельства, суды пришли к верному выводу о том, что причиной неплатежеспособности общества «Урал-Бетон» стала неплатежеспособность общества «Промстройсити», тогда как неплатежеспособность общества «Промстройсити» связана с действиями контролирующих его лиц по ненадлежащему исполнению договоров подряда и выводу кредитных средств.

Принимая во внимание, что в признании сделок недействительными отказано, иных оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не указано, суды первой и апелляционной инстанции правомерно отказали в привлечении общества «Олипс», ФИО10 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В данном случае, субъектный состав кредиторов должника свидетельствует о том, что кредиторами должника являются заинтересованные по отношению к нему лица. Требования внешних (независимых) кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, отсутствуют. Судами указано на наличие конфликта интересов между ФИО1, с одной стороны, и обществом «Олипс», ФИО10 и ФИО8, с другой стороны. Однако оснований для защиты корпоративных прав в настоящем деле судами не установлено, исходя из тех обстоятельств, на которые стороны ссылаются.

В обоснование заявленных требований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общество «Стройинтеллект» ссылалось на совершение ФИО1 виновных действий, выразившихся в заключении недействительных сделок (ФИО1 выдал доверенность на заключение притворных сделок по отчуждению недвижимого имущества должника) и предъявление требований ФИО1 к должнику по договору поручительства с акционерным обществом «Райффайзенбанк», кредитные средства которого были нерационально растрачены на нужды общества «Промстройсити»; а также на несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом при наличии уже имеющихся признаков несостоятельности.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в период с 06.05.2015 по 18.10.2016 был генеральным директором и акционером общества «Урал-Бетон», то есть фактически мог и определял судьбу общества.

Судами установлено, что в августе - сентябре 2015 года ФИО1, будучи генеральным директором общества «Урал-Бетон», выдал ФИО8 доверенность на представление интересов общества «Урал-Бетон» с правом заключения сделок по отчуждению имущества.

Между обществом «Урал-Бетон» в лице ФИО8 и ФИО30 заключен договор купли-продажи от 08.09.2015 имущества общей стоимостью 1 000 000 руб., однако 30.04.2015 общество «УралБетон» приобрело это имущество за 2 675 970 руб.; ФИО30 03.10.2015 продала имущество, приобретенное у общества «Урал-Бетон», ФИО31; 16.10.2016 ФИО31 продала приобретенное у ФИО30 имущество обществу с ограниченной ответственностью «Партнер Плюс» в лице ФИО15 (супруга ФИО8). За период с 08.09.2015 по 16.09.2016 была заключена цепочка сделок по реализации указанного недвижимого имущества, при этом за отчуждаемое имущество оплата покупателями не производилась, что установлено судами при рассмотрении данного обособленного спора. Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации подобные сделки характеризуются как притворные.

Судом отклонены вышеуказанные доводы кредитора, поскольку материалами дела не установлено, что совершение указанной сделки повлекло причинение обществу таких убытков, что оно стало отвечать признаку несостоятельности при том, что обращение с заявлением о несостоятельности имело место после данной сделки и должник продолжал хозяйственную деятельность.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленность об этом кредиторов нарушает права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Невыполнение руководителем должника требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

Судами установлено, что общество «Урал-Бетон» и общество «Промстройсити» входят в одну группу компаний, бенефициаром которой является ФИО1 Процедура банкротства в отношении данных организаций инициированы в одно время - конец 2015 года.

В деле № А60-909/2016 о банкротстве общества «Промстройсити» в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 23.05.2019 указано на то, что вывод о наступлении объективного банкротства общества «Промстройсити» стало возможным сделать лишь по результатам первого квартала 2015 года. Следовательно, признаки объективного банкротства общества «Урал-Бетон» также возникли в начале 2 квартала 2015 года, когда генеральным директором должника являлся ФИО1

Установив, что начиная со 2 квартала 2015 года у должника появились признаки несостоятельности (банкротства), вместе с тем общество «Урал-Бетон» 29.04.2015 произвело последние платежи по четырем договорам лизинга (платежи за май 2015 года), по состоянию на 09.06.2015, когда были подписаны соглашения о расторжении договоров лизинга, общество «Урал-Бетон» не нарушало договоры лизинга, по договорам лизинга № 1 и № 2 сроки оплаты лизинговых платежей истекали в 2015 году, по договору № 3 - в 2016 году, а по договору № 4 - в 2017 году, при этом продолжали действовать договоры аренды, суды правомерно пришли к выводу о том, что наличие у руководителя должника при данных обстоятельствах очевидных оснований для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом ранее декабря 2015 года не доказано.

Заявление о признании должника банкротом было подано в суд 18.12.2015.

При таких условиях суды пришли к обоснованному выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, и обоснованно отказали обществу «Стройинтеллект» в удовлетворении заявленного требования.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 488-ФЗ) в пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве внесены изменения, согласно которым заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Поскольку неправомерные действия контролирующих должника лиц, на которые ссылаются заявители, совершались до вступления в силу Закона № 488-ФЗ, однако годичный срок исковой давности, исчисляемый в любом случае не ранее даты открытия конкурсного производства, на дату вступления в силу Закона № 488-ФЗ не истек, то подлежит применению трехлетний срок исковой давности. Таким образом, правильным является вывод суда апелляционной инстанции о том, что срок исковой давности, установленный Законом о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ, на момент обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением (05.04.2018), на момент привлечения ФИО1 соответчиком (29.05.2018) и исходя из даты решения о признании должника банкротом (18.10.2016) не истек.

Иные доводы, изложенные с кассационных жалобах, судом округа отклоняются, по вышеизложенным мотивам, а также в связи с тем, что судебные акты приняты судами по результатам оценки тех доказательств и тех обстоятельств, на которые стороны спора ссылались. Суд при рассмотрении дела самостоятельно определяет нормы права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, однако имеющие значение для дела обстоятельства должны быть указаны и раскрыты сторонами спора.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Нарушений норм материального и (или) процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Обжалуемые определение от 19.08.2019 и постановление от 13.07.2020 являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационных жалобах доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.08.2019 по делу № А60-60923/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1, ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» и акционерного общества «Олипс» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.А. Артемьева

Судьи Ю.А. Оденцова

Г.М. Столяренко