Решение от 11 марта 2022 г. по делу № А45-19866/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



РЕШЕНИЕ

Дело №А45-19866/2021
г. Новосибирск
11 марта 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 09 марта 2022 года

Решение изготовлено в полном объеме 11 марта 2022 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Абаимовой Т.В. при ведении протокола судебного помощником судьи Рахимовой О.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Актив» (ОГРН <***>), г. Москва

к ФИО1, г. Новосибирск

о взыскании 105 124 рублей 87 копеек

при участии в судебном заседании представителей:

истца: не явился, извещен

ответчика: ФИО1, паспорт

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Новосибирской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Актив» (далее – истец, ООО «Актив») с исковым заявлением к ФИО2 о привлечении его к субсидиарной ответственности и взыскании задолженности в размере 105 124, 87 рубля на основании решения Арбитражного суда города Москвы от 25.07.2017 по делу № А40-96673/17-62- 892.

В соответствии с решением Арбитражного суда города Москвы от 25.07.2017 по делу № А40-96673/17-62-892 с общества с ограниченной ответственностью «Архип» (далее – ООО «Архип»), генеральным директором и учредителем которого являлся ФИО2, взыскана задолженность по регулярным членским взносам в размере 85 000 рублей 00 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 16 091 рубль 87 копеек, 4 033 рубля 00 копеек государственной пошлины.

26.12.2018 ООО «Архип» было исключено регистрирующим органом из Единого государственного реестра юридических лиц на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2021 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

В ходе рассмотрения дела судом было установлено, что ФИО2 скончался 30.08..2018.

Определением от 07.10.2021 производство по делу было приостановлено на основании пункта 3 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) до определения правопреемника (наследника) ФИО2.

В связи с получением судом информации о том, что 06.03.2019 ФИО1, являющийся сыном ФИО2, подал заявление о принятии наследства по закону, определением от 01.12.2021 судом была произведена замена ФИО2 на ФИО1 (далее – ФИО1) на основании пункта 1 статьи 48 АПК РФ.

В ходатайстве, поданном через Мой арбитр 26.01.2022, истец просит рассмотреть дело по существу в отсутствии истца, полагает, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу на основании пункта 1 статьи 1175 Гражданского кодекса РФ (далее –ГК РФ), в связи с чем привлечение ФИО1 считает правомерным.

ФИО1 просит в удовлетворении исковых требований отказать, ссылается на то, что с начала 2017 года ФИО2 был тяжело болен, практически постоянно находится в стационаре, физически не мог осуществлять предпринимательскую деятельность, скончался вследствие тяжелой болезни, полагает, что в его действиях отсутствовала недобросовестность, какой либо умысел, направленный на уклонение от оплаты задолженности; о наличии каких либо судебных споров в отношении ООО «Актив» ФИО1 не было известно.

На основании статьей 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено по существу в отсутствии представителя истца, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Как следует из материалов дела, ООО «Актив» (ОГРН <***>) было зарегистрировано в качестве юридического лица 14.02.2012, адрес регистрации организации: 630078, <...>.

Учредителем и единоличным исполнительным органом общества являлся ФИО2.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.07.2017 по делу №А40-96673/17-62-892 с ООО «Архип» в пользу ООО «Актив» были взысканы задолженность по регулярным членским взносам в размере 85 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 16 091 руб. 87 коп., а также 4 033 руб. расходов по оплате госпошлины. При рассмотрении дела было установлено, ООО «Архип» 06.05.2014 было принято в члены Саморегулируемой организации Некоммерческое партнерство «Межрегиональная Ассоциация по проектированию и Негосударственной Экспертизе» (далее – партнерство) и исключено из состава его членов 27.11.2015, при этом за указанный период у общества образовалась задолженность по уплате членских взносов в размере 85 000 рублей. Впоследствии между партнерством и ООО «Актив» был заключен договор уступки прав (требований) №1/1/9-МАП от 01.09.2016, на основании которого ООО «Актив» приобрело право требования указанной задолженности, в том числе и право требования процентов за пользование чужими денежными средствами.

26.12.2018 МИФНС № 16 по Новосибирской области было принято решение об исключении ООО «Архип» на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ), как недействующего юридического лица.

Как указывает истец, решение суда по делу №А40-96673/17-62-892 не было исполнено в связи с отсутствием денежных средств на счете общества, на момент исключения ООО «Архип» из ЕГРЮЛ у него имелась перед ООО «Актив» задолженность.

Поскольку истец не получил удовлетворения требований от ликвидированного ООО «Архип» он полагает, что вред имущественным интересам кредитора причинен в силу того, что руководитель общества действовал недобросовестно и неразумно, его действия не соответствовали действующему законодательству и сложившейся практике делового оборота, ответчик не предпринимал никаких действий по урегулированию предъявленного требования, не предпринял действий, свидетельствующих о разумности и обоснованности неисполнения такого требования.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 50 ГК РФ юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации). Юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, могут создаваться в организационно-правовых формах хозяйственных товариществ и обществ, крестьянских (фермерских) хозяйств, хозяйственных партнерств, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. При этом пунктом 3 той же статьи предусмотрено, что лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) общество несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. Общество не отвечает по обязательствам своих участников.

В случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Как следует из материалов дела, ООО «Архип» было исключено из ЕГРЮЛ регистрирующим органом как недействующее 26.12.2018.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном этим Законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 названной статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц (пункт 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 64.2 ГК РФ лицо считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

При этом исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ).

В обоснование заявленных требований истец ссылается на наличие у ООО «Архип» перед ООО «Актив» задолженности, взысканной решением суда, отсутствие денежных средств на расчетном счете общества, открытом в АО «Банк Акцепт», и отсутствие у общества иных открытых счетов в других банках, возбуждение в отношении должника исполнительных производств, согласно информации с сайта ФССП.

Из материалов дела следует, что учредителем и единоличным исполнительным органом общества являлся ФИО2, наследником которого является ФИО1.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя возлагается на лицо, требующее его привлечения к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

При этом само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Ответственность перед внешними кредиторами наступает в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Указанное обусловлено тем, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В данном случае из материалов дела не следует, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ФИО2 уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество общества, либо умышленно действовал во вред кредитору. Свидетельств противоправного вывода ФИО2 или каким-либо иным лицом активов общества, в деле также не имеется.

При этом из пояснений ФИО1 следует, что с начала 2017 года его отец ФИО2 был тяжело болен и практически постоянно находился в стационаре, не имея физической возможности осуществлять предпринимательскую деятельность, именно болезнь (онкология) послужила причиной смерти.

Исходя из изложенного суд пришел к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и обстоятельствами исполнения/неисполнения обязательства должником, и, соответственно, оснований для возложения на наследника ФИО1 ответственности в субсидиарном порядке.

Принимая во внимание очевидность того обстоятельства, что каких-либо пояснений относительно деятельности ООО «Актив», не будучи лицом, которое контролировало общество, ФИО1 дать не может, суд не находит и каких-либо оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности как наследника.

Аналогичная правовая позиция изложена в судебных актах по делу №А60-38674/2020.

Следует также отметить, что сам истец с заявлением о признании ООО «Актив» несостоятельным (банкротом) в суд не обращался. Доказательств того, что истцом предпринимались меры к уведомлению регистрирующего органа, вынесшего решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, о наличии долга у данного юридического лица, наличии судебного акта о его взыскании и отсутствии его исполнения в период после опубликования решения о предстоящем исключении из единого государственного реестра юридических лиц до истечения срока возможного предъявления данных требований, материалы дела также не содержат. При этом судом приняты во внимание разъяснения, изложенные в пункте 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 года № 20-П о том, что именно от профессиональных участников рынка разумно ожидание принятия мер, предупреждающих исключение общества-должника из ЕГРЮЛ, в отличие от граждан, не являющихся субъектами предпринимательской деятельности. К последним истец по данному делу не относится.

То обстоятельство, что в состав наследства входит все имущество и долги наследодателя, само по себе, не свидетельствует о возможности автоматически взыскивать с наследника денежные средства, поскольку в данном случае взыскание спорных денежных средств, фактически, является следствием привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности, тогда как в рассматриваемом деле оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика судом не установлено.

Исходя из изложенного, исковые требования ООО «Актив» не подлежат удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины относятся на истца.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Руководствуясь статьями 110, 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.


Судья Т.В. Абаимова