Постановление от 11 декабря 2024 г. по делу № А75-21435/2022

Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А75-21435/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2024 года

Постановление изготовлено в полном объёме 12 декабря 2024 года


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Лаптева Н.В.,

судей                                                         Глотова Н.Б.,

ФИО1 –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Шияна Сергея Петровичана определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югрыот 18.06.2024 (судья Сурова А.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2024 (судьи Смольникова М.В., Аристова Е.В., Целых М.П.) по делу № А75-21435/2022 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Защита 01» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – общество «Защита 01», должник), принятие по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 (далее – управляющий) о привлечении ФИО2, ФИО4, Конькова Александра Владимировичак субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В заседании приняла участие ФИО6 – представитель ФИО2 и ФИО4 по доверенностям от 26.08.2024.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества «Защита 01» управляющий обратился в арбитражный судс заявлением о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности и взыскании с них солидарно в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 190 928 430 руб. (с учётом уточнений).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.06.2024, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2024, признано доказанным наличие основанийдля привлечения ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Защита 01», приостановлено производство по заявлению управляющего в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

ФИО2 подал кассационную жалобу, в которой просил отменить определение арбитражного суда от 18.06.2024 и постановление апелляционного суда от 15.10.2024, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления управляющего.

В кассационной жалобе приведены доводы о несоответствии фактическим обстоятельствам и нормам статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) выводов судово наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Доводы ФИО2 сводятся к недоказанности обстоятельств, влекущих субсидиарную ответственность, в частности: превышения размера обязательствнад реальной стоимостью активов должника, отсутствия осведомлённости кредиторово существенном риске неисполнения должником своих обязательств, недобросовестности поведения руководителей, неправомерности их действий (бездействия) в периоды осуществления полномочий.

В судебном заседании представитель ФИО6 поддержала доводы ФИО2, изложенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, их представители в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не нашёл оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, руководителями общества «Защита 01» являлись в период: с 01.06.2011 по 11.04.2017 – ФИО2, с 10.07.2017по 18.07.2022 – ФИО4, с 18.07.2022 – ФИО5 Участниками должника являлись в период до 18.07.2022 – ФИО2, после 18.07.2022 – ФИО5

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 7 по Краснодарскому краю (далее – налоговый орган) на основании решения от 30.09.2019 № 18-28/140 провела выездную налоговую проверку деятельности общества «Защита 01» (далее также – налогоплательщик) по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) по всем налогам и страховым взносам за период с 01.01.2017 по 31.12.2018.

По результатам проверки налоговый орган составил акт от 16.12.2020 и вынес решение от 01.10.2021 № 19-28/12 о привлечении общества «Защита 01»к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), в виде штрафа в сумме 40 495 869 руб. (в том числе за неуплату налога на прибыль организаций – 23 889 923 руб. и налог на добавленную стоимость (НДС) - 16 605 946 руб.).

Обществу «Защита 01» начислено к платежу 194 173 308,79 руб., в том числе налоги в сумме 113 477 185 руб., пени в сумме 50 596 756,79 руб. Налогоплательщик привлечёнк налоговой ответственности по пунктам 1, 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в сумме 30 099 367 руб.

Основанием для вынесения оспариваемого решения явилось нарушение обществом «Защита 01» положений пункта 1 статьи 169, пункта 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172, пункта 1 статьи 252 НК РФ, а также положений пунктов 1 и 2 статьи 54.1 НК РФи, как следствие, необоснованное завышение налоговых вычетов по НДС, расходовпо налогу на прибыль по взаимоотношениям с контрагентами.

Налоговым органом сделаны выводы о неправомерном применении вычетовпо налогу на добавленную стоимость и включении в расходы по налогу на прибыль затрат, связанных с договорами аренды помещений и субаренды транспортных средств, заключенными с двадцатью одним «техническим» контрагентом; о создании формального документооборота с участием «технических» компаний по оказанию услуг транспортировки, которые фактически выполнены налогоплательщиком самостоятельно, а также с помощью аффилированного лица общества «Защита-01» (ИНН <***>)и реальными контрагентами, обладающими ресурсами для выполнения подобного рода услуг как самостоятельно, так и с привлечением третьих лиц, но преимущественно применяющими специальные налоговые режимы.

Управление ФНС России по Краснодарскому краю приняло решение от 30.12.2021 № 24-12-1731, которым решение инспекции отменено в части излишне предъявленных штрафных санкций, исчисленных по статье 122 НК РФ, в суммах: 64 000 руб. за неуплату налога на прибыль организаций за 2018 год по взаимоотношениям с обществом «Фейм», 3 008 342,40 руб. за неуплату НДС за третий квартал 2017 года, 3 270 030,40 руб.за неуплату НДС за четвёртый квартал 2017 года, 4 054 128,80 руб. за неуплату НДСза первый квартал 2018 года; в остальной части решение МИФНС России № 7по Краснодарскому краю от 01.10.2021 № 19-28/12 утверждено.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Краснодарского краяот 17.04.2023 по делу № А32-8393/2022 отказано в удовлетворении жалобы общества «Защита 01» на решения налоговых органов.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13.12.2022 принято к производству заявление межрайонной инспекции ФНС России№ 10 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее – уполномоченный орган) о признании несостоятельным (банкротом) общества «Защита 01».

Определением арбитражного суда от 28.04.2023 введена процедура наблюденияв отношении общества «Защита 01», временным управляющим утверждена ФИО3; в реестр требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа в составе второй очереди в сумме 279 511 руб., в составе третьей очереди в сумме 193 211 786,87 руб., в том числе: 112 389 151 руб. недоимки (налог), 50 722 268,87 руб., пени, 30 100 367 руб. штрафа.

Решением арбитражного суда от 30.10.2023 общество «Защита 01» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3

Согласно отчёта конкурсного управляющего от 27.03.2024 в реестр требований кредиторов общества «Защита 01» установлены требования в сумме 220 606 508 руб. Размер требований уполномоченного органа по основной задолженности составляет 118 442 826,20 руб. (определения арбитражного суда от 28.04.2023, 14.08.2023, 27.02.2024).

ФИО2, ФИО4, ФИО5 не передали управляющему ФИО3 бухгалтерскую документацию и имущество общества «Защита 01».

Определением арбитражного суда от 28.11.2024 удовлетворено ходатайство управляющего, на ФИО5 возложена обязанность передать управляющему бухгалтерскую документацию и имущество общества «Защита 01». Контролирующие должника лица не исполнили определение суда.

Путём проведения мероприятий по самостоятельному получению документов общества «Защита 01» доступными способами управляющий ФИО3 установила, что в 2021-2022 годах под управлением ответчиков должник реализовал третьим лицампо договорам купли-продажи 21 транспортное средство по ценам многократно ниже рыночной, снял с регистрационного учёта 10 транспортных средств.

Согласно отчёту о рыночной стоимости движимого имущества от 27.11.2023№ 516-11.23, общая рыночная стоимость реализованных транспортных средств составляет сумму 38 320 600 руб., снятых с регистрационного учёта – 11 880 000 руб.

Помимо этого, в 2020-2022 годах по не подтвержденным основаниям общество «Защита 01» перечислило на счета ФИО2 и ФИО4 денежные средства в сумме 37 023 455,25 руб., в том числе 9 665 380 руб. в качестве заработной платы: ФИО2 – 8 855 378 руб., ФИО4 – 810 002 руб. по данным налогового органа.

Полагая, что неправомерные действия ФИО2 и ФИО4 повлекли привлечение общества «Защита 01» к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначисление налогов, пени и штрафов, утрату основных активовв 2021-2022 годах, управляющий обратился в арбитражный суд с заявлениемо привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции руководствовался положениями подпунктов 1 и 3 пункта 2, пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве с учётом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), и исходил из того, что контролирующие должника лица ФИО2 и ФИО4 несут ответственность за организацию и ведение в обществе «Защита 01» бухгалтерского учёта, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, своевременное предоставление полной и достоверной бухгалтерскойи налоговой отчётности; объективные признаки банкротства общества «Защита 01» следует считать возникшими в 2017-2018 годах, когда имели место неправомерные действия должника по уклонению от уплаты налогов, что впоследствии явилось основанием для привлечения его к налоговой ответственности, размер которой с учётом недоимки по налогам, пеней и штрафа составляет в сумме около 240 млн. руб., что более 50 процентов совокупного размера основной задолженности должника перед реестровыми кредиторами; последующие действия (период 2019-2022 годы) контролирующих лиц ФИО2 и ФИО4 причинили должнику существенные убытки, что не позволило исполнить налоговые обязательства и, как следствие, причинило вред имущественным правам кредиторов, в частности, финансовое положение общества «Защита 01» существенно ухудшилось в связи с совершением подозрительных сделок по отчуждению основных активов в виде 21 транспортного средства, снятия с государственного регистрационного учёта 10 транспортных средств общей стоимостью 64 064 000 руб., безосновательному перечислению в пользу физических лиц денежных средств в сумме 37 023 455,25 руб.

Арбитражный суд сделал выводы о наличии оснований для привлечения контролирующих должник лиц: ФИО2, ФИО4, ФИО5 – к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановил производствопо обособленному спору в части определения размера ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции согласился с арбитражным судом.

Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и подлежащим применению нормам права.

Так, гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Исходя из сложившееся судебной практики, это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и по общему правилу исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование его правовой формы для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 – 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 Постановления № 53.

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлеченык ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована волеизъявлением контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности,и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности (статья 1064 ГК РФ, статья 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несёт субсидиарную ответственностьпо обязательствам должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшимик невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления № 53).

Подпунктом первым пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующего должника лица и невозможностью полного погашения требований кредиторов в том случае, если причинён существенный вред имущественным правам кредиторовв результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с подпунктом третьим пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротствепока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихсяего единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по деламо таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 Постановления № 53 разъяснено, что в соответствии с подпунктом третьим пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается,что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

должник привлечён к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базыдля исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Пунктом 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что контролирующее должника лицо несёт субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатёжеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Как разъяснено в пункте 17 Постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что,по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объёме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

По общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Законао банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принятово внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничествои т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (пункт 22 Постановления № 53).

Поскольку суды установили, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие совместных неправомерных действий контролирующих должника лиц, заявление управляющего о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворено правомерно.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.

Установление обстоятельств, влекущих привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, относится к компетенции суда первой и апелляционной инстанций, так как связано с оценкой имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в обособленном споре.

Процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощён законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинён существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт первый пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 Постановления № 53).

Выводы судов о том, что ФИО2 являлся контролирующим должника лицоми после прекращения полномочий руководителя подтверждены тем, что в период осуществления руководства ФИО4 общество «Защита 01» в лице ФИО2 реализовало два автомобиля по договорам купли-продажи от 24.07.2022,что свидетельствует о совместном принятии управленческих решений по распоряжению имуществом должника.

Фактические обстоятельства, в том числе совершение ФИО2 действий, приведших к неплатёжеспособности должника, установлены судами первойи апелляционной инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, нарушений норм процессуального права не допущено.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с оценкой обстоятельств дела и иное толкование им положений действующего законодательства не являются основанием для отмены обжалованных судебных актов в кассационном порядке.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югрыот 18.06.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2024 по делу № А75-21435/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобубез удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.


Председательствующий                                                                                  Н.В. Лаптев


Судьи                                                                                                                Н.Б. Глотов


ФИО1