Постановление от 26 сентября 2024 г. по делу № А07-19569/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4441/24

Екатеринбург

27 сентября 2024 г.

Дело № А07-19569/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2024 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Кочетовой О. Г., Новиковой О. Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу жалобы ФИО1 (далее – заявитель кассационной жалобы) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2024 по делу № А07-19569/2018 Арбитражного суда Республики Башкортостан.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий Банк «Агросоюз» - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» заявивший ходатайство об участии в судебном заседании путем использования сервиса веб-конференции, не подключился к онлайн - заседанию по причинам, не зависящим от суда.

Установив в судебном заседании, что средства связи суда воспроизводят видео - и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, лицам, участвующим в деле обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся вне сферы контроля суда, суд округа посчитал возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КБ «Агросоюз» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в силу положений части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие лично ФИО1 (паспорт) и его представитель по устному ходатайству ФИО2 (служебное удостоверение).

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзывы на кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО3, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Русойл» ФИО4 (далее – управляющий) приобщаются к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.12.2019 общество с ограниченной ответственностью «Русойл» (далее – общество «Русойл», должник) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.03.2022 арбитражный управляющий ФИО5 освобожден от исполнения; конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли – продажи транспортного средства № 1 от 07.05.2018, заключенный между обществом «Русойл» и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки, уточнив в последующем ответчика по данному заявлению – ФИО6.

Кроме того, конкурсным управляющим подано заявление о взыскании убытков в сумме 3 400 000 руб., причиненных обществом «Русойл» бывшим руководителем общества ФИО1.

Данные заявления судом определением от 24.04.2023 объединены для совместного рассмотрения.

В дальнейшем, в порядке, предусмотренном статьей 49 АПК РФ, управляющий уточнил заявленные требования, просил признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 1 от 07.05.2018, заключенный между обществом «Русойл» и ФИО7, применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО6 в конкурсную массу общества «Русойл» автомобиля марки Lexus LX 570 (VI№: <***>). Уточнения судом были приняты.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, суд определением от 16.08.2023 привлек ФИО1, ФИО3, ФИО8, ФИО9

В последующем конкурсный управляющий вновь уточнил требования, которые и были предметом рассмотрения судов (статья 49 АПК РФ), просил признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства №1 от 07.05.2018, заключенный между обществом «Русойл» и ФИО7, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 денежных средств в сумме 2 860 000 руб., составляющих рыночную стоимость автомобиля, а также взыскать с бывшего руководителя должника ФИО1 убытки в сумме 3 400 000 руб., возникшие в связи с безвозмездным выбытием из собственности общества «Русойл» автомобиля марки Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, VIN: <***>.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.02.2024 в удовлетворении требований управляющего о взыскании убытков и признании сделки недействительной отказано.

Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2024 определение суда первой инстанции отменено; признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 07.05.2018 № 1, заключенный между обществом «Русойл» и ФИО7, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 денежных средств в сумме 2 860 000 руб., составляющих рыночную стоимость автомобиля марки Lexus LX 570 (VI№: <***>); также признаны обоснованными требования управляющего о взыскании убытков, с ФИО1 в пользу должника взыскано 3 400 000 руб. в счет возмещения убытков.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции от 13.05.2024 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 08.02.2024.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм процессуального права, в частности, отмечает, что управляющий при обращении в суд апелляционной инстанции не направил копию апелляционной жалобы в его адрес; настаивает на своей неосведомленности о рассмотрении спора, ввиду отсутствия доказательств его надлежащего извещения со стороны суда.

По мнению заявителя кассационной жалобы, управляющим пропущен срок исковой давности для предъявления требования к ФИО7; размеры взысканных в рамках спора сумм не подтверждаются какими-либо доказательствами – экспертным заключение, экспертной оценкой об определении рыночной стоимости транспортного средства; указывает на то, что денежные средства от продажи транспортных средств были внесены наличными в кассу должника и израсходованы на нужды общества (ГСМ, текущие расходы по ремонту, содержание и выплата заработной платы).

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, между обществом с ограниченной ответственностью «Практика ЛК» (лизингодатель) и обществом «Русойл» (лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) от 25.12.2013 № 302/13-У, согласно которому лизингодатель обязался приобрести в собственность и предоставить за плату во временное владение и пользование Лизингополучателю для осуществления предпринимательской деятельности автомобиль марки Lexus LX 570, 2013 года выпуска, VIN: <***>.

Согласно договору купли-продажи от 25.12.2013 № 302/13-У/КП цена автомобиля составила 4 250 000 руб.

Впоследствии, 22.12.2016 между обществами «Практика ЛК» (лизингодатель) и «Русойл» (лизингополучатель) заключен договор купли-продажи (выкупа предмета лизинга) № 302/13-У, в соответствии с которым право собственности на указанный автомобиль перешло к лизингополучателю.

На дату выкупа предмета лизинга сумма лизинговых платежей (с НДС) составила 5 993 310 руб. (акт от 22.12.2016 закрытия сделки к договору лизинга от 25.12.2013 № 302/13-У).

По акту приема-передачи от 29.12.2016 лизингодатель передал лизингополучателю, а лизингополучатель принял в собственность автомобиль марки Lexus LX 570, 2013 года выпуска, VIN: <***>.

Указанные сведения с приложением соответствующих документов предоставлены обществом «Практика ЛК» по запросу конкурсного управляющего от 23.01.2023 (ответ на запрос № 307/23-ПЖ от 01.02.2023).

Таким образом, 29.12.2016 в собственность общества «Русойл» перешло транспортное средство, цена приобретения которого составила 4 250 000 руб., за которое общество в течение трех лет выплатило лизинговые платежи в общей сумме 1 743 310 руб.

В последующем между обществом «Русойл» (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства от 07.05.2018 № 1, согласно которому автомобиль марки Lexus LX 570, 2013 года выпуска, VIN: <***> перешел в собственность покупателя, обязавшегося уплатить обществу за него 500 000 руб.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, управляющий указывал на совершение оспариваемой сделки в течение года до возбуждения дела о банкротстве.

Кроме того, конкурсный управляющий указал, что согласно общедоступным сведениям, размещенным в сети «Интернет» в отношении аналогов спорных транспортных средств на дату совершения сделки, рыночная стоимость аналогичного автомобиля марки Lexus LX 570, 2013 года выпуска варьировалась от 2 499 000 руб. до 3 190 000 руб., вследствие чего, цена сделки на момент ее заключения существенно отличалась в худшую для должника сторону от цены, по которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, что свидетельствует о неравноценности встречного предоставления по сделке.

Кроме того, между обществами «Практика ЛК» (лизингодатель) и «Русойл» (Лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) от 09.08.2013 № 172/13-У, согласно которому лизингодатель обязуется приобрести в собственность и предоставить за плату во временное владение и пользование лизингополучателю для осуществления предпринимательской деятельности автомобиль марки Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, VIN: <***>.

Впоследствии, 14.08.2015 между обществом «Практика ЛК» (лизингодатель) и обществом «Русойл» (лизингополучатель) заключен договор купли-продажи (выкупа предмета лизинга) № 172/13-У, в соответствии с которым право собственности на указанный автомобиль перешло к лизингополучателю.

На дату выкупа предмета лизинга сумма лизинговых платежей (с НДС) составила 4 115 708 руб. (акт от 14.08.2015 закрытия к договору лизинга № 172/13-У от 09.08.2013).

По акту приема-передачи от 24.08.2015 лизингодатель передал лизингополучателю, а лизингополучатель принял в собственность автомобиль марки Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, VIN: <***>.

Указанные сведения с приложением соответствующих документов предоставлены обществом «Практика ЛК» по запросу конкурсного управляющего от 23.01.2023 (ответ на запрос № 307/23-ПЖ от 01.02.2023).

Согласно сведениям, предоставленным Министерством внутренних дел по Республике Башкортостан (письмо № 27/9-205211795374 от 06.11.2020), за общества «Русойл» транспортные средства не зарегистрированы.

В конкурсной массе должника движимого имущества не имеется (инвентаризационная опись основных средств № 1 от 19.10.2020).

Определением от 24.12.2020 удовлетворено заявление управляющего к ФИО1 об истребовании документации и имущества должника.

Согласно определению от 17.06.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя общества «Русойл» ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; установлено, что бывшим руководителем должника ФИО1 (в период с 04.12.2012 по 28.12.2019), также являющимся единственным участником должника, не передана бухгалтерская и иная документация, материальные ценности, имущество (установить местоположение невозможно); до настоящего времени документация, а также материальные ценности и имущество должника конкурсному управляющему не переданы.

Таким образом, конкурсным управляющим установлено, что из собственности общества «Русойл» безвозмездно выбыл автомобиль марки Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, VIN: <***> (по расчетным счетам должника не установлено поступления платежей в счет оплаты указанного автомобиля).

Основываясь на приведенных обстоятельствах, управляющий полагает, что в результате выбытия из владения общества «Русойл» автомобиля марки Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, VIN: <***> без каких-либо на то оснований, должнику и его кредиторам причинены убытки в сумме 3 400 000 руб. (средняя рыночная стоимость аналогичного автомобиля).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности управляющим совокупности условий, необходимых для признания сделки по отчуждению транспортного средства Lexus LX 570 недействительной по заявленным основаниям, а также отсутствию оснований для взыскания в конкурсную массу должника убытков за необоснованное выбытие из имущественной массы должника транспортного средства Toyota Land Cruiser 200.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев спор в апелляционном порядке, выводы суда первой инстанции не поддержал, отменил судебный акт, при этом руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Необходимым условием для признания сделки должника недействительной по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной этой сделки. При этом в части, касающейся согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной.

Неравноценной является сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, которая может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В предмет доказывания по спору о признании неравноценной сделки должника недействительной входит факт совершения сделки, подозрительный период ее совершения, неравноценность.

Имеются основания для вывода о неравноценности сделки в ситуациях, когда цена сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из диспозиции пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься также все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

Из материалов дела судом апелляционной инстанции установлено, что спорный автомобиль передан должнику (лизингополучатель) по договору финансовой аренды (лизинга) от 25.12.2013 № 302/13-У (на момент его передачи цена автомобиля составляла 4 250 000 руб.).

Впоследствии, между обществом «Практика ЛК» (лизингодатель) и обществом «Русойл» (лизингополучатель) заключен договор купли-продажи (выкупа предмета лизинга) от 22.12.2016№ 302/13-У, в соответствии с которым право собственности на указанный автомобиль перешло к должнику. Выкупная стоимость предмета лизинга составила 8 358 руб.

На дату выкупа предмета лизинга сумма лизинговых платежей (с НДС) составила 5 993 310 руб. (акт от 22.12.2016 закрытия сделки к договору лизинга № 302/13-У от 25.12.2013).

Принимая во внимание, что ФИО7 является сыном бывшего руководителя и участника должника ФИО1 (в период с 04.12.2012 по 28.12.2019), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО7 является заинтересованными по отношению к должнику лицом применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве; презумпция информированности о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества в данном случае документально не опровергнута.

Исследовав обстоятельства существования признаков неплатежеспособности должника в период совершения оспариваемой сделки, принимая во внимание, что на момент совершения оспариваемого договора купли-продажи у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе, включенными в реестр требований кредиторов должника, суд апелляционной инстанции заключил, что на момент совершения оспариваемого договора должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Суд апелляционной инстанции, установив, что должнику по акту приема-передачи от 29.12.2016 в собственность перешло транспортное средство, цена приобретения которого составила 4 250 000 руб., за которое общество в течение трех лет выплатило лизинговые платежи в общей сумме 1 743 310 руб.; приняв во внимание, что впоследствии транспортное средство было отчуждено должником по цене значительно ниже – цена сделки на момент ее заключения (500 000 руб.) существенно в худшую для должника сторону (в 5,72 раза) отличалась от цены, по которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (2 860 000 руб. (средняя стоимость представленных аналогов)), пришел к выводу о том, что договор купли-продажи от 07.05.2018 заключен на условиях неравноценного встречного предоставления по сделке со стороны покупателя – ФИО7

Приняв во внимание также то, что в выписках по расчетным счетам должника операции о поступлении денежных средств от продажи указанного транспортного средства и об их использовании в хозяйственной деятельности общества отсутствуют, при этом ответчиком также не представлены должные доказательства внесения оплаты или передачи должнику денежных средств по договору купли-продажи от 07.05.2018 № 1; отметив, что выкупная цена не является самостоятельным платежом, а входит в состав определенных сделкой лизинговых платежей, ввиду чего не может быть приравнена к рыночной стоимости автомобилей, в связи с чем суд апелляционной инстанции признал совершение спорной сделки по отчуждению транспортного средства марки Lexus LX 570 в условиях отсутствия равноценного встречного предоставления, как совершение сделуи во вред имущественным правам должника и его кредиторов.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в результате заключения оспариваемой сделки произошло уменьшение размера имущества должника, которое привело к невозможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, признав доказанными основания для признания сделки должника – договора купли-продажи транспортного средства от 07.05.2018 №1 недействительной.

С учетом изложенного, руководствуясь пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, суды применили последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО7 денежных средств в сумме 2 860 000 руб., составляющих рыночную стоимость автомобиля марки Lexus LX 570, 2013 года выпуска, VIN: <***>.

Кроме того, суд также не согласился и с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания убытков с бывшего руководителя и участника должника ФИО1

Согласно положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Привлекаемое к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков лицо может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя общества к ответственности лежит на заявителе, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к ответственности.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

При исследовании обстоятельств выбытия из имущественной сферы должника транспортного средства марки Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, VIN: <***> судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Транспортное средство марки Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска передано обществу «Русойл» (лизингополучатель) по договору финансовой аренды (лизинга) от 09.08.2013 № 172/13-У (на момент его передачи цена автомобиля составляла 3 294 000 руб.).

Впоследствии, 14.08.2015 между обществом «Практика ЛК» (лизингодатель) и обществом «Русойл» (лизингополучатель) заключен договор купли-продажи (выкупа предмета лизинга) № 172/13-У, в соответствии с которым право собственности на указанный автомобиль перешло к лизингополучателю.

Выкупная стоимость предмета лизинга составила 185 735 руб.

На дату выкупа предмета лизинга сумма лизинговых платежей (с НДС) составила 4 115 708 руб. (акт от 14.08.2015 закрытия сделки к договору лизинга от 09.08.2013 № 172/13-У).

Суд апелляционной инстанции, установив, что по акту приема-передачи от 24.08.2015 в собственность должника перешло транспортное средство, цена приобретения которого составила 3 294 000 руб., за которое общество в течение двух лет выплатило лизинговые платежи в общей сумме 821 708 руб., однако процедура государственной регистрации в органах безопасности дорожного движения пройдена на была, за должником указанное транспортное средство на учете не числится, при этом документы, являющиеся основанием выбытия автомобиля марки Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, бывшим руководителем должника управляющему также не передавалась, в том числе в ходе судебного разбирательства ФИО1 не смог пояснить дальнейшую судьбу автомобиля, по расчетным счетам должника также не установлено поступления платежей в счет оплаты указанного автомобиля, признал доказанным наличие оснований для удовлетворения требования о взыскании убытков.

При этом определяя сумму убытков, подлежащую взысканию с ответчика ФИО1, суд апелляционной инстанции исходил из средней рыночной стоимости аналогичного автомобиля согласно общедоступным сведениям, размещенным в сети «Интернет», в отношении аналогов транспортных средств.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным конкретным фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора и не свидетельствуют о неправильном применении норм права.

Доводы заявителя кассационной жалобы о его неизвещении о судебном разбирательстве судом кассационной инстанции не принимаются, поскольку опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами, был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и мотивированно отклонен в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 123 АПК РФ, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

В силу пункта 2 части 4 статьи 123 АПК РФ участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Ввиду того, что адрес ответчика ФИО1 был установлен судом на основании адресной справки, предоставленной ГУ МВД России по Свердловской области, судебная корреспонденция направлена ФИО1 по адресу его регистрации, сведения о необходимости направления почтовой корреспонденции по иному адресу ФИО1 не были представлены почтовому органу, суду, а кроме того ФИО1 лично принимал участие при рассмотрении спора в суде первой инстанции нарушений норм процессуального права при извещении должника о рассмотрении спора судом первой инстанции не допущено. Аналогичным образом, судебная корреспонденция направлялась ФИО1 по адресу регистрации судом апелляционной инстанции, в материалах дела имеется возвратный конверт с отметкой об истечении сроков хранения корреспонденции.

Вопреки доводам кассационной жалобы, управляющим также была исполнена обязанность по направлению копии апелляционной жалобы в адрес ФИО1 (т.д. 3, с. 129).

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы и обстоятельства, являлись предметом проверки судов, получили правовую оценку, в том числе и доводы об истечении срока исковой давности, в частности, при исчислении срока исковой давности суды исходили из периодов осведомленности арбитражного управляющего и положений действующего законодательства, регулирующего рассматриваемые правоотношения; приводимые кассатором доводы обоснованности оценки суда апелляционной инстанции не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 – 288 АПК РФ (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Постановление суда апелляционной инстанции соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2024 по делу № А07-19569/2018 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

ПредседательствующийЕ.А. Павлова

СудьиО.Г. Кочетова

О.Н. Новикова