Постановление от 6 апреля 2026 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 апреля 2026 года

Дело №

А56-13028/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Александровой Е.Н., Бычковой Е.Н.,

Яковлева А.Э.,

при участии ФИО1 (паспорт), также представляющего интересы

ФИО2 и ФИО3 (по доверенности от 25.12.2024),

ФИО4 и ФИО5 (по доверенности от 22.07.2024);

ФИО2 (паспорт), являющейся законным представителем

ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) и ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения); а также представителя финансового управляющего ФИО8 ФИО9 (доверенность от 06.08.2024),

рассмотрев 24.03.2026 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО6 и ФИО7 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.12.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2025 по обособленному спору № А56-13028/2017/сд.1/н.р.,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.03.2017 возбуждено производство по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Ромакс» о признании

ФИО10 несостоятельным (банкротом).

Определением от 31.05.2017 заявление общества признано обоснованным, в отношении ФИО10 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО11.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.11.2017 ФИО10 признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО11

Определением от 07.07.2020 ФИО11 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО10, в должности финансового управляющего утверждена ФИО8.

Финансовый управляющий ФИО8 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 06.08.2023, заключенного между ФИО4 и

ФИО5, и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО4

½ доли в праве на жилое помещение по адресу: Санкт-Петербург,

ул. Ленсовета, д. 3, лит. А, кв. 9, кадастровый номер 78:14:0007643:3046, площадью 245,9 кв.м.

Определением суда первой инстанции от 12.12.2023, оставленным

без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2024, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.05.2024 определение суда первой инстанции от 12.12.2023 и постановление апелляционного суда от 06.03.2024 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора финансовый управляющий

ФИО8 в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), уточнила требования и просила признать недействительными сделками договор дарения от 06.08.2023, заключенный между ФИО4 и ФИО5, а также заключенные между ФИО5 и ФИО1 договор дарения от 23.03.2024 и договор мены от 01.04.2024, применить последствия недействительности сделок в виде возврата в собственность ФИО4 ½ доли в праве собственности на жилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ленсовета, д. 3, лит. А, кв. 9, кадастровый номер 78:14:0007643:3046, площадью 245,9 кв.м, а в собственность ФИО1 – жилого помещения по адресу: Санкт-Петербург, пр. Обуховской Обороны,

д. 138, корп. 2, лит. А, кв. 526 (том дела № 28, листы 179 – 183).

Определением от 05.08.2024 ФИО1 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.12.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2025, заявление удовлетворено в полном объеме.

В кассационной жалобе ФИО1, а также ФИО2, ФИО3, ФИО6 и

ФИО7, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, а также на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просят отменить определение от 03.12.2024 и постановление от 05.03.2025, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателей жалобы, суды не исследовали основания возникновения права собственности на квартиру и регистрации этого права за супругами П-выми и, как следствие, неверно определили способ, порядок и момент раздела имущества супругов; не учли, что положения статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) применяются к отношениям, возникшим после 01.06.2019. При этом в отношении квартиры № 9 по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ленсовета, д. 3, лит. А, на основании соглашения о разделе имущества от 29.03.2005 в соответствии с пунктом 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации режим совместной собственности супругов П-вых был прекращен. Как указали податели жалобы, обжалуемые судебные акты нарушают их права и законные интересы, что выражается в лишении их права собственности на приобретенное жилое помещение и фактическое выселение из него всех членов семьи, включая двух несовершеннолетних детей.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО8 просила в отношении ФИО1 оставить принятые по итогам нового рассмотрения определение от 03.12.2024 и постановление от 05.03.2025 без изменения, считая их законными и обоснованными, а производство по кассационной жалобе ФИО2, ФИО3, ФИО6 и ФИО7 прекратить, поскольку указанные лица не являлись участниками обособленного спора, а из содержания обжалуемых судебных актов не следует, что они приняты в отношении их прав или возлагают на них какие-либо обязанности.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4 просила обжалуемые судебные акты отменить.

Определением от 03.06.2025 (судьи Александрова Е.Н., Кравченко Т.В., Чернышева А.А.) суд кассационной инстанции приостановил производство по кассационной жалобе ФИО1 и иных лиц до вступления в законную силу судебного акта, принятого по результатам рассмотрения заявления

ФИО1 о пересмотре определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.12.2024 по вновь открывшимся обстоятельствам.

От финансового управляющего ФИО8 15.12.2025 поступило ходатайство о возобновлении производства по кассационной жалобе.

Определением кассационного суда от 13.01.2026 назначено судебное заседание для рассмотрения ходатайства финансового управляющего о возобновлении производства по кассационной жалобе ФИО1.

Определением председателя судебного состава Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.03.2026 ввиду нахождения в очередном отпуске судей Кравченко Т.В. и Чернышевой А.А., ранее участвовавших в рассмотрении кассационной жалобы, произведена их замена на судей Бычкову Е.Н. и Яковлева А.Э.

От представителя финансового управляющего ФИО8 поступило ходатайство об участии в судебном заседании посредством

веб-конференции, которое удовлетворено судом.

Информация о проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседания) размещена в информационной системе «Картотека арбитражных дел».

В соответствии со статьей 153.2 АПК РФ судебное заседание проведено путем использования систем веб-конференции (в режиме онлайн).

В судебном заседании представили лиц, участвующих в деле, против возобновления производства по кассационной жалобе не возражали.

Поскольку определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.07.2025, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2025 по обособленному спору № А56-13028/2017/сд.1/н.р/вн.о.о, в удовлетворении заявления ФИО1 о пересмотре определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.12.2024 по вновь открывшимся обстоятельствам отказано, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что обстоятельства, послужившие основанием для приостановления производства по кассационной жалобе ФИО1 устранены, в связи с чем возобновил производство по кассационной жалобе и в отсутствие возражений представителей сторон перешел к ее рассмотрению.

В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 поддержали доводы кассационной жалобы, настаивали на том, что принятые по обособленному спору судебные акты нарушают их права и законные интересы, что выражается в лишении права собственности на приобретенное жилое помещение, фактическом выселении всех членов семьи, включая двух несовершеннолетних детей из жилого помещения, в котором семья проживает уже более года.

Представитель финансового управляющего ФИО8 против ее удовлетворения возражал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284

АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Определением председателя первого судебного состава Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.03.2026 ввиду нахождения в очередном отпуске судей Кравченко Т.В. и Чернышевой А.А., ранее участвовавших в рассмотрении кассационной жалобы, произведена их замена на судей

Бычкову Е.Н. и Яковлева А.Э.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО4 (супруга должника) по договору от 06.08.2023 подарила ½ доли в праве на жилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ленсовета, д. 3, лит. А, кв. 9, кадастровый номер 78:14:0007643:3046, площадью 245,9 кв.м, своему сыну ФИО5

Посчитав, что договор дарения ½ доли в праве собственности на жилое помещение отвечает признакам недействительности, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьей 10 ГК РФ, поскольку заключен после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, в отношении общего имущества супругов, носит безвозмездный характер и совершен между заинтересованными лицами, финансовый управляющий обратилась в суд с соответствующим заявлением, которое определением суда первой инстанции от 12.12.2023 и постановлением апелляционного суда от 06.03.2024 было оставлено без удовлетворения.

По ходатайству финансового управляющего определением суда первой инстанции от 10.08.2023 приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Росреестра по Санкт-Петербургу совершать регистрационные действия по регистрации перехода права собственности на принадлежащую ФИО4 ½ долю в праве на жилое помещение по адресу: <...>, лит.А, кв.9, кадастровый

№ 78:14:0007643:3046, площадью 245,9 кв.м, в пользу ФИО5 и иных лиц.

Определением суда первой инстанции от 06.03.2024 по заявлению ФИО10 в связи с вступлением в законную силу определения суда от 12.12.2023 обеспечительные меры, установленные определением от 10.08.2023, отменены.

Вместе с тем постановлением кассационной инстанции от 30.05.2024 определение суда от 12.12.2023 и постановление апелляционного суда от 06.03.2024 были отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как установила финансовый управляющий, после отмены обеспечительных мер ФИО5 передал права на принадлежащую ему ½ долю в праве на спорную квартиру ФИО1, в том числе: 1/12 долю в праве – по договору дарения от 23.03.2024 (78 АВ 5075707), 5/12 долей – по договору мены от 01.04.2024 (78 АВ 5071255). При этом ФИО5 взамен 5/12 доли в праве на спорную квартиру получил право собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, пр. Обуховской Обороны, д. 138, корп. 2, лит. А, кв. 526, ранее принадлежавшую ФИО1

В связи с этим при новом рассмотрении дела финансовый управляющий, уточнила заявленные требования и просила признать недействительными цепочку притворных сделок, направленную на вывод из конкурсной массы имущества должник: договор дарения от 06.08.2023, заключенный между ФИО4 и ФИО5, а также заключенные между ФИО5 и ФИО1 договор дарения от 23.03.2024 и договор мены от 01.04.2024, применить последствия недействительности сделок в виде возврата в собственность ФИО4 1/2 доли в праве собственности на жилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ленсовета, д. 3, лит. А, кв. 9, кадастровый номер 78:14:0007643:3046, площадью 245,9 кв.м, а в собственность ФИО1 жилого помещения по адресу: Санкт-Петербург, пр. Обуховской Обороны, д. 138, корп. 2, лит. А, кв. 526.

Повторно рассмотрев дело, суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявленные требования.

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и доводы жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве ФИО10 возбуждено 31.03.2017, сделка дарения между ФИО4 и ФИО5 совершена 06.08.2023, а договоры между ФИО5 и ФИО1 заключены 23.03.2024 и 01.04.2024, то есть оспариваемые сделки совершена после принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, подпадают под действие пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам.

В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть них средств выплачивается супругу (бывшему супругу).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 244 ГК РФ находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности; имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

В деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве).

В настоящем случае спорная квартира по адресу: Санкт-Петербург,

ул. Ленсовета, д. 3, лит. А, кв. 9, приобретена должником в браке.

Определением Московского районного суда города Санкт-Петербурга от 13.11.2019 по делу № 2-2403/2019 утверждено мировое соглашение о разделе общего имущества супругов П-вых, в результате чего режим совместной собственности трансформировался в общую долевую собственность - по 1/2 доли в праве на жилое помещение каждого из супругов.

Однако право общей собственности бывших супругов не прекратилось, поскольку был изменен только режим общей совместной собственности супругов на общую долевую собственность.

Право общей собственности прекращается со дня выдела в натуре доли участником долевой собственности.

Доли в спорном помещении до настоящего времени в натуре не выделены.

Таким образом, судебный раздел имущества на доли в праве собственности между бывшими супругами не прекратил его статус, как общего имущества супругов, в целях применения положений пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

Пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве распространяется, в том числе на случаи, когда к моменту реализации имущества должника, супруги уже успели произвести раздел общего супружеского имущества, преобразовав свой законный режим общей совместной собственности в режим общей долевой собственности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2021 № 302-ЭС20-18505 и от 17.12.2018 № 305-ЭС18-14419).

При несостоятельности одного из супругов погашение долговых обязательств осуществляется за счет общего имущества супругов.

Положениями пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве урегулирован порядок реализации имущества гражданина, находящегося в общей собственности, который не ставит возможность реализации имущества супругов в зависимость от определения долей в праве собственности на имущество супругов - реализации подлежит имущество, принадлежащее обоим участникам общей, в том числе долевой, собственности. Определение в судебном порядке долей в общем имуществе супругов не имеет решающего значения при выборе имущества, подлежащего реализации на торгах (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2020 № 305-ЭС19-26944).

При этом из буквального содержания пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве следует, что законодатель не дифференцирует вид общей собственности (совместная или долевая) супругов для целей формирования конкурсной массы. Тем самым указанная норма применяется и в случаях, когда супругами в силу пункта 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации осуществлено определение долей в общем имуществе. Специальная норма Закона о банкротстве прямо предусматривает реализацию принадлежащего на праве общей собственности супругам (бывшим супругам) имущества как единого объекта независимо от того, является ли форма такой собственности совместной или долевой. Раздел общей собственности супругов (бывших супругов) в судебном порядке с определением принадлежащих им долей без их выдела в натуре влияет лишь на то, в какой пропорции будет разделена выручка от продажи совместно нажитого имущества.

Реализация объекта целиком обусловлена не только интересом в консолидации права собственности, но и соблюдением баланса интересов конкурсной массы и участника долевой собственности, который обеспечивается, с одной стороны, сохранением инвестиционной привлекательности реализуемого актива как единого объекта, что позволяет реализовать его по максимально возможной цене, а с другой стороны, предоставлением супругу (бывшему супругу) преимущественного права покупки или возможности получения максимальной выручки за его долю (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2025 № 304-ЭС19-2037).

Установленный законом о банкротстве порядок не предусматривает проведение торгов только в отношении доли в имуществе, принадлежащем должнику при отсутствии выдела указанной доли в натуре.

Отсутствие запрета ФИО4 на распоряжение долей в жилом помещении в ранее принятых по делу о банкротстве судебных актах не означает возможность отчуждения такой доли по усмотрению супруги.

Такой запрет на отчуждение имущества, включенного в конкурсную массу должника, содержится в нормах Закона о банкротстве.

Спорная сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника после возбуждения производства по делу о его банкротстве и препятствует реализации квартиры по максимально возможной цене.

Кроме того, сделка является безвозмездной в силу правовой природы дарения и совершена заинтересованными лицами по отношению к должнику (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Являясь заинтересованными лицами и получая имущество безвозмездно, ответчики были осведомлены о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Презумпция осведомленности об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника при совершении спорной сделки ответчиками не опровергнута.

Таким образом, сделка дарения совершена в условиях неплатежеспособности с заинтересованными лицами, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и повлекла за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов, которые лишились возможности получить удовлетворение своих требований по причине отчуждения ликвидного имущества должника.

В материалы дела не представлены доказательства того, что в результате совершения спорной сделки улучшилось финансовое состояние должника. Действия сторон сделок не были направлены на восстановление платежеспособности должника.

Договоры дарения от 23.03.2024 и договор мены от 01.04.2024, заключенные между ФИО5 и ФИО1 также признаны судами недействительными сделками, а вместе с договором дарения от 06.08.2023 представляют собой незаконную цепочку притворных сделок, направленную на вывод из конкурсной массы имущества должника.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Как верно отметил суд первой инстанции, в настоящем случае о притворности сделок по отчуждению ½ доли в пользу ФИО1 свидетельствует следующее.

ФИО1 является адвокатом должника (в его уголовном деле), представителем ФИО4, а также их сына ФИО5 в настоящем споре, что предполагает его осведомленность как о финансовом положении должника, так и о всех обстоятельствах спора. Иное подателем кассационной жалобы не доказано.

По результатам сделок ФИО1 получил в собственность не всю спорную квартиру, а лишь её половину, что не отвечает интересам обычного покупателя, который не стал бы приобретать жильё, ограниченное правами других лиц. Более того, из представленных суду документов следует, что он зарегистрировал в указанной квартире свою семью – жену и троих детей, двое из которых – несовершеннолетние.

Очевидно, что обычный (независимый) покупатель не заинтересован в приобретении жилья и в переезде вместе с семьей в квартиру, права на которую ограничены правами посторонних лиц. Единственное объяснение такому поведению – создание видимости реализации прав собственника на квартиру и добросовестного приобретения имущества в своих интересах.

Доля в праве на спорную квартиру приобретена ФИО1 26.03.2024 и 03.04.2024, то есть уже после подачи финансовым управляющим кассационной жалобы на судебные акты, которыми ему первоначально было отказано в признании договора дарения от 06.08.2023 недействительным (кассационная жалоба поступила в суд 14.03.2024), о чем ФИО1 также не мог не знать. Приобретение доли в праве на жилое помещение, в отношении которого ведутся судебные разбирательства, также не отвечает интересам добросовестного приобретателя.

Такое поведение сторон данных сделок обоснованно расценено судебными инстанциями как свидетельствующее об их недобросовестности. Очевидно, что ФИО5 и ФИО1, совершая указанные сделки, стремились усложнить возврат ½ доли в конкурсную массу должника и спешили сделать это быстрее, зная о наличии нерассмотренной кассационной жалобы финансового управляющего.

Установив изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о недействительности цепочки сделок по отчуждению ½ доли в праве на спорную квартиру от ФИО4 в пользу ФИО1 и необходимости применения последствий их недействительности в виде обязания ФИО12 вернуть ФИО4 спорную ½ долю.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве предусмотрено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон в первоначальное положение, которое существовало до их совершения.

С учетом установленных судом обстоятельств совершения сделок, а также цели возврата ½ доли в праве на спорную квартиру для последующей реализации этой квартиры как единого объекта, судами правильно применены последствия недействительности указанных сделок путем возврата в собственность ФИО4 ½ долю в праве на жилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ленсовета, д. 3, лит. А, кв. 9, а в собственность

ФИО1 – квартиры по адресу: Санкт-Петербург, пр. Обуховской Обороны, д. 138, корп. 2, лит. А, кв. 526.

Права ФИО1, а равно и членов его семьи, применением последствий недействительности указанных сделок не нарушены, так как в результате реституции в собственность ФИО1 возвращена ранее принадлежавшая ему квартира, не ограниченная правами третьих лиц.

В этой связи доводы кассационной жалобы о том, что судебные акты приняты о правах и об обязанностях супруги и детей ФИО1, не привлеченных к участию в деле, подлежат отклонению.

Кроме того, на протяжении рассмотрения обособленного спора

ФИО1 не мог не осознавать, что вопросы, входящие в предмет судебного разбирательства, как он настаивает, могут повлиять на права или обязанности его супруги и несовершеннолетних детей. При этом ФИО1 и ФИО2 в кассационной жалобе, являясь законными представителями своих несовершеннолетних детей, не приводят доводов о том, что ими в суде первой инстанции были заявлены соответствующие ходатайства, а судом эти ходатайства не разрешены или отклонены.

Как обоснованно посчитал апелляционный суд, впервые заявив о своих правах в апелляционной жалобе, ФИО2, ФИО3,

ФИО6 и ФИО7 в лице представителя ФИО1, пользуются процессуальными правами недобросовестно

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Несогласие подателей жалобы с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой фактических обстоятельств дела не может служить основанием для отмены обжалованных судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.12.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2025 по обособленному спору

№ А56-13028/2017/сд.1/н.р оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий

Е.Н. Александрова

Судьи

Е.Н. Бычкова

А.Э. Яковлев