Постановление от 18 января 2026 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-74850/2025
19 января 2026 года
г. Санкт-Петербург


Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2026 года

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда Горбачева О.В.

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-28414/2025) ИП Шиманской Екатерины Викторовны на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.10.2025 по делу № А56-74850/2025(судья Кузнецов М.В.), принятое

по иску ИП ФИО2

к ИП ФИО1

о взыскании,

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - ИП ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) о взыскании 500 000 руб. компенсации за использование чужого товарного знака.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства в соответствии с положениями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Решением суда в виде резолютивной части от 29.09.2025 исковые требования удовлетворены.

Мотивированный текст решения составлен судом 15.10.2025.

В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению ответчика, представленный истцом протокол осмотра доказательств не является надлежащим доказательством, подтверждающим факт нарушения ответчиком исключительных прав истца. Также ответчик указывает, что товарный знак истца является комбинированным, содержит графический элемент, который не использовался при предложении к продаже товаров на маркетплейсе OZON. Кроме того, ответчик считает чрезмерной заявленную сумму компенсации.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке в соответствии с положениями статьи 272.1 АПК РФ без вызова сторон.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО2 является обладателем исключительного права на товарный знак «Ханхи, Hanhi», что подтверждается свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) № 618904 (приоритет товарного знака с 16.06.2016).

Указанному товарному знаку предоставлена правовая охрана в отношении товаров 11 класса МКТУ.

В ходе мониторинга сайтов сети Интернет истцом установлено, что на маркетплейсе OZON при предложении к продаже товаров - колонн дистилляционных (самогонных) используется обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца, что подтверждается протоколом осмотра доказательств.

Согласно сведениям, размещенным на указанном маркетплейсе, продавцом указанного товара является ответчик.

Указанные обстоятельства подтверждаются протоколом осмотра доказательств от 26.05.2025.

Ссылаясь на то, что истец не давал ответчику согласие на использование товарного знака, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием об оплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак.

Оставление указанной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, приходит к выводу о наличии правовых оснований для изменения решения суда в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования.

В рассматриваемом случае, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается и ответчиком не оспаривается факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 618904.

В частях 1, 2 статьи 64 АПК РФ определено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном указанным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно пункту 55 Постановления № 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения. Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Допустимыми доказательствами являются, в том числе, сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

В рассматриваемом случае, в подтверждение факта нарушения исключительных прав истца на товарный знак именно ответчиком истец представил в материалы дела протокол осмотра доказательств от 26.05.2025, удостоверенный нотариусом Кировского нотариального округа Кировской области ФИО3

В приложениях к протоколу осмотра доказательств имеется скриншот маркетплейса Озон, из которого следует, что продавцом товара является ИП ФИО1

В апелляционной жалобе ответчик указывает, что на странице 7 данного протокола указано наименование магазина – BrewHome, а не ИП ФИО1, при этом всплывшее окно с наименованием ответчика размещено не в крайней левой части страницы (поверх или непосредственно рядом с названием магазина), а в средней части страницы – поверх окна, содержащего рейтинг товара, что противоречит алгоритму активации ссылок на сайте OZON. По мнению ответчика, указанные обстоятельства не позволяют сделать однозначный вывод о том, что продавцом спорного товара, указанного в протоколе осмотра, является ответчик.

Вместе с тем, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ ответчиком в материалы дела не представлены какие-либо доказательства того, что сведения о продавце товара, включая сведения о его ОГРН, размещаются иначе, чем зафиксировано на представленном ответчиком протоколе осмотра доказательств.

Кроме того, апелляционная инстанция учитывает, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик не заявлял в установленном АПК РФ порядке ходатайство о фальсификации указанных доказательств.

В апелляционной жалобе ответчик также указывает, что товарный знак истца является комбинированным, содержит графический элемент, который не использовался при предложении к продаже товаров на маркетплейсе OZON.

Как разъяснено в пункте 162 постановления № 10, согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Из разъяснений, данных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" следует, что вопрос о сходстве является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Согласно пункту 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Как указано в пункте 42 Правил N 482, словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в пункте 42 Правил N 482, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В силу пункта 43 Правил №482 изобразительные и объемные обозначения, в том числе представленные в виде трехмерных моделей в электронной форме, сравниваются с изобразительными, объемными, в том числе представленными в виде трехмерных моделей в электронной форме, и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

1) внешняя форма;

2) наличие или отсутствие симметрии;

3) смысловое значение;

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 44 Правил №482 комбинированные обозначения, в том числе представленные в виде трехмерных моделей в электронной форме, сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

В рассматриваемом случае, принадлежащий истцу товарный знак представляет собой логотип с силуэтом птицы в красно-оранжево-желтых тонах слева и текстом "ХАНХИ HANHI" справа. Птица изображена в профиль с изогнутой шеей, длинным изогнутым клювом и абстрактными волнообразными линиями на крыльях, создающими динамичный эффект. Текст "ХАНХИ HANHI" написан жирным шрифтом в красно-оранжево-желтых оттенках.

Указанный товарный знак используется лицензиатом истца ООО ТПК «Ханхи» при производстве и распространении товаров – аппаратов дистилляционных, самогонных.

В свою очередь, ответчиком при предложении к продаже товаров на маркетплейсе Ozon используется обозначение «HANHI» в карточке товаров, а также в описании товаров, являющееся тождественным с одним из охраняемых элементов товарного знака истца.

В рассматриваемом случае, товарный знак истца и используемое ответчиком обозначение совпадают по звуковому и смысловому признакам (одинаковое произношение, звучание; обозначение используется как наименование бренда, осуществляющего производство продукции – ООО ТПК «Ханхи»).

При этом графические отличия в цвете используемого ответчиком обозначения и товарного знака истца не оказывают существенного влияния на общий вывод об их сходстве, поскольку элемент «HANHI» в товарном знаке истца и использованное ответчиком обозначение выполнены стандартным шрифтом, схожи визуально при зрительном восприятии спорных обозначений.

Из материалов дела усматривается, что товарному знаку истца предоставлена правовая охрана в отношении товаров 11 класса МКТУ, в том числе аппараты дистилляционные, колонны дистилляционные.

В свою очередь, ответчиком использовалось спорное обозначение в целях индивидуализации предложенных к продаже дистилляционных колонн.

Следовательно, спорное обозначение использовалось ответчиком для индивидуализации товаров, однородных с товарами, в отношении которых предоставлена правовая охрана товарному знаку истца.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, апелляционная инстанция соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что используемое ответчиком обозначение является сходным до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 618904.

При этом неиспользование ответчиком изобразительного элемента товарного знака истца не опровергает факт нарушения ответчиком исключительных прав истца.

С учетом указанных обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно признал доказанным факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ установлено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В рассматриваемом случае, истцом заявлено требование на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ о взыскании с ответчика в пользу истца 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления N 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, также отмечается, что при взыскании компенсации суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, пришел к выводу об обоснованности требований истца в заявленном размере в сумме 500 000 руб.

Апелляционным судом установлено, что в обоснование размера компенсации истец представил в материалы дела лицензионный договор №2 от 13.05.2024, заключенный между истцом (лицензиар) и ООО ТПК «Ханхи» (лицензиат), согласно которому лицензиар предоставляет лицензиату право на использование товарного знака «Ханхи» («Hanhi»), свидетельство № 618904, с приоритетом от 16.06.2016 и сроком действия до 16.06.2026, в отношении всех товаров, для которых зарегистрирован этот товарный знак.

В соответствии с пунктом 1.2 Договора право использования Товарного знака предоставляется в отношении всех товаров, по которым осуществлена регистрация Товарного знака. В соответствии с Договором Лицензиат вправе использовать Товарный знак следующими способами: при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации; на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при оформлении выставочных пространств, участии в выставках, иных рекламных мероприятиях.

Согласно пункту 3.1 указанного Договора вознаграждение, выплачиваемое Лицензиатом за предоставление права использования Товарного знака по настоящему Договору (далее - Вознаграждение), составляет 2 000 000 рублей ежемесячно.

Ответчик использовал обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца, в сети «Интернет», при этом период нарушения составил, как указывает истец, с 21.05.2025 по 16.06.2025.

С учетом указанных обстоятельств, сумма компенсации в размере двукратной стоимости правомерного использования товарного знака аналогичным способом составляет 592 114,70 рублей, исходя из следующего расчета:

- за май 2025 г.:

2 000 000 рублей (ежемесячное вознаграждение за правомерное использование товарного знака): 6 способов (правомерного использования товарного знака) х 1 способ (способ нарушения Ответчиком) : 31 день (дни правомерного использования в мае 2025 года) х 11 дней (срок использования товарного знака Ответчиком в мае 2025 года) х 2 (двукратная стоимость права использования) = 236 559,14 рублей.

- за июнь 2025 г.:

2 000 000 рублей (ежемесячное вознаграждение за правомерное использование товарного знака): 6 способов (правомерного использования товарного знака) х 1 способ (способ нарушения Ответчиком) : 30 дней (дни правомерного использования в июне 2025 года) х 16 дней (срок использования товарного знака Ответчиком в июне 2025 года) х 2 (двукратная стоимость права использования) = 355 555,56 рублей.

В свою очередь, с учетом принципов разумности и соразмерности истец заявил ко взысканию компенсацию в сумме 500 000 руб. на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Вместе с тем, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО ТПК «Ханхи» (ОГРН <***>) ФИО2, являющийся истцом по настоящему делу, является одним из учредителей указанного юридического лица с долей в уставном капитале в размере 33.33 %.

В силу положений статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", стороны лицензионного договора №2 от 13.05.2024 являются аффилированными лицами.

Таким образом, в данном случае факт аффилированности лиц лицензионного договора мог повлиять на установленный в этом договоре размер лицензионного вознаграждения.

Следовательно, представленный истцом в материалы дела договор не может быть принят в качестве относимого и допустимого доказательства, подтверждающего обоснованность заявленной истцом суммы компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 24.05.2017 по делу N А45-20577/2015.

Иные доказательства, обосновывающие заявленный истцом размер компенсации (500 000 рублей), в материалах дела отсутствуют.

Апелляционная инстанция учитывает, что ответчик после получения претензии прекратил нарушение исключительных прав истца.

Доказательств того, что ответчик ранее допускал нарушение исключительных прав правообладателей, материалы дела не содержат.

Проанализировав доводы сторон с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, отсутствие со стороны ответчика неоднократности нарушения, а также исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, апелляционный суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для определения размера компенсации в сумме 50 000 руб.

По мнению апелляционной инстанции, указанный размер компенсации не противоречит принципу соразмерности санкции совершенному правонарушению, как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак в сумме 50 000 рублей.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Факт несения расходов по оплате нотариальных услуг в размере 13 000 рублей, а также расходов по уплате госпошлины в размере 30 000 руб. подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и не оспаривается ответчиком.

Следовательно, указанные расходы подлежат возмещению ответчиком с учетом принципа пропорциональности.

На основании изложенного, решение суда первой инстанции подлежит изменению.

Руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.10.2025 по делу № А56-74850/2025 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>), в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>) компенсацию в размере 50 000 руб., расходы по оплате нотариальных услуг в размере 1300 рублей, 3 000 руб. расходов по уплате госпошлины за рассмотрение дела в суде первой инстанции.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 расходы по уплате госпошлины за рассмотрение дела в апелляционном суде в сумме 9 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Судья

О.В. Горбачева