Решение от 29 ноября 2024 г. по делу № А41-14412/2023

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А41-14412/23
г. Москва
29 ноября 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 04 июля 2024 года

Полный текст решения изготовлен 29 ноября 2024 года

Арбитражный суд Московской области в составе: судьи Узденова А.У.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кубековым И.Т.,

рассмотрев в судебном заседании дело № А41-14412/23

по иску ФИО1

к ответчикам: 1) ФИО2, 2) ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты», о взыскании 3 995 560,60 руб., и

по присоединившемуся к нему заявлению ФИО4 к ФИО2 и ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты», о взыскании 1 971 250 руб. (с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ)

при участии: согласно протоколу судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» (ОГРН <***>) в размере 3 995 560 руб. 60 коп.

В производстве Арбитражного суда Московской области находилось дело № А41-62105/2023 по иску ФИО4 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании 1 971 250 руб. (с учетом принятых уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

24.10.2023 в ЕФРСБ опубликованы сообщения о возможности присоединиться к исковым требованиям к ФИО3, ФИО2 (части 2 и 4 ст. 225.14 АПК РФ) (п. 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Определением от 12.12.2023 Арбитражный суд Московской области объединил дела № А41-14412/2023 и № А41-62105/2023 для совместного рассмотрения в одно производство, объединенному делу присвоен номер № А41-14412/2023.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ в отсутствие представителя ответчика 1, извещенного надлежащим образом о дате, времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично путем размещения информации о принятии искового заявления в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте Арбитражного суда города Москвы и на сайте Федеральных арбитражных судов РФ (www.arbitr.ru/) в соответствии с положениями части 6 статьи 121 АПК РФ.

Представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика возражал против заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Свои требования Истцы обосновывают пп. 3 и 4 ст. 1, п. 1 ст. 10, ст.ст. 15, 53.1, 64.2 ГК РФ, пп. "б" п. 5 ст. 21.1 Закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 08.08.2001 № 129-ФЗ (далее - Закон № 129-ФЗ), п. 3.1 ст. 3 ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», которые применяются за убытки, причиненные контролирующими лицами независимым участникам оборота - кредиторам исключенного из ЕГРЮЛ юридического лица.

Изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, суд считает исковые требования подлежат удовлетворению в части по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» было зарегистрировано в качестве юридического лица 12.04.2017г.

На момент исключения Общества из ЕГРЮЛ согласно сведениям их выписки единственным участником и генеральным директором Общества являлась ФИО5.

По запросу суда ИФНС России по г. Домодедово Московской области в материалы дела была представлена копия регистрационного дела Общества.

30.04.2021 ВРИО нотариуса г. Москвы ФИО6 - ФИО7 (ИНН <***>) подал в МИФНС №23 по Московской области заявление по форме Р13014, на основании которого в ЕГРЮЛ были внесены сведения о прекращении у ФИО3 100% доли в уставном капитале Общества, о возникновении у ФИО2 100% доли в уставном капитале Общества. 11.05.2021 принято решение о регистрации указанных изменений в ЕГРЮЛ.

17.05.2021 ВРИО нотариуса г. Москвы ФИО6 - ФИО7 (ИНН <***>) подал в МИФНС №23 по Московской области заявление по форме Р13014, на основании которого в ЕГРЮЛ были внесены сведения о прекращении у ФИО3 полномочий генерального директора Общества, о возникновении у ФИО2 полномочий генерального директора Общества. 02.06.2021 принято решение о регистрации указанных изменений в ЕГРЮЛ.

ФИО5 являлась контролирующим Общество лицом в период 11.05.2021 - 02.08.2022 единственным участником Общества 100% долей, в период 02.06.2021 - 02.08.2022 генеральным директором Общества.

27.07.2021 ИФНС России по г. Домодедово Московской области составлен протокол осмотра объекта недвижимости № 27.07.2021/01, согласно которому был произведён осмотр юридического адреса Общества по адресу: Московская область, г. Домодедово, <...>, строение Ангар №1, по которому установить деятельность Общества не удалось.

28.07.2021 МИФНС № 23 по Московской области оформлено уведомление № 156 о необходимости предоставления достоверных сведений об адресе Общества.

30.09.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2215002193790 сведения о юридическом адресе недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице).

11.04.2022 МИФНС № 23 по Московской области приняло решение № 5874 о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ в отношении Общества.

01.08.2022 МИФНС № 23 по Московской области приняло решение о государственной регистрации прекращения юридического лица в отношении Общества.

02.08.2022г. Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №23 по Московской области в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2225001775051 об исключении Общества из ЕГРЮЛ.

На запрос суда ИФНС России по г. Домодедово Московской области в материалы дела были представлены сведения об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях за период 01.01.2021 - 02.08.2022.

На запросы суда в материалы дела были представлены выписки по счетам Общества за период 01.01.2021 - 02.08.2022 в АО «Тинькофф Банк» по счету № 40702810010000139022, ПАО «Сбербанк России» по счету № 40702810438000099486, Банка ВТБ (ПАО) по счетам № <***> и № 40702810600670004052, из которых следует, что за указанный период Общество осуществляло банковские операции только по одному расчетном счету № <***>, открытому в ПАО ВТБ, последняя операция по которому была совершена 11.08.2021.

Из материалов дела следует, что между ФИО1 и ООО «ЮРИДИЧЕСКОЕ БЮРО «ЛИНИЯ ЗАЩИТЫ» (ИНН <***>) (далее также - Общество) были заключены договоры об оказании юридических услуг №№ 0601/1 от 06.01.2021 на сумму 140 000 руб., 1301/02 от 13.01.2021 на сумму 100 000 руб., 2201/02 от 22.01.2021 на сумму 100 000 руб., 2901/01 от 29.01.2021 на сумму 500 000 руб., 1102/01 от 11.02.2021 на сумму 1 000 000 руб., 2602/01 от 26.02.2021 на сумму 500 000 руб., 1704/01 от 14.04.2021 на сумму 300 000 руб. Итого на общую сумму: 2 640 000 руб., которая была выплачена ФИО1 Обществу полностью. ФИО1 направила в Общество претензию, отказавшись от услуг Общества в связи с некачественная их оказанием.

Решением Чертановского районного суда г. Москвы от 18.04.2022 по гражданскому делу 02-1871/2022, вступившим в законную силу 17.06.2022, суд расторг указанные договоры и взыскал с Общества в пользу ФИО1 3 995 560,60 руб., которые Общество до настоящего времени ФИО1 не выплачены.

17.06.2022 суд выдал ФИО1 исполнительный лист ФС № 039762711 на основании которого Домодедовское ГОСП ГУ ФССП России по Московской области 01.08.2022 возбудило исполнительное производство № 162784/22/50006-ИП, которое 26.09.2022 было окочнено в связи с исключением Общества из ЕГРН 02.08.2022.

Между Обществом и ФИО4 был заключен Договор об оказании юридических услуг № 1602/03 от 16.02.2021 (далее - Договор от 16.02.2021).

16.02.2021 ФИО3 от имени Общества выдал гарантийное письмо от 16.02.2021, которым ФИО4 гарантируется возмещение в полном объеме убытков и вреда в случае ненадлежащего исполнения Договора от 16.02.2021.

16.02.2021 ФИО3 от имени Общества получил от ФИО4 по Договору от 16.02.2021 наличные денежные средства 2 000 000 руб, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №1602/03 от 16.02.2021.

От имени ООО «ФИРМА ГОРДОН» была выдана доверенность от 15.02.2021 на имя Общества с правом на представление интересов в суде с правом передоверия, которая истекла 15.02.2022. По этой доверенности ФИО3 по делу № А40-200729-20-181-1433 подписал апелляционную жалобу, ходатайство о восстановлении срока и заявление о приобщении к делу дополнительных документов.

Таким образом, исковые требования ФИО4 основаны на пп. 3 и 4 ст. 1, п. 1 ст. 10, ст.ст. 15, 53.1, 64.2 ГК РФ, пп. "б" п. 5 ст. 21.1 Закона № 129-Ф3, п. 3.1 ст. 3 Ф3 от 08.02.1998 № 14-Ф3 «Об обществах с ограниченной ответственностью» и мотивированы доводами о том, что ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» частично не были оказаны услуги на сумму 1 971 250 (один миллион девятьсот семьдесят одна тысяча двести пятьдесят) рублей, оказываемые по договору об оказании юридических услуг № 1602/23 от 16 февраля 2021 года.

В обоснование завяленных требований ФИО4 к исковому заявлению (с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ) приложена справка от 19 октября 2023года ООО «Оценочная компания «Вета», договор оказания юридических услуг, а также копии материалов дел Арбитражного суда города Москвы.

Ссылаясь на недобросовестные действия ответчиков, которые повлекли исключение Общества из ЕГРЮЛ при наличии неисполненных обязательств, непогашенной задолженности, истцы обратились в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности и взыскании убытков.

Единственный участник и директор ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» знал о наличии у общества непогашенных обязательств перед кредиторами, в том числе в связи с тем, что они установлены вступившим в законную силу судебным актом, вместе с тем он не предпринимал никаких действий к ее погашению, имея денежные средства на счетах, что следует из представленных в материалы дела выписок по счетам Общества, в том числе не принял действий к прекращению либо отмене процедуры исключения Общества из ЕГРЮЛ в связи с наличием недостоверных сведений относительно юридического адреса Общества.

По мнению истцов, ответчик не принимая мер по погашению долга, не предпринял мер против административного исключения из ЕГРЮЛ, минуя процедуру ликвидации с погашением долгов, а при недостаточности средств - через процедуру банкротства, в связи с чем истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО8" на учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Конституционный Суд Российской Федерации ранее неоднократно обращался к вопросам, связанным с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц в порядке статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", и, в частности, указывал, что правовое регулирование, установленное данной нормой, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота (Постановление от 6 декабря 2011 года N 26-П; определения от 17 января 2012 года N 143-О-О, от 24 сентября 2013 года N 1346-О, от 26 мая 2016 года N 1033-О и др.).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Истцы в качестве основания иска ссылался в исковом заявлении на ст. 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", ст. 15, ст. 53.1, ст. 1064 ГК РФ.

Арбитражный суд считает, что требования истца обоснованы и подлежат удовлетворению в части по нижеследующим основаниям.

В соответствии с п. 1 и 9 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Исходя из заявленных предмета и основания иска суд определяет обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, характер спорного правоотношения и подлежащее применению законодательство (ч. 2 ст. 65 и ч. 1 ст. 133 АПК РФ).

В соответствии со ст. 307 и 309 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают, в том числе из договоров и других сделок.

При установлении, исполнении обязательства стороны обязаны действовать, в том чисел добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Как установлено судом выше, в настоящее время ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» (ИНН: <***>) исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо (ГРН 2225001774974 от 02.08.2022г.).

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом. По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

В соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, регулирует отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения), иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Согласно положениям статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу статьи 419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

Согласно пункту 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные данным Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

При этом исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ).

По правилу пункта 1 статьи 53.1. ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Верховный Суд Российской Федерации в п. 12 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Из статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда необходимо установить совокупность условий: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями. При отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается.

Как отмечалось Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

При реализации этой меры ответственности не отменяется действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, наличие причинной связи между ними и вина правонарушителя.

В соответствии с п. 2 ст. 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

В соответствии с п. 2 ст. 3 Закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ общество не отвечает по обязательствам своих участников

Однако имеются исключение из общего правила о самостоятельности и независимости юридического лица, в том числе и от своих участников (членов). Оно оправдано в ограниченном числе случаев, в том числе привлечение к ответственности лиц, фактически определяющих действия юридического лица за убытки, виновно ему причиненные – субсидиарная ответственность.

По общему правилу субсидиарная ответственность, как и солидарная, применяется в случаях, установленных законодательством или договором. При субсидиарной ответственности субсидиарный должник несет дополнительную ответственность по отношению к ответственности, которую несет основной должник.

В соответствии с п. 3.1 Закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Согласно Обзору «Основные изменения в корпоративном законодательстве (АО и ООО) в 2021 году» с 26.05.2021 действует постановление Конституционного Суда Российской Федерации, от 21.05.2021 года №20-П об ответственности контролирующих лиц в случае исключения организации из ЕГРЮЛ.

Если компания не рассчиталась с кредиторами и ее исключили из реестра как недействующее юридическое лицо, кредиторы могут взыскать долги с контролирующих лиц, которые вели себя недобросовестно или неразумно.

Конституционный Суд РФ разъяснил:

- кредиторы объективно ограничены в доказывании того, что контролирующие должника лица вели себя неразумно и недобросовестно;

- перенос бремени доказывания исключительно на кредиторов нарушает процессуальное равенство сторон;

- контролирующие лица должны исчерпывающим образом пояснить, почему компанию исключили из реестра. Иначе они должны доказывать свою добросовестность.

Если истцом выступает физлицо-потребитель, действует презумпция недобросовестности контролирующих лиц.

Согласно пункту 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Таким образом, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, от 21.05.2021 года №20-П, предусмотренная данной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечалось Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя. Указанные факты необходимо устанавливать в отношении каждого лица, о привлечении к субсидиарной ответственности которых заявляет истец.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей (постановление Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 N 20-П).

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно ст. 10 АПК РФ арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу.

Согласно ч. 1 ст. 65, п. 1 ст. 66 и ст. 68 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что в соответствующих условиях гражданского оборота, исключение сведений о юридическом лице из Государственного реестра в административном порядке является прямым следствием неисполнения органами управления такого юридического лица возложенных на них корпоративных обязанностей.

Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота не лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ.

Руководитель ответчика не обратился с заявлением о банкротстве Общества или о его ликвидации, что не позволило кредиторам заявить свои требования в установленном законодательстве порядке.

На данные правовые нормы и ссылается истец, полагая, что руководитель общества с ограниченной ответственностью может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества перед его кредитором и в случае исключения общества как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, если будет доказано, что неисполнение обязательства общества перед кредитором обусловлено недобросовестными или неразумными действиями участника (руководителя) общества.

Обращаясь с исковым заявлением в суд, истец указал на недобросовестность и неразумность поведения ответчика, выразившиеся в том, что последний был обязан предпринять меры для погашения задолженности перед истцом, в случае недостаточности имущества должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), фактически довел контролируемое ими общество до состояния, когда последнее отвечает признакам недействующего юридического лица.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-0 и N 582-0, от 29 сентября 2020 года N 2128-0 и др.).

Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Между тем, таких доказательств ответчиком не представлено, ответчиком не исполнена обязанность по предоставлению достоверной информации о деятельности общества, не предъявлены возражения против исключения Общества из Единого государственного реестра юридических лиц, ввиду чего ответчик допустил уклонение общества от погашения задолженности перед истцом.

Результатом действий (бездействия) со стороны ответчика в период исполнения им полномочий руководителя ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» (ИНН: <***>) и стало прекращение деятельности данного предприятия без исполнения обязательств перед истцом, исключение общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица и, в конечном итоге, невозможность удовлетворения требований истца, как кредитора перед ФИО4 и ФИО1.

Следовательно, именно в связи с этими противоправными действиями (бездействием) — неисполнением со стороны Общества требований вступившего в законную силу судебного акта, ответчик и подлежит привлечению к ответственности по долгам Общества, генеральным директором которого являлся.

При этом, суд принимает во внимание, что ФИО5 являлась контролирующим Общество лицом в период 11.05.2021 - 02.08.2022 единственным участником Общества 100% долей, в период 02.06.2021 - 02.08.2022 генеральным директором Общества.

На запрос суда в материалы дела нотариусом города Москвы ФИО6 была представлена копия договора купли-продажи доли в уставном капитале Общества от 30.04.2021г., заключенного между ФИО3 и ФИО2

Как ранее указывалось, 30.04.2021 ВРИО нотариуса г. Москвы ФИО6 - ФИО7 (ИНН <***>) подал в МИФНС №23 по Московской области заявление по форме Р13014, на основании которого в ЕГРЮЛ были внесены сведения о прекращении у ФИО3 100% доли в уставном капитале Общества, о возникновении у ФИО2 100% доли в уставном капитале Общества. 11.05.2021 принято решение о регистрации указанных изменений в ЕГРЮЛ.

17.05.2021 ВРИО нотариуса г. Москвы ФИО6 - ФИО7 (ИНН <***>) подал в МИФНС №23 по Московской области заявление по форме Р13014, на основании которого в ЕГРЮЛ были внесены сведения о прекращении у ФИО3 полномочий генерального директора Общества, о возникновении у ФИО2 полномочий генерального директора Общества. 02.06.2021 принято решение о регистрации указанных изменений в ЕГРЮЛ.

Вместе с тем, решение Чертановского районного суда г. Москвы вынесено 18.04.2022г., то есть в период, когда контролирующим должника лицом являлась ФИО5 Обязательства по оплате по договору об оказании юридических услуг № 1602/03 от 16.02.2021г. к моменту исключения Общества из ЕГРЮЛ не исполнены. При это, руководитель должника, в данном случае - ФИО5, не мог не знать о наличии неисполненных обязательств по договору № 1602/03 от 16.02.2021г.

Таким образом, ФИО3, на момент исключения Общества из ЕГРЮЛ (02.08.2022г.) не являлся лицом, контролирующим должника. Аффилированность ФИО3 и ФИО2 истцами также не доказана. При изложенных обстоятельства, требования к ФИО3 не подлежат удовлетворению.

Как указано в постановлении Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 N 20-П по смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Указанные обстоятельства ответчиком не опровергнуты, доказательства обратного не представлено.

Истцы исходят из того, что ФИО5, являясь лицом, имеющим фактическую возможность определять действия юридического лица - ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» (ИНН: <***>), обязана был действовать в интересах этого юридического лица добросовестно и разумно и нести ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. При этом, Ответчик, как должностное лицо общества, ответственное за ведение бухгалтерского и налогового учета, а также за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не мог не знать о наличии задолженности.

Таким образом, с учетом осведомленности Ответчика о наличии задолженности перед истцом по договору об оказании юридических услуг № 1602/03 от 16.02.2021г. и по решению Чертановского районного суда г. Москвы, ответчик, являясь генеральным директором ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» (ИНН: <***>), действуя разумно и добросовестно, должен был возразить против исключения Общества из ЕГРЮЛ, когда МИФНС №23 по Московской области опубликовала сообщение о предстоящем включении. Однако, решение об исключении Общества из ЕГРЮЛ ответчиком не обжаловалось. Ответчик не предпринял никаких действий к погашению задолженности перед истцами, в том числе не приняли действий по внесению достоверных сведений в ЕГРЮЛ, а в случае их достоверности к оспариванию решения регистрирующего органа. Вместе с тем, данные действия ответчиком произведены не были. Действия ответчика, повлекшие исключение ООО «Юридическое Бюро «Линия Защиты» (ИНН: <***>) из ЕГРЮЛ, лишили Истца возможности взыскать задолженность с должника в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать при ликвидации должника путем включения требования в промежуточный ликвидационный баланс.

Так, как добросовестный руководитель, ФИО5 - генеральный директор и учредитель общества, при осуществлении хозяйственной деятельности должны были действовать разумно и таким образом, чтобы своими действиями не причинить вред другим лицам.

Ответчик, занимая должность генерального директора общества и являясь участником общества, имел возможность действовать добросовестно по отношению к обществу и его кредиторам, исполнять предусмотренные законом обязанности (в том числе, обязанность инициировать банкротство организации в случаях предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), а также обязанность по организации ведения бухгалтерского учета, предусмотренную п. 1 ст. 7 ФЗ "О бухгалтерском учете").

Отсутствие общества по адресу его государственной регистрации, и отсутствие доказательств уведомления регистрирующего органа о фактическом месте нахождения общества свидетельствуют об уклонении от исполнения спорного обязательства.

Такое поведение ответчика, которое на момент исключения должника из ЕГРЮЛ являлся его генеральным директором и участником общества, свидетельствует о его недобросовестном поведении, поскольку не отвечает интересам юридического лица.

Субсидиарная же ответственность по обязательствам должника направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей для целей защиты прав и законных интересов лиц, чьи права были нарушены неисполнением обязательств со стороны ликвидированного общества. Доказательства того, что руководителем и участниками должника предпринимались меры по своевременному исполнению денежных обязательств перед истцом, отсутствуют. Ответчик, как руководитель и участник общества, которое фактически не имело финансовой возможности исполнять свои обязательства, не подал своевременно заявление о банкротстве, не проявил должной меры заботливости и осмотрительности, что доказывает его вину в причинении убытков кредиторам.

Денежные требования истца основаны и подтверждены вступившим в законную силу судебным актом и надлежащими доказательствами.

Таким образом, неисполнение обязательств общества перед истцами обусловлено недобросовестными и неразумными действиями ответчика, являвшегося лицом, контролирующим деятельность общества согласно положениям п.п. 1-3 ст. 53.1 ГК РФ.

Доказательств разумности своих действий со стороны ответчика вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ не представлено, доводы истцов не опровергнуты, какие-либо доказательства в обоснование возражений относительно иска отсутствуют.

Учитывая изложенное, установив наличие совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, ликвидированного в административном порядке, доказанность истцами того, что неисполнение Обществом обязательств по погашению задолженности явилось результатом неправомерных действий (бездействия) бывшего руководителя недействующего юридического лица, принимая во внимание, что ответчик, достоверно зная о наличии задолженности перед истцами, не предпринял мер ни к погашению задолженности, ни к возможности урегулирования спора иным путем, суд приходит к выводу о правомерности заявленных требований.

Таким образом, на основании вышеизложенного и представленных по делу доказательств, с учетом ст. 65, 68 АПК РФ, ст. 3 Закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ суд признает исковые требования обоснованными на сумму 1 971 250 руб. и 3 995 560,60 руб.

Суд учитывает, что в настоящее время общество исключено из ЕГРЮЛ, обязательства считаются прекращенным с момента исключения и в силу п. 3.1 ст. 3 Закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ относятся на его исполнительные органы и учредителей, поскольку субсидиарная ответственность напрямую зависит от исполненного обществом до момента исключения из ЕГРЮЛ и тем самым затрагивает права и законные интересы, в том числе ответственность указанных лиц.

Учитывая вышеизложенное, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и другие положения Кодекса, исковые требования подлежат удовлетворению в части к ФИО2.

Судебные расходы на госпошлину по иску распределяются между сторонами в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2 (дата рождения: 27.12.1967, ИНН <***>) в пользу ФИО4 в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 1 971 250 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 32 713 руб.

Взыскать с ФИО2 (дата рождения: 27.12.1967, ИНН <***>) в пользу ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 3 995 560,60 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 42 978 руб.

В остальной части заявленных требований – отказать.

Вернуть ФИО4 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 287 руб., уплаченную на основании чека ордера от 20.07.2023 г.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия.


Судья А.У. Узденов