Решение от 25 марта 2021 г. по делу № А11-8704/2020

Дело № А11-8704/2020
г. Владимир
25 марта 2021 года
Резолютивная часть оглашена 18.03.2021.

Полный текст решения изготовлен 25.03.2021.

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Смагиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1., рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А11-8704/2020 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Интертехэлектро-Сети» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 107045, <...>, кб.2111) к ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3 (ИНН <***>) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СК «Багира», о взыскании 756 771 руб. 88 коп.,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью СК «Багира» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО4 (г. Владимир), ФИО5 (г. Владимир), арбитражный управляющий ФИО6 (г. Курган),

при участии:

от истца – ФИО7 по доверенности от 12.04.2019 сроком на три года;

от ответчиков – ФИО8 (ордер № 204938 от 11.11.2020);

от третьих лиц – не явились, извещены,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Интертехэлектро-Сети» (далее – ООО «Интертехэлектро-Сети», истец) обратилось в Арбитражный суд Владимирской области с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3) с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Багира» и о взыскании задолженности в размере 756 771 руб. 88 коп.

Суд определениями от 12.10.2020, от 11.11.2020, от 05.02.2021 привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью СК «Багира» (далее – ООО СК «Багира», Общество), ФИО4, ФИО5, арбитражного управляющего ФИО6 (далее – ФИО6).

Ответчики в отзывах на исковое заявление возражали против удовлетворения заявленных требований, пояснив, что вступившим в законную силу
решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-36972/19-63-350 с ООО СК «Багира» взыскана задолженность в размере 473 858 руб. 88 коп. Как поясняют ответчики, ООО СК «Багира», его руководитель после вынесения выше указанного решения, не принимали дополнительных долговых обязательств, ухудшающих положение ООО СК «Багира». Более того, в отношении ООО СК «Багира» не возбуждено исполнительных производств, исковые заявления в судах не рассматриваются. По мнению ответчиков, требование истца возникло до истечения предельных сроков возникновения обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, в результате чего, причинно-следственная связь между неподачей руководителем должника, лицом, контролирующим должника, заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требования ООО «Интертехэлектро-Сети». Ответчики считают, что сумма за выполненные работы конкурсным управляющим не соответствует объему выполненной им работы. По мнению ответчиков, истец не представил в материалы дела доказательств, что у ООО СК «Багира» возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) до 24.09.2019, в результате чего, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности не имеется.

ФИО6 в отзыве на исковое заявление считал заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, пояснив, что в ходе исполнения обязанностей арбитражного управляющего должника 14.10.2019 направлен запрос руководителю ООО СК «Багира» ФИО2 о предоставлении документов, которые представлены не были. Запрашиваемые документы, необходимы для исполнения управляющим обязанности по подготовке анализа финансового состояния должника. Определением Арбитражного суда Владимирской области от 18.03.2020 по делу № А11-9675/2019 суд обязал ФИО2 предоставить временному управляющему истребуемые документы. Как поясняет ФИО6, указанное определение суда не исполнено ФИО2 ФИО6 указывает, что на основании документов, предоставленных регистрирующими органами, Федеральной налоговой службой, а также выписок о движении денежных средств по расчетным счетам ООО СК «Багира», проведен анализ коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника, на основании которых ФИО6 пришел к выводу о низком уровне платёжеспособности ООО «СК «Багира», сопряженным с риском ее полной утраты. Также в результате анализа выявлено, что ООО СК «Багира» не сможет обеспечить погашение накопленных обязательств в ходе реабилитирующих процедур банкротства в установленные законодательством сроки. При этом ФИО6 отмечает, что стоимость имущества, которое может быть реализовано для погашения обязательств перед кредиторами ООО СК «Багира», а также покрытия судебных расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, не установлено. ФИО6 поясняет, что движение денежных средств по расчетным счетам ООО СК «Багира» прекратилось с 16.08.2018, что свидетельствует о прекращении производственной деятельности организации. При этом арбитражный управляющий обращает внимание на то обстоятельство, что за период с мая 2017 по август 2018 года на расчетные счета ООО СК «Багира» поступило 15 229 092 руб. 29 коп., которые направлялись на выплату заработной платы, пополнение банковских карт, выплату дивидендов участникам общества – ФИО2 и ФИО3 Более того, ФИО6 пояснил, что признаки фиктивного банкротства ООО СК «Багира» отсутствуют, но добольноительно указал, что имеются признаки преднамеренного банкротства ООО СК «Багира».

Истец в возражениях на отзывы ответчиков на исковое заявление пояснил, что ответчиками не исполнена обязанность по подаче заявления должника о признании банкротом. Задолженность ООО СК «Багира» перед истцом возникла в момент расторжения договора подряда, что повлекло обязательство по возврату неотработанного аванса. Более того, истец также отмечает, что у ООО СК «Багира» возникла задолженность по уплате страховых взносов, налогов, пени и штрафов, что подтверждается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Владимирской области от 10.12.2019 по делу № А11-9675/2019. Истец указывает, что руководство ООО СК «Багира» не разработало антикризисный план по восстановлению платежеспособности ООО СК «Багира», не предприняло необходимых мер по урегулированию вопросов по оплате возникших задолженностей, с заявлением о предоставлении рассрочки или отсрочки по оплате не обращалось, взыскание дебиторской задолженности с контрагентов не инициировало. Как поясняет истец, из представленных в материалы дела выписок следует, что с 16.08.2018 движений денежных средств по счету ООО СК «Багира» не производилось, что по мнению истца, свидетельствует о прекращении деятельности юридического лица. По мнению истца, правоотношения с ФИО5 и ФИО9 не влияют на ответственность ООО СК «Багира» перед кредиторами. Также истец поясняет, что сумма вознаграждения временного управляющего установлена определением Арбитражного суда Владимирской области от 08.10.2019 по делу № А11-9675/2019, объем выполненной арбитражным управляющим работы указан в представленных в материалы дела документах.

В судебном заседании 10.03.2021 истец поддержал исковые требования в полном объеме.

Арбитражный суд, руководствуясь статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявил перерыв в судебном заседании до 17.03.2021.

После перерыва представитель ответчиков возражал против удовлетворения исковых требований.

Арбитражный суд, руководствуясь статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявил перерыв в судебном заседании до 18.03.2021.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд пришел к выводу, что требования истца подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2019 по делу № А40-36972/2019 с ООО СК «Багира» в пользу ООО «Интертехэлектро-Сети» взысканы неосновательное обогащение в размере 473 858 руб. 88 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 477 руб. 18 коп.

Как поясняет истец, по заявлению ООО «Интертехэлектро-Сети» определением Арбитражного суда Владимирской области от 14.08.2019 возбуждено производство по делу №А11-9675/2019 о признании ООО СК «Багира» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 08.10.2019 по делу № А11-9675/2019 требования ООО «Интертехэлектро - Сети» признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО СК «Багира». В отношении ООО СК «Багира» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 09.06.2020 по делу № А11-9675/2019 производство по делу о банкротстве ООО СК «Багира» прекращено в связи с недостаточностью средств на дальнейшее проведение процедуры.

По результатам прекращения производства по делу № А11-9675/2019 временный управляющий должника ФИО6 обратился к заявителю по указанному делу (истцу), с просьбой о возмещении понесенных судебных расходов и оплате вознаграждения временного управляющего.

Истец платежным поручением от 10.06.2020 № 833 перечислил ФИО6 денежные средства в размере 262 265 руб. 82 коп., возместив тем самым понесенные судебные расходы и вознаграждение временного управляющего. Кроме того, для проведения первого собрания кредиторов ООО «СК Багира» за счет ООО «Интертехэлектро - Сети» для временного управляющего были приобретены ж/д билеты для проезда к месту проведения собрания в город Владимир на общую сумму 8170 руб.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО СК «Багира» контролирующим Общество лицом является ФИО2, которая исполняла функции единоличного исполнительного органа (директор) должника, а также является соучредителем ООО СК «Багира».

Временным управляющим должника ФИО6 14.10.2019 руководителю должника ООО СК «Багира» ФИО2 был направлен запрос о предоставлении документов. Запрашиваемые документы временному управляющему предоставлены не были.

В рамках дела о банкротстве ООО СК «Багира» временный управляющий ФИО6 обратился в суд с ходатайством об истребовании у ФИО2 документов.

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 18.03.2020 по делу №А11-9675/2019 указанное выше ходатайство было удовлетворено, суд обязал ФИО2 предоставить запрашиваемые документы и сведения. Истребованные документы временному управляющему предоставлены не были.

В ходе процедуры наблюдения временным управляющим ООО СК «Багира» ФИО6 в анализе наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства и в заключении о наличии (отсутствия) оснований для оспаривания сделок должника установлено за период с мая 2017 года по август 2018 года на расчетные счета ООО СК «Багира» поступило 15 229 092 руб. 29 коп. Данные средства направлялись в значительных суммах на выплату заработной платы, пополнение банковских карт, выплату дивидендов участникам общества - ФИО3 и ФИО2 Общая сумма выплаченных средств ответчикам за период с мая 2017 года по август 2018 года составила 2 906 100 руб.

При этом, с января 2018 года ООО СК «Багира» не исполняет свои обязательства перед ООО «Интертехэлектро - Сети» по договору от 26.05.2017 № 7/17 на выполнение работ по ремонту наружной водосточной системы на ПС 220 кВ Районная (г. Владимир), что установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2019 по делу № А40-36972/2019.

Истец указывает, что общий размер реестра требований кредиторов составил 1 080 394 руб. 87 коп., следовательно, ООО СК «Багира» могло своевременно и в полном объеме погасить все требования кредиторов. Указанный вывод подтвержден временным управляющим в анализе наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства и в заключении о наличии (отсутствия) оснований для оспаривания сделок должника.

Указанные выше обстоятельства послужили истцу основанием для обращения с настоящим иском в суд.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Аналогичные положения содержатся в пункте 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ).

Несостоятельность (банкротство) общества считается вызванной действиями (бездействием) его участников или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Как следует из пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В соответствии с абзацем 2 статьи 2 Закона о банкротстве несостоятельность (банкротство) (далее также - банкротство) - признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В силу положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела № А11-9675/2019 подтверждается, что на момент введения в отношении должника процедуры наблюдения (08.10.2019) размер задолженности ООО СК «Багира» перед ООО «Интертехэлектро-Сети» составлял 486 336 руб. 06 коп. (основной долг – 473 858 руб. 88 коп., расходы по уплате государственной пошлины – 12 477 руб. 18 коп.).

Впоследствии в реестр требований кредиторов ООО СК «Багира» включены требования кредиторов на общую сумму 1 080 394 руб. 97 коп.

Как следует из материалов настоящего обособленного спора, наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника кредитор связывал, в том числе с действиями (бездействием) ответчиков в период 2016 - 2019 годов.

Недостаточность средств на дальнейшее проведение процедуры, а отказ заявителя по делу - ООО «Интертехэлектро-Сети» от финансирования дальнейших расходов послужили основанием для прекращения производства по делу № А11-9675/2019 в соответствии с пунктом 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве».

Согласно подпункту 1 пункта 12 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 31 Постановления № 53 по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Пунктом 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если: невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено; должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации и то, что она действительно имеется.

Если руководитель таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов и отчетности приравнивается к их отсутствию.

В соответствии с абзацем 5 пункта 24 Постановления № 53 привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

По общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве) (пункт 56 Постановления № 53).

Согласно пункту 4 статьи 32 и статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно (пункт 1 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

Пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) установлено, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности (пункт 6 Постановления № 62).

Суд установил, что обязанность руководителя должника по передаче временному управляющему бухгалтерской и иной документации, материальных и иных ценностей не выполнена, несмотря на вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Владимирской области от 18.03.2020 по делу № А11-9675/2019, являющееся обязательным для исполнения.

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 08.10.2019 по делу № А11-9675/2019 требования ООО «Интертехэлектро - Сети» признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО СК «Багира». В отношении ООО СК «Багира» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6 Определением Арбитражного суда Владимирской области от 09.06.2020 по делу № А11-9675/2019 производство по делу о банкротстве ООО СК «Багира» прекращено в связи с недостаточностью средств на дальнейшее проведение процедуры.

Истец просит взыскать с ответчиков 486 336 руб. 06 коп. задолженности, 270 435 руб. 82 коп. судебных издержек в рамках производства по делу № А11-9675/2019.

Факт несения расходов подтверждается представленными истцом в материалы дела доказательствами, в частности: 486 336 руб. 06 коп. – неосновательное обогащение и расходы по оплате государственной пошлины, установленные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2019 по делу № А40-36972/2019; 270 435 руб. 82 коп. – судебные издержки по делу № А11-9675/2019, установленные определением Арбитражного суда Владимирской области от 08.10.2019 по делу № А11-9675/2019, а также подтверждены платежными поручениями от 10.06.2020 № 833, от 20.03.2020 № 500, представленными в материалы дела электронными билетами на проезд временного управляющего к месту собрания кредиторов в городе Владимире).

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (статья 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.), а также передать ее временному управляющему по соответствующему запросу.

В рамках дела о банкротстве ООО СК «Багира» временный управляющий ФИО6 обратился в суд с ходатайством об истребовании у ФИО2 документов. Определением Арбитражного суда Владимирской области от 18.03.2020 по делу №А11-9675/2019 указанное выше ходатайство было удовлетворено, суд обязал ФИО2 предоставить запрашиваемые документы и сведения. Истребованные документы временному управляющему предоставлены не были.

Доказательств обратного в материалы дела ответчиками не представлено, равно как и принятие, контролирующим лицом ООО СК «Багира», необходимых мер, направленных на своевременное исполнение требований суда для передачи документации временному управляющему.

Из материалов дела следует, что в ходе процедуры наблюдения временным управляющим ООО СК «Багира» ФИО6 в анализе наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства и в заключении о наличии (отсутствия) оснований для оспаривания сделок должника установлено за период с мая 2017 года по август 2018 года на расчетные счета ООО СК «Багира» поступило 15 229 092 руб. 29 коп. Данные средства направлялись в значительных суммах на выплату заработной платы, пополнение банковских карт, выплату дивидендов участникам общества - ФИО3 и ФИО2 Общая сумма выплаченных средств ответчикам за период с мая 2017 года по август 2018 года составила 2 906 100 руб.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, в частности отчетом об итогах анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО СК «Багира», составленным ФИО6, анализом наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ООО СК «Багира», согласно которому участниками ООО СК «Багира» являются ФИО2 (50 % уставного капитала) и ФИО3 (50 % уставного капитала).; заключением о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника, а также выписками по операциям на счете ООО СК «Багира» за период с 18.05.2017 по 18.11.2019 и за период с 04.07.2017 по 18.11.2019.

При этом суд первой инстанции считает необходимым отметить, что согласно вступившему в законную силу решению Арбитражного суда Владимирской области от 24.05.2019 по делу № А40-36972/19-63-350 обязательства ООО СК «Багира» по возвращению неосновательного обогащения возникло в момент расторжения договора от 26.05.2017 № 7/17, а не в момент вступления указанного решения в законную силу. Более того, срок завершения работ по спорному договору с учетом дополнительного соглашения № 2 от 14.09.2017 согласован сторонами не позднее 02.01.2018.

В результате чего, суд первой инстанции приходит к выводу, что с учетом пояснений ФИО6 ООО СК «Багира» имела возможность исполнить свои обязательства по возвращению неосновательного обогащения в полном объеме. Однако как указал ФИО6 поступившие денежные средства направлялись в значительных суммах на выплату заработной платы, пополнение банковских карт, выплату дивидендов участникам общества.

Согласно абзацу 3 статьи 29 Закона № 14-ФЗ Общество не вправе принимать решение о распределении своей прибыли между участниками общества: если на момент принятия такого решения общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате принятия такого решения.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 29 Закона № 14-ФЗ общество не вправе выплачивать участникам прибыль, решение о распределении которой между участниками общества принято, если на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты.

Более того, независимо от того, когда была произведена выплата, участники, действующие добросовестно и разумно, в интересах общества, должны были возвратить денежные средства должнику после того, как у них имелась информация о неисполнении Обществом обязательств спорного договора, и соответственно, кредиторской задолженности, так как требования участников общества не могут конкурировать с независимыми кредиторами.

Доказательств того, что на дату выдачи дивидендов активы должника превышали пассивы должника, и данная выплата не повлекла за собой нарушение прав кредиторов на удовлетворение их требований, в материалы дела не представлено. Доказательств о достаточности имущества общества для расчетов с кредиторами даже после выплаты дивидендов в материалы дела также не представлено.

Суд первой инстанции считает, что действия бывших участников должника по утверждению себе сумм дивидендов совершенны в ущерб интересам общества, фактически действия бывших участников должника по распределению прибыли должника привели к невозможности расчетов с кредиторами, размер полученных за период с мая 2017 года по август 2018 года участниками превысил размер предъявленных к должнику требований кредиторов. Участники должника не могли не знать о поступлении еще с начала 2018 года претензий по возвращению неотработанного аванса в рамках договора от 26.05.2017 № 7/17.

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), подлежат применению общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Применительно к абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Поскольку дивиденды участникам выплачивались одновременно, решение об их выплате принимались совместно на общих собраниях участников, суд первой инстанции приходит к выводу о солидарном характере ответственности лиц, согласованности их действий.

В силу разъяснений пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

Поведение ответчиков с учетом обстоятельств дела квалифицировано судом первой инстанции как действия, направленные на причинение убытков.

Более того, в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если в том числе: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В силу пункта 10 Постановления № 53 исполнение руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве, как следует из статьи 9 Закона о банкротстве, не ставится в зависимость от того, имеются ли у должника средства, достаточные для финансирования процедур банкротства. По смыслу пункта 5 статьи 61, пункта 2 статьи 62 ГК РФ при недостаточности имущества должника на эти цели необходимые расходы могут быть отнесены на его учредителей (участников).

Из отчета временного управляющего ФИО6 следует, что по результатам проведенного анализа коэффициентов, характеризующих платежеспособность ООО СК «Багира», на основании которых ФИО6 пришел к выводу о низком уровне платёжеспособности ООО «СК «Багира», сопряженным с риском ее полной утраты. Также в результате анализа выявлено, что ООО СК «Багира» не сможет обеспечить погашение накопленных обязательств в ходе реабилитирующих процедур банкротства в установленные законодательством сроки.

Однако из материалов дела следует, что ФИО2 с заявлением о признании ООО СК «Багира» несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд не обращалась, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, что предполагает необходимость доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В силу пункта 17 Постановления № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В абзаце втором пункта 20 Постановления № 53 указано, если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Такая цель в силу статьи 10 ГК РФ признается неправомерной, а действия - направленными на причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Следовательно, материалами дела подтверждена причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и ФИО3 и последующим банкротством должника.

При рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности обстоятельства, указывающие на то, что повлекшие негативные последствия на стороне должника действия (бездействие) не выходили за пределы обычного делового риска, ответчиками в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказаны, а напротив подтверждены указанными выше доказательствами, представленными истцом в материалы дела.

С учетом изложенного выше, суд первой инстанции приходит к выводу об обоснованности предъявленных требований и привлечению к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3 по обязательствам ООО СК «Багира» в солидарном порядке в заявленном размере.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению между сторонами с учетом положений части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 17, 65, 71, 101, 110, 121, 123, 156, 167-170, 176, 180, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Привлечь солидарно ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью СК «Багира».

Взыскать с ФИО2 и ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ИнтертехэлектроСети» задолженность в размере 756 771 руб. 88 коп. солидарно.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ИнтертехэлектроСети» расходы по оплате государственной пошлины в размере 9067 руб. 50 коп.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ИнтертехэлектроСети» расходы по оплате государственной пошлины в размере 9067 руб. 50 коп.

Выдача исполнительных листов производится в соответствии со статьей 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в срок, не превышающий месяца с момента его вынесения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.В. Смагина