Решение от 22 марта 2019 г. по делу № А14-17347/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г. Воронеж Дело № А14-17346/2018

«22» марта 2019г.

Резолютивная часть решения объявлена 18 марта 2019г.

Решение в полном объеме изготовлено 22 марта 2019г.

Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Сидоровой О.И.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление №9», г. Железногорск Красноярского края (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к 1. обществу с ограниченной ответственностью «ГеоСтар», г. Москва (ИНН <***>, ОГРН <***>)

2. обществу с ограниченной ответственностью «Портал», г. Воронеж (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании сделки уступки требования (цессии) недействительной

третьи лица:

1. временный управляющий федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление №9» ФИО2, г. Екатеринбург

2. федеральное государственное унитарное предприятие «Главное строительное управление № 14», г. Москва

при участии в заседании:

от истца – не явился, извещен

от ответчика (1) – ФИО3 директор, приказ от 08.10.2018

от ответчика (2) – ФИО3 по доверенности от 19.07.2018;

от третьих лиц – не явились, извещены

у с т а н о в и л:

федеральное государственное унитарное предприятие «Главное военно-строительное управление №9» (истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ГеоСтар» (ответчик 1) и обществу с ограниченной ответственностью «Портал» (ответчик 2) о признании недействительным договора уступки требования (цессии) от 20.07.2017.

Определениями суда от 15.10.2018, 26.11.2108 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены временный управляющий федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление №9» ФИО2, федеральное государственное унитарное предприятие «Главное строительное управление № 14».

В удебное заседание истец и третьи лица не явились.

Учитывая, что суд располагает сведениями о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, дело рассматривалось в отсутствие названных лиц на основании ст. 156 АПК РФ.

Ответчики возражали относительно заявленных требований по основаниям, изложенным в отзывах.

Из материалов дела и объяснений ответчиков следует.

06.05.2014 между истцом (подрядчик) и ответчиком 1 (субподрядчик) заключен договор субподряда №14-0605-1 на выполнение строительно-монтажных работ на объектах военного городка №16 в п. Шилово Новосибирской области.

15.10.2015 истец уведомил ответчика об одностороннем отказе от исполнения договора.

20.07.2017 между ответчиком 1 (цедент) и ответчиком 2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования к истцу, по которому ответчику 2 передано право требования возмещения убытков, причиненных ответчику 1 в результате одностороннего отказ от исполнения договора. Согласно п. 1.6 договора цессионарий обязался уплатить цеденту за переуступаемое право сумму, указанную в протоколе согласования договорной цены, являющемся коммерческой тайной (п. 1.5 договора).

08.09.2017 должнику направлено уведомление о состоявшейся уступке, которое получено последним 21.09.2017.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 07.03.2018 по делу №А33-992/2016 с общества с ограниченной ответственностью «ГеоСтар» в пользу федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление №9» взыскано 573 957 942,32руб. неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса.

Истец, полагая, что договор уступки права требования является недействительной сделкой, нарушающей его права и законные интересы, обратился в суд с настоящим иском.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения ответчиков, оценив в совокупности представленные по делу доказательства, суд находит исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Защита субъективных гражданских прав и охраняемых законом интересов осуществляется путем применения надлежащих способов защиты, в том числе, путем признания сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (ст. 12 ГК РФ).

В силу ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку. Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу ч. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В силу ч. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Истец полагает сделку недействительной, поскольку она совершена без согласия истца, в то время как п. 23.6 договора субподряда права и обязанности сторон по договору могут быть переуступлены юридическому или физическому лицу только с письменного согласия другой стороны.

В силу п. 2 ст. 328 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 3 ст. 450 ГК РФ в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

Материалами дела подтверждается и истцом не оспаривается, что договор субподряда расторгнут.

Согласно правовой позиции, сформулированной в п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 №35 «О последствиях расторжения договора», по смыслу п. 2 ст. 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.); вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора.

В этой связи условие о запрете уступки прав по договору субподряда без согласия стороны не предполагает его применение после расторжения договора, и не имеет целью регулирование отношений сторон в период после его расторжения.

При таких обстоятельствах довод истца о том, что сделка по уступке требования является недействительной, поскольку договором субподряда установлен запрет на совершение сделки без согласия подрядчика является несостоятельным, поскольку уступка требования совершена после расторжения договора, в связи с чем предусмотренное договором условие о запрете субподрядчику осуществлять уступку права требования третьим лицам без согласия подрядчика прекратило свое действие.

Пунктом 17 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что уступка права (требования) на возмещение убытков не противоречит законодательству. Из ст. 15 ГК РФ не следует, что обязательство по возмещению убытков является обязательством, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Напротив, обязательство по возмещению убытков является денежным обязательством, возникшим в связи с нарушением должником по этому обязательству прав потерпевшего и обладающим самостоятельной имущественной ценностью. Кроме того, названная норма закона не содержит положений о возможности нарушения прав и интересов должника уступкой права (требования) возмещения убытков, о существенном значении личности кредитора в данном обязательстве.

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» допускается, в частности, уступка требований о возмещении убытков, вызванных нарушением обязательства, в том числе которое может случиться в будущем, о возврате полученного по недействительной сделке, о возврате неосновательно приобретенного или сбереженного имущества.

В этой связи, отсутствие в договоре цессии размера убытков, не свидетельствует об уступке несуществующего права и не может являться основанием для признания договора недействительным.

Довод истца о совершении уступки с намерением причинить вред должнику носит предположительный характер и документально не подтвержден.

Наличие у субподрядчика перед подрядчиком задолженности в виде неотработанного аванса не исключает возникновения у субподрядчика убытков в результате одностороннего отказа подрядчика от исполнения договора. При этом должник вправе выдвигать те же возражения, которые он имел против первоначального кредитора, в частности, относительно размера причиненных кредитору убытков, и представлять доказательства того, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. ст. 386, 404 ГК РФ).

Ссылка истца на наличие признаков дарения в спорном договоре уступки также отклоняется судом, поскольку в соответствии с п. 2 ст. 572 ГК РФ квалификация соглашения об уступке права (требования) как договора дарения возможна лишь при установлении ясно выраженного намерения безвозмездно передать право.

Вместе с тем, условиями договора об уступке требования предусмотрена обязанность нового кредитора оплатить первоначальному кредитору согласованную цену договора. Следовательно, из договора не усматривается намерение сторон на безвозмездную передачу права требования.

При этом следует учитывать, что даже отсутствие в сделке уступки права требования условия о цене передаваемого права или несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права само по себе не является основанием для признания ее ничтожной (п. 9, п. 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (ст. 572 ГК РФ).

Истец таких доказательств не представил.

Кроме того, довод истца опровергается материалами дела, в том числе расходным кассовым ордером №5 от 25.07.2018, приходным кассовым ордером №5 от 25.07.2018, подтверждающими частичную оплату по договору уступки права требования от 20.07.2017 в размере 50 000руб.

Полагая спорный договор мнимой сделкой, направленной не на создание взаимных прав и обязанностей сторон, а с целью сокрытия получаемого ответчиком 1 дохода, с целью уклонения от возврата задолженности, истец соответствующих доказательств не представил.

Статьей 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Следовательно, установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу ст. 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Таким образом, предметом доказывания по делу о признании сделки недействительной по мотиву мнимости являются обстоятельства отсутствия намерения у сторон по сделке на совершение и исполнение спорной сделки, а также тот факт, что данная сделка действительно не породила правовых последствий для сторон и третьих лиц.

Однако, как следует из материалов дела, новый кредитор произвел частичную оплату полученного по уступке требования, что свидетельствует о ее исполнении, а также обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов по делу №А33-13756/2016 о признании истца несостоятельным (банкротом) требования о взыскании убытков, причиненных отказом должника от исполнения договора субподряда №14-0605-1 от 06.05.2014 в размере 878 199 852руб.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в ст. 9 АПК РФ, а также положений ст. 65 Кодекса, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права, в том числе и на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

С учетом исследования и оценки представленных по делу доказательств суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора уступки требования (цессии) недействительной сделкой.

Согласно ст. 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учетом выводов суда по рассматриваемому спору, государственная пошлина относится на истца.

Истцу при принятии искового заявления к производству предоставлена отсрочка в уплате государственной пошлины, следовательно, государственная пошлина в размере 6 000руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление № 9», г. Железногорск Красноярского края (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 6 000руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый Арбитражный апелляционный в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Воронежской области.


Судья О.И. Сидорова