Постановление от 22 мая 2024 г. по делу № А40-184527/2020

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

23.05.2024 года

Дело № А40-184527/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 13.05.2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 23.05.2024 года.


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Паньковой Н.М., Коротковой Е.Н.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «СГК «Империал» - ФИО1 (лично, паспорт)

от ФИО2 – представитель ФИО3 (доверенность от 06.07.2022)

от ФИО4 – представитель ФИО5 (доверенность от 18.10.2019)

от ООО «Лагос» - представители: ФИО6 (доверенность от 10.01.2024), ФИО7 (доверенность от 17.06.2023)

от ООО «Стереобат» - представитель ФИО8 (доверенность от 29.07.2021)

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего ООО «СГК «Империал» - ФИО1, ФИО2,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023,на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024(№09АП-83667/2023; №09АП-83668/2023),

по заявлению конкурсного управляющего ООО «СГК «Империал» о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО9, ООО «Комплекс-Ресурс», ООО «ЛАГОС» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СГК «Империал», 



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.08.2021 ООО «СГК «Империал» (далее – должник; ИНН <***>, ОГРН <***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1 (ИНН <***>), о чем в газете «Коммерсантъ» от 28.08.2021 №154(7116) опубликовано сообщение.

В Арбитражный суд города Москвы 15.03.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «СГК «Империал» о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО9, ООО «Комплекс-Ресурс», ООО «Лагос» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024, ФИО2 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановлено производство по заявлению в части установления размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами, в удовлетворении остальной части требований отказано.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «СГК «Империал» - ФИО1, ФИО2 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят их отменить, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

            Конкурсный управляющий должника не согласен с судебными актами в части отказа в привлечении ФИО4, ФИО9, ООО «Комплекс-Ресурс», ООО «Лагос» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в данной части отменить, обособленный спор в указанной части направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Полагает, что ответчики являются контролирующими должника лицами, аффилированы с ним, принимали решение по назначению руководителя должника - ФИО2, совершили сделки, направленные на вывод активов должника.

            ФИО2 в своей кассационной жалобе просит судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Указывает, что не установлена совокупность обстоятельств привлечения ее к субсидиарной ответственности. Ссылается на отсутствие причинения вреда должнику и его кредиторам совершенными сделками, не передача бухгалтерской документации должника не повлияла на формирование конкурсной массы, поскольку конкурсным управляющим сделки должника были оспорены.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Определением суда округа от 07.05.2024 произведена замена судьи Каменецкого Д.В. на судью Короткова Е.Н., в связи с наличием оснований, предусмотренных ст.18 АПК РФ, сформирован состав суда: председательствующий-судья Савина О.Н., судьи: Панькова Н.М.,                Короткова Е.Н.

Конкурсный управляющий ООО «СГК «Империал» - ФИО1 в заседании суда округа поддержала доводы своей кассационной жалобы, возражала по доводам кассационной жалобы ФИО2

Представитель кредитора ООО «Стереобат» поддерживал кассационную жалобу конкурсного управляющего.

Представители ФИО4, ООО «Лагос» возражали на доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего по мотивам, изложенным в отзывах, просили судебные акты оставить без изменения.

Представитель ФИО2 поддержал доводы своей кассационной жалобы, считает необоснованным привлечение ее одной к субсидиарной ответственности.

Надлежащим  образом извещенные о месте и времени рассмотрения кассационных жалоб иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что, в силу ч. 3     ст. 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений, проверив в порядке ст.ст. 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, коллегия суда кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Законом о банкротстве.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, конкурсный управляющий должника основывал свои требования к ответчикам на доводах о     1) совершении данными лицами убыточных (вредоносных) сделок; 2) непередаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему.

Согласно п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2024 3 305-ЭС22-7760(2) по делу № А40-191321/2019 обращено внимание судов на то, что, при доказанности обстоятельств, составляющих закрепленные в п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Как указывал конкурсный управляющий, в рассматриваемый период руководителем должника являлась ФИО2, ею были одобрены и осуществлены операции по выведению денежных средств с расчетных счетов должника, ответчик не передал бухгалтерскую документацию управляющему.

Также указывал, что ФИО4 (руководитель ООО «ИмпериалАльфа») принимал активное участие в выводе активов группы компаний ООО «СПС Империал», перенаправлял денежные средства компаний для вывода активов на директора ООО «СГК «Империал» и ООО «Империал».

Как пояснил конкурсный управляющий, ООО «Лагос» является лицом, фактически аффилированным с должником. По мнению конкурсного управляющего, организованное ООО «Лагос» распределение финансовых потоков должника в своих интересах привело к единственно возможному результату - несостоятельности должника, Общество является выгодоприобретателем по сделкам.

Ссылался на то обстоятельство, что ООО «Комплекс-Ресурс» осуществляло прямой контроль должником как участник с общей долей в уставном капитале в размере 51%, при этом ФИО9 является единственным участником ООО «КомплексРесурс», соответственно, ФИО9 посредством ООО «Комплекс-Ресурс» осуществляла контроль над должником.

В соответствии с ч.ч. 1 - 4, 7 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст.ст. 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями ст.ст. 32, 61.10-61.19  Закона о банкротстве, ст.ст. 15, 53.1, 1064 ГК РФ, п. 3, 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Удовлетворяя требования управляющего в данной части, суды исходили из доказанности обстоятельств совершения (одобрения) ФИО2 убыточных (вредоносных) сделок, в том числе, по выводу активов в свою пользу, а также из неисполнения ответчиком обязанности по передаче временному и конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника, что привело к невозможности сформировать конкурсную массу в достаточном объеме и погасить требования кредиторов должника.

Судами отказано в удовлетворении заявления управляющего в части требований к ФИО4, ФИО9, ООО «Комплекс-Ресурс», ООО «Лагос». Как указали суды, конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что ФИО4 и ООО «Лагос» являлись лицами, контролирующими деятельность должника. Судами также исходили из непредставления конкурсным управляющим относимых и допустимых доказательств, подтверждающих вовлеченность ООО «Комплекс-Ресурс» и его участника ФИО9 в противоправные действия по выводу активов общества.

Судебная коллегия кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанции по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 24 Постановления Пленума ВС РФ №53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации (пп. 2 п. 2            ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

С учетом изложенного, судам следует исходить из безусловности обязанности руководителя должника по передаче документов конкурсному управляющему.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу № 302-ЭС17-9244, указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В настоящем случае, обстоятельства неисполнения ФИО2 обязанности по передаче бухгалтерской документации временному и конкурсному управляющему должника установлены определением Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2021 и определением Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2021.

Данные определения ответчиком не исполнены, документация должника и материальные ценности конкурсному управляющему не переданы, что привело к невозможности определения основных активов должника по состоянию на дату принятия заявления о признании должника банкротом к производству, невозможности выявления всех совершенных в период подозрительности сделок и их условий, невозможности установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Вопреки доводам ФИО2 об оспаривании в процедуре банкротства конкурсным управляющим сделок на основании банковских выписок, что, с точки зрения ответчика, свидетельствует об отсутствии вреда неисполнением указанной обязанности, суды пришли к обоснованному выводу о возможности установления иных, необходимых для процедуры банкротства сведений, в случае передачи документов.

В п. 23 постановления № 53 обращено внимание судов на то, что согласно  пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Закона об акционерных обществах, ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В части доводов управляющего о совершении ответчиком убыточных (вредоносных) сделок, судами правомерно указано, что вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу установлены незаконные перечисления денежных средств в общем размере более 140 млн. руб., при этом самой себе ФИО2 выплатила более 70 млн. руб., что значительно превышает сумму задолженности, включенную в реестр требований кредиторов должника.

В заседании суда кассационной инстанции конкурсный управляющий должника пояснил, что ФИО2 являлась не только руководителем должника, но и его учредителем с размером доли в уставном капитале – 49 %, что опровергает доводы ответчика о том, что она является номинальным руководителем.

В соответствии со ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

Обстоятельства неисполнения обязанности по передаче документации должника временному и конкурсному управляющему, совершения (одобрения)  убыточных (вредоносных) сделок ответчиком надлежащими доказательствами не опровергнуты.

На основании установленных обстоятельств, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СГК «Империал».

Рассмотрев вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО9, ООО «Лагос», ООО «Комплекс-Ресурс», суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недоказанности доводов управляющего.

            Наличия только лишь подозрений в виновности ответчика недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8)).

            Так судами правомерно указано на то, что ФИО4 и ООО «Лагос» не являлись контролирующими должника лицами, поскольку у указанных лиц отсутствовала возможность давать должнику обязательные указания, действия ответчиков не привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

            Возможная, с точки зрения конкурсного управляющего, фактическая аффилированность сама по себе не может свидетельствовать о том, что данные ответчики осуществляли контроль над должником и могли давать ему обязательные для исполнения указания.

            Судами отмечено, что сделка с ООО «Лагос» совершена сторонами на рыночных условия, что свидетельствует о том, что она не являлась существенно убыточной для должника. Довод о том, что ФИО4 принимал активное участие в выводе активов группы компаний ООО «СПС Империал» материалами дела не подтвержден.

Относительно довода о выдаче ФИО4 займа судами установлено, что конкурсный управляющий не указал, в чем заключалось создание условий для значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, приводя в качестве аргумента возврат должником ФИО4 части выданного им займа в размере 5 500 000 руб.

            Относительно ООО «Комплекс-Ресурс» и его участника ФИО9 следует отметить, что конкурсным управляющим не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств, подтверждающих их вовлеченность в противоправные действия по выводу активов общества.

Вопреки доводам жалобы, сама по себе аффилированность между сторонами не может рассматриваться как обстоятельство, подтверждающее статус контролирующего должника лица, аффилированного с должником.

При изложенных обстоятельствах, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, установив наличие для привлечения к ответственности ФИО2 и отказав в остальной части требований.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 № 305-КГ17-13553 указано, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств и доводов заявителя не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Доводы кассационных жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационных жалоб конкурсного управляющего ООО «СГК «Империал» - ФИО1, ФИО2 и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024 по делу № А40-184527/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина

Судьи:                                                                                             Н.М. Панькова                                                                                                                             Е.Н. Короткова