Постановление от 11 января 2023 г. по делу № А46-16075/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А46-16075/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2023 года.


Постановление изготовлено в полном объёме 11 января 2023 года.



Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоШаровой Н.А.,

судейБедериной М.Ю.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Мекомстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – общество «Мекомстрой») на определение Арбитражного суда Омской области от 18.08.2022 (судья Храмцов К.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2022 (судьи Зюков В.А., Горбунова Е.А., Зорина О.В.) по делу № А46-16075/2021 о несостоятельности (банкротстве) жилищно-строительного кооператива «Статус» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – кооператив, должник), принятые по заявлению ФИО2 о включении требования о передаче жилых помещений в реестр требований кредиторов должника.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Железобетон», «Мегатранс» (далее – общества ТК «Железобетон», «Мегатранс», соответственно).

Суд установил:

в деле о банкротстве кооператива ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований должника требования о передаче жилого помещения – однокомнатной квартиры номер (строительный) 151 общей проектной площадью 52,50 кв. м, стоимостью 1 500 000 руб. (далее - квартира), расположенной на 3 этаже многоэтажного жилого дома, строительный адрес: город Омск, улица Завертяева/улица Успешная, дом № 2 (далее – жилой дом).

Определением суда от 18.08.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 10.11.2022, требование участника строительства ФИО2 о передаче квартиры включено в реестр требований участников строительства кооператива.

В кассационной жалобе общество «Мекомстрой» просит определение от 18.08.2022 и постановление от 10.11.2022 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, в обоснование ссылается на отсутствие у кооператива права самостоятельного распоряжения квартирой, поскольку она относилась к инвестиционной доле общества «Мекомстрой», при этом согласия на отчуждение квартиры общество не давало; общество ТК «Железобетон» денежных средств в размере 1 837 500 руб. по паевому соглашению от 18.09.2014 № 151/2-ЖК, из которых 1 500 000 руб. получены от ФИО2, на расчётный счёт кооператива либо в его кассу не вносило, поэтому обязательство по внесению платы за квартиру ФИО2 не исполнено, что исключает возможность признания её требования обоснованным.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы обособленного спора, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Материалами обособленного спора подтверждается, что между обществом «ТК «Железобетон» (пайщик) и кооперативом (ЖСК) заключено паевое соглашение от 18.09.2014 № 151/2-ЖК (далее – паевое соглашение), по условиям которого пайщик обязуется в полном объёме внести паевой взнос в размере 1 837 500 руб., а ЖСК обязуется предоставить в собственность пайщика квартиру, расположенную в жилом доме.

Расчёт по паевому соглашению подтверждён справкой кооператива.

Между обществом «ТК «Железобетон» (пайщик), должником (кооператив) и ФИО2 (приобретатель) заключён договор на реализацию пая в паевом фонде кооператива от 24.03.2015 (далее – договор о реализации пая), по условиям которого пайщик передаёт приобретателю пай в паевом фонде кооператива, принадлежащий пайщику на основании паевого соглашения, а приобретатель принимает пай и уплачивает пайщику за него денежные средства в размере 1 500 000 руб.

Также между ФИО2 (член кооператива) и должником (кооператив) 09.06.2015 заключён тарифный план – соглашение № 151/2 в редакции дополнительного соглашения № 1 (далее - тарифный план – соглашение), по условиям которого член кооператива обязуется в полном объёме внести имущественный взнос в сумме 1 500 000 руб. за квартиру, в пункте 3.3.1 тарифного плана – соглашения установлен порядок оплаты пая (равный стоимости приобретаемого имущества), в соответствии с которым пай вносится в кассу или на расчётный счёт общества «ТК «Железобетон».

В подтверждение расчёта по тарифному плану – соглашению ФИО2 представлены: квитанция к приходному кассовому ордеру общества «ТК «Железобетон» от 24.03.2015 № 9, справка общества «ТК «Железобетон» от 24.03.2015 о полном расчёте; выписка из лицевого счета с 30.09.2013 по 11.01.2016, свидетельствующая о наличии у ФИО2 денежных средств в размере, достаточном для уплаты денежных средств по вышеуказанной квитанции.

Впоследствии ФИО2 обратилась к конкурсному управляющему с требованием участника строительства о передаче жилого помещения.

Уведомлением от 24.01.2022 конкурсный управляющий отказал ФИО2 во включении её требования о передачи жилого помещения в реестр требований кооператива.

Отказ в конкурсного управляющего являлся основанием для обращения ФИО2 в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций, признавая требование ФИО2 обоснованным, исходили из доказанности участником долевого строительства факта наличия договорных отношений, опосредующих строительство объекта путём долевого участия, а также факта оплаты подлежащего передаче объекта долевого строительства при отсутствии доказательств исполнения застройщиком своих обязательств.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 529-О, положения параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) направлены, в том числе на предоставление дополнительных гарантий и защиту прав и законных интересов граждан - участников долевого строительства.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве под участником строительства понимается физическое лицо, юридическое лицо, Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование, имеющие к застройщику требование о передаче жилого помещения или денежное требование.

Арбитражный суд вправе признать наличие у участника строительства требования о передаче жилого помещения или денежного требования, в том числе в случае заключения сделок, связанных с передачей денежных средств и (или) иного имущества в целях строительства многоквартирного дома и последующей передачей жилого помещения в таком многоквартирном доме в собственность (подпункт 9 пункта 6 статьи 201.1 Закона о банкротстве).

При этом арбитражный суд вправе признать наличие у участника строительства требования о передаче жилого помещения или денежного требования практически при любых договорных и юридических способах внесения денежных средств застройщику (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2015 № 305-ЭС15-3229).

На основании пункта 1 статьи 201.6 Закона о банкротстве требования о передаче жилых помещений предъявляются и рассматриваются в общем порядке для предъявления требований в деле о банкротстве, установленном статьями 71 и 100 названного Закона. Признание таких требований обоснованными не ставится в зависимость от наличия либо отсутствия у застройщика помещений, подлежащих передаче.

Согласно пункту 2 статьи 201.6 Закона о банкротстве арбитражному суду при рассмотрении обоснованности требований о передаче жилых помещений должны быть представлены доказательства, подтверждающие факт полной или частичной оплаты, осуществлённой участником строительства во исполнение своих обязательств перед застройщиком по договору, предусматривающему передачу жилого помещения.

Таким образом, условиями признания лица, обратившегося с требованием о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, участником строительства является:

установление факта того, что это лицо заключило с застройщиком сделку, по которой было обязано передать денежные средства и (или) иное имущество в целях строительства многоквартирного дома с последующей передачей жилого помещения в таком многоквартирном доме в собственность заявителя;

установление факта того, что заявитель фактически передал денежные средства и (или) иное имущество в целях строительства многоквартирного дома.

Поскольку в рассматриваемом случае ФИО2 надлежащими доказательствами подтверждено осуществление ею оплаты за квартиру, суды первой и апелляционной инстанций правомерно включили её требование в реестр требований о передаче жилых помещений.

Довод кассатора о недоказанности участником долевого строительства оплаты за квартиру, необходимости применения повышенного стандарта доказывания по данному вопросу, подлежит отклонению.

Как следует из пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в делах о банкротстве при рассмотрении заявления кредитора о включении его требования в реестр требований кредиторов должника применяется повышенный стандарт доказывания (обязанность представить ясные и убедительные доказательства), то есть суд должен проводить более тщательную проверку обоснованности требования по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

Вместе с тем надо учитывать, что при банкротстве застройщика кредиторами, заявляющими требования о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, являются в основном граждане, то есть непрофессиональные участники оборота, которым противостоит профессиональный застройщик, зачастую заранее и намеренно оформляющий отношения по долевому участию в строительстве таким образом, чтобы максимально затруднить на случай собственного дефолта последующее установление правовой связи между внесением гражданами денежных средств и своими обязательствами по передаче жилых помещений.

В такой ситуации применение стандарта доказывания, равного по степени строгости с иными кредиторскими требованиями в банкротстве, могло бы блокировать защиту прав дольщиков, а сконструированные недобросовестными застройщиками и их аффилированными лицами, которым в рассматриваемом случае является ФИО3, «теневые схемы» привлечения денежных средств граждан без встречного предоставления в виде жилых помещений сделать эффективными.

Поэтому применение повышенного стандарта доказывания для кредиторов-дольщиков охватывает проверку наличия непосредственной или опосредованной правовой связи между гражданином и застройщиком, возможности предоставления гражданином застройщику своей части встречного имущественного исполнения и наличия такого исполнения, а также установление факта независимости гражданина (фактического или формально-юридического) от застройщика.

Принимая во внимание позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 13239/12, а также то, что участники долевого строительства, не являясь профессиональными инвесторами, не обязаны вести бухгалтерский, иной учёт имеющихся у них средств, суды пришли к обоснованному выводу о том, что в отсутствие доказательств аффилированности ФИО2 с должником или контролирующими его лицами, основания для применения к ней повышенного и строгого стандарта доказывания отсутствуют, так как это может повлечь безосновательный отказ в защите нарушенного права, невозможности восстановления прав непрофессионального инвестора иным способом.

В рассматриваемом случае ФИО2 не обладает статусом профессионального инвестора, в зоне её разумного контроля находилась только обязанность по оплате стоимости квартиры по договору о реализации пая в порядке, предусмотренном тарифным планом – соглашением, которая надлежащим образом ею исполнена и документально подтверждена с учётом наличия финансовой возможности.

Учитывая изложенное при разрешении настоящего обособленного спора суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из необходимости обеспечения приоритетной защиты прав участника строительства, не являющегося профессиональным инвестором, а также из того, что нарушение должником правил учёта и движения денежных средств не является основанием для лишения участника долевого строительства, добросовестно исполнявшего свои обязательства, права на включение его требований в реестр требований кредиторов должника.

Проверив обоснованность требования к должнику, проанализировав условия договора о реализации пая, тарифного плана – соглашения, установив, что представленные у частном строительства документы подтверждают факт уплаты должнику денежных средств, который свои обязательства по передаче объекта недвижимости в срок, предусмотренный договором, не исполнил, суды, руководствуясь положениями подпунктов 1 и 2 пункта 1 статьи 201.7, пункта 3 статьи 201.12 Закона о банкротстве пришли к обоснованному выводу о том, что требование кредитора подлежит включению в реестр участников строительства о передаче жилых помещений с указанием размера исполненных обязательств участника строительства перед застройщиком.

Вопреки приведённым в кассационной жалобе доводам, ФИО2, будучи лицом, не являющимся аффилированным с должником, получила право требования квартиры у кооператива вследствие внесения денежных средств в кассу общества «ТК «Железобетон» в соответствии с условиями тарифного плана – соглашения, даже в ситуации ничтожности паевого соглашения, заключённого между обществом «ТК «Железобетон» (пайщик) и кооперативом (ЖСК), не может нести негативные последствия возможного использования застройщиком спланированной им «теневой схемы» на привлечение денежных средств дольщиков для строительства дома.

При этом возражения кассатора относительно неправомерности привлечения денежных средств от граждан суд округа расценивает как попытку переложить на них негативные последствия как минимум своей неосмотрительности, поскольку общество «Мекомстрой» как лицо, осуществляющее инвестирование в строительство жилого дома, что подразумевает под собой тесные хозяйственные и экономические связи, было вправе контролировать деятельность должника-застройщика и пресечь допущенные им и контролирующими лицами нарушения, если таковые имели место.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены.

Иная оценка заявителем установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 18.08.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2022 по делу № А46-16075/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Мекомстрой» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


ПредседательствующийН.А. ФИО4


СудьиМ.Ю. ФИО5


ФИО1