Решение от 8 июля 2022 г. по делу № А27-1405/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, г. Кемерово, 650000,

тел. (384-2) 45-10-16

e-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-1405/2021
Город Кемерово
08 июля 2022 года
Резолютивная часть решения оглашена 21 июня 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 08 июля 2022 года.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Куликовой Т.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества "Находкинский морской торговый порт", г. Находка (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к акционерному обществу "Торговый дом Южно-Сибирский", г. Новокузнецк (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 340 024 022 руб. 72 коп. штрафа, 15 176 326 руб. 02 коп процентов за пользование чужими денежными средствами,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора:

открытое акционерное общество «Российские железные дороги», г. Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии:

от истца – 1)ФИО2, доверенность от 09.08.2021, паспорт, диплом; 2)ФИО3, доверенность от 09.08.2021, удостоверение адвоката; 3) ФИО4, доверенность от 07.04.2022, паспорт, диплом;

от ответчика (онлайн) – ФИО5, доверенность от 21.12.2021, паспорт, диплом;

у с т а н о в и л :

общество с ограниченной ответственностью "Находкинский морской торговый порт" (далее истец, Порт) обратилось в суд с иском к акционерному обществу "Сибуглемет" (далее – ответчик, СУМ) о взыскании 340 024 022 руб. 72 коп. штрафа. Требования мотивированы тем, что ответчиком в рамках договора от 01.01.2020 №20-01/Э/1/2020 не исполнены обязательства по отгрузке в адрес порта согласованных объемов груза в январе, феврале, сентябре, октябре, ноябре, декабре 2020 года, в связи с чем, подлежит начислению штраф, предусмотренный в пункте 13 дополнительного соглашения №2 (в редакции протокола урегулирования разногласий) к договору №20-01/Э/1/2020 от 01.01.2020.

К участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД»).

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 07.07.2021 делу №А27-1405/2021 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 03.02.2022 решение от 07.07.2021 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 27.09.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-1405/2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Определением от 04.03.2022 в соответствии со статьей 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с настоящим делом объединено дело №А27-125/2022 о взыскании с акционерного общества "Сибуглемет" в пользу акционерного общества "Находкинский морской торговый порт" 15176326 руб. 02 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.01.2021 по 02.12.2021. Требование мотивировано уклонением ответчика от исполнения обязанности по оплате 340 024 022 руб. 72 коп. штрафа.

В постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 03.02.2022 судом кассационной инстанции указано на необходимость при новом рассмотрении дать толкование условиям договора в соответствии с требованиями статьи 431 ГК РФ, пунктов 43, 45, 46 Постановления № 49, установить все обстоятельства, имеющие значение для всестороннего и полного исследования обстоятельств спора, в том числе проверить по существу все доводы и возражения участвующих в деле лиц, установить, чьим контрагентом (истца или ответчика либо того и другого на различных этапах перевозки грузов) является общество, после чего определить, на ком из сторон лежит риск несогласования (неполного согласования) обществом спорных заявок, установить обстоятельства, значимые для разрешения вопроса о соразмерности начисленного штрафа последствиям нарушения компанией обязательства (его стоимость либо размер убытков и т.п.), позволяющие соотнести с ними сумму штрафа, объем неисполненного компанией обязательства перед портом в связи со своими действиями (бездействием), действиями номинированных ответчиком грузоотправителей, не зависящих от действий истца, дать оценку представленным сторонами доказательствам по правилам статей 67, 68, 71 АПК РФ, при необходимости предложить участвующим в деле лицам представить дополнительные доказательства, подтверждающие их доводы и возражения (статья 64, 65, 66 АПК РФ), в зависимости от установленных обстоятельств разрешить спор при правильном применении норм материального и процессуального права, а также распределить судебные расходы, в том числе по кассационной жалобе.

Представители истца требования поддержали, указав, что договор между сторонами заключен на условиях принципа "Take or Pay" (бери или плати), в связи с чем, штраф является не неустойкой, а платой за предоставленную портом возможность обеспечить перевалку на морские суда поставленного ответчикам объема груза; расчет формулы штрафа рассчитан портом по согласованной с ответчиком формуле, является соразмерным и не подлежит снижению, в том числе принимая во внимание, что размер убытков истца в связи с неисполнением ответчиком обязательств составляет более 600 млн. руб.; риск несогласования заявок в силу условий договора лежит на ответчике, а отсутствие вины в недовозе согласованных объемов не освобождает ответчика от обязанности по оплате штрафа; в части согласования заявок на перевозку грузов контрагентами РЖД являются номинированные ответчиком грузоотправители; портом предприняты все зависящие от него меры для обеспечения согласованных заявок; принятие Постановления Правительства РФ №734 не повлияло на наличие у ответчика возможности завезти в порт согласованные в договоре объёмы; произведённые ответчикам расчет штрафа, неисполненного обязательства противоречат согласованной сторонами формуле, в связи с чем, не подлежат применению.

Представитель ответчика в ходе судебного разбирательства на изменение наименование общества на АО "Торговый дом Южно-Сибирский", по существу требований также возразил, указав на отсутствие со своей стоны вины в неисполнении обязательства, что в силу пункта 4.1 договора и пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает применение к нему мер ответственности; полагает, что исследованию подлежат взаимоотношения между истцом и РЖД, которыми определяется перерабатывающая способность порта, в связи с чем, обратился с ходатайством об истребовании копии договора №265 от 29.06.2011 на эксплуатацию пути необщего пользования АО «Евраз НМТП», полагая, что выполнение объемов поставки грузов находится в прямой зависимости от условий договора между портом и РЖД; по январю 2020 года указал на выполнение обязательств в объеме, более минимального, в феврале 2020 года ОАО «РЖД» согласовало заявки в объеме менее минимального, в связи с чем, вина ответчика отсутствует; в сентябре-декабре 2020 года отсутствует вина в невыполнении минимального объема ввиду утверждения Министерством энергетики РФ плана экспортных перевозок угольной продукции существенно ниже запланированных объёмов отгрузки, что также стало непредотвратимым обстоятельством для ответчика; размер штрафа является несоразмерным относительно неисполненного обязательства, поскольку превышает стоимость неисполненного обязательства от минимального объёма. Ранее при первоначальном рассмотрении дела ответчиком указано на злоупотребление истцом правом с целью причинения вреда ответчику. Указал на отсутствие возможности повлиять на действия ОАО «РЖД» при согласовании заявленных объемов. Также указал, что на официальном сайте Порта размещена информация о расчете доступной мощности Порта на 2020 год, из содержания которой следует, что была установлена определенная пропускная способность как в отношении угля, так и в отношении металла, при этом отгрузка последнего была превышена в январе и ноябре 2020 года, что, по мнению ответчика, привело к отказу ОАО «РЖД» в согласовании ответчику перевозки согласованных с истцом объемов. В связи с превышением объема по отгрузке металла ОАО «РЖД» значительно сокращен план перевозок угля. Полагает, что сокращение плана перевозок по отгрузке угля вызвано согласованностью действий истца, третьего лица, иных грузоотправителей металла, направлено на получение повышенной выгоды, учитывая, что стоимость услуг по перевозке металла превышает стоимость услуг по перевозке угля. Полагает, что истец, обладая указанной выше информацией о пропускной способности Порта по перевозке угля и металла, действовал согласованно с ОАО «РЖД», в чем усматривает злоупотребление правом со ссылкой на положения статей 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчиком также заявлено об уменьшении размера штрафа по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав на его несоразмерность. Полагает, что взыскание штрафа в заявленном размере приведет к ситуации, при которой истец получит плату за неоказанную услугу больше, чем он бы получил, оказав данную услугу, что, по мнению ответчика, противоречит правовой природе неустойки; указал, что обязательства исполнены ответчиком на 84%, недопоставка груза является незначительной; полагает, что истцу не причинены убытки, в том числе соразмерно начисленному штрафу; начисляя штраф в заявленном размере, истец фактически получает обогащение за счет ответчика.

Протокольным определением от 25.05.2022 суд отказал ответчику в истребовании доказательств у истца и третьего лица копии договора №265 от 29.06.2011 на эксплуатацию пути необщего пользования АО «Евраз НМТП». Мотивы отказа в удовлетворении ходатайства отражены в настоящем судебном акте.

Третьим лицом при первом рассмотрении дела направлен отзыв на исковое заявление, в котором указал, что не является стороной договора между истцом и ответчиком, в этой связи, у него отсутствует обязанность по контролю за исполнением договорных обязательств между сторонами, в том числе учитывать условия договора между истцом и ответчиком в своей деятельности. Указал, что осуществляет согласование заявок на перевозку на основании статьи 11 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации" и Приказа Минтранса России от 27.07.2015 N 228 "Об утверждении Правил приема перевозчиком заявок грузоотправителей на перевозку грузов железнодорожным транспортом". Оспорил факт наличия между ним и истцом каких-либо соглашений, позволяющих осуществлять согласованные действия, направленные на причинение кому-либо вреда или ущерба, а также договора об организации работ по перевалке в спорный период; учитывая, что ОАО «РЖД» является перевозчиком, услуги по организации работ по перевалки не оказывает, согласование заявок между ОАО «РЖД» и истцом производится только в случае отправки груза от места осуществления перевалки. При новом рассмотрении дела направил отзыв на исковое заявление, в котором представил пояснения по обстоятельствам, чьим контрагентом являлся при согласовании заявок на перевозку грузов. Просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие представителя третьего лица.

Заслушав представителей сторон, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению.

Между Портом и АО «Сибуглемет» (далее – СУМ, Заказчик) заключен договор №20-01/3/1/2020 от 01.01.2020, согласно пункту 1.1 которого Порт принял на себя обязанность оказывать заказчику услуги по перевалке экспортных грузов - угольной продукции, а заказчик обязался предоставлять Порту для перевалки груз в объеме и номенклатуре, предусмотренных Договором, и оплатить в полном объеме услуги Порта.

В соответствии с пунктом 1.2 Договора объем груза и период отгрузки в адрес Порта для последующей перевалки определяются в порядке, установленном в приложении № 1 к Договору, которое является неотъемлемой частью Договора.

Согласно пунктам 1.7 и пункту 2.1.3 Договора завоз экспортного груза производится в соответствии с месячным планом перевозок в форме заявок ГУ-12, согласованными с Портом и с ЦФТО ОАО «РЖД», после их письменного подтверждения Портом, который обязан своевременно их подтверждать в объемах, не менее установленных как максимальный месячный объем отгрузки, установленный в Приложении № 1 к Договору.

В Приложении № 1 к Договору Порт и СУМ согласовали ежемесячные объемы груза, подлежащие отгрузке в адрес Порта грузоотправителями, номинированными СУМ в период с 01.01.2020 по 31.12.2020, подлежащие дальнейшей перевалке в Порту, в частности, в январе- феврале, сентябре - декабре 2020 года номинальный месячный объем отгрузки в каждом месяце предусмотрен 270 000 руб. тонн, минимальный месячный объем отгрузки – 245 000 руб.

Согласно пункту 13 дополнительного соглашения № 2 к Договору (далее - Дополнительное соглашение № 2) в случае невыполнения СУМ по итогам каждого месяца обязательства по отгрузке груза в адрес Порта в соответствии с минимальными месячными объемами отгрузки груза, обозначенными в приложении № 1 к Договору, Порт вправе предъявить СУМ, а СУМ должен оплатить Порту штраф (неустойку).

В январе и феврале, сентябре - декабре 2020 года СУМ не исполнил обязательства по Договору по отгрузке в адрес Порта минимальных месячных объемов, фактически отгружено в январе 202 180,94 тонн, в феврале - 230 268,26 тонн, в сентябре 222 710,16 тонн, в октябре 216 903,87 тонн, в ноябре 197 232,02 тонн, в декабре 174 515,74 тнн, в связи с чем, на основании пункта 13 Дополнительного соглашения № 2 Портом начислен штраф в размере 340 024 022 руб. 72 коп.

Акты подтверждения объемов с указанием размера штрафа, направлены в адрес ответчика, однако последним не подписаны.

17.12.2020 и 03.02.2021 Порт направил ответчику досудебные претензии об оплате штрафа, которые были оставлены без удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно пункту 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Как указывалось выше, предметом договора является принятие Портом на себя обязанности оказания заказчику услуги по перевалке экспортных грузов - угольной продукции, и встречной обязанности заказчика предоставлять Порту для перевалки груз в объеме и номенклатуре, предусмотренных Договором, и оплатить в полном объеме услуги Порта.

Такое условие по его экономическому смыслу представляет собой одну из форм реализации принципа "Take or Pay" (бери или плати), который в общем виде прямо не урегулирован российским законодательством. В то же время в силу принципа свободы договора, статьи 1 ГК РФ, а также статьи 421 ГК РФ, устанавливающей порядок квалификации таких правоотношений, отсутствие в российском законодательстве специального регулирования не ограничивает стороны в праве создавать различные договорные конструкции, выходя за рамки обозначенных в ГК РФ, и не дает судам оснований для игнорирования таких условий договора, особенно если это касается предпринимательской деятельности. Уяснение смысла спорного условия и правовых последствий его применения может осуществляться судами применительно к статье 431 ГК РФ о толковании договора. К тому же правовое регулирование, близкое к указанной модели, содержится в некоторых нормативных правовых актах российского законодательства (например, пункты 5 и 16 Правил поставки газа в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 N 162, предполагающие возможность взимания при определенных условиях платы за невыбранный газ либо согласованной условиями договора санкции).

Само по себе условие "Take or Pay" не образует особый вид договора, подобный принцип взаимодействия сторон может быть частью различных договоров

По своей правовой природе условие "Take or Pay", включенное сторонами данного спора в договор, состоит из двух обособленных, но тесно связанных между собой обязательств.

Первое обязательство ("take" или "бери") предполагает наличие у заказчика (покупателя) субъективного права получить от другой стороны (исполнителя, поставщика) определенный объем характерного исполнения за конкретный период времени, в то время как на другой стороне лежит корреспондирующая обязанность это исполнение предоставить. В силу принципа свободы усмотрения при реализации гражданских прав, автономии воли субъектов гражданского оборота (пункты 1, 2 статьи 1, пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 9 ГК РФ) названное субъективное право может как реализовываться заказчиком, так и нет; судьба данного обязательства в рамках обозначенной договорной модели полностью зависит от воли и усмотрения управомоченной стороны (заказчика, покупателя).

В рамках второго обязательства ("pay" или "плати") субъективное право принадлежит уже другой стороне (исполнителю, поставщику) и может быть ею реализовано независимо от осуществления контрагентом своего права в рамках первого обязательства. Таким образом, контрагент обязан заплатить оговоренную в соглашении сумму, даже если он не получил характерное исполнение со стороны исполнителя.

Следует заметить, что нарушение принципа возмездности обмена материальными благами в данном случае не происходит, поскольку заказчик получает встречное предоставление в виде дополнительных преимуществ, имеющих самостоятельную стоимость, например, резерв производственных мощностей под его нужды (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2021 N 305-ЭС21-10216).

Исходя из существа рассматриваемых правоотношений, суд полагает, что в данном случае в спорном договоре реализован принцип "Take or Pay" (бери или плати).

Часть 2 статьи 1 ГК РФ предусматривает, что граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В пункте 43 Постановления N 49 разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Кодекса, другими положениями Кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Кодекса).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Кодекса). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Кодекса). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

При толковании условий договора суд с учетом особенностей конкретного договора вправе применить как приемы толкования, прямо установленные статьей 431 Кодекса, иным правовым актом, вытекающие из обычаев или деловой практики, так и иные подходы к толкованию. В решении суд указывает основания, по которым в связи с обстоятельствами рассматриваемого дела приоритет был отдан соответствующим приемам толкования условий договора (пункт 46 Постановления N 49).

Из приведенных норм и разъяснений Постановления N 49 следует, что предусмотренное статьей 431 Кодекса толкование условий договора направлено на установление судом согласованного волеизъявления сторон договора и подлежит применению в случаях, когда отдельные условия письменного договора сформулированы его сторонами неясно и неточно.

Осуществляя толкование условий договора, суд сначала анализирует буквальное значение содержащихся в тексте договора слов и выражений (буквальное толкование). Учитывая, что условия договора являются согласованными частями одного договора, значение конкретного условия договора подлежит установлению судом путем сопоставления с другими условиями этого договора, смыслом договора в целом, а также с учетом существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (системное толкование).

Если такой подход не позволяет установить содержание условия договора, суд должен перейти к следующему этапу его толкования. На этом этапе суду необходимо выяснить действительную общую волю сторон договора с учетом цели договора и принимая во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2020 N 9-ПВ-19).

Согласно пункту 11 Постановления N 16 в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Согласно пункту 4.1 договора, стороны несут друг перед другом материальную ответственность в случаях, когда невыполнение условий договора произошло по вине одной из сторон, каждый случай убытка (реального ущерба) или уплаты штрафы должен быть обоснован.

При этом, согласно пункту 13 Дополнительного соглашения № 2 в случае невыполнения СУМ по итогам каждого отчетного месяца обязательства по отгрузке в адрес Порта в соответствии с минимальными объемами отгрузки груза, обозначенными в приложении № 1 к Договору, Порт вправе предъявить СУМ, а СУМ должен оплатить Порту штраф. Размер штрафа фиксируется сторонами путем подписания акта расчета штрафа. Ни одна из сторон не вправе отказаться от подписания акта расчета штрафа.

Таким образом, в дополнительном соглашении стороны согласовали уплату штрафа вне зависимости от наличия вины СУМ при невыполнении по итогам каждого отчетного месяца обязательства по отгрузке в адрес Порта в соответствии с минимальными объемами отгрузки груза, и указанный штраф, исходя из конструкции договора ("Take or Pay" (бери или плати)) представляет собой плату, а не меру ответственности.

Об указанном, в частности, свидетельствует пункт 4.4. договора, предусматривающий перечень обязательств, за нарушение которых СУМ несет ответственность перед Портом. В числе данных обязательств не значится нарушение заказчиком обязательств по передаче согласованного объема груза.

Также, о том, что согласовывая в дополнительном соглашении уплату штрафа за невыполнение ответчиком объема отгрузки, стороны не обусловливали его начисление наличием/отсутствием вины СУМ, свидетельствуют ранее исполненный сторонами договор №18-01/Э/1/2018 от 01.01.2018, дополнительное соглашение к нему с аналогичными условиями (том 4 л.д. 2-28). По указанному договору штраф за апрель 2018 года оплачен СУМ (том 4 л.д.31), при этом основания недовоза согласованных объёмов груза являются и рассматриваемые в настоящем деле обстоятельства – частичное согласование заявок со стороны РЖД и наличие кода 303 при исполнении заявок (том 4 л.д. 33-81).

Указанное выше свидетельствует об одинаковом понимании сторонами договора условий дополнительного соглашения о начислении штрафа ввиду недовоза грузов без учета наличия/отсутствия вины СУМ.

Принимая во внимание предшествующие договорные отношения, заключенные на аналогичных условиях, суд полагает доводы ответчика об уплате штрафа лишь при наличии вины, необоснованными и противоречащим в том числе его предыдущему поведению.

При этом, доводы ответчика о том, что добровольная уплата штрафа в 2018 году не относится к предмету спора, а также то обстоятельство, что единоличным исполнительным органом ответчика в тот период являлась управляющая компания, входящая в одну группу с истцом, не свидетельствует о невозможности учета обстоятельства уплаты данного штрафа как свидетельствующего о практике, установившихся во взаимных отношениях сторон по аналогичным обязательствам, но в иной период.

В свою очередь, в пункте 13 Дополнительного соглашения № 2 стороны согласовали порядок расчета штрафа, обстоятельства, освобождающие от уплаты штрафа в отношении объемов, которые не были отгружены из-за (1) неподтверждения Портом в рамках максимальных месячных объемов, (2) некачественной очистки груза в Порту, (3) уменьшения объемов отгрузки при регулировании складских остатков в Порту, (4) официальных запретов экспорта груза и конвенционных запретов РЖД на отгрузку в адрес Порта, (5) форс-мажорных обстоятельств и обстоятельств непреодолимой силы.

При этом в пункте 13 Дополнительного соглашения № 2 отсутствуют какие-либо указания на то, что при расчете размера штрафа не учитываются объемы, в недозавозе которых отсутствует вина ответчика. В этой связи, из буквального содержания пункта 13 Дополнительного соглашения № 2 следует, что ответчик обязан выплатить Порту штраф, в том числе и в случаях, если в недозавозе отсутствует вина Ответчика.

Поскольку основания недозавоза грузов, которые освобождают ответчика от обязанности по оплате штрафа, указаны в пункте 13 Дополнительного соглашения № 2, какие-либо неясности в положениях пункта 13 Дополнительного соглашения № 2 отсутствуют, в этой связи положения пункта 4.1 Договора не подлежат применению при расчете размера штрафа за недозавоз согласованных объемов груза.

При толковании условия договора начислении штрафа судом также учтено следующее.

Уплата заказчиком штрафа за невыполнение согласованного объема без учета наличия либо отсутствия его вины, обоснована со стороны Порта следующим.

Поскольку Порт для исполнения своих обязательств по Договору резервирует мощности согласно максимальным объемам перевалки (350 000 тонн), при этом штраф в случае недозавоза рассчитывается на основании номинальных объемов отгрузки (270 000 тонн), что приносит Порту убытки, ввиду резервирования мощностей Порта для принятия грузов от ответчика и невозможности на согласованные объемы заключения иных договоров с потенциальными контрагентами.

При этом в подтверждение указанного обстоятельства портом в материалы дела представлены реестры заявок на перевалку грузов на 2019 и 2020 гг., согласно которым в адрес порта поступали заявки на заключение договоров перевалки угля на 2020 год от ООО «ТД «Красноярсккрайуголь-Хабаровск», ООО «Бизнес Мастер Логистике ДВ», АО «РЖД Логистика», ООО «НафтаТранс», ООО «Мост», ООО «СМТ Агент» (том 7 л.д. 1-2); письма порта об отказе в заключении договоров перевалки в связи с отсутствием свободной доступной мощности и пропускной способности, которая резервировалась, в том числе, для исполнения обязательств по Договору с СУМ (том 7 л.д. 3 - 8).

В данном случае вследствие невыполнения СУМ согласованных объёмов, перевалочные мощности Порта остались незагруженными при нормативной пропускной способности станции Мыс ФИО6 – 260 вагонов (приложение № 3 к отзыву ответчика (поступил в суд по системе Мой арбитр 26.04.2021), приложение к протоколу осмотра доказательств от 08.02.2021) и фактической пропускной способности до 325 вагонов в сутки, что следует из письма РЖД от 25.05.2021 №30 (том 7 л.д.51), фактически в 2020 году порт принимал в среднем 222,4 вагона в сутки, в подтверждение чего представлен акт сверки среднесуточного числа поданных и убранных локомотивом РЖД вагонов за 2020 год (том 4 л.д. 1).

При этом, резервирование мощностей для принятия грузов от СУМ и номинированных им грузоотправителей связано с технологией перевалки угля в Порту. Так, груз для перевалки в Порт поступает по железной дороге, далее из поступивших железнодорожных вагонов груз перегружается на склад, после чего со склада перегружается на судно. Из-за того, что объем склада и пропускная способность железной дороги являются ограниченными, то в течение месяца Порт способен принять только определенное количество груза.

В спорный период Порт во исполнение своих обязательств по Договору резервировал мощности для принятия грузов от СУМ, на протяжении действия Договора гарантировал СУМ возможность принятия грузов.

При таких обстоятельствах, суд полагает обоснованным соответствующими обстоятельствами со стороны Порта включение в расчет штрафа условия о его исчислении исходя из номинального месячного объема отгрузки в соответствующем месяце, без учета наличия либо отсутствия вины заказчика.

Более того, в пункте 17 Дополнительного соглашения №2 указано, что во всем остальном, что не предусмотрено настоящим дополнительным соглашением, стороны руководствуются Договором М 20-01/Э/1/2020, тем самым, Порт и СУМ закрепили, что положения Дополнительного соглашения № 2 имеют приоритет над положениями Договора в отношении согласованных в дополнительном соглашении условий.

При этом, ссылка ответчика на то, что редакция договора была предложена портом, не имеет значения для настоящего спора, поскольку в условиях пункта 13 Дополнительного соглашения № 2 по начислению размера штрафа отсутствует какая-либо неясность, буквальное толкование условия пункта 13 соглашения свидетельствует о согласовании сторонами размера штрафа при недозавозе грузов ответчиком за исключением перечисленных в нем оснований освобождения от уплаты штрафа.

При заключении договора и дополнительного соглашения к нему, ответчик добровольно принял на себя обязательство передать истцу для оказания услуг по перевалке определённый объем груза ежемесячно, исполнение которого обеспечено штрафом, размер и порядок начисления которого согласован в договоре между сторонами и не обусловлен наличием, либо отсутствием его вины в недозавозе.

Учитывая изложенное выше, исходя из конструкции заключённого договора на условиях принципа "Take or Pay" (бери или плати); цели его заключения по обеспечению портом перевалки переданных заказчиком грузов в согласованном объеме, и в этой связи резервирование мощностей порта; буквального толкования условий пункта 13 дополнительного соглашения, предусматривающих уплату штрафа за недозавоз согласованного объема груза; условий договора (пункты 4.1, 4.4.), не предусматривающих ответственность заказчика в связи недозавозом согласованного объема груза; предшествующую сложившую между странами практику по аналогичным правоотношениям, суд приходит к выводу о согласовании сторонами уплаты заказчиком штрафа, не обусловленного наличием либо отсутствием его вины.

Формула, по которой рассчитывается штраф, согласована сторонами также в пункте 13 Дополнительного соглашения № 2, согласно которой сумма штрафа рассчитывается следующим образом: Р = К х (А - В - С), где: Р - сумма штрафов; К - коэффициент, равный произведению 12,8 (двенадцать и 8/10) и среднего арифметического значения официального курса доллара США, установленного Центральным Банком РФ на официальном сайте по адресу в сети Интернет: http://www.cbr.ru/currency_base/dynamics/ за месяц, предшествующий расчетному. А - Номинальный месячный объем отгрузки Груза, в соответствующем месяце, обозначенный в Приложении № 1 к настоящему Договору; В - количество Груза, фактически предъявленного Заказчиком и/или грузоотправителями, номинированными Заказчиком, к перевозке в адрес Порта по дате календарного штемпеля на железнодорожной накладной (независимо от даты прибытия Груза в Порт) за один календарный месяц. Объемы Груза Заказчика, завозимого в Порт железнодорожным транспортом по согласованным Портом Дополнительным планам, а также Груза, завозимого посредством переадресации в адрес Порта, ранее следовавших в адрес других портов, а так же завозимого в Порт автотранспортом, суммируются с объемами Груза, отгруженного железнодорожным транспортом по Основному плану перевозки; С - количество Груза, которое Порт не подтвердил в рамках Максимальных месячных планов отгрузки Груза, согласованных в Приложении № 1 к настоящему Договору, и/или количество Груза, которое Заказчик не смог отгрузить по какой- либо изуказанных нижепричин: уменьшение объемов отгрузки Заказчиком, вызванное некачественной очисткой Груза в Порту; уменьшение объемов отгрузки Заказчиком при регулировании Заказчиком складских остатков в Порту в пределах нормы единовременного технологического накопления, которая может быть превышена (или превышена на момент такого уменьшения отгрузки) из-за невыполнения Портом норм очистки Груза и/или погрузки судов; официальные запреты экспорта Груза и конвенционные запреты ОАО «РЖД» на отгрузку в адрес Порта; форс-мажорные обстоятельства и обстоятельства непреодолимой силы.

Поскольку ответчик в январе-феврале, сентябре-декабре 2020 года не выполнил обязательств по отгрузке в согласованном объеме, истец начислил штраф в размере 340 024 022 руб. 72 коп.

Расчет судом проверен, признан арифметически верным, произведен с учетом условий договора, предусматривающих определенный порядок (формулу) исчисления штрафа.

При этом, для расчета штрафа и количества недовезенного груза в качестве объема, от которого рассчитывается недовезенный объем, истцом применен номинальный месячный объем (путем вычитания из согласованного размера номинального месячного объема фактически завезённого груза).

В свою очередь, ответчик, не согласившись с расчетом истца и производя контррасчет штрафа исходя из минимального месячного объема отгрузки, не учитывает следующее.

Так, согласно пункту 1.1 Договора Заказчик обязуется предоставить Порту для перевалки груз в объеме и номенклатуре, предусмотренных Договором, и оплатить в полном объеме услуги Порта. Объемы груза согласованы Портом и СУМ в Приложении № 1, в котором определены месячные объемы отгрузки.

Как указано истцом, и доказательств обратного не следует, согласование объемов груза, обязательных к завозу в Порт, экономически обосновано и связано с порядком перевалки грузов в Порту, поскольку перевалочные мощности Порта являются ограниченными (из-за технологических процессов Порт может принять, обработать и отправить обратно определенное количество вагонов с грузами в сутки; фактическая пропускная способность (мощность) совокупности объектов инфраструктуры порта, занятых в технологическом процессе перевалки грузов в порту, также является ограниченной).

В данном случае, для обеспечения максимальной загрузки перевалочных мощностей Порт заключает долгосрочные договоры перевалки с условием take-or-pay - контрагенты Порта обязаны предоставить для перевалки в Порт согласованное количество грузов, в случае предоставления меньшего количества грузов - оплатить Порту штраф по заранее согласованной формуле. Такой штраф, в том числе, направлен на компенсацию убытков Порта, поскольку в случае недозавоза согласованных объемов груза перевалочные мощности Порта простаивают, в связи с чем, у Порта возникают убытки.

Так, в Приложении № 1 Порт и СУМ согласовали максимальные, номинальные и минимальные месячные объемы отгрузки.

По условиям пункта 2.1.3 Договора Порт обязан своевременно подтверждать план завоза грузов Заказчика в объемах, не менее установленных в Приложении № 1, то есть в объемах не менее максимальных месячных объемов завоза (350 000 тонн).

Для обеспечения завоза грузов во исполнение Договора Порт резервирует перевалочные мощности, необходимые для обработки 350 000 тонн ежемесячно, для принятия грузов от СУМ, что подтверждается представленными самим ответчиком расчетами доступной мощности (приложение № 3 к отзыву ответчика (поступил в суд по системе Мой арбитр 26.04.2021), приложение к протоколу осмотра доказательств от 08.02.2021).

При этом, в случае невыполнения Портом обязанности по согласованию заявок в соответствии с максимальными объемами он обязан оплатить СУМ штраф на основании пункта 15 Дополнительного соглашения № 2.

В случае несогласования минимальных объемов в Приложении № 1 СУМ был бы обязан оплачивать Порту штраф в случае завоза в Порт менее номинальных объемов отгрузки (270 000 тонн), а не 245 000 тонн как предусмотрено редакцией пункта 13 Дополнительного соглашения № 2.

В данном случае, включение в договор минимальных месячных объемов отгрузки предоставляет СУМ возможность не отгружать 25 000 тонн (270 000 - 245 000), в случае недозавоза грузов, в пределах которых у СУМ не будет возникать обязанности по оплате штрафа.

Кроме того, полагая, что начисление штрафа необходимо производить исходя из согласованной в дополнительном соглашении формулы, суд также принимает во внимание, что соглашение подписано ответчиком без возражений, основания для применения при расчете штрафа иных показателей, в том числе как указано в контррасчете ответчика исходя из минимального месячного объёма грузов, необоснованно применительно к условиям соглашения между сторонами.

Судом также учтено, что при заключении договора ответчик ознакомился с его условиями, добровольно совершил данную сделку. Каких-либо доводов о наличии или отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о том, что при согласовании спорного условия дополнительного соглашения волеизъявление ответчика не было свободным, им не приведено.

Также, вне зависимости от согласования сторонами уплаты ответчиком штрафа от наличия либо отсутствия его вины, рассмотрев доводы ответчика об отсутствии его вины в неисполнении обязательства, согласованности действий истца и третьего лица, наличия непреодолимой силы в исполнении обязательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

К обстоятельствам, относимым к непреодолимой силе, относятся природные явления (землетрясения, наводнения и т.п.), а также действия и события общественного характера (война, крупномасштабные забастовки, массовые волнения, запретительные меры, принимаемые государственными органами, международными организациями, и т.д.). При этом действие непреодолимой силы должно быть связано с конкретными гражданско-правовыми обязательствами сторон и быть непосредственной причиной невозможности их исполнения или ненадлежащего исполнения.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в абзаце четвертом пункта 12 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Пленум от 23.06.2015 N 25), если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности.

При этом в силу взаимосвязанных положений гражданского законодательства и статьи 65 АПК РФ бремя доказывания наличия непреодолимой силы возложено на лицо, которое подлежит привлечению к гражданско-правовой ответственности.

В данном случае, судом выше установлено, что недозавоз ответчиком согласованных объемов грузов является основанием для начисления штрафа вне зависимости от наличия вины ответчика, за исключением обстоятельств, предусмотренных непосредственно в пункте 13 дополнительного соглашения.

Из представленных в материалы дела заявок явствуют следующие причины отказа в согласовании указанных в них объемов груза:

- отсутствие непревышения предусмотренного заявкой объема груза, иных параметров железнодорожной перевозки пропускным способностям участков инфраструктуры железнодорожного транспорта и (или) перерабатывающим способностям железнодорожных станций по маршруту следования груза (п. 10 Приказа Минтранса России от 06.09.2010 № 192 «Об утверждении Перечня критериев технических и технологических возможностей осуществления перевозки, отсутствие которых является для перевозчика и владельца инфраструктуры основанием отказа от согласования заявки, на перевозку грузов» (далее - Приказ Минтранса России от 06.09.2010 № 192);

- отсутствие у владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта согласования заявки другими организациями, железными дорогами иностранных государств, государственными органами РФ (п. 3 Приказа Минтранса России от 06.09.2010 № 192);

- обстоятельства, при которых запрещено производить операции по погрузке, выгрузке грузов (код 303);

- неподача вагонов, контейнеров из-за неисправности участка, принадлежащего владельцу железнодорожного пути необщего пользования, на котором производятся погрузочно-разгрузочные работы, а также по другим причинам, зависящим от владельцев железнодорожного пути необщего пользования (код 407).

В каждой заявке имеется указание на причины частичного согласования или отказа в согласовании объемов грузов, что следует из представленных самим ответчиком заявкам (приложения №6-10 к отзыву на иск, поступившему по системе Мой Арбитр 26.04.2021).

Ни одна из причин, которая стала основанием для недозавоза согласованных объемов груза (п. 3 и 10 Приказа Минтранса № 228, коды 303 и 407), не связана с отсутствием у Порта возможности принимать вагоны и выборкой перерабатывающей способности по станции назначения - в случае, если отказ или частичное согласование заявки связано с отсутствием у Порта возможности принимать грузы.

Как указано истцом, и ответчиком доказательств обратного не представлено, в случае отсутствия у Порта возможности принимать грузы, РЖД в качестве причины отказа в согласовании в рассмотренной заявке указало на следующее основание – превышение перерабатывающей способности железнодорожных путей необщего пользования грузополучателя, чего в спорный период не было.

При этом, из заявок следует, что грузоотправителями являлись АО «ОФ Антоновская», АО «ТопПром», АО «Междуречье», ООО «ГОФ «Прокопьевская», ООО «Разрез Бунгурский-Северный», а также иные лица, с которыми у Порта договорные отношения отсутствуют.

При таких обстоятельствах, недозавоз согласованных объемов вызван действиями в том числе номинированных ответчиком грузоотправителей, в связи с чем, указанное обстоятельство не является обстоятельством непреодолимой силы и не исключает начисление согласованного сторонами штрафа.

При этом, доводы ответчика о том, что несогласование РЖД заявок с проставлением кода 303 в учетной карточке не зависит от действий грузоотправителей СУМ, подлежат отклонению исходя из следующего.

Так, согласно п. 5.9.1 Приказа МПС РФ от 16.06.2003 №20 «Об утверждении Правил составления учетной карточки выполнения заявки на перевозку грузов железнодорожным транспортом» (далее - Приказ МПС РФ № 20) под кодом 303 в учетной карточке указываются обстоятельства, при которых запрещено производить операции по погрузке, выгрузке грузов, которые указываются в отношении грузоотправителя, но освобождают его от ответственности в отношениях с РЖД.

Соответственно, недопогрузка объемов, связанная с введением кода 303, вводится в отношении грузоотправителя.

При этом, ссылка ответчика на освобождение его от ответственности из-за введения кода 303 (п. 5.9.1 Приказа МПС РФ № 20), подлежит отклонению, поскольку указанный выше порядок регулирует отношения между перевозчиком (РЖД) и грузоотправителем (номинированных ответчиком), освобождение последних от уплаты штрафных санкций перевозчику, а не свидетельствуют об отсутствии обязанности ответчика по оплате штрафа на условиях заключенного между сторонами договора по пункту 13 Дополнительного соглашения № 2.

Доводы ответчика о неверном расчете Портом объема груза, недозавезенного из-за обстоятельств, вызванных введением ограничений на погрузку по коду 407, обоснованные тем, что расчет Порта выполнен математическим путем (умножение количества вагонов на средний вес груза в одном вагоне), однако из-за кода 407 грузоотправители не отгрузили не 27 156,195 тонн угля, а 19 533,205 тонн, подлежат отклонению, исходя из следующего.

Так, Портом при расчете количества недозавезенного из-за кода 407 объема груза (ом 10 л.д. 21) использованы данные о количестве угля в одном вагона из учетных карточек, в которых указывается статическая нагрузка - в среднем от 68,97 тонн до 69,11 угля в вагоне. При этом, согласно пункту 6.2 Приказа МПС РФ от 16.06.2003 № 20 «Об утверждении Правил составления учетной карточки выполнения заявки на перевозку грузов железнодорожным транспортом» (далее - Приказ МПС РФ № 20) количество вагонов, контейнеров, не погруженных по зависящим от грузоотправителя причинам, определяется путем вычитания из итогов графы 4 итогов графы 5 и увеличения полученной разности на количество вагонов, контейнеров, не поданных по причинам, зависящим от грузоотправителя (графа 22 коды 404, 405, 406, 407, 408). Полученный результат должен совпадать с итоговой строкой графы 22. Данные, указанные Портом в таблице (в тоннах), были получены путем умножения данных, указанных в итоговых строках графы 22 учетных карточек (количество вагонов, недозавезенных по зависящим от грузоотправителя причинам), и 69 (количество тонн в одном вагоне), и представляют количество тонн угля, недозавоз которых вызван действиями грузоотправителей (код 407).

Кроме того, из материалов дела, в том числе отзыва на исковое заявление (том 1л.д. 139-147) следует, что между сторонами отсутствует спор об объеме недовезенного груза, так, на станице 3 указанного отзыва ответчик приводит таблицы с указанием объемов фактически отгруженного за спорный период груза. Объемы, указанные ответчиком, совпадают с объемами, указанными Портом в актах подтверждения объемов фактического объема отгрузки грузов за спорный период (том 1 л.д. 87-90, 99-106) и в расчёте исковых требований. При этом, недовезенные из-за кода 407 объемы груза учитываются в общем объеме недозавоза.

Принимая во внимание изложенное выше, судом установлено, что причины частичного согласования со стороны РЖД заявок на перевозку грузов в адрес Порта в январе и феврале 2020 года не связаны с отсутствием у Порта возможности принимать грузы – РЖД отказывал в согласовании заявок по п. 10 Приказа Минтранса России № 192 из-за превышения пропускной способности по участку следования (Кемеровская область – Приморский край), а не из-за превышения перерабатывающей способности Порта на станции назначения; ограничения на погрузку (а не выгрузку) угля по коду 303 не связаны с Портом и возникли в отношениях номинированных СУМ грузоотправителей и РЖД; согласно данным ЭТРАН в январе 2020, т.е. в период, когда согласно позиции СУМ, Порт не мог принимать грузы от СУМ из-за перевалки металлов, 16 353 тонн не были поставлен в Порт из-за кода 407, т.е. в связи с отказом самого грузоотправителя от исполнения согласованной РЖД заявки (заявки №№ 0032376062 (том 3 л.д. 13), 0032384813(том 3 л.д. 17). Недовоз указанных объемов по вине грузоотправителя также признан ответчиком в расчете, который приложен к дополнениям от 23.05.2022.

Суд отмечает, что ни одна из вышеуказанных причин отказа в согласовании РЖД объемов не обусловлена действиями Порта, также исходя из следующего установленного нормативно порядка согласования заявок на этапах перевозки.

Так, согласно статье 11 Федерального закона от 10.01.2003 № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта РФ» для осуществления перевозки грузов железнодорожным транспортом грузоотправитель представляет перевозчику надлежащим образом оформленную и в необходимом количестве экземпляров заявку на перевозку грузов (далее - Заявка). Заявка представляется грузоотправителем с указанием количества вагонов и тонн, железнодорожных станций назначения и других предусмотренных правилами перевозок грузов железнодорожным транспортом сведений. В заявке грузоотправитель должен указать срок действия заявки, но не более чем сорок пять дней.

Согласно пункту 4 Приказа Минтранса России от 27.07.2015 №228 «Об утверждении Правил приема перевозчиком заявок грузоотправителей на перевозку грузов железнодорожным транспортом» (далее - Приказ Минтранса № 228) заявки на перевозку грузов представляются не менее чем за десять дней до начала перевозок грузов при перевозке грузов в прямом железнодорожном сообщении и не менее чем за пятнадцать дней до начала перевозок грузов при перевозке грузов в прямом и непрямом международном и смешанном сообщениях, а также если пунктами назначения указаны порты.

Согласно пункту 11 Приказа Минтранса № 228 перевозчик обязан рассмотреть поступившую заявку на перевозку грузов в течение двух дней. Срок рассмотрения заявки на перевозку грузов исчисляется от даты регистрации ее поступления перевозчику.

В соответствии со статьей 11 Устава перевозчик имеет право отказать в согласовании заявки на перевозку грузов в случае:

1)введения согласно статье 29 Устава прекращения или ограничения погрузки, перевозки грузов по маршруту следования груза;

2)отказа владельца инфраструктуры в согласовании заявки на перевозку грузов;

3)обоснованного отсутствия технических и технологических возможностей осуществления перевозки;

4)отсутствия железнодорожного подвижного состава, контейнеров, принадлежащих перевозчику и необходимых для осуществления перевозок;

5)в ином случае, предусмотренном Уставом, иными нормативными правовыми актами.

Так, согласно законодательно закрепленной процедуре согласования заявок на перевозку железнодорожным транспортом Порт подтверждает возможность принятия грузов, окончательные объемы согласования зависят от правоотношений РЖД и номинированных СУМ грузоотправителей:

(1)Грузоотправитель, номинированный СУМ, подает заявку на перевозку грузов по форме ГУ-12 (п. 3 Приказа Минтранса № 228);

(2)РЖД как владелец инфраструктуры рассматривает поступившую заявку (п. 11 Приказа Минтранса № 228);

(3)В случае согласования со стороны РЖД как владельца инфраструктуры заявка поступает в Порт (п. 8.1 Соглашения об оказании информационных услуг и предоставлении электронных сервисов в сфере грузовых перевозок», утверждённое приказом ОАО «РЖД» от 18.12.2017 №2633/р);

(4)Порт рассматривает и согласует заявку на перевозку грузов (п. 8.2 - 8.4 Соглашения об оказании информ. услуг РЖД);

(5)Заявка поступает на согласование в Центр фирменного транспортного обслуживания (далее-ЦФТО) РЖД;

(6)ЦФТО РЖД принимает решение о финальном объеме согласования заявки (п. 8.6 Соглашения об оказании информ. услуг РЖД).

Соответственно, в рамках указанной процедуры Порт на промежуточном этапе согласования заявки подтверждает возможность принятия грузов, а окончательные объемы согласования находятся вне сферы контроля Порта и зависят от отношений ответчика, номинированных им грузоотправителей и РЖД.

Таким образом, РЖД на этапе согласования заявок на перевозку является контрагентом грузоотправителей, которые могут быть номинированы ответчиком в рамках исполнения Договора, в силу соответствующей нормативно закреплённой процедуры.

О том, что на этапе принятия вагонов к перевозке РЖД является контрагентом грузоотправителей СУМ, а не Порта, подтверждено представителем РЖД в судебном заседании 04.05.2022, в письменном отзыве на иск (том 10 л.д. 56-57).

Порт в рассматриваемых отношениях является организацией, производящей перевалку груза, подлежащего отправке в непрямом международном сообщении, и соответственно, участвует в процедуре согласования заявок, подаваемых в РЖД.

В свою очередь, Порт в рамках исполнения договора подтверждал ответчику и номинированным им грузоотправителям возможность принятия указанных в заявках объемов грузов, что следует из информации системы ЭТРАН (том 2 л.д.136-138, том 3 л.д. 1-251).

Таким образом, поскольку на этапе согласования заявок на перевозку РЖД является контрагентом СУМ или номинированных им грузоотправителей, за действия которых СУМ несет ответственность по Договору на основании статьи 403 ГК РФ, окончательные объемы согласования объемов грузов находятся вне сферы контроля Порта, то риск несогласования или частичного согласования заявок со стороны РЖД лежит на СУМ и не может перекладываться на Порт.

При этом доводы ответчика о согласованности действий истца и третьего лица не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в том числе судом учтены обстоятельства того, что частичное согласование или отказ в согласовании заявок на перевозку грузов является обычной практикой в сфере железнодорожных перевозок. Так, в 2018, 2019 гг. РЖД также частично согласовывал заявки номинированных СУМ грузоотправителей по перевозке угля в адрес Порта (том 4 л.д. 32-86), в связи с чем, СУМ в предыдущие периоды также оплачивал Порту штраф (том 4 л.д. 29-31).

Более того, суд полагает необходимым отметить, что согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ответчика основным видом деятельности является - Торговля оптовая твердым топливом; одним из дополнительных видов деятельности является - Деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки.

Таким образом, ответчик, как лицо, являющееся профессиональным субъектом в области перевозки в том числе твёрдого топлива, при заключении договора в 2020 году и согласовании объемов, мог предвидеть риски отказа в согласовании заявок на такие объемы со стороны РЖД, а также должен был учитывать риск наступления неблагоприятных последствий ввиду неполного согласования РЖД заявленных к перевозке объемов грузов, в связи с чем, риски неполного согласования заявок на перевозку со стороны РЖД не могут перекладываться на Порт.

При таких обстоятельствах, ответчик на свой предпринимательский риск определял в Договоре объемы угля, которые он обязан завезти в Порт, а в случае недозавоза - оплатить Порту штраф.

При этом риски недозавоза согласованных объемов не могут перекладываться на Порт, поскольку определение возможных объемов поставки угля с учетом предшествующих взаимоотношений с РЖД находится в сфере контроля СУМ, а Порт при заключении Договора подтвердил возможность принятия согласованных объемов угля от СУМ и в дальнейшем резервировал необходимую мощность, отказывая в заключении договоров и согласовании заявок иным контрагентам, что подтверждено соответствующим доказательствами.

Принимая во внимание изложенное выше, учитывая, что начисление штрафа не обусловлено отсутствием вины ответчика, согласованный сторонами порядок и условия начисления штрафа, обоснование со стороны порта в данном случае согласования условия о размере штрафа, исчисляемого исходя из номинальных объемов, обусловленного простоем порта на недозавезенные объемы, отсутствием доказательств наличия форс-мажорных обстоятельств, суд полагает приведенный истцом расчет штрафа верным, а контррасчет ответчика, составленный исходя из минимальных объемов груза, а также исключением из расчета объемов, в согласовании которых отказано РЖД, не соответствующим условиям договора и дополнительного соглашения к нему.

Доводы ответчика о злоупотреблении истцом своими правами и совершения им действий с намерением причинения вреда ответчику, отсутствия своей вины в неисполнении обязательства, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Ответчик полагает, что злоупотребление правом со стороны истца выражается в том, что между ним и третьим лицом имеет место наличие договорных отношений об организации работы по перевалке, в связи с чем, истец заведомо знал о невозможности предоставления ответчиком Порту объемов согласованных объемов груза, однако обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Также указал, что на официальном сайте Порта размещена информация о расчете доступной мощности Порта на 2020 год, из содержания которой следует, что была установлена определенная пропускная способность как в отношении угля, так и в отношении металла, при этом отгрузка последнего была превышена в январе и ноябре 2020 года, что, по мнению ответчика, привело к отказу ОАО «РЖД» в согласовании ответчику перевозки согласованных с истцом объемов. Полагает, что сокращение плана перевозок по отгрузке угля вызвано согласованностью действий истца, третьего лица, иных грузоотправителей металла, направлено на получение повышенной выгоды, учитывая, что стоимость услуг по перевозке металла превышает стоимость услуг по перевозке угля. Полагает, что истец, обладая указанной выше информацией о пропускной способности Порта по перевозке угля и металла, действовал согласованно с ОАО «РЖД».

В свою очередь, материалами дела подтверждено, что Порт надлежащим образом исполнял свою обязанность по согласованию заявок номинированных ответчиком грузоотправителей, в том числе в большем объёме, чем предусмотрен объем груза, возможность приема которого Порт обязан подтвердить по договору, что подтверждается представленной в материалы дела истцом справочной информацией (том 2 л.д. 21-100), а также сведениями из системы АС ЭТРАН на 2020 год (приложение №2 к дополнениям к возражениям на отзыв, поступившим по системе Мой Арбитр 26.05.2021).

Позиция ответчика о том, что истец отдавал предпочтение на согласование заявок на перевалку металла, учитывая превышение стоимости услуг по перевалке металла над стоимостью услуг по перевалке угля, также не обоснованы и не подтверждены соответствующими доказательствами.

Напротив, согласно представленной истцом информации о ценах на услуги по перевалке на 2020 год (том 2 л.д.101), стоимость перевалки 1 тонны металла для Порта ниже стоимости перевалки 1 тонны угля, что опровергает доводы ответчика о заинтересованности истца в снижении объёма перевалки угля в предпочтение металлу.

Также, согласно данным истцом в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пояснениям, у Порта имеется 8 погрузочных причалов на стороне, к которой примыкает ст. Мыс ФИО6 – 3 причала используются под погрузку металла, 5 – под погрузку угля 2. При этом, по технологии перевалки использовать причал для перевалки груза иной номенклатуры невозможно (например, для перевалки угля требуется оборудования причалов подпорными стенками по периметру штабеля угля и т.д., что не требуется для перевалки металлов). Соответственно, уголь и металл переваливаются на отдельных закрепленных для каждого вида грузов причалах, в связи с чем, перевалка Портом металла никак не повлияла на возможность принимать грузы от СУМ.

Доводы ответчика о согласованности действий ОАО «РЖД» и истца предположительны и документально в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждены.

И, более того, как указано выше, материалами дела подтверждён факт возможности принятия Портом груза в согласованных в договоре объемах.

Отклоняя ходатайство ответчика об истребовании у истца и ОАО «РЖД» копии договора №265 от 29.06.2011 на эксплуатацию пути необщего пользования АО «Евраз НМТП», обоснованное тем, что указанное доказательство позволит выяснить природу взаимоотношений Порта и РЖД и определить, на какой из сторон лежит риск несогласования спорных заявок, суд отмечает следующее.

Судом выше установлено, что из представленных в дело доказательств следует, что причины несогласования, неполного согласования объёмов груза со стороны РЖД не обусловлены отсутствием у порта перерабатывающей способности по станции назначения. В случае наличия такой причины, в заявке РЖД было бы указано на превышение перерабатывающей способности железнодорожных путей необщего пользования грузополучателя согласно договора на подачу/уборку вагонов. К примеру, истцом в материалы дела представлена заявка № 0037987812 за иной период, в которой в качестве причины отказа в согласовании объёмов указано на превышение перерабатывающей способности железнодорожных путей необщего пользования грузополучателя.

Однако такие причины отказа РЖД при согласовании спорных заявок отсутствуют, в этой связи ответчик не обосновал в соответствии со статьёй 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимость исследования истребуемого им доказательства, его относимость к предмету рассматриваемого спора с учётом представленных в дело иных доказательств, в том числе спорных заявок, причины отказа в согласовании объема в которых ответчиком не оспариваются.

При таких обстоятельствах, суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства ответчика.

В обоснование наличия непреодолимой силы ответчик также ссылается на утверждение Министерством энергетики РФ плана экспортных перевозок угольной продукции в связи с принятием Постановления Правительства РФ от 22.05.2020 №734 «О внесении изменений в Правила недискриминационного доступа перевозчиков к инфраструктуре железнодорожного транспорта общего пользования» существенно ниже запланированных объемов отгрузки.

Согласно пункту 13 дополнительного соглашения №2 при расчете штрафа исключается объем груза, который заказчик не смог отгрузить, в том числе вследствие форс-мажорных обстоятельств и обстоятельств непреодолимой силы.

В пункте 5.1 договора указано, что ни одна из Сторон не несет ответственности перед другой Стороной за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по настоящему Договору, обусловленное действием обстоятельств непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, объявленных компетентными органами в установленном порядке, в том числе: объявленной или фактической войной, гражданскими волнениями, эпидемиями, блокадами, эмбарго, пожарами, землетрясениями, наводнениями и другими природными стихийными бедствиями, изданием актов органов государственной власти, конвенционных запретов на перевозки грузов, а также аварии или аварийные ситуации на горнодобывающих/перерабатывающих предприятиях грузоотправителей, номинированных Заказчиком, в том числе связанных с приостановкой (запретом) государственным органом деятельности указанных предприятий; аварии в Порту, полностью препятствующие проведению погрузо-разгрузочных работ с Грузом Заказчика, приостановление деятельности одной из сторон по решению суда (по искам Росприроднадзора, Роспотребнадзора,Прокуратуры и других государственных органов) конвенционные запреты и ограничения на перевозки грузов, инициированные ОАО «РЖД» по причинам, не зависящим от Порта и/или Заказчика; а также обстоятельств, которые Стороны (Сторона) при должной осмотрительности ни коим образом не могли предвидеть или повлиять на них.

При этом, согласно пункту 5.2 договора сторона, которая ссылается на какое-либо из обстоятельств, указанных п. 5.1. договора, обязана известить другую Сторону в течение 7 (семи) рабочих дней о наступлении и/или прекращении действия этого обстоятельства. Сторона, затронутая этим обстоятельством, если своевременно не объявит о его наступлении, не может ссылаться на него, кроме случаев, когда это обстоятельство препятствовало отправлению такого сообщения. Надлежащим подтверждением вышеуказанных обстоятельств является документ Торгово-промышленной палаты Российской Федерации или иного компетентного органа Российской Федерации.

Однако, доказательств соблюдения в указанной части согласованного сторонами в договоре порядка по извещению Порта о форс-мажоре, представления документа ТПП или иного органа, ответчиком в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Таким образом, поскольку ответчиком не соблюдён установленный договором порядок подтверждения наступления форс-мажорного обстоятельства, основания для освобождения от уплаты штрафа суд не усматривает.

Более того, указанное Постановление принято 22.05.2020, вступило в силу 04.06.2020, таким образом, на начисление штрафов за январь и февраль 2020 года свое действие не распространяет.

Ссылаясь на невозможность отгрузки в Порт согласованных объёмов, ввиду утверждения Минэнерго РФ планов экспортных перевозок угольной продукции, ответчик не обосновал обстоятельства невозможности обеспечения исполнения обязательства в согласованных объемах в период с сентября по декабрь 2020 года.

В свою очередь, согласно представленным в материалы дела ответчиком с отзывом (поступил по системе Мой арбитр 26.04.2021) приказам Минэнерго РФ об утверждении планов экспортных перевозок, грузоотправителям (АО «ОФ Антоновская», АО «ТопПром», АО «Междуречье», ООО «ГОФ «Прокопьевская», ООО «Разрез Бунгурский-Северный»), которые согласно пункту 1.3 договора могут быть номинированы ответчиком, в период с сентября по декабрь 2020 года была обеспечена возможность произвести отгрузку угля в согласованных в договоре минимальных объемах, поскольку исходя из содержания указанных выше приказов следует предоставление номинированным ответчиком лицам количества вагонов в сутки (объем груза, согласованный Минэнерго РФ в сентябре 312156 т, в октябре 314 005,2 т, в ноябре 321471 т, в декабре 356 763, 81 т), позволяющим перевезти объем угля, превышающий согласованный сторонами в договоре минимальный месячный объем по договору (245 000 тонн).

Более того, ссылаясь на наличие непреодолимой силы в исполнении обязательств в согласованном объеме, ответчик также не представил доказательства принятия им мер по ведению переговоров с истцом в связи с принятием Постановления Правительства №734 от 22.05.2020, что опровергает его доводы о том, что он считал принятие данного постановления форс-мажорным обстоятельством.

При таких обстоятельствах, указываемые ответчиком обстоятельства, не являются обстоятельствами непреодолимой силы.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Истец, являясь участником гражданско-правового оборота, воспользовался предоставленным ему законом правом на предъявление к контрагенту требований об уплате штрафа, что не является злоупотреблением правом, а направлено на защиту нарушенного права истца от ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по договору.

Проверив довод ответчика о злоупотреблении правами, суд не установил обстоятельств злоупотребления истцом своими правами, оснований для применения положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Ответчиком также заявлено о снижении штрафа по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая его несоразмерным последствиям нарушения обязательства, направленной на обогащение истца.

Судом установлено, что стороны, согласовав в пункте 13 дополнительного соглашения №2 уплату штрафа, по сути, предусмотрели встречную плату заказчиком за неисполнение обязательства по принципу "Take or Pay" (бери или плати) за недозавоз СУМ согласованных объемов груза, по своей природе не являющимся неустойкой за ненадлежащее исполнение денежного обязательства, а элементом специального договорного условия «take-or-рау», платы за представление портом встречного обязательства по резервированию и приемке от ответчика согласованных объёмов грузов. Как указывалось выше, по условию «take-or-рау» контрагенты Порта обязаны предоставить для перевалки в Порт согласованное количество грузов, в случае предоставления меньшего количества грузов - оплатить Порту штраф по заранее согласованной формуле. Такой штраф, в том числе, направлен на компенсацию убытков Порта - в случае недозавоза согласованных объемов груза перевалочные мощности Порта простаивают, в связи с чем у Порта возникают убытки.

В этой связи, оснований для снижения его размера по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не усматривает.

Вместе с тем, рассматривая доводы ответчика о несоразмерности начисленного штрафа, допущенному неисполнению обязательства применительно к статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно пункту 69 Постановления N 7 подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 77 Постановления N 7 разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и др.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией. Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Подписывая договор, содержащий условие о размере штрафа в случае невыполнения согласованного объема перевозки, ответчик выразил свое согласие на применение штрафа в определенном размере.

Таким образом, ответчик знал о своей обязанности выплаты штрафа в предусмотренном договором размере в случае невыполнения согласованного объема перевозки.

При таких условиях наступление последствий неисполнения обязательства в виде взыскания договорного штрафа неустойки неизбежно.

Формула расчета штрафа была согласована сторонами и включена в дополнительное соглашение №2 к договору при наличии воли ответчика. Об отсутствии возможности вести переговоры относительно размера штрафа, либо о том, что является слабой стороной договора, ответчик не заявил и судом указанных обстоятельств не установлено.

В настоящем случае, стороны самостоятельно при заключении договора установили размер подлежащего взысканию штрафа, в связи с чем пока не доказано обратное презюмируется то, что рассчитанный таким образом размер штрафа не может являться чрезмерным.

В свою очередь, в обоснование соразмерности начисленной суммы штрафа, истцом произведен расчет суммы неисполненного ответчиком обязательства, который составил 398 442 869,6руб., согласно нижеприведённому расчету.

Согласно пункту 1 Дополнительного соглашения № 2 ставка за перевалку и технологическое накопление груза составляет произведение коэффициента, равного 15, и среднего арифметического значения официального курса доллара США, установленного Центральным Банком РФ за месяц, предшествующий месяцу, в котором осуществляется перевалка.

Месяц

Куре

доллара

Коэффициент (15* Курс доллара)

Объем недовоза, т

Стоимость неисполненного СУМ обязательства (Коэффициент * Объем недовоза), руб*


Январь 2020

62,9375

15 * 62,9375 " 944,0625

67 819,06

944,0625 * 67 819,06 = 64 025 431,33


Февраль 2020

61,7656

15 *61,7656 = 926,484

39 731,74

926,484 * 39 731,74= 36 810 821,4


Сентябрь 2020

73,7968

15 *73,7968 = 1106,952

47 289,84

1106,952* 47 289,84= 52 347 582,97


Октябрь 2020

75,66

15 *75,66 = 1134,9

53 096,13

1134,9*53 096,13= 60 258 797,94


Ноябрь 2020

77,5859

15 *77,5859 = 1163,7885

64 143

1163,7885 *64 143= 74 648 885,76


Декабрь 2020

77,0468

15 *77,0468 = 1155,702

95 484,26

1155,702* 95 484,26= 110 351 350,3



Согласно контррасчету ответчика, размер неисполненных им обязательств перед истцом составил 247 695 299 руб.

Различие в представленных сторонами расчетах стоимости обусловлено принятием за основу объёма незавезенного груза в виде: разницы между фактическим и номинальным (у истца) и фактическим и минимальным (у ответчика).

Полагая в данном случае обоснованным расчет истца, на основании согласованных номинальных (270 000 тонн) месячных объемов отгрузки, поскольку, как уже указывалось судом выше, Порт резервирует для принятия грузов от СУМ мощности, которые соответствуют максимальным (350 000 тонн) объемам отгрузки, суд учитывает взаимосвязь неисполненного обязательства с пунктом 13 дополнительного соглашения №2, поскольку неисполненным со стороны ответчика обязательством признается разница между номинальным и фактическим объемом.

В свою очередь, минимальные месячные объемы отгрузки установлены в интересах ответчика - в случае несогласования минимальных объемов в Приложении № 1 ответчик был бы обязан оплачивать Порту штраф в случае завоза в Порт менее номинальных объемов отгрузки (270 000 тонн), а не 245 000 тонн как предусмотрено редакцией пункта 13 Дополнительного соглашения № 2.

Также ответчиком дополнительно к материалам дела представлены информационные расчеты стоимостного выражения неисполненного обязательства, из которых следует, что стоимостное выражение неисполненного обязательства составило 97 299 105, 43 руб. без учета кодов, или 29 791 415,38 руб. с учетом кодов (302, 303, 407). Между тем, указанные расчеты суд также признает необоснованными, с учетом установленных судом выше обстоятельств отсутствия оснований для освобождения от уплаты штрафа, в том числе по тем заявкам, где отсутствовала вина ответчика.

Более того, в силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, между тем, как указывалось выше, резервирование мощностей для принятия грузов от ответчика и номинированных им отправителей связано с технологией перевалки угля в Порту, при этом, вследствие того, что объем склада, на который приходит перевалка груза, и пропускная способность железной дороги являются ограниченными, то в течение месяца Порт способен принять только определение количество груза, а поскольку Порт резервировал мощности под объёмы, которые должен был отгрузить ответчик, истец был вынужден отказывать в заключении договоров перевалки потенциальным контрагентам и в согласовании заявок по форме ГУ-12 для текущих грузоотправителей, в подтверждение чего истцом в материалы дела представлены поступившие в Порт заявки на заключение договоров перевалки угля от ряда контрагентов и ответы Порта с отказом в заключении договоров.

При этом из-за недозавоза СУМ согласованных объемов перевалочные мощности Порта остались незагруженными: при возможности принимать как минимум 260 вагонов в сутки (нормативная пропускная способность ст. Мыс ФИО6 равна 260 вагонов в сутки, что подтверждается актами расчета доступной мощности (приложены ответчиком в отзыве на иск в электронном виде, 26.04.2021); фактически пропускная способность ст. Мыс ФИО6 может составлять до 325 вагонов в сутки (том 7 л.д. 51) ,фактически Порт принимал в среднем 222,4 вагона в сутки, что подтверждено письмом РЖД ( том 4 л,д. 1).

Таким образом, резервирование мощностей для принятия грузов от ответчика и недозавоз ответчиком согласованных объемов, свидетельствует о неблагоприятных экономических последствиях для истца в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств.

Так, согласно представленным истцом сведениям и пояснениям, стоимость перевалки 1 тонны угля без очистки в 2020 году составляла 1296 руб. (том 2 л.д. 101). Фактически в 2020 году Порт принимал в сутки в среднем 222,4 вагона при возможности принимать 260 вагонов. Соответственно, в 2020 Порт мог ежедневно дополнительно принимать как минимум 37,6 вагонов с грузом, однако из-за недозавоза грузов со стороны СУМ и резервированием их Портом для СУМ указанные мощности остались незагруженными. В одном железнодорожном вагоне в среднем перевозится 69 тонн груза.

Истцом приведен расчет размера убытков, в связи с неисполнением ответчиком обязательств по поставке угля в согласованных объёмах, согласно которому минимальный размер убытков порта составляет 605 221 632 руб., согласно следующему расчету: 37,6 (количество вагонов с грузом, которое Порт мог дополнительно ежедневно принимать в 2020) * 69 (количество тонн угля в 1 вагоне) * 30 (среднее количество дней в месяце) * 1296 (стоимость перевалки 1 тонны груза по тарифам Порта) * 6 (количество месяцев, в которые СУМ допущен недозавоз согласованных объемов угля) = 605 221 632 руб.

Указывая на непредставление со стороны истца документального подтверждения размера убытков, между тем, ответчик приведенный истцом расчет не опроверг, доказательств, свидетельствующих об отсутствии у истца убытков, в связи с неисполнением ответчиком обязательств по передаче согласованного объема грузов не представил, тогда как бремя доказывания того обстоятельства, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки лежит на нем (пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

При таких обстоятельствах, учитывая изложенные выше положения, установленный обеими сторонами в договоре размер штрафа, рассчитанный по согласованной формуле, представленные истцом сведения о существенности для него допущенного ответчиком нарушения обязательства, природы заявленного штрафа - не в качестве меры ответственности, а в качестве платы за предоставленное портом встречное исполнение (Порт в спорные периоды резервировал мощности для принятия грузов от ответчика; Порт на протяжении действия Договора гарантировал СУМ возможность принятия грузов), суд приходит к выводу об отсутствии основания для снижения штрафа по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истцом также заявлено о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму штрафа за период с 19.01.2021 по 02.12.2021 в общем размере 15 176 326 руб. 02 коп.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

Расчет процентов судом проверен, признан арифметически верным, произведён с учетом срока направления претензий об уплате штрафов и установленного срока ответа на них по каждому периоду.

Согласно пункту 4 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, предусмотренные настоящей статьей, проценты не подлежат взысканию, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу пункта 5 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации начисление процентов на проценты (сложные проценты) не допускается, если иное не установлено законом. По обязательствам, исполняемым при осуществлении сторонами предпринимательской деятельности, применение сложных процентов не допускается, если иное не предусмотрено законом или договором.

Вместе с тем, штраф, предусмотренный в пункте 13 Дополнительного соглашения №12, по своей природе не является неустойкой за ненадлежащее исполнение денежного обязательства, а является элементом специального договорного условия «take-or-рау», платы за представление портом встречного обязательства по резервированию и приемке от ответчика согласованных объёмов грузов.

При этом гражданское законодательство не содержит прямого запрета на взыскание процентов за пользование денежными средствами при неисполнении лицом обязанности по уплате такого рода штрафа.

Соответственно, поскольку предусмотренный в пункте 13 Дополнительного соглашения №2 штраф по своей природе не является неустойкой за неисполнение денежного обязательства, а является компенсацией по модели «бери или плати» за недозавоз СУМ согласованных объемов груза, в силу принципа диспозитивности гражданского законодательства, не предусматривающего запрет на взыскание процентов при неуплате рассматриваемого в настоящем деле штрафа, суд полагает правомерным начисление истцом процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму штрафа.

Принимая во внимание изложенное выше, исковые требования подлежат удовлетворению в заявленном размере.

В соответствии со статьями 110, 168 АПК РФ при вынесении решения по существу спора суд одновременно распределяет судебные расходы между лицами, участвующими в деле. В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. С учетом объединения дел в одно производство, общий размер государственной пошлины составит 200 000 руб., в связи с чем, излишне уплаченная истцом государственная пошлина в размере 98881 руб. 63 коп. подлежит возврату из федерального бюджета. В остальной части судебные расходы, в том числе за рассмотрение кассационной жалобы, относятся на ответчика.

Указывая в резолютивной части решения на удовлетворение исковых требований в полном объёме, вместе с тем, суд отмечает, что требования о взыскании штрафа в размере 340 024 022 руб. 72 коп., а также 200000 рублей расходов по оплате государственной пошлины, фактически ответчиком исполнены 02.12.2021, о чем свидетельствует платежное поручение №5735 от 01.12.2021 (том 9 л.д.37).

Руководствуясь статьями110, 167-171, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества "Торговый дом Южно-Сибирский" в пользу акционерного общества "Находкинский морской торговый порт" 340 024 022 руб. 72 коп. штрафа, 15 176 326 руб. 02 коп процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 200000 рублей расходов по оплате государственной пошлины.

Возвратить акционерному обществу "Находкинский морской торговый порт" из федерального бюджета 98881 руб. 63 коп. государственной пошлины, уплаченной платёжным поручением №490 от 23.12.2021

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца с момента его принятия. Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.


Судья Т.Н. Куликова