Решение от 30 ноября 2020 г. по делу № А63-7624/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Резолютивная часть решения объявлена 27 ноября 2020 года.

Решение изготовлено в полном объеме 30 ноября 2020 года.


Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Костюкова Д.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании заявление акционерного общества «Электротехнические заводы «Энергомера», г. Ставрополь, ОГРН <***>, к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Ставропольскому краю, г. Ставрополь, ОГРН <***>, об оспаривании решения налогового органа в части,

при участии в судебном заседании представителей: заявителя – ФИО2 по доверенности от 07.07.2020, ФИО3 по доверенности от 25.03.2019; заинтересованного лица – ФИО4 по доверенности 29.09.2020, ФИО5 по доверенности от 12.12.2019,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Электротехнические заводы «Энергомера» (далее – общество, заявитель, налогоплательщик, АО «Энергомера») обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Ставропольскому краю (далее – инспекция, налоговый орган, заинтересованное лицо) о признании недействительным решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 2 от 12.02.2020 в части начисления налога на добавленную стоимость (далее – НДС) в размере 15 559 125 рублей, пени по НДС в сумме 7 536 459 рублей и уменьшения убытков на общую сумму 54 423 589 рублей.

В обоснование требований указано на ошибочность выводов налогового органа о том, что передача обществом на основании договора № 141528-140181 от 01.10.2014 в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» в течение 2014 - 2015 годов оборудования, необходимого для функционирования автоматизированной системы контроля и учета электрической энергии и мощности (далее – АСКУЭ) является для целей налогообложения реализацией соответствующего оборудования и в силу норм статей 39, 146, 271 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс) порождает обязанность по исчислению обществом НДС и влечет возникновение дохода учитываемого для целей определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций. Общество полагает, что указанное оборудование передавалось в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» на период опытной эксплуатации АСКУЭ, в течение которой фактический контроль над оборудованием осуществляло АО «Энергомера», МУП «Каббалккоммунэнерго» не имело возможности реализовывать полномочия собственника в отношении указанного имущества, в том числе использовать его в хозяйственной деятельности. При этом право собственности на спорное оборудование согласно условиям договора № 141528-140181 от 01.10.2014 переходит к МУП «Каббалккоммунэнерго» лишь с момента успешного окончания опытной эксплуатации и достижения АСКУЭ согласованных обществом и МУП «Каббалккоммунэнерго» параметров функционирования данной системы. Общество также указывает на то, что после заключения с МУП «Каббалккоммунэнерго» мирового соглашения от 09.07.2018 в рамках рассмотрения гражданско-правового спора по делу № А63-17868/2017 и достижения АСКУЭ обусловленных с МУП «Каббалккоммунэнерго» характеристик заявителем в полном объеме и надлежащим образом произведено отражение налоговых последствий совершения операций по передаче в собственность МУП «Каббалккоммунэнерго» спорного имущества. Налогоплательщик также полагает, что налоговый орган не учел, что стоимость переданного в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудования включает НДС, в связи с чем, заинтересованное лицо без наличия законных оснований произвело доначисление сумм НДС исходя из указанной цены оборудования, учитывающей в своем составе НДС, что фактически привело к двойному налогообложению.

Кроме этого, указано на допущенные налоговым органом нарушения существенных условий процедуры рассмотрения материалов и проведения выездной налоговой проверки (п. 14 ст. 101 НК РФ), выразившихся в нарушении заинтересованным лицом сроков вынесения решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, что, по мнению заявителя, повлекло излишнее начисление пеней.

Заявитель также считает неправомерным уменьшение налоговым органом убытков по налогу на прибыль организаций в размере 54 423 589 рублей, из которых 35 019 413 рублей по причине несогласия общества с нарушением норм статьи 271 НК РФ и 19 404 176 рублей ввиду отсутствия в решении налогового органа какого-либо обоснования и расчета произведенного уменьшения убытков.

Представители заявителя в судебном заседании поддержали изложенные доводы в полном объеме, просили суд заявленные требования удовлетворить.

Представители заинтересованного лица в судебном заседании с требованиями заявителя не согласились по основаниям, изложенным в отзыве на заявление и дополнениях к нему, считают оспариваемое решение законным и обоснованным.

Указали, что проведенной налоговой проверкой установлены обстоятельства, указывающие на нарушение обществом положений статей 146, 271 НК РФ, так как передача оборудования по договору № 141528-140181 от 01.10.2014 от общества в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» по своему экономическому смыслу и содержанию является реализацией и подлежит учету для целей налогообложения в период совершения соответствующих хозяйственных операций 4 квартал 2014 года, 1-4 кварталы 2015 года.

Налоговый орган также указывает на то, что при проведении налоговой проверки и рассмотрении ее материалов не было допущено каких-либо существенных нарушений норм, регламентирующих порядок проведения налоговых проверок и производства по делам о налоговых правонарушениях, арифметический расчет сумм убытков по налогу на прибыль организаций, предложенных обществу к уменьшению, является верным, двойного обложения налогом на добавленную стоимость операций по реализации товаров в рассматриваемом случае налоговым органом не допущено, так как спорные первичные документы не содержат указания на то, что стоимость предаваемого от общества в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» включает НДС.

Выслушав доводы и пояснения представителей сторон, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд находит требования заявителя подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается, что оспариваемое решение вынесено по результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, проведенной инспекцией в отношении налогоплательщика с 26.12.2017 по 20.08.2018, предметом которой являлась проверка правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты всех налогов и сборов, уплачиваемых заявителем за период с 01.01.2014 по 31.12.2016.

Не согласившись с законностью и обоснованностью решения налогового органа заявитель, обратился в вышестоящий налоговый орган – Управление Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю с апелляционной жалобой, решением которого от 20.05.2020 № 08-19/011920 жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решение налогового органа является незаконным и необоснованным, заявитель обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исходя из положений части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В силу положений пункта 1 статьи 54 НК РФ налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

Из содержания пункта 1 статьи 39 НК РФ следует, что реализацией товаров, работ или услуг организацией признается соответственно передача на возмездной основе (в том числе обмен товарами, работами или услугами) права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, возмездное оказание услуг одним лицом другому лицу, а в случаях, предусмотренных НК РФ, передача права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, оказание услуг одним лицом другому лицу - на безвозмездной основе.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ возмездная и безвозмездная реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации является объектом налогообложения НДС.

Налоговая база по НДС при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 105.3 НК РФ, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога (п. 1 ст. 154 НК РФ).

По смыслу статьи 166 НК РФ моментом определения налоговой базы по НДС при реализации товаров (работ, услуг) является день их отгрузки.

В силу статьи 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, под которой понимаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Для целей исчисления налога на прибыль организаций доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных (п. 1 ст. 249 НК РФ).

При этом по общему правилу для доходов от реализации датой получения дохода при методе начисления признается дата реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), определяемой в соответствии с пунктом 1 статьи 39 НК РФ, независимо от фактического поступления денежных средств (иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав) в их оплату (п. 3 ст. 271 НК РФ).

Согласно части 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Передачей признается вручение вещи приобретателю, а равно сдача перевозчику для отправки приобретателю или сдача в организацию связи для пересылки приобретателю вещей, отчужденных без обязательства доставки (абз. 1 п. 1 ст. 224 ГК РФ).

При этом в силу абзаца 2 части 1 статьи 224 ГК РФ вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

Из содержания части 1 статьи 431 ГК РФ следует, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (абз. 2 п. 4 ст. 421 ГК РФ).

В силу правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума ВАС РФ от 19.11.2013 № 8668/13 по делу № А82-3890/2012, квалификация договора определяется не названием, а его содержанием. Также квалификация гражданско-правовых обязательств осуществляется с учетом фактического исполнения условий сделок, на основании которых возникли указанные правоотношения (определение Верховного Суда РФ от 30.10.2017 № 302-КГ17-15230 по делу № А74-10158/2016).

По смыслу пункта 1 статьи 54 НК РФ налоговые последствия влекут не сами гражданско-правовые сделки, а совершаемые во исполнение этих сделок финансово-хозяйственные операции (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.11.2011 № 148).

Согласно разъяснениям, отраженным в пункте 7 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 № 98, условия гражданско-правовых сделок принимаются во внимание при определении налоговых последствий операций, совершаемых на их основании лишь в том случае, когда данные условия отражают фактические отношения сторон сделки и реальные финансово-экономические результаты их деятельности.

Кроме этого, в силу пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.

Из материалов дела следует, что между ЗАО «Энергомера» (исполнитель) и МУП «Каббалккоммунэнерго» (заказчик) заключен договор № 141528-140181 от 01.10.2014, согласно которому исполнитель обязуется на период опытной эксплуатации системы учета поставить заказчику оборудование производства ЗАО «Энергомера» и оборудование сторонних производителей, необходимое для функционирования системы в соответствии с приложением № 1 к указанному договору с подписанием формы МХ-1, а заказчик принять на опытную эксплуатацию поименованное в приложении № 1 к договору оборудование

Срок опытной эксплуатации электронных счетчиков и элементов АСКУЭ КТС Энергомера составляет 180 календарных дней со дня запуска АСКУЭ в опытную эксплуатацию (п. 2.2 договора № 141528-140181 от 01.10.2014). При этом в силу п. 2.3 указанного договора срок отгрузки электронных счетчиков электроэнергии и элементов АСКУЭ КТС Энергомера составляет 60 дней с момента подписания договора № 141528-140181 от 01.10.2014.

Цена договора определена сторонами в размере 95 500 000 рублей, в том числе НДС 14 567 796,61 рубля, оплата по договору осуществляется согласно графику финансирования, являющегося приложением к договору (п. 3.1, 3.4 договора № 141528-140181 от 01.10.2014).

Также между ЗАО «Энергомера» (подрядчик) и МУП «Каббалккоммунэнерго» (заказчик) заключен договор подряда № 141894-140181 от 24.11.2014, согласно которому подрядчик по заданию заказчика обязуется выполнить проектно-изыскательские, сметно-монтажные и пусконаладочные работы для создания системы учета электроэнергии с автоматизированным сбором данных по объекту «система учета электроэнергии МУП «Каббалккоммунэнерго» в г.о. Нальчик» и сдать результаты заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и оплатить его в порядке, предусмотренном договором.

Согласно пункту 8.1 договора подряда № 141894-140181 от 24.11.2014 материалы и оборудование, необходимое для выполнения работ, предоставляется заказчиком и определяется приложением № 4 к договору подряда.

В силу пункта 11.1 договора подряда № 141894-140181 от 24.11.2014 право собственности на результат работ, выполненных подрядчиком, возникает у заказчика в момент подписания акта выполненных работ.

Вопреки утверждению общества, положения договора № 141528-140181 от 01.10.2014 не определяют момент перехода права собственности на передаваемое МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудование, в том числе, не содержат условия о переходе права собственности и риска гибели либо повреждения передаваемого оборудования с момента подписания акта о прохождении опытной эксплуатации и передаче в промышленную эксплуатацию автоматизированной системы коммерческого учета электроэнергии.

Из содержания приложения № 4 к договору подряда № 141894-140181 от 24.11.2014, которым определен перечень материалов, передаваемых от МУП «Каббалккоммунэнерго» в отношении общества и приложения № 1 к договору № 141528-140181 от 01.10.2014, определяющего состав оборудования, предаваемого от АО «Энергомера» в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» следует, что отраженное в указанных документах оборудование является тождественным по своему наименованию и количеству.

На основании актов по форме МХ-1 и товарных накладных № ЗАО00000080 от 03.02.2015, № ЗАО00000116 от 18.02.2015, № РЗК50605 от 17.06.2015, № 22 от 14.04.2015, № АО000000459 от 17.07.2015, № РЗК51789 от 17.07.2015, № РЗК51803 от 17.07.2015, № АО000000460 от 17.07.2015, № ЗАО00000119 от 19.02.2015, № 413 от 25.12.2014, № РЗК46423 от 19.02.2015, № РЗК46424 от 19.02.2015, № ЗАО00000120 от 19.02.2015, № ЗАО00000115 от 18.02.2015, № ЗАО0000076 от 03.02.2015, № ЗАО00000197 от 23.03.2015, № ЗАО00000196 от 23.03.2015, № РЗК47471 от 23.03.2015, № РЗК47470 от 23.03.2015, № РЗК47469 от 23.03.2015, № РЗК45693 от 31.01.2015, № РЗК44904 от 16.01.2015, № РЗК44594 от 27.12.2014, № РЗК44903 от 16.01.2015, № РЗК44593 от 27.12.2014, № РЗК44596 от 27.12.2014, № РЗК44556 от 26.12.2014, № РЗК47473 от 23.03.2015, № РЗК47472 от 23.03.2015, № РЗК45918 от 06.02.2015, № РЗК45919 от 06.02.2015, № РЗК45920 от 06.02.2015, № РЗК45938 от 06.02.2015, № РЗК45943 от 06.02.2015, № РЗК46363 от 18.02.2015, № РЗК46364 от 18.02.2015, № РЗК46367 от 18.02.2015, № РЗК46429 от 19.02.2015, № РЗК46430 от 19.02.2015, № РЗК46431 от 19.02.2015, № РЗК46365 от 18.02.2015, № РЗК45921 от 06.02.2015, № РЗК46421 от 19.02.2015, № РЗК52836 от 13.08.2015, № РЗК52836 от 13.08.2015, № РЗК52664 от 07.08.2015, № РЗК50300 от 08.06.2015, № РЗК50260 от 04.06.2015, № РЗК50213 от 03.06.2015, № РЗК50206 от 03.06.2015, № РЗК49144 от 30.04.2015, № РЗК49103 от 29.04.2015, №РЗК38439 от 15.04.2015, № РЗК49525 от 18.05.2015, № РЗК49391 от 14.05.2015, № РЗК49359 от 13.05.2015, № РЗК49315 от 12.05.2015, № РЗК49989 от 29.05.2015, № РЗК47602 от 26.03.2015, № РЗК48207 от 08.04.2015, № РЗК52805 от 12.08.2015, № РЗК52806 от 12.08.2015, № РЗК52807 от 12.08.2015, № АО000000722 от 26.08.2015, № РЗК51802 от 17.07.2015, № 610 от 12.08.2015, № ЗАО00000081 от 03.02.2015, № ЗАО000000123 от 19.02.2015, № РЗК52808 от 12.08.2015, № ЗАО00000115 от 18.02.2015, указанное в договоре № 141528-140181 от 01.10.2014 оборудование стоимостью 86 439 579 рублей передано от АО «Энергомера» в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго».

При этом услуги хранения в отношении указанного выше оборудования не оказывались обществу МУП «Каббалккоммунэнерго», что не оспаривается заявителем и подтверждается пояснениями общества от 30.08.2018 вх. № 031245.

В последующем спорное оборудование по накладным на отпуск материалов на сторону № 1 от 25.02.2015, № 2 от 07.04.2015, № 3 от 21.04.2015, № 4 от 22.05.2015, № 5 от 26.06.2015, № 6 от 07.09.2015, № 7 от 29.10.2015, № 8 от 15.12.2015, актом от 24.03.2015 передано от МУП «Каббалккоммунэнерго» на основании договора подряда от 24.11.2014 № 141894-140181 в отношении АО «Энергомера» для производства подрядных работ. Также указанное оборудование в 2015 году передано от МУП «Каббалккоммунэнерго» на основании актов приема-передачи, накладных и расходных накладных в отношении субподрядчиков АО «Энергомера», а именно ООО «Аудитмонтажэнерго», ООО «Стройтрейд» и привлекаемых данными организациями лицам для производства обусловленных договором подряда от 24.11.2014 № 141894-140181 работ.

Из представленных в материалы дела актов по форме КС-2 от 27.02.2015 № 1, от 27.02.2015 № 2, от 27.03.2015 № 3, от 27.03.2015 № 4, от 28.04.2015 № 5, от 28.04.2015 № 6, от 28.05.2015 № 7, от 25.09.2015 № 8, от 30.06.2015 № 9, от 30.06.2015 № 10, от 15.09.2015 № 11, от 15.09.2015 № 12, от 30.10.2015 № 13, от 30.10.2015 № 14, от 28.12.2015 № 15, от 28.12.2015 № 16 и справок по форме КС-3 от 27.02.2015 № 1, от 27.02.2015 № 2, от 27.03.2015 № 3, от 27.03.2015 № 4, от 28.04.2015 № 5, от 28.04.2015 № 6, от 29.05.2015 № 7, от 29.05.2015 № 8, от 30.06.2015 № 9, от 30.06.2015 № 10, от 15.09.2015 № 11, от 15.09.2015 № 12, от 30.10.2015 № 13, от 30.10.2015 № 14, от 28.12.2015 № 15, от 28.12.2015 № 16, от 28.12.2015 № 17 следует, что подрядные работы по объекту система учета электроэнергии МУП «Каббалккоммунэнерго» в городском округе Нальчик выполнены с использованием оборудования, ранее переданного АО «Энергомера» и субподрядным организациям от МУП «Каббалккоммунэнерго», результаты выполнения подрядных работ переданы в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго».

В указанных актах по форме КС-2 и справках по форме КС-3 стоимость спорного оборудования не отражена, что также свидетельствует о выполнении АО «Энергомера» работ иждивением заказчика с использованием его давальческих материалов.

Из содержания решения Арбитражного суда Ставропольского края от 25.07.2017 по делу № А63-16256/2016 по исковому заявлению АО «Энергомера» к МУП «Каббалккоммунэнерго» о взыскании основного долга по договору подряда № 141894-140181 от 24.11.2014 в размере 8 255 096,63 рубля, договорной неустойки в размере 541 762,48 рубля, следует, что результаты производства работ по договору подряда № 141894-140181 от 24.11.2014 на момент разрешения указанного гражданско-правового спора приняты МУП «Каббалккоммунэнерго» на основании актов по форме КС-2, составленных в 2015 году, и используются последним в хозяйственной деятельности.

В этой связи, суд признает несостоятельным довод общества о том, что до момента подписания АО «Энергомера» и МУП «Каббалккоммунэнерго» акта № 2 от 30.10.2018 о прохождении опытной эксплуатации и передаче в промышленную эксплуатацию автоматизированной системы коммерческого учета электроэнергии МУП «Каббалккоммунэнерго», последним не использовались в хозяйственной деятельности результаты производства работ по договору подряда № 141894-140181 от 24.11.2014 и соответственно установленное в рамках исполнения данного договора оборудование, переданное от АО «Энергомера» в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» на основании договора № 141528-140181 от 01.10.2014.

Более того, данный акт также не содержит указания на принятие МУП «Каббалккоммунэнерго» в собственность спорного оборудования либо результатов производства подрядных работ по устройству АСКУЭ.

Таким образом, изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что переданное МУП «Каббалккоммунэнерго» от АО «Энергомера» на основании актов по форме МХ-1 и товарных накладных оборудование общей стоимостью 86 439 579 рублей в последующем было передано в качестве давальческого материала от МУП «Каббалккоммунэнерго» в отношении АО «Энергомера» и его субподрядчиков и было использовано при производстве подрядных работ по устройству системы учета электроэнергии с автоматизированным сбором данных по объекту «система учета электроэнергии МУП «Каббалккоммунэнерго» в г.о. Нальчик», результаты выполнения которых, были приняты МУП «Каббалккоммунэнерго» в 2015 году и использовались в его хозяйственной деятельности.

Исходя из этого, после передачи спорного оборудования в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» последнее владело и распоряжалось данным имуществом посредством его передачи в качестве давальческого материала подрядчикам, а также в последующем в 2015 году после принятия в собственность на основании актов по форме КС-2 результатов выполнения работ, составной частью которых являлся монтаж спорного оборудования, использовало результат данных работ в своей деятельности.

При этом факт принятия в собственность МУП «Каббалккоммунэнерго» в 2015 году результатов подрядных работ по устройству АСКУЭ, выполненных с использование раннее полученного от АО «Энергомера» оборудования, подтверждает поступление в собственность МУП «Каббалккоммунэнерго» и непосредственно спорного оборудования.

Как указывалось выше, согласно пункту 11.1 договора подряда № 141894-140181 от 24.11.2014 право собственности на результат работ, выполненных АО «Энергомера», возникает у МУП «Каббалккоммунэнерго» в момент подписания акта выполненных работ.

Условия договора № 141528-140181 от 01.10.2014 также не содержат определенного сторонами момента перехода права собственности в отношении оборудования, переданного от АО «Энергомера» в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго».

В этой связи, в целях определения момента перехода права собственности и соответственно момента реализации спорного оборудования подлежат нормы статей 223, 224 ГК РФ, согласно которым право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, которой признается ее вручение приобретателю, то есть фактическое поступление во владение приобретателя вещи.

Учитывая, что факт поступления вещи во владение МУП «Каббалккоммунэнерго» подтверждается составленными АО «Энергомера» и МУП «Каббалккоммунэнерго» актами по форме МХ-1 и товарными накладными, налоговым органом правомерно определен момент реализации оборудования АО «Энергомера» по дате составления указанных документов.

Суд отклоняет довод общества о том, что основания для признания передачи в собственность оборудования от АО «Энергомера» в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» по договору № 141528-140181 от 01.10.2014 возникли лишь с момента заключения сторонами мирового соглашения, утвержденного определением Арбитражным судом Ставропольского края от 09.07.2018 по делу № А63-17868/2017 по исковому заявлению АО «Энергомера» к МУП «Каббалккоммунэнерго» о взыскании основного долга по договору № 141528-140181 от 01.10.2014, так как из содержания мирового соглашения не следует, что спорное оборудование передано в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» после его составления. Напротив, указанным мировым соглашением МУП «Каббалккоммунэнерго» и АО «Энергомера» подтвердили факт передачи МУП «Каббалккоммунэнерго» спорного оборудования.

Судом также учитываются представленные в рамках рассмотрения дела № А63-17868/2017 пояснения и расчеты АО «Энергомера», из которых следует, что в ходе производства по указанному делу обществом обосновывалось, что АО «Энергомера» в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» в рамках исполнения договора № 141528-140181 от 01.10.2014 произведена 61 отгрузка оборудования согласно указанным актам по форме МХ-1, составленным в период 2014-2015 годов и товарной накладной на общую сумму 78 120 997, 09 рубля.

В поданном исковом заявлении АО «Энергомера» к МУП «Каббалккоммунэнерго» по делу № А63-17868/2017, а также в досудебной претензии от 26.09.2017 № 5698 общество последовательно указывало на исполнение обязанности по передаче МУП «Каббалккоммунэнерго» спорного оборудования в указанные выше даты и несостоятельность доводов МУП «Каббалккоммунэнерго» об отсутствии факта сдачи системы в опытную эксплуатацию, так как поставленное МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудование использовалось для производства работ на основании договора подряда от 24.11.2014 № 141894-140181, условия которого не предусматривают сдачу системы в опытную эксплуатацию (ответ на претензию № 5965 от 10.10.2017).

Позиция общества о моменте перехода права собственности лишь с момента заключения мирового соглашения по делу № А63-17868/2017 противоречит позиции общества в рамках рассмотрения указанного гражданского дела и соответствует возражениям МУП «Каббалккоммунэнерго» на заявленные АО «Энергомера» требования, что свидетельствует о непоследовательности позиции налогоплательщика в рамках рассмотрения гражданско-правового и непосредственно связанного с ним настоящего административного спора.

Учитывая установленные решением Арбитражного суда Ставропольского края от 25.07.2017 по делу № А63-16256/2016 обстоятельства, подтверждающие фактическое использование МУП «Каббалккоммунэнерго» системы АСКУЭ после передачи результатов соответствующих работ от АО «Энергомера», но до окончания процесса ее опытной эксплуатации, а также то, что проведение опытной эксплуатации не свидетельствует об осуществлении фактического господства (владения) АО «Энергомера» и сохранением им контроля над сформированной с использованием спорного оборудования системы АСКУЭ, суд отклоняет довод общества о том, что до момента окончания опытной эксплуатации системы АСКУЭ спорное оборудование являлось собственностью АО «Энергомера».

Суд также принимает во внимание, что формирование системы АСКУЭ является результатом производства подрядных работ по договору от 24.11.2014 № 141894-140181, соответственно проведение опытной эксплуатации АСКУЭ относится к проверке работоспособности и надлежащего качества результатов производства работ, принятых МУП «Каббалккоммунэнерго» в собственность на основании актов КС-2.

Довод общества о контроле за сохранностью переданного МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудования на всех этапах исполнения гражданско-правовых обязательств по договорам от № 141528-140181 от 01.10.2014 и № 141894-140181 от 24.11.2014, а именно, до проведения монтажа оборудования в систему АСКУЭ путем проведения инвентаризации, а после проведения монтажа удаленно посредством отслеживания установленного оборудования через сервер, находящийся в собственности на территории контролируемой АО «Энергомера» подлежит отклонению, так как из содержания пункта 2 раздела 11 договора № 141894-140181 от 24.11.2014 следует, что переход права собственности, а также рисков гибели либо порчи результатов выполнения подрядных работ, при проведении которых использовалось спорное оборудование, обусловлен передачей результатов работ МУП «Каббалккоммунэнерго» и подписанием соответствующих актов, что подтверждается материалами дела. Более того, переданные от общества в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» материалы не находились по владении АО «Энергомера», контрагент общества не оказывал услуги по хранению обществу и производил передачу полученного от АО «Энергомера» имущества последнему, а также его субподрядчикам для производства работ по формированию АСКУЭ в рамках исполнения договора подряда № 141894-140181 от 24.11.2014, результаты производства которых использовались МУП «Каббалккоммунэнерго» в своей хозяйственной деятельности.

При этом доказательств проведения инвентаризации, осуществление которой само по себе также не может свидетельствовать о сохранении господства и контроля над переданным в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудованием, обществом не представлено. Осуществление АО «Энергомера» удаленного мониторинга функционирования ранее переданного в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудования, в последующем использованного при формировании системы АСКУЭ, как следует из условий договоров № 141528-140181 от 01.10.2014 и № 141894-140181 от 24.11.2014, связано с необходимостью доведения работоспособности указанной системы до согласованных сторонами технических параметров и в силу передачи права собственности на результаты производства указанных работ МУП «Каббалккоммунэнерго» не могло иметь целью сохранение АО «Энергомера» контроля над переданным оборудованием.

В этой связи, учитывая установленные в ходе рассмотрения дела фактические обстоятельства, является несостоятельным указание общества в обоснование своих доводов на правовую позицию, отраженную в пункте 7 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 № 98, так как применительно к фактическим обстоятельствам дела ее содержание о необходимости определения момента перехода права собственности на передаваемое имущество напротив подтверждает факт осуществления обществом реализации в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго».

Таким образом, вопреки доводам общества, действительное существо и экономическое содержание спорных операций по передаче оборудования от АО «Энергомера» в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» связано с переходом права собственности на него в отношении указанного контрагента, что по смыслу пункта 1 статьи 39 НК РФ образует реализацию товаров и влечет налоговые последствия в виде необходимости исчисления обществом НДС и учета для целей определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций сумм доходов, полученных от реализации соответствующего оборудования в период 2014-2015 года.

В этой связи, налоговый орган обосновано применил положения статей 39, 146, 247, 271 НК РФ к установленным в результате проведения выездной налоговой проверки фактическим обстоятельствам и произвел начисление АО «Энергомера» НДС за налоговые периоды 4 квартала 2014 года и 1-4 кварталы 2015 года, исходя из даты фактической передачи спорного оборудования, подтвержденной представленными в материалы дела документами первичного учета, а также предложил обществу уменьшить размер убытков по налогу на прибыль организаций за налоговый период 2015 года.

Проверив довод общества о нарушении налоговым органом существенных условий процедуры проведения налоговой проверки и рассмотрения ее результатов, которые выразились в нарушении налоговым органом установленных статьей 101 НК РФ сроков вынесения оспариваемого решения, суд считает его несостоятельным ввиду нижеследующего.

Согласно пункту 14 статьи 101 НК РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных НК РФ, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Из содержания указанной нормы статьи 101 НК РФ, а также разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» следует, что безусловными основаниями для признания недействительным решения налоговой инспекции о привлечении к налоговой ответственности за совершение правонарушения являются: необеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения; не направление налоговым органом лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка, материалов налоговой проверки и дополнительным мероприятий налогового контроля, подлежащих вручению проверяемому лицу согласно статьям 100, 101 НК РФ; не извещение либо ненадлежащее извещение лица, в отношении которого проводилась налоговая проверка или иные мероприятия налогового контроля, о месте и времени рассмотрения руководителем (заместителем руководителя) налогового органа соответствующих материалов; вынесение решения по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки или иных мероприятий налогового контроля не тем руководителем (заместителем руководителя) налогового органа, который рассматривал указанные материалы, в том числе возражения соответствующего лица; иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Таким образом, из содержания пункта 14 статьи 101 НК РФ следует, что, если допущенное налоговым органом нарушение процедуры проведения налоговой проверки и рассмотрения ее материалов не относится к прямо предусмотренным данной правовой нормой оно может являться основание для отмены решения налогового органа лишь только в том случае, если данное нарушение привело либо могло привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Общество реализовало предусмотренные статьями 100, 101, 138 НК РФ права на представление возражений на акт налоговой проверки и дополнение к акту налоговой проверки, участие при рассмотрении материалов налоговой проверки, а также обжалование решения налогового органа в административном порядке.

При этом, нарушив сроки вынесения оспариваемого решения налоговый орган применил положения статьи 113 НК РФ и не привлек общество к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного статьей 122 НК РФ за неполную уплату в установленный законом срок НДС, что нельзя признать нарушением прав и законных интересов общества.

Более того, получив акт налоговой проверки и дополнения к нему общество при согласии полностью либо в соответствующей части с вмененными налоговым органом нарушениями не было лишено возможности в целях избежания излишнего начисления пеней произвести уточнение размера налоговых обязательств и уплату сумм соответствующих налогов.

По смыслу статей 100, 101 НК РФ, правой позиции, отраженной в определении Конституционного суда РФ от 20.04.2017 № 790-О, определении ВАС РФ от 09.06.2009 № ВАС-6921/09 по делу № А40-34099/08-111-79 сроки проведения и рассмотрения материалов налоговой проверки не являются пресекательными, и их нарушение не может являться безусловным основанием для признания недействительным решения налогового органа.

Учитывая данное обстоятельство, допущенное налоговым органом нарушение сроков принятия оспариваемого решения не повлекло и объективно не могло повлечь нарушения прав налогоплательщика, что также подтверждается правой позицией, отраженной в определении Верховного Суда РФ от 27.04.2017 № 304-КГ17-3988 по делу № А27-26167/2015 и постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.06.2020 № Ф08-856/2020 по делу № А53-14838/2019, согласно которой несвоевременное вынесение решения налоговым органом, повлекшее увеличение размера начисленных обществу пеней не является существенным нарушением процедуры проведения налоговой проверки и рассмотрения ее материалов, так как начисление пеней непосредственно связано с несвоевременной уплатой налогов в бюджет.

Из представленного обществом заявления следует, что им оспаривается правомерность изложенного в решении налогового органа предложения произвести уменьшение убытков в размере 54 423 589 рублей, из которых 35 019 413 рублей связаны с оспариванием фактических оснований вмененных налоговым органом нарушений, связанных с признанием спорных операций реализацией и влекущих необходимость учета соответствующих доходов для целей определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций и 19 404 176 рублей по причине немотивированности и некорректности произведенного налоговым органом расчета.

По смыслу статей 247, 252 НК РФ при определении налоговой базы по налогу на прибыль организации налогоплательщик уменьшает сумму полученных доходов на сумму произведенных расходов.

В соответствии со статьей 252 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Документально подтвержденными расходами являются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В соответствии со статьей 9 ФЗ «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ, Каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: 1) наименование документа; 2) дата составления документа; 3) наименование экономического субъекта, составившего документ; 4) содержание факта хозяйственной жизни; 5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; 6) наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события; 7) подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 части 2 статьи 9 ФЗ «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

В силу пункта 1 статьи 318 НК РФ к прямым расходам могут быть отнесены, материальные затраты, определяемые в соответствии с подпунктами 1 и 4 пункта 1 статьи 254 НК РФ.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 254 НК РФ к материальным расходам, в частности, относятся затраты налогоплательщика на приобретение сырья и (или) материалов, используемых в производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг) и (или) образующих их основу либо являющихся необходимым компонентом при производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг).

Из содержания правовой позиции, отраженной в определении Конституционного Суда РФ от 27.09.2018 № 2461-О следует, что налоговый орган в результате проведения выездной налоговой проверки должен определить действительный размер налоговых обязательств проверяемого лица.

Исходя из того, что материалами дела подтверждается факт произведенной обществом в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» реализации в 2015 году спорного оборудования, выводы налогового органа о неправомерном неучете для целей определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций соответствующих сумм доходов и соответственно завышении убытка за налоговый период 2015 года является законным и обоснованным.

Расчет предложенных к уменьшению сумм убытков рассчитан налоговым органом, исходя из дохода от реализации оборудования в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» за 2014-2015 годы (86 439 579 рублей) за вычетом себестоимости данного оборудования (50 263 103,28 рубля), определенного на основании сведений счета бухгалтерского учета 45.01.6 «Подконтрольная эксплуатация», стоимость оборудования на котором согласно показаниям бухгалтера общества ФИО2, (протокол допроса № 954 от 16.08.2018) отражается исходя из себестоимости соответствующего оборудования, что соответствует содержанию статей 247, 252 НК РФ.

Между тем, налоговым органом при определении размера налоговых обязательств по НДС и налогу на прибыль организаций по операциям, связанным с реализацией оборудования в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» в 4 квартале 2014 года и 1-4 квартале 2015 года не учтено следующее.

На основании пункта 3 статьи 3 НК РФ по своей экономико-правовой природе НДС является налогом на потребление товаров (работ, услуг), то есть косвенным налогом, перелагаемым на потребителей.

Таким образом, как указано в пункте 30 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019, по общему правилу НДС является частью цены договора, подлежащей уплате налогоплательщику со стороны покупателей. Уплачиваемое (подлежащее уплате) покупателями встречное предоставление за реализованные им товары (работ, услуги) является экономическим источником для взимания данного налога.

Из этого вытекает, что при реализации товаров (работ, услуг) покупателям НДС не может исчисляться в сумме, которая не соответствовала бы реально сформированной цене и не могла быть полностью предъявлена к уплате покупателями в ее составе, что, по существу, означало бы взимание налога без переложения на потребителя за счет иного экономического источника - собственного имущества хозяйствующего субъекта (продавца).

Согласно материалам дела, цена переданного от АО «Энергомера» в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудования обусловлена стоимостью данного оборудования, отраженной в спецификации № 1, являющейся приложением к договору № 141528-140181 от 01.10.2014, включающей в себя НДС.

Ввиду этого, определяя размер налоговых обязательств общества по НДС, объектом которого является реализация оборудования в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» в налоговых периодах 4 квартала 2014 года и 1-4 кварталах 2015 года, следует исходить из включения в стоимость реализованного имущества, подлежащего исчислению и уплате обществом с указанных операций НДС.

Таким образом, применительно к установленным фактическим обстоятельствам размер подлежащего уплате обществом НДС подлежит исчислению исходя из расчетной ставки указанного налога 18/118 к цене реализованного обществом имущества - 86 439 579 рублей.

В этой связи, налоговым органом неправомерно произведено доначисление обществу НДС на общую сумму 2 373 426 рублей, подлежащего уплате за следующие налоговые периоды: 4 квартал 2014 года - в размере 89 332 рубля, 1 квартал 2015 года - в размере 1 559 679 рублей, 2 квартал 2015 года - в размере 340 654 рубля, 3 квартал 2015 года - в сумме 377 165 рублей, 4 квартал 2015 года - в размере 6 596 рублей, а также соответствующих сумм пеней.

Согласно положениям статьи 248 НК РФ при определении доходов, подлежащих учету при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций, из них исключаются суммы налогов, предъявленные в соответствии НК РФ налогоплательщиком покупателю (приобретателю) товаров (работ, услуг, имущественных прав).

Исходя из этого, размер подлежащих уменьшению обществом убытков за 2015 год по операциям, связанным с реализацией оборудования в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» подлежал определению как разница между ценой реализованного оборудования, не включающей НДС, и себестоимостью данного оборудования, определенной согласно сведениям бухгалтерского учета общества и налоговых деклараций по налогу на прибыль, что составляет 22 330 004 рубля (разница между стоимостью реализованного в 2015 году в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудования без учета НДС - 70 496 716 рублей (83 186 125 рублей (стоимость реализации в отношении в 2015 году) – 12 689 409 рублей (НДС включенный в общую стоимость реализации в 2015 году, соответствующий произведению 83 186 125 рублей и расчетной ставки 18/118) и себестоимостью реализованного в 2015 году оборудования – 48 166 712 рублей).

Равный образом, размер подлежащих уменьшению обществом убытков прошлых лет, в связи с неотражением в 4 квартале 2014 года доходов от реализации оборудования в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго», составляет 660 772 рублей (разница между стоимостью реализованного в 2014 году в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудования без учета НДС – 2 757 164 рубля (3 253 454 рублей (стоимость реализации в отношении в 2014 году) – 496 290 рублей (НДС включенный в общую стоимость реализации в 2014 году, соответствующий произведению 3 253 454 рублей и расчетной ставки 18/118) и себестоимостью реализованного в 2014 году оборудования – 2 096 392 рублей).

Кроме этого, принимая во внимание отсутствие указания в решении налогового органа на мотивы и фактическое обоснование уменьшения убытков прошлых лет на сумму 18 247 113 рублей соответствующие выводы и предложения налогового органа также являются необоснованными и противоречат положениям статей 54, 101, 247, 252, 274 НК РФ.

Ввиду чего, суд признает не соответствущими нормам налогового законодательства выводы и предложение налогового органа уменьшить размер убытков за 2015 год в размере 12 689 409 рублей и размер убытков прошлых лет в сумме 18 743 404 рублей, из которых 496 290 рублей по спорным операциям с МУП «Каббалккоммунэнерго» в 4 квартале 2014 года.

При этом суд отклоняет довод налогоплательщика о том, что с учетом заключенного в последующем мирового соглашения от 09.07.2018 и реализацией в 2018 году на его основании в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» оборудования на общую сумму 78 120 997,09 рубля доначисление налоговым органом сумм НДС за налоговые периоды 4 квартала 2014 года и 1-4 квартала 2015 года не может превышать подлежащий исчислению с указанной суммы НДС, а именно 11 916 762,30 рубля, так как в силу положений статьи 54 НК РФ налоговая база в отношении соответствующего налога подлежит определению по окончании налогового периода, в котором были совершены соответствующие операции (возникли обстоятельства), с которыми нормы налогового законодательства, в частности положения статьи 146 НК РФ, связывают необходимость исчисления налогов, в том числе НДС. При этом представленные в материалы дела документы первичного бухгалтерского учета (акты по форме МХ-1, товарные накладные) с учетом иных установленных судом фактических обстоятельств подтверждают факт реализации обществом в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» в течение 4 квартала 2014 года и 1-4 квартала 2015 года оборудования на сумму 86 439 579 рублей без отражения операций по реализации данного оборудования в налоговом и бухгалтерском учете для целей исчисления НДС и налога на прибыль организаций.

Не имеет правового значения факт отражения обществом спорных операций на счете бухгалтерского учета 45.01.6 «Подконтрольная эксплуатация», на котором согласно плану счетов бухгалтерского учета АО «Энергомера» подлежат отражению операции по передаче оборудования на подконтрольную эксплуатацию без его реализции ввиду следующего.

Из положений части 1 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» следует, что ведение регистров бухгалтерского учета осуществляется на основании сведений, отраженных в документах первичного бухгалтерского учета, которыми в силу статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» оформляются факты хозяйственной жизни субъектов экономической деятельности, в том числе связанных с реализацией товаров.

В связи с этим, отражение в бухгалтерском учете последствий совершения операций по реализации товаров происходит на основании соответствующих первичных документов, подтверждающих данный факт хозяйственной жизни.

При этом в соответствии со статьей 9 ФЗ «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

В рассматриваемом случае, как указывалось выше, представленные в материалы дела доказательства подтверждают, что действительное экономическое содержание операций по передаче от АО «Энергомера» в 4 квартале 2014 года и 1-4 квартале 2015 года оборудования в отношении МУП «Каббалккоммунэнерго» связано с его реализацией указанному контрагенту, что влечет установленные статьями 39, 54, 146, 167, 247, 252, 274 НК РФ налоговые последствия.

Ввиду чего, в бухгалтерском учете общества указанные выше операции подлежали отражению с учетом их действительного экономического содержания, как реализация имущества.

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Согласно части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Поскольку решение налогового органа в части произведенных доначислений по НДС в размере 2 373 426 рублей, соответствующих сумм пени по НДС, а также в части предложения уменьшить убытки за 2015 год на сумму 12 689 409 рублей и убытки прошлых лет на сумму 18 743 404 рубля, не соответствует налоговому законодательству и нарушает права налогоплательщика, требование о признании акта недействительным является обоснованными и подлежит удовлетворению в указанной части.

Оспариваемое решение налогового органа в оставшейся части соответствует нормам налогового законодательства, выводы, изложенные в данном решении, соответствуют установленным в результате проведения налоговой проверки обстоятельствам, подтвержденным доказательствами, полученными в ходе осуществления мероприятий налогового контроля. Законные основания для удовлетворения заявления общества в данной части у суда отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, понесенные заявителем при подаче заявления, относятся на заинтересованное лицо.

руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

Заявление акционерного общества «Электротехнические заводы «Энергомера», г. Ставрополь, ОГРН <***>, удовлетворить частично.

Признать несоответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации и недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Ставропольскому краю, г. Ставрополь, ОГРН <***>, от 12.02.2020 № 2 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части: начисления налога на добавленную стоимость в размере 2 373 426 рублей, подлежащего уплате за налоговые периоды - 4 квартал 2014 года в размере 89 332 рублей, 1 квартал 2015 года в сумме 1 559 679 рублей, 2 квартал 2015 года в размере 340 654 рубля, 3 квартал 2015 года в сумме 377 165 рублей, 4 квартал 2015 года в размере 6 596 рублей; начисления соответствующих сумм пени по налогу на добавленную стоимость; предложения уменьшить убытки от финансово-хозяйственной деятельности за 2015 год на сумму 12 689 409 рублей; предложения уменьшить непогашенные убытки прошлых лет на сумму 18 743 404 рубля.

В удовлетворении остальной части заявления отказать.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Ставропольскому краю, г. Ставрополь, ОГРН <***>, в пользу акционерного общества «Электротехнические заводы «Энергомера», г. Ставрополь, ОГРН <***>, 3 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.


Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо – Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления в законную силу при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья Д.Ю. Костюков