Постановление от 5 июля 2024 г. по делу № А34-20019/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


№ Ф09-4029/24

Екатеринбург

05 июля 2024 г.


Дело № А34-20019/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 июля 2024 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Морозова Д.Н.,

судей Шершон Н.В., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу исполняющего обязанности конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Заурал Трейд» ФИО1 на определение Арбитражного суда Курганской области от 20.02.2024 по делу № А34-20019/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2024 по тому же делу.

В судебном заседании принял участие представитель и.о. конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 28.04.2022.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.


Определением Арбитражного суда Курганской области от 04.08.2022 требования уполномоченного органа признаны обоснованными, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Заурал Трейд» (далее – общество «Заурал Трейд», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

В процедуре наблюдения ФИО3 обратился в суд с заявлением о включении требования в размере 2 505 258,25 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Решением суда от 05.05.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего обществом «Заурал Трейд» возложено на арбитражного управляющего ФИО1

К участию в споре в качестве заинтересованного лица привлечена ФИО4.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 20.02.2024 в удовлетворении ходатайства и.о. конкурсного управляющего об объединении в одно производство для совместного рассмотрения настоящего обособленного спора и спора по заявлению и.о. конкурсного управляющего ФИО1 об оспаривании сделок должника с ФИО3 отказано; в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ФИО3 в размере 2 505 258 руб. 25 коп.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2024 определение суда от 20.02.2024 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, и.о. конкурсного управляющего обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда от 20.02.2024 и постановление суда от 02.05.2024 отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении требования кредитора отказать.

В кассационной жалобе управляющий ссылается на то, что судами не исследованы основания возникновения требования и источники его формирования в условиях приведенных и.о. конкурсного управляющего доводов о мнимости договоров займа. Судами не применен повышенный стандарт доказывания наличия задолженности, что, в свою очередь, привело к тому, что в реестр требований кредиторов должника включен кредитор с искусственно созданной задолженностью. Кассатор отмечает, что должник не получал заемные средства, считает, что кредитор не доказал наличие финансовой возможности предоставить займы. Управляющий утверждает, что задолженность создана искусственно для контроля над процедурой банкротства, что нарушает имущественные права независимых кредиторов.

Кроме того, кассатор указывает на необоснованный отказ суда его ходатайства о приостановлении производства по спору до принятия судебного акта по обособленному спору по его заявлению о признании договоров займа, заключенных между должником и кредитором, недействительными. В обоснование довода и.о. конкурсного управляющего отмечает, что признание сделок недействительными повлечет необоснованность заявленных кредитором требований; рассмотрение же настоящего спора до вступления в законную силу судебного акта, принятого по результатам рассмотрения обособленного спора о признании указанных договоров займа недействительными, привело к наделению процессуальным статусом конкурсного кредитора лица, которое не имеет материально-правовых притязаний к должнику. Потенциально указанная ситуация может привести к тому, что в случае проведения первого собрания кредиторов правом голоса на собрании будет обладать лицо, которое фактически кредитором не является.

Проверив правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов, суд округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, вынесенным в форме резолютивной части решением Курганского городского суда от 20.10.2017 по делу № 2-10607/2017, рассмотренному в порядке упрощенного производства, договоры займа от 11.01.2015 № 01/15, от 05.05.20156 № 02/15, от 02.09.2015 № 03/15, заключенные между ФИО3 и обществом «Заурал-Трейд», расторгнуты; с общества «Заурал-Трейд» и ФИО5 солидарно в пользу ФИО3 взыскана задолженность по договорам займа. При этом из содержания отзыва общества «Заурал-Трейд», подписанного генеральным директором ФИО5 (т. 3, л.д. 67), следует, что ответчик, по сути, признал иск.

На основании решения 20.10.2017 судом выдан исполнительный лист; 10.09.2019 возбуждено исполнительное производство № 3625/19/45028-ИП, в ходе которого задолженность не была взыскана; общий размер задолженности составил 2 505 258,25 руб., в том числе 406 914 руб. 68 коп. неустойки.

Ссылаясь на наличие у должника неисполненных обязательств, кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о включении его требования в реестр требований кредиторов общества «Заурал-Трейд».

Возражая против заявленных требований, и.о. конкурсного управляющего указывал на заинтересованность кредитора и должника, недоказанность кредитором факта выдачи займов, отсутствие оригиналов договоров и сведений о поступлении денежных средств на счета общества «Заурал-Трейд». Кроме того, управляющим инициирован спор о признании договоров займа, на которых основано требование ФИО3, недействительными, в котором приведены доводы о создании ФИО3 ситуации, при котором он становится мажоритарным кредитором в целях контроля над процедурой банкротства должника.

Уполномоченным органом также заявлены возражения (т. 1, л.д. 163-164, т. 2, л.д. 27-28), в которых отмечено, что действия ФИО3 направлены на искусственное создание кредиторской задолженности.

В представленном отзыве (т. 3, л.д. 109-110) бывший участник должника ФИО4 указывала, что спорные договоры займа были изготовлены исключительно с целью не выплачивать бывшим участникам общества «Заурал-Трейд» ФИО6 и ФИО4 действительную стоимость их долей в уставном капитале общества.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что задолженность подтверждена вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции; доказательств погашения задолженности должником не представлено. Отклоняя возражения управляющего и иных участников спора, суд учитывал то, что управляющий обладал правом на обжалование вышеназванного судебного акта с целью дальнейшего установления обстоятельств реальности договора займа; в случае отмены судебного акта суда общей юрисдикции конкурсный управляющий не лишен права обратиться в суд с заявлением о пересмотре обжалуемого определения по новым обстоятельствам в ходе любой процедуры банкротства.

Суд апелляционной инстанции признал выводы суда первой инстанции законными и обоснованными.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив правомерность выводов судов первой и апелляционной инстанций, суд округа находит судебные акты подлежащими отмене исходя из следующего.

В силу части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на всей территории Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления суда общей юрисдикции обладают свойством общеобязательности.

В деле о банкротстве на основании судебного акта, подтверждающего обоснованность требований кредитора к должнику, арбитражным судом выносится определение о включении указанных требований в реестр требований кредиторов (пункт 1 статьи 71, пункт 1 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)). Подтвержденное вступившим в законную силу судебным актом требование кредитора, по общему правилу, предоставляет ему возможность в упрощенном порядке (с точки зрения процесса доказывания) добиться включения в реестр требований кредиторов.

Вместе с тем в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда «дружественный» с должником кредитор инициирует судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы «дружественного» кредитора и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на разрешение спора, а на иные цели. В то же время, подобными судебными актами могут нарушаться права кредиторов, конкурирующих с «дружественным» должнику и имеющих с ним противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию.

Закон предоставляет право возражающим кредиторам, а также арбитражному управляющему обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (пункт 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в настоящее время – пункт 12 статьи 16 Закона о банкротстве).

Указанное, однако, не означает, что конкурсный управляющий, а также кредиторы лишены права на защиту своих интересов путем предъявления требований о признании сделок, положенных в основание кредиторского требования, ничтожными. По сути, подача управляющим в интересах конкурсной массы заявления об оспаривании сделок должника (договоров займа) является процессуальной формой возражения на требование конкретного кредитора.

Как было указано ранее, возражая против заявленных требований, управляющий ссылался на мнимость заемных отношений между должником и кредитором, в связи с этим заявил ходатайство об объединении обособленных споров – настоящего заявления и заявления и.о. конкурсного управляющего о признании недействительными сделками договоров займов, заключенных между должником и кредитором (т. 3, л.д. 41-42). Из общедоступной информационной системы «Картотека арбитражных дел» следует, что рассмотрение указанного заявления неоднократно откладывалось, в настоящее время – на 22.08.2024.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 1, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», суд не лишен возможности решить вопрос об объединении дел в одно производство, с учетом того, что дело о взыскании по договору и дело об оспаривании договора возбуждены в одном суде.

В порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника, в том числе и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (абзац первый пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»»).

Требование кредитора и заявление управляющего об оспаривании по правилам главы III.1 Закона о банкротстве сделки, на котором оно основано, согласно частям 2 и 2.1 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ввиду взаимосвязанности предметов споров, наличия общего состава лиц могут быть объединены в одно производство для совместного рассмотрения при условии, если это соответствет целям эффективного правосудия.

К настоящему времени для целей определения числа голосов на собрании кредиторов требования кредиторов общества «Заурал-Трейд», относящиеся к третьей очереди реестра, составляют сумму 1 678 909,02 руб., в том числе:

акционерного общества «Энергосбытовая компания «Восток» в размере 625 290,44 руб. (определение суда от 12.10.2022);

ФИО7 в размере 541 904,78 руб. (определение суда от 17.10.2022);

администрации г. Кургана в размере 246 763,38 руб. (определение суда от 27.06.2024);

общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Курган» в размере 182 327,34 руб. (определение суда от 17.10.2022);

уполномоченного органа в размере 55 333,11 руб. (определения суда от 10.08.2022, 12.10.2022);

акционерного общества «Водный Союз» в размере 27 289,97 руб. (определение суда от 24.10.2022).

Требование ФИО3 по основному долгу составляет 2 098 343,57 руб., то есть является мажоритарным.

Определением суда от 24.10.2022 удовлетворено заявление ФИО8 о принятии обеспечительных мер в виде запрета временному управляющему проводить первое собрание кредиторов должника до рассмотрения по существу всех требований кредиторов о включении в реестр требований кредиторов должника. Из содержания определения суда от 04.06.2024 следует, что данным кредитором 13.03.2024 в адрес и.о. конкурсного управляющего должником направлено требование о проведении первого собрания кредиторов общества «Заурал-Трейд».

При сложившихся обстоятельствах суд округа констатирует, что в настоящем деле суд общей юрисдикции обстоятельства реального существования долга в состязательном процессе не устанавливал, а отказ суда первой инстанции в объединении обособленных споров в одно производство позволил кредитору ФИО3 избежать проверки обоснованности его требования и банкротным судом, что могло привести к принятию неправильного итогового судебного акта по существу спора.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд первой инстанции указал, между прочим, что объединение дел не приведет к желаемому результату, так как даже в случае признания сделки недействительной заявителю не миновать стадию обращения в суд общей юрисдикции с заявлением о пересмотре судебного акта, вступившего в законную силу.

Между тем данный вывод не учитывает правовую позицию, отраженную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 309-ЭС20-2354(1,2) о применимости разъяснения пункта 4 постановления пленумов Верховного и Высшего Арбитражного судов Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» о том, что при рассмотрении иска суд должен учесть обстоятельства ранее рассмотренных дел; если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебных актах по ранее рассмотренным делам, он должен указать соответствующие мотивы.

Кроме того, суд округа учитывает, что с 29.05.2024 статья 16 Закона о банкротстве изложена в новой редакции, однако и до изменения нормы абзаца второго пункта 10 статьи 16 указанного Закона, согласно которой разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда, не подлежали рассмотрению арбитражным судом, в судебной практике в исключительных случаях допускалось объединение обособленных споров о включении подтвержденного судебным актом требования кредитора в реестр и об оспаривании сделки должника как ничтожной.

В связи с тем, что судом первой инстанции допущены существенные нарушения норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов кредиторов должника, суд апелляционной инстанции эти нарушения не устранил, обжалуемые судебные акты подлежат отмене как принятые с нарушением норм процессуального права (часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), обособленный спор – направлению в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении суду следует устранить отмеченные недостатки, вновь рассмотреть вопрос об объединении обособленных споров в одно производство, исследовать доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценить представленные в их обоснование доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с применением надлежащего стандарта доказывания, и принять судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Курганской области от 20.02.2024 по делу № А34-20019/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2024 по тому же делу отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Курганской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Д.Н. Морозов



Судьи Н.В. Шершон



О.Н. Новикова