Постановление от 16 июля 2024 г. по делу № А56-67564/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


16 июля 2024 года

Дело №

А56-67564/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., ФИО1,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 15.02.2022), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 22.05.2024), от ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 08.11.2023), от общества с ограниченной ответственностью «СПб Ойл» представителя ФИО8 (доверенность от 19.03.2024),

рассмотрев 02.07.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СПб Ойл» ФИО9 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.10.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2024 по делу № А56-67564/2020/суб.1/уб.2,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.09.2020 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «СПб Ойл», адрес: 197350, Санкт-Петербург, пр. Королева, д. 63, корп. 2, лит. А, кв. 293, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 09.02.2021 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением от 23.12.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО10

Определением от 18.04.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО10

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2022 ФИО10 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом.

В рамках названного дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО10 20.11.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении ФИО4, ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и взыскании с указанных лиц убытков в размере 332 983 099,61 руб.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.03.2023 постановление апелляционного суда от 14.12.2022 отменено.

Определением от 04.04.2023 конкурсным управляющим Обществом утвержден ФИО9.

Определением от 23.10.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 15.02.2024, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО9, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просит отменить определение от 23.10.2023 и постановление от 15.02.2024 и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По мнению подателя жалобы, судами не учтено, что контролирующими должника лицами не передана документация и активы Общества на сумму 504 972 000 руб., на счета аффилированных и подконтрольных лиц выведены денежные средства в размере 1 389 396 231,52 руб., а также причинены убытки Обществу ввиду невзыскания дебиторской задолженности.

Конкурсный управляющий считает, что вывод судов о том, что ФИО6 не является контролирующим должника лицом является необоснованным и противоречит материалам дела.

Податель жалобы считает, что им доказан факт причинения убытков Обществу.

В отзыве, поступившем в суд 18.06.2024 в электронном виде, ФИО6 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель Общества и ФИО2 поддержали доводы кассационной жалобы, а представители ФИО4 и ФИО6 возражали против ее удовлетворения, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО4 являлся единственным участником и руководителем Общества в период с 27.04.2017 по 18.06.2021, а ФИО2 – в период с 19.06.2021 по 22.12.2021.

Кроме того, по мнению ФИО9, конечным бенефициаром группы компаний, в которую входит Общество, является ФИО6

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий сослался на совершение ответчиками, как контролирующими должника лицами, сделок на невыгодных для Общества условиях, необращение в суд с заявлением о признании Общества банкротом, а также на непередачу документации и активов должника конкурсному управляющему.

Конкурсный управляющий также просил взыскать с указанных лиц 332 983 099,61 руб. убытков ввиду необоснованного перечисления указанной суммы на счета третьих лиц.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что совокупность обстоятельств, приведенных им в обоснование заявления, и представленных доказательств недостаточна для привлечения ФИО4, ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Исследовав материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пунктов 4, 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Установленная приведенной нормой права ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Суды первой и апелляционной инстанций установив, что конкурсным управляющим не конкретизировано, отсутствие какой именно документации должника повлекло невозможность определения и идентификации активов должника, а также формирования конкурсной массы, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в указанной части.

Вместе с тем судами не учтено, что вступившим в законную силу определением от 12.08.2022 с учетом постановления суда апелляционной инстанции от 06.12.2022 суд обязал ФИО4 и ФИО2 передать конкурсному управляющему Обществом документы, сведения и имущество, перечисленные в его заявлении от 25.02.2022.

Доказательств исполнения указанного определения в материалы дела не представлено.

Кроме того, постановлением суда апелляционной инстанции от 17.04.2024 суд истребовал у ФИО4, ФИО6, ФИО2 активы (документы) на основании последнего бухгалтерского баланса должника по состоянию на 01.01.2020, а именно: 410 116 000 руб. основных средств, 778 000 руб. запасов, 93 745 000 руб. дебиторской задолженности (документации), 94 856 000 оборотных активов, 333 000 руб. НДС по приобретенным ценностям (документации).

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий также ссылался на непередачу активов должника на сумму 504 972 000 руб.

Вместе с тем указанный довод конкурсного управляющего не получил должной оценки судов.

В этой связи вывод судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО11 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества за непередачу документации и материальных ценностей должника является преждевременным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что конкурсный управляющий не доказал наступление обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в том числе, по состоянию на какую дату у Общества наступило состояние объективного банкротства, которое ФИО4 должен был установить.

В этой связи суды правомерно отказали в привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Кассационная жалоба ФИО9 не содержит доводов относительно названного вывода судов.

Рассматривая заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за совершение сделок, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В силу абзаца первого пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Из разъяснений пунктов 16, 17 Постановления № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

В обоснование заявления конкурсный управляющий также ссылался на вывод контролирующими должника лицами на счета аффилированных и подконтрольных лиц денежных средств в общем размере 1 389 396 231,52 руб.

Между тем, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в указанной части, суды не учли следующее.

Судами установлено, что материалы дела не содержат доказательств обоснованности платежей, совершенных Обществом в пользу третьих лиц в указанном размере, при том, что сроки исковой давности по взысканию названной дебиторской задолженности истекли, что подтверждено судебными актами об отказе во взыскании указанной задолженности.

Кроме того, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

При этом согласно пункту 27 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, арбитражный суд не связан правовой квалификацией заявленных конкурсным управляющим требований о привлечении к субсидиарной ответственности, суд при вынесении решения оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, как то предусмотрено частью 1 статьи 71 АПК РФ, и самостоятельно определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам (часть 1 статьи 168 АПК РФ).

Согласно пункту 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Таким образом, обстоятельства того, был ли причинен вред должнику в результате действий ответчиков, судами не устанавливались, в том числе не ставился на разрешение вопрос о возможном взыскании убытков при наличии к тому оснований.

Кроме того, суды оставили без внимания постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2022 по делу № А70-2897/2021, которым установлено, что Общество и ООО «Ямалнефть» входят в одну группу лиц (группа компаний «Корпорация Роснефтегаз»), контролируемую ФИО6, объединяющую ООО «Фирма «Макс», ООО «Корпорация Роснефтегаз» (ИНН <***>), ООО «Корпорация Роснефтегаз» (ИНН <***>), ООО «Ямалнефть», ООО «Роснефтегаз-Харп» (в 2017-2018 годах генеральный директор ФИО4) и Общество.

В этой связи вывод судов о том, что ФИО6 не является контролирующим должника лицом, сделан при неполно выясненных обстоятельствах дела.Принимая во внимание изложенное, выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО4, ФИО6 и ФИО2 к ответственности являются преждевременными и сделаны без исследования и оценки всех необходимых обстоятельств дела, в отсутствие надлежащей квалификации предъявленных к ответчикам требований.

Поскольку обжалуемые судебные акты приняты по неполно исследованным обстоятельствам спора, что могло привести к принятию неправильных судебных актов (части 1, 3 статьи 288 АПК РФ), а для принятия обоснованного и законного решения требуется установление юридически значимых обстоятельств, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, то в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ обжалованные судебные акты подлежат отмене, а обособленный спор - направлению в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц установить все имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора обстоятельства, квалифицировать заявленные конкурсным управляющим требования с учетом положений пункта 20 Постановления № 53, правильно распределить бремя доказывания, на основании положений статьи 71 АПК РФ всесторонне и полно исследовать представленные в материалы дела доказательства, дать им надлежащую оценку, повторно проверить наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества или взыскания с них убытков.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.10.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2024 по делу № А56-67564/2020 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи


И.М. Тарасюк

ФИО1