Постановление от 9 февраля 2023 г. по делу № А50-18983/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1862/22

Екатеринбург

09 февраля 2023 г.


Дело № А50-18983/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 февраля 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Морозова Д.Н.,

судей Павловой Е.А., Кудиновой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 02.08.2022 по делу № А50-18983/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие финансовый управляющий ФИО3.


Определением Арбитражного суда Пермского края от 10.08.2020 принято к производству заявление ФИО4 о признании ФИО5 банкротом.

Определением суда от 24.11.2020 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Решением суда от 21.06.2021 ФИО5 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3

В Арбитражный суд Пермского края 12.08.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО3 о признании брачного договора от 20.08.2018 недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного должником и ФИО2 (ответчик) в период брака, в том числе на 2/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>; взыскания с ФИО2 в пользу должника 1 565 000 руб., по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.08.2022 брачный договор от 20.08.2018, заключенный между ФИО5 и ФИО2, признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника 1 565 000 руб. Мотивировочная часть определения суда от 02.08.2022 также содержит вывод о восстановлении права общей совместной собственности на приобретенные должником и ФИО2 в период брака 2/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>, в качестве последствия недействительности сделки.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 определение суда от 02.08.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит принятые судебные акты отменить, направить спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

В кассационной жалобе ответчик ссылается на несоответствие выводов судов представленным в материалы дела доказательствам, неправильное применение судами норм материального права. Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводами судов о наличии совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. По мнению ответчика, финансовым управляющим ФИО3 не доказано наличие критерия цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов. ФИО2 ссылается на необоснованность выводов судов о заключении брачного договора при наличии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку неисполненные обязательства должника являлись текущими и обслуживались последним, кроме того в отношении должника отсутствовали исполнительные производства.

Заявитель кассационной жалобы утверждает, что целью заключения брачного договора являлось урегулирование имущественных прав и обязанностей супругов в браке и в случае его прекращения, а также выдел доли в совместном имуществе ФИО2 Ответчик ссылается на то, что судами не учтено то обстоятельство, что супруги фактически прекратили брачные отношения с апреля 2016 г. и проживали раздельно, следовательно, факт нахождения в браке не может свидетельствовать о ее осведомленности о совершении спорной сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО3 просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, считает их законными и обоснованными.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

При рассмотрении спора судами установлено, что супруги П-ны состояли в браке с 04.08.1995 по 17.07.2019.

В период брака в общую совместную собственность супругов были приобретены:

2/3 доли в праве собственности на квартиру, площадью 94,8 кв. м, расположенную по адресу: <...> (далее – спорная квартира) (в Едином государственном реестре недвижимости 21.07.2016 зарегистрировано право собственности на имя супруга ФИО5);

автомобиль марки Land Rover Discovery 4, VIN <***> (далее – спорное транспортное средство) (поставлен на регистрационный учет на имя супруги 12.02.2014);

два земельных участка с кадастровыми номерами 59:18:3630202:1032, 59:18:3630202:1041, площадью 1555+/-15,8 кв. м каждый, местоположение: Пермский край, Добрянский р-н, Краснослудское с/п, общество с ограниченной ответственностью «Совхоз Всходы» в районе д. Конец Гор (далее – спорные земельные участки) (право общей совместной собственности на указанные земельные участки зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 19.10.2017).

Между супругами ФИО5 и ФИО2 20.08.2018 заключен брачный договор (далее – брачный договор, спорная сделка), по условиям которого 2/3 доли в праве собственности на спорную квартиру; спорные земельные участки; спорное транспортное средство; денежные средства, хранящиеся на счете супруги до заключения договора в связи с осуществлением ею предпринимательской деятельности, в том числе внесенные (поступившие) на указанный счет до заключения договора, поступают в раздельную собственность супруги – ФИО2

Ссылаясь на то, что брачный договор заключен между заинтересованными лицами и фактически направлен на вывод имущества из конкурсной массы должника в преддверии банкротства с целью воспрепятствования обращению на него взыскания, финансовый управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании брачного договора недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацем вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

При рассмотрении обособленного спора судами установлено, что дело о банкротстве возбуждено 10.08.2020, спорный договор заключен 20.08.2018, то есть в период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При проверке критерия совершения сделки должником с целью причинить вред имущественным правам кредиторов судами установлено, что на момент совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в частности, перед ФИО6, возникшие из договоров займа от 26.09.2016, 28.11.2016, 01.08.2017, перед ФИО7, возникшие из договора займа от 03.06.2011, и иными кредиторами, требования которых в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника. Таким образом, суды пришли к заключению о том, что на дату заключения брачного договора у должника имелись не исполненные свыше трех месяцев обязательства в сумме свыше 33 млн руб. основного долга без учета процентов за пользование займами, следовательно, на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Принимая во внимание, что ФИО2 в момент совершения оспариваемой сделки являлась супругой должника, суды обоснованно пришли к выводу, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами, что предполагает (презюмирует) осведомленность супруги о финансовом положении должника на момент заключения оспариваемого договора и общей цели его заключения. Ответчиком приводились доводы в опровержение вышеуказанной презумпции о ее неосведомленности о финансовом состоянии должника на период заключения брачного договора, по результатам оценки которых суды пришли к выводу об их недостаточности и неопровержении ФИО2 названной презумпции.

Учитывая разъяснения, изложенные в пункте 6 постановления Пленума № 63, суды двух инстанций констатировали наличие критериев совершения сделки должником с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (субъективный критерий умысла) и осведомленности стороны сделки о вредоносной цели должника (субъективный критерий осведомленности).

При проверке критерия причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделки (объективный критерий – наступление вредоносных последствий), судами установлено, что в результате совершения спорной сделки в отношении имущества супругов установлен режим раздельной собственности, вследствие чего имущество, которое на момент возникновения задолженности выбыло из владения должника, не подлежит включению в конкурсную массу, и не может являться предметом раздела общего имущества супругов.

Как было указано ранее, в результате сделки произошло отчуждение должником в пользу супруги (ответчика) 2/3 доли в праве собственности на спорную квартиру, спорные земельные участки, транспортное средство, а также денежные средства, хранящиеся на счете супруги до заключения договора в связи с осуществлением ею предпринимательской деятельности поступили в раздельную собственность ФИО2

Судами принято во внимание дальнейшее отчуждение, во-первых, по истечении непродолжительного времени (25.09.2018) после заключения брачного договора спорных земельных участков третьим лицам (переход права собственности к покупателю зарегистрирован 10.10.2018), во-вторых, спорного транспортного средства в сентябре 2020 г.

Оценив в совокупности данные обстоятельства, суды обоснованно пришли к выводу о том, что целью заключения супругами П-ными 20.08.2018 брачного договора было именно недопущение обращения взыскания на совместное имущество, лишение кредиторов должника права на удовлетворение их требований, что свидетельствует о наличии у должника при заключении данной сделки противоправной цели – причинение вреда имущественным правам кредиторов. В результате вред кредиторам был причинен, поскольку они утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет имущества, отошедшего супруге должника по брачному договору, что в совокупности является основанием для признания спорного договора недействительной сделкой.

Исходя из изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 61.6 Закона о банкротстве, суды восстановили режим общей совместной собственности супругов на спорное имущество и взыскали с ответчика денежные средства.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций верно и в полной мере установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора по существу, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в обжалуемых судебных актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены судами правильно.

Довод кассационной жалобы об отсутствии критерия «цель причинения вреда имущественным интересам кредиторов» ввиду отсутствия у должника признаков неплатежеспособности на момент заключения брачного договора судом округа рассмотрен и отклоняется как противоречащий материалам дела. Для применения презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов достаточно, в частности, установить совокупность двух обстоятельств: недостаточность имущества должника на момент совершения сделки и безвозмездный характер этой сделки (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). Судами верно констатировано, что спорная сделка была совершена безвозмездно, при этом в момент заключения брачного договора активов ФИО5 не хватало для покрытия его совокупного долга.

Утверждение ФИО2 о том, что целью заключения брачного договора являлся выдел ее доли в совместном имуществе, судом округа рассмотрено и также отклоняется, поскольку было предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции и опровергается мотивировочной частью судебных актов, где отмечено, что в результате заключения брачного договора режим общей совместной собственности на иное общее имущество, приобретенное ранее супругами в период брака, не изменялся.

Ссылка ответчика на то, что судами не учтен факт раздельного проживания супругов с апреля 2016 г. при прекращении семейных отношений, следовательно, факт нахождения в браке не может свидетельствовать о ее осведомленности о совершении спорной сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, направлена на переоценку доказательств. Так, судами установлено, что и после апреля 2016 г. супруги П-ны по обоюдному согласию владели, пользовались и распоряжались общим имуществом; в частности, ФИО2 принимала участие в операциях с недвижимостью (заключен договор безвозмездного пользования общим имуществом от 23.05.2016, выдано нотариальное согласие от 23.11.2016 о передаче имущества в залог по договору займа, заключен договор аренды от 01.12.2016 в отношении общего имущества), содействовала в получении супругом займов (выдано согласие на заключение договора займа от 10.03.2017).

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 02.08.2022 по делу № А50-18983/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Д.Н. Морозов


Судьи Е.А. Павлова


Ю.В. Кудинова