Постановление от 6 октября 2022 г. по делу № А60-18078/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-625/20

Екатеринбург

06 октября 2022 г.


Дело № А60-18078/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 29 сентября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 октября 2022 г.



Резолютивная часть постановления объявлена 29 сентября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 октября 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Морозова Д.Н., Новиковой О.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Акатьевой Д.А., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 по делу № А60-18078/2019 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном путем использования системы веб-конференции, принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 10.07.2021).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО4 (доверенность от 18.11.2020).



Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.04.2019 принято к производству суда заявление общества с ограниченной ответственностью «Стройуниверсал» (далее – общество «Стройуниверсал») о признании общества с ограниченной ответственностью «Автотехстрой» (далее – общество «Автотехстрой», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.05.2019 указанное заявление признано обоснованным, в отношении общества «Автотехстрой» введено наблюдение.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2019 временным управляющим утвержден ФИО5, являющийся членом ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.10.2019 общество «Автотехстрой» признанно несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО6 (далее – конкурсный управляющий, ФИО6), являющаяся членом Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.12.2019 конкурсным управляющим утверждена ФИО6

23.09.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7, ФИО1, ФИО8

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2020 в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечен ФИО9

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.06.2021 произведена замена заявителя по настоящему обособленному спору на общество «Стройуниверсал».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.01.2022 с ФИО9 и ФИО7 в пользу общества «Стройуниверсал» взыскано солидарно 3 739 056 руб. 35 коп. в порядке субсидиарной ответственности. В остальной части в удовлетворении требований отказано.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.06.2022 произведена замена заявителя общества «Стройуниверсал» по спору о привлечении к субсидиарной ответственности на индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ФИО2).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 определение Арбитражного суда Свердловской области от 17.01.2022 изменено, резолютивная часть судебного акта изложена в следующей редакции: Взыскать с ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9 солидарно в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 3 739 056 руб. 35 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022, ФИО1 обратилась в суд с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022, оставив в силе определение суда первой инстанции от 17.01.2022.

В обоснование доводов кассационной жалобы ФИО1 указывает на то, что она являлась номинальным участником общества «Автотехстрой», поскольку являлась сожительницей контролирующего должника лица ФИО9, в связи с чем не имела фактической возможности формировать волю должника на совершение сделок по выводу денежных средств из общества «Автотехстрой» в сумме более 220 000 000 руб. Кроме того, по её мнению, причинно-следственная связь между совершением данных сделок и наступлением объективного банкротства общества «Автотехстрой» отсутствует, как и отсутствуют данные, что вышеуказанные сделки явились причиной неисполнения требований перед обществом «Стройуниверсал». ФИО1 отмечает, что юридические лица, которым были предоставлены займы на вышеуказанную сумму, были исключены из Единого государственного реестра юридических лиц в период, когда ФИО1 уже не являлась участником общества. Таким образом, она не могла предположить, что с ликвидацией юридических лиц наступит ситуация невозможности возврата денежных средств. Помимо прочего, кассатор полагает, что судом апелляционной инстанции было нарушено её право на защиту, т.к. на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции она не была ознакомлена ни с апелляционной жалобой, ни с дополнениями к апелляционной жалобе.

От ФИО2 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором он просит постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 и определение Арбитражного суда Свердловской области от 17.01.2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы – в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1

Как установлено судами и следует из материалов дела, обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО1, ФИО8 и ФИО9, конкурсный управляющий указывал на следующие основания для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности: необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом и совершение сделок, повлекших банкротство должника.

Суды установили при этом, что ФИО1 являлась участником общества «Автотехстрой» в период с 13.02.2006 по 07.11.2016, ФИО7 являлась участником общества «Автотехстрой» в период с 07.11.2016 и директором общества – в период с 02.12.2016, ФИО8 являлся руководителем должника в период с 24.01.2013 по 29.04.2016, ФИО9 в рассматриваемом периоде являлся руководителем некоммерческого партнерства «Уралэнергостройкомплекс», в состав которого входило, в том числе, общество «Автотехстрой».

Рассматривая первое из заявленных оснований – неподача заявления о признании должника банкротом – суды исходили из того, что в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Суды установили также, что объективное банкротство должника возникло не позднее 31.12.2016.

Таким образом, как указали суды, обязанность по подаче заявления о банкротстве возникла у руководителя должника не позднее 31.03.2017 (с учётом срока сдачи в налоговый орган бухгалтерской отчетности) и должна была быть исполнена до 30.04.2017, чего однако сделано не было.

Между тем, суды пришли к выводу, что данное основание не может быть положено в основу взыскания с заинтересованных лиц в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в пользу заявителя.

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве размер ответственности в этом случае определяется исходя из размера обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона.

Требования общества «Стройуниверсал» включены в реестр требований кредиторов на основании определения от 27.09.2019 по настоящему делу.

Согласно данному определению, задолженность общества «Автотехстрой» перед обществом «Стройуниверсал» возникла на основании решений Арбитражного суда Свердловской области по делам № А60-65290/2017, № А60-28225/2018, согласно которым она объективно сложилась ранее даты истечения срока для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Удовлетворяя требования о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО7 и ФИО9 по второму из названных оснований – доведение должника до банкротства, - суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Аналогичная норма предусмотрена пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Согласно выписке по расчетному счету должника, открытому в публичном акционерном обществе «Банк Екатеринбург», в период с января по август 2014 года с расчетного счета должника были перечислены денежные средства обществу с ограниченной ответственностью «Агаттрейд», обществу с ограниченной ответственностью «Виктория», обществу с ограниченной ответственностью «Ресурс», обществу с ограниченной ответственностью «Прогрессивные Термо Системы», обществу с ограниченной ответственностью «Антарес» на общую сумму 220 856 636 руб. В назначение платежей указано «оплата по договору займа».

Указанные денежные средства должнику возвращены не были.

При этом, как установили суды, указанные общества впоследствии были исключены из ЕГРЮЛ (22.12.2016 – общество с ограниченной ответственностью «Агаттрейд», 14.02.2018 – общество с ограниченной ответственностью «Виктория», 13.11.2017 – общество с ограниченной ответственностью «Ресурс», 28.03.2017 – общество с ограниченной ответственностью «Прогрессивные Термо Системы», 24.01.2017 – общество с ограниченной ответственностью «Антарес»).

Доказательств того, что контролирующие должника лица предприняли действия по недопущению данной ситуации, когда при сумме перечислений свыше 220 млн. руб. вышеуказанные общества – получатели денежных средств были исключены из ЕГРЮЛ, в материалах дела не имеется.

Судами также установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что все общества – получатели денежных средств были зарегистрированы за несколько месяцев до получения денежных средств от должника и на следующий год после получения денежных средств перестали представлять бухгалтерскую и налоговую отчетность, все эти общества зарегистрированы в один период времени и прекратили осуществление своей деятельности после получения денежных средств.

Указанные перечисления на сумму свыше 220 млн. руб. суды обоснованно расценили в качестве вывода активов общества «Автотехстрой», необходимых для погашения долговых обязательств, ухудшивших финансовое положение должника и сделавших невозможным продолжение хозяйственной деятельности должника. В подобных обстоятельствах указанные сделки-платежи в силу пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 признаны судами убыточными и значимыми в масштабах деятельности должника.

При этом суд первой инстанции отметил, что ФИО7, являясь участником и руководителем должника, не предпринимала меры по предотвращению несостоятельности (банкротства) должника, погашению требований кредиторов, а именно не взыскивала дебиторскую задолженность – денежные средства, перечисленные по договорам займа в размере 220 856 636 руб., не воспрепятствовала исключению из Единого государственного реестра юридических лиц обществ – получателей денежных средств.

Более того, ФИО7 не передала конкурсному управляющему документацию бухгалтерского учёта и иную документацию должника, в результате чего было существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

По данным бухгалтерского баланса за 2016 год запасы должника составляли 3 938 тыс. руб., дебиторская задолженность - 73 592 тыс. руб. Указанные активы конкурсному управляющему не передавались, провести их анализ также не представилось возможным.

В свою очередь, ФИО9 в рассматриваемом периоде являлся руководителем некоммерческого партнерства «Уралэнергостройкомплекс», в состав которого входило, в том числе, общество «Автотехстрой». Данное обстоятельство было установлено судами на основании выводов, сделанных при рассмотрении иных споров (определение от 17.06.2019 по делу № А60-40625/2015, от 17.02.2020 по делу № А60-35727/2016, от 31.08.2020 по делу № А60-1864/2017, а также решения от 25.12.2020 по делу № А60-12686/2020, от 09.03.2021 по делу № А60- 58428/2020).

На основании изложенного, суды пришли к выводу, что ФИО9 являлся конечным бенефициаром общества «Автотехстрой», осуществлял фактическое руководство деятельностью общества, принимал финансовые решения и контролировал их выполнение, что свидетельствует о том, что он должен отвечать за невозможность погашения требований общества «Стройуниверсал» на тех же основаниях, что и ФИО7

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что вышеуказанные лица прекратили правовые отношения с обществом «Автотехстрой» до момента прекращения им деятельности и возникновения признаков объективного банкротства, а также до ликвидации организаций – получателей денежных средств, следовательно, указанные лица имеют отношение к описываемым заявителем событиям лишь в части перечисления заемных средств и непринятия мер к их возврату. При этом суд первой инстанции признал, что на момент перечисления денежных средств у общества «Автотехстрой» не было признаков объективного банкротства, а также задолженности перед обществом «Стройуниверсал», при этом сроки исковой давности возврата заёмных средств в период полномочий ФИО8 и ФИО1 пропущены не были.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции в указанной части не согласился и изменил принятый по спору судебный акт, посчитав необходимым привлечь к субсидиарной ответственности также ФИО8 и ФИО1

Апелляционный суд отметил при этом, что даже в случае предъявления исков к фирмам-однодневкам это не обеспечило бы возврат денежных средств, соответственно, еще на этапе выдачи денежных средств контролирующие должника лица (ФИО8, руководитель должника в период перечисления денежных средств, и ФИО1, участник должника в период перечисления денежных средств) понимали и осознавали невозвратность указанных займов, соответственно, вред причинен не отсутствием факта предъявления требования, как ошибочно указал суд первой инстанции, а самим фактом перечисления указанных займов, соответственно, лица, контролирующие должника, в указанный период времени подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

Апелляционная коллегия указала на то, что в материалы дела не представлены доказательства направления каких-либо претензий или принятия мер по взысканию задолженности в судебном порядке. При этом, с учетом длительного срока (более 10 лет) нахождения ФИО1 в статусе учредителя должника, она имела фактическую возможность формировать волю должника на совершение сделок по выводу денежных средств из общества в размере более 220 млн. рублей. Как следует из регистрационного дела, именно ФИО1 принимала решения по избранию/прекращению полномочий директоров должника.

В свою очередь, ФИО8, являясь директором должника, также имел фактическую возможность формировать волю должника на совершение сделок по выводу денежных средств в размере более 220 млн. рублей. Более того, учитывая статус единоличного исполнительного органа в 2014 году (на момент совершения спорных сделок), именно он имел полномочия на подписание договоров займа как лицо, действующее от имени должника без доверенности.

С учетом того, что реестр требований кредиторов должника составлял 25 581 891 руб., а сделки, совершенные в пользу обществ «Агаттрейд», «Виктория», «Ресурс», «Антарес» и «Прогрессивные Термо Системы», в значительной степени превышают данную сумму, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума ВС РФ № 53, суд апелляционной инстанции констатировал, что совершение данных сделок повлекло за собой причинение кредиторам должника существенного вреда.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО8 солидарно с ФИО7 и ФИО9.

Указанные выводы являются верными и основанными на правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы ФИО1 о том, что она, как номинальный руководитель должника, не является контролирующим должника лицом, и вследствие этого, не может нести субсидиарную ответственность, подлежат отклонению.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Оснований для уменьшения размера ответственности ФИО1 судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы ФИО1 о нарушении судом апелляционной инстанции её права на защиту также подлежат отклонению. Из материалов апелляционного производства следует, что судом было удовлетворено ходатайство ФИО1 об отложении судебного разбирательства по причине необходимости ознакомления с доводами апелляционных жалоб. В судебном заседании после отложения апелляционным судом выяснялось её мнение по поводу возможности завершения рассмотрения апелляционных жалоб, однако каких-либо ходатайств, в том числе о необходимости предоставления ей дополнительного времени для подготовки правовой позиции либо наличия иных процессуальных препятствий для рассмотрения апелляционных жалоб по существу, ею заявлено не было, что прямо следует из аудиопротокола судебного заседания суда апелляционной инстанции. Таким образом, ФИО1 в полной мере было реализовано право на судебную защиту.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 по делу № А60-18078/2019 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ф.И. Тихоновский


Судьи Д.Н. Морозов


О.Н. Новикова