Постановление от 19 сентября 2019 г. по делу № А40-172802/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

19.09.2019 Дело № А40-172802/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 12.09.2019

В полном объеме постановление изготовлено 19.09.2019


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Голобородько В.Я. и Коротковой Е.Н.

при участии в заседании:

от к/у КБ «Инвестиционный Союз» в лице ГК «АСВ»– ФИО1 по дов. от 04.09.2019;

от ФИО2 – не явился, извещен,

рассмотрев в судебном заседании 12.09.2019 кассационную жалобу конкурсного управляющего КБ «Инвестиционный Союз» в лице ГК «АСВ»

на определение от 02.04.2019 Арбитражного суда города Москвы,

вынесенное судьей О.С. Авдониной,

и постановление от 28.06.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями М.С. Сафроновой, О.И. Шведко, А.С. Масловым,

о завершении процедуры реализации имущества должника ФИО2, его освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2,



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы принято к производству заявление ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о признании его несостоятельным (банкротом), назначено судебное разбирательство по проверке обоснованности заявления и рассмотрению вопроса о признании гражданина несостоятельным (банкротом) на 21.09.2018.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.10.2018 (резолютивная часть объявлена 21.09.2018) должник ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО3 судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего назначено на 28.03.2019.

25.03.2019 финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд города Москвы с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, указав, что финансовым управляющим предприняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы, но имущества, подлежащего реализации, не выявлено.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.04.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2019, по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего была завершена процедура реализации имущества должника, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Суды указали, что из материалов дела следует, что финансовым управляющим получены сведения о состоянии индивидуального лицевого счета должника (л.д. 46), справка о состоянии вклада должника и справка о доходах физического лица (л.д. 57, 59-61), информация ИФНС России № 15 по г. Москве об имуществе должника (л.д. 93-98); сведения из Пенсионного фонда РФ о пенсионных правах ФИО2 (л.д. 102-103).

Суды отметили, что в материалах дела имеется копия свидетельства о расторжении брака между должником и его супругой (л.д. 51), но материалы дела не содержат обстоятельств, свидетельствующих о наличии у должника общего имущества с бывшей супругой, которое могло подлежать реализации.

Оснований для проведения иных мероприятий судами установлено не было, в связи с чем сделан вывод об отсутствии и оснований для продления процедуры банкротства в отношении должника.

Кредитор должника – Коммерческий банк «Инвестиционный Союз» (ООО) в лице конкурсного управляющего (ГК «АСВ») не согласился с определением и постановлением и обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, так как считает, что судами были неправильно применены нормы пункта 1 статьи 149 Закона о банкротстве, не принято во внимание формальное составление финансовым управляющим отчета, не учтено, что банкротство должника было обусловлено взятием на себя значительных обязательств (11 673 000 рублей кредитных средств), что предполагало при условии разумности и добросовестности действий заемщика наличие у него источника постоянного дохода для возврата этих средств, при этом ни финансовым управляющим должника, ни судом не было проверено, на какие именно цели был получен кредит в такой значительной сумме и как именно был использован, не было ли получение кредита обусловлено принятием на себя заведомо неисполнимых обязательств, что не является добросовестным поведением и не влечет освобождение такого должника от обязательств.

Также в жалобе указано, что суды не учли, что финансовым управляющим не было проверено имущественное положение бывшей супруги должника, брак с которой был расторгнут 10.05.2017, не проведены мероприятия по выявлению общей совместной собственности супругов.

Письменных отзывов должника и его финансового управляющего не поступило.

В заседании суда кассационной инстанции 12.09.2019 представитель кредитора поддержала кассационную жалобу по изложенным в ней доводам, обратила внимание, что финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества, хотя не все ответы компетентных органов на его запросы были им получены, в связи с чем высказала мнение, что до проведения финансовым управляющим всех мероприятий по выявлению имущества должника завершение процедуры реализации имущества должника и его освобождение от долгов было преждевременным.

Должник и финансовый управляющий, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы кредитора в отсутствие этих лиц.

Изучив материалы дела (в суде первой инстанции - 1 том в количестве 112 листов), выслушав представителя кредитора, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу о наличии предусмотренных частью 1 статьи 288 Кодекса оснований для отмены определения и постановления, поскольку судами вследствие неправильного применения норм материального права в их истолковании высшей судебной инстанцией не были установлены обстоятельства, имеющие значение для разрешения вопроса о наличии или отсутствии оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина-должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013, освобождение гражданина от долгов по итогам банкротства (статья 213.228 Закона о банкротстве) является экстраординарным способом прекращения обязательств. Закрепленный названной нормой правовой институт по своей природе обладает схожестью с ликвидацией юридических лиц (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), так как данная процедура предполагает достаточное количество времени для предъявления кредиторами своих требований к должнику, предусматривает меры по удовлетворению таких требований, а по ее окончании - происходит списание задолженности.

В указанном Определении высшая судебная инстанция по вопросу о завершении процедуры реализации имущества должника и освобождению его от долгов разъяснила, что по общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Пунктом 4 статьи 213.8 Закона о банкротстве установлен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

К числу таких признаков абзацы третий и четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относят непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве, незаконные действия гражданина при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, в том числе совершение мошенничества, злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности, уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставление кредитору заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества.

В процедурах банкротства на гражданина-должника возлагаются обязательства по предоставлению информации о его финансовом положении, в том числе сведений об источниках доходов (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве).

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Суд вправе отказать в применении вышеуказанных положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, по общему правилу разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве) и зависит от добросовестности должника.

Как разъяснено в абзацах 4 5 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение стороны может быть признано недобросовестным по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Таким образом, законом не исключено признание по инициативе суда поведения должника недобросовестным, исключающим возможность применения к нему правил об освобождении от исполнения обязательств, даже в том случае, если никто из участвующих в деле лиц не заявлял о данных обстоятельствах, не участвовал в судебном заседании суда первой инстанции, на котором рассматривался вопрос о завершении процедуры реализации имущества должника.

Учитывая вышеуказанную правовую позицию высшей судебной инстанции, судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что вне зависимости от того, что в заседании суда первой инстанции никем не было заявлено доводов об отсутствии оснований для завершения процедуры реализации вследствие не явки кредитора, суду следовало самостоятельно в полном объеме проверить имеющиеся в материалах дела доказательства, представленные как должником, так и его финансовым управляющим, в целях устранения любых сомнений для обоснованности вывода о выполнении финансовым управляющим всех мероприятий, о возможности освобождения должника от долгов.

Вместе с тем, материалы дела в полном объеме судом не изучались, вывод о чем судебная коллегия суда кассационной инстанции делает на основании следующего.

Так, констатировав, что брак должника и его супруги (зарегистрированный 06.11.1976 – копия паспорта должника – л.д.112, оборот) был расторгнут 10.05.2017 (копия свидетельства - л.д.51), судом не было принято во внимание, что дата расторжения брака по совместному заявлению супругов совпала с периодом рассмотрения Бутырским районным судом города Москвы гражданского дела № 2-719/2017 по иску кредитора (КБ «Инвестиционный союз») о взыскании задолженности по кредитному договору от 10.10.2014 № 216/14К, решением по которому, принятым 13.06.2017, исковые требования кредитора были удовлетворены (л.д.44-45).

Не сопоставив даты расторжения брака и периода рассмотрения судом общей юрисдикции решения о взыскании с должника задолженности по кредитному договору от 10.10.2014 № 216/14К, суд не обратил внимание и на то, что финансовым управляющим не осуществлялось никаких мер по выявлению общего имущества супругов, расторгнувших брак за год до обращения должника с заявлением о признании его банкротом (25.07.2018).

Кроме того, суд не проанализировал условия представленного в материалы дела договора потребительского кредита от 10.10.2014 № 216/14К, согласно условиям которого на потребительские нужды заемщику было предоставлено 11 673 000 рублей (л.д.35-39), не сопоставил их с решением Бутырского районного суда города Москвы от 13.06.2017, согласно которому с должника в пользу кредитора была взыскана задолженность в размере основного долга 501 000 рублей (в размере, заявленном кредитором), не проверил действительных целей получения кредитных средств в указанном размере и разумных причин неисполнения взятых на себя кредитных обязательств, что было необходимо для вывода о наличии или отсутствии добросовестных действий со стороны должника при принятии на себя кредитных обязательств (являлись ли они заведомо неисполнимыми) и их неисполнении.

Также не было дано судом оценки тому обстоятельству, что в отчете финансового управляющего было указано на направление им запросов о счетах должника в такие кредитные учреждения как ПАО КБ «Восточный», Банк ВТБ (ПАО), АО/ КБ «Ситибанк», однако сведений об ответах данных кредитных учреждений материалы дела не содержат.

Кроме того, соглашаясь с утверждением финансового управляющего о том, что никакого имущества должника не было выявлено, суд не дал никакой оценки сведениям, представленным налоговым органом из Единого государственного реестра налогоплательщиков по состоянию на 12.10.2018 (л.д.75-78), в которых отмечено наличие объекта недвижимого имущества (квартиры по адресу Москва, Алтуфьевское <...>), при этом отмечены (строки 44, 48, 49) вид права – общая долевая собственность, дата права – 15.02.2011, дата прекращения права – 31.03.2017, а также отмечено наличие двух автомобилей (строки 58-68, 76-86).

Аналогичные сведения об объекте недвижимого имущества были представлены из Единого государственного реестра недвижимости (л.д.104), но также не были проанализированы судом в совокупности с иными доказательствами по делу.

Учитывая изложенное, судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что вследствие неправильного применения вышеуказанных норм Закона о банкротстве без учета их истолкования высшей судебной инстанцией судами не были установлены все имеющие значение для вывода о наличии или отсутствии оснований для завершения процедуры реализации и оснований для освобождения должника от долгов обстоятельства, в связи с чем судебные акты о завершении процедуры реализации и об освобождении должника от долгов являются преждевременными, не основанными на фактических обстоятельствах дела и имеющихся в деле доказательствах, в связи с чем определение и постановление подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а дело – направлению на новое рассмотрение для устранения допущенных нарушений, поскольку суд кассационной инстанции полномочиями по установлению обстоятельств, самостоятельному исследованию доказательств и их оценке не обладает.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 02.04.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2019 по делу № А40-172802/2018 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.


Председательствующий – судья Е.А. Петрова

Судьи: В.Я. Голобородько

Е.Н. Короткова