Постановление от 14 октября 2024 г. по делу № А06-161/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-8051/2024

Дело № А06-161/2022
г. Казань
14 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 октября 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Фатхутдиновой А.Ф.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И. (протоколирование велось с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в режиме веб-конференции представителей:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Стимул» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 12.01.2023,

общества с ограниченной ответственностью «Коммерческая фирма «Аверс» – ФИО3, доверенность от 30.01.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 22.05.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2024

по делу № А06-161/2022

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Стимул» ФИО1 о привлечении ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стимул», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 17.02.2022 общество с ограниченной ответственностью «Стимул» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий должником обратилась в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении наследника бывшего руководителя должника ФИО6 – ФИО4, а также ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере, равном совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 22.05.2024, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2024, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 в пределах наследственной массы. Рассмотрение заявления конкурсного управляющего должником о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В части требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 отказано.

В кассационной жалобе ФИО4 просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает на следующее: судом первой инстанции необоснованно отклонено заявление ФИО4 о применении срока исковой давности; ФИО6 прекратила свои полномочия как директора должника с 06.06.2018, следовательно, на момент возникновения обязательств перед ООО «КФ «Аверс» не являлась контролирующим должника лицом; в материалах дела отсутствуют доказательства того, что именно действиями ФИО6 должник был доведен до банкротства; судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о фальсификации доказательств и о проведении почерковедческой экспертизы.

Судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 лицами, участвующими в деле, в кассационном порядке не обжалуются, в связи с чем следует исходить из правовой определенности сторон в указанной части требований.

Проверив законность принятых судебных актов в обжалуемой части в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судами, ФИО6 с марта 2017 года являлась учредителем должника, а также до 14.06.2018 – генеральным директором должника; ФИО5 с 14.06.2018 являлась генеральным директором должника.

ФИО6 умерла 18.01.2022, нотариусом открыто наследственное дело № 49/2022, наследником по закону является ФИО4, которая 16.03.2022 заявила о принятии наследства, оставшегося после смерти дочери ФИО6

Согласно представленной нотариусом копии наследственного дела № 49/2022, имеется наследственная масса: квартира, находящаяся по адресу: <...>; земельный участок площадью 1000 кв.м, расположенный по адресу: Астраханская область, Икрянинский район, п. Троицкий.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц у ФИО6 на дату открытия наследства имелась доля в уставном капитале должника в размере 100% стоимостью 10 000 руб.

Заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности основаны на положениях пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивированы тем, что в период с августа по октябрь 2017 года в пользу ФИО6 были перечислены денежные средства в качестве займа в общем размере 2 965 000 руб., которые последней не были возвращены, а бывшим руководителем ФИО5 не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции установил, что ФИО6 самостоятельно и лично произвела действия по государственной регистрации должника, открывала счет в кредитном учреждении, обладала правом первой подписи согласно карточке подписей, самостоятельно получала ЭЦП, распоряжалась средствами должника, в том числе переводила денежные средства должника на личный счет.

Так, судом первой инстанции установлено, что с расчетного счета должника в адрес ФИО6 были перечислены денежные средства в общем размере 2 965 000 руб., в том числе:

- 30.08.2017 в размере 1 500 000 руб. с назначением платежа «Предоставление займа согласно договору № 1 от 22 августа 2017 года сумма 1 500 000-00 без НДС»;

- 22.08.2017 в размере 1 000 000 руб. с назначением платежа «Предоставление займа согласно договору № 1 от 22 августа 2017 года сумма 1 000 000-00 без НДС»;

- 22.09.2017 в размере 235 000 руб. с назначением платежа «Предоставление займа согласно договору № 1 от 22 августа 2017 года сумма 235 000-00 в т.ч. НДС (18%) 35847-16»;

- 04.10.2017 в размере 230 000 руб. с назначением платежа «Предоставление займа согласно договору № 1 от 22 августа 2017 года сумма 230 000-00 в т.ч. НДС (18%) 35084-75».

Указанные денежные средства должнику возвращены не были, договор в письменном виде отсутствует.

Судом первой инстанции принято во внимание, что в реестр требований кредиторов включены требования ООО «КФ «Аверс», и согласно решению Арбитражного суда Астраханской области от 09.04.2021 по делу № А06-4380/2020 задолженность должника в размере 279 292,88 руб. возникла во втором квартале 2017 года, то есть на момент вывода денежных средств задолженность перед ООО «КФ «Аверс» уже существовала.

Учитывая, что ФИО6 при наличии задолженности перед кредитором, требования которого впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника, совершила сделки по безвозмездному выводу активов (денежных средств) в свой адрес, а также сразу после таких сделок финансово-хозяйственная деятельность должника была прекращена, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанные действия привели к невозможности погашения требований кредитора и к несостоятельности (банкротству) должника.

Также судом первой инстанции установлено, что никаких бухгалтерских документов и иных документов финансово-хозяйственной деятельности должника ФИО6 не было передано ФИО5 при смене руководителя в июне 2018 года, в то время как согласно сданным балансам за 2017 и 2018 годы у должника имелись активы в размере 40 000 руб., а из выписок по расчетным счетам должника следует, что денежные средства должника в 2017 году перечислялись на приобретение товарно-материальных ценностей в общей размере более 10 млн. руб., однако информация о наличии таких товарно-материальных ценностей, об отражении в бухгалтерской отчетности, об их передаче в адрес третьих лиц и о наличии перед должником задолженностей третьих лиц, в адрес конкурсного управляющего не передавалась, что привело к невозможности идентификации активов и взыскания дебиторской задолженности.

Отклоняя довод ФИО4 о пропуске конкурсным управляющим годичного срока исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции указал, что перечисления денежных средств в адрес ФИО6 имели место после вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266-ФЗ), в связи с чем подлежит применению трехгодичный срок на подачу заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Поскольку заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц было подано 11.08.2023, то трехлетний срок на подачу такого заявления не истек.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд округа считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам, оснований для отмены судебных актов не усматривает.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица, либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 19 постановления Пленума № 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установив, что ФИО6 как конечным бенефициаром и руководителем должника были совершены сделки по выводу активов должника в свою пользу, что повлекло существенное ухудшение его финансового состояния и невозможность погашения задолженности перед кредиторами, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Довод ФИО4 о необоснованном отклонении судами заявления о пропуске срока исковой давности, со ссылкой на то, что совершение сделок между должником и ООО «КФ «Аверс» имели место в период с 03.03.2017 по 01.06.2017, то есть до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, в связи с чем срок на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям составлял один год, который был пропущен конкурсным управляющим, подлежит отклонению, как основанный на ошибочном толковании норм права.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Поскольку сделки по перечислению денежных средств в пользу ФИО6, послужившие основанием для привлечения ее к субсидиарной ответственности, совершены в августе-октябре 2017 года, то есть в период действия положений пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ), согласно которому заявление о привлечении к ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, то судами правомерно применен трехлетний срок исковой давности, который конкурсным управляющим не пропущен.

Период совершения сделок между должником и его кредитором (ООО «КФ «Аверс») в спорном случае не имеет правового значения для исчисления срока исковой давности.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о фальсификации доказательств (договора поставки от 03.03.2017 № 301703-007, заключенного между должником и ООО «КФ «Аверс», и товарных накладных) и о проведении почерковедческой экспертизы, подлежит отклонению, поскольку при рассмотрении указанного ходатайства судом первой инстанции было установлено, что заявление ФИО4 о фальсификации доказательств не соответствует ни по форме, ни по сути требованиям, установленным процессуальным законодательством к такого рода заявлениям, а также то, что документы, указанные в заявлении о фальсификации, были предметом исследования в делах № А06-4380/2020 и № А06-1784/2020, и судебными актами по указанным делам установлена реальность хозяйственных отношений между должником и ООО «КФ Аверс» по поставке ГСМ.

Иные изложенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводы судов не опровергают и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов.

При этом следует отметить, что при определении размера ответственности заявитель жалобы не лишен возможности ставить перед судом вопрос о снижении размера его ответственности до размера фактически причиненного кредиторам ущерба.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции оснований для удовлетворения кассационной жалобы не находит.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 22.05.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2024 по делу № А06-161/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья М.В. Коноплёва


Судьи А.Г. Иванова


А.Ф. Фатхутдинова