Постановление от 23 июня 2025 г. по делу № А51-22961/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-1449/2025
24 июня 2025 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 июня 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Ефановой А.В.,

судей Кучеренко С.О., Сецко А.Ю.,

при участии:

представителя ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 11.01.2025 № 52АА 6561280 (онлайн);

представителя Федеральной налоговой службы – ФИО4 по доверенности от 02.12.2024 № 12-19-2419 (онлайн),

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Приморского края от 27.12.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2025

по делу №  А51-22961/2018

по рассмотрению отчета арбитражного управляющего о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к ответственности

в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Дальневосточная птица» ФИО5

к ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8, Авельцову Дмитрию Юрьевичу

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточная птица»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Приморского края от 29.11.2018 по заявлению Федеральной налоговой службы (далее – уполномоченный орган) возбуждено дело о признании общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточная птица» (далее – ООО «Дальневосточная птица», должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 05.03.2020 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего ООО «Дальневосточная птица» возложено на ФИО5.

В рамках настоящего дела о банкротстве исполняющим обязанности конкурсного управляющего ФИО5 инициирован обособленный спор о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Дальневосточная птица» (вх. № 112506/2020).

По результатам рассмотрения названного обособленного спора определением суда от 17.07.2024 с ответчика ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) в конкурсную массу должника взысканы убытки в размере 59 400 000 руб., в удовлетворении требований о привлечении ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Определением от 27.12.2024 конкурсное производство завершено.

На основании отчета о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении ФИО2 к ответственности в виде взыскания убытков в размере 59 400 000 руб. определением суда от 27.12.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2025, произведена замена взыскателя ООО «Дальневосточная птица» по требованию к ответчику на Федеральную налоговую службу, акционерное общество «Артемовское предприятие промышленного железнодорожного транспорта» (далее – АО «Артемовское ППЖТ»), публичное акционерное общество Национальный банк «ТРАСТ» (далее – Банк «ТРАСТ» (ПАО) в части требования в общем размере 48 088 899,15 руб. пропорционально размеру требований кредиторов, выданы исполнительные листы. Остаток задолженности ответчика перед ООО «Дальневосточная птица» определен судом подлежащим учету в размере 11 311 100,85 руб.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами,  ФИО2  обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в замене взыскателей по требованию в размере 48 088 899,15 руб.

В обоснование доводов кассационной жалобы  заявитель указывает на то, что суды необоснованно применили к требованию о взыскании убытков с контролирующего должника лица нормы статьи 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и проигнорировали факт нарушения принципа очередности удовлетворения, полагая, что требование о взыскании убытков с контролирующих должника лиц может быть передано кредитору в качестве отступного после полного погашения таким кредитором требований иных кредиторов приоритетной очередности.

К судебному заседанию от уполномоченного органа и арбитражного управляющего ФИО5 поступили отзывы на кассационную жалобу, в которых выражено несогласие с приведенными в ней доводами, отмечено, что на данный момент законодательством о банкротстве не установлены иные нормы, регулирующие порядок распоряжения правом требования о взыскании убытков с бывшего руководителя должника, в связи с чем суды пришли к верному выводу о возможности применения в рассматриваемом случае положений статьи 61.17 Закона о банкротстве по аналогии.

В судебном заседании окружного суда, проведенном с использованием системы веб-конференции по правилам статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), представитель заявителя кассационной жалобы поддержал изложенные в ней доводы, просил принятые по настоящему спору судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в замене взыскателей.

Представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, приведенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в обособленном споре и в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом, в том числе путем размещения судебных актов на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку представителей в судебное заседание окружного арбитражного суда не обеспечили, что не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие по правилам части 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность определения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда, исходя из доводов кассационной жалобы и отзывов на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судами, вступившим в законную силу определением от 17.07.2024 по настоящему делу с ответчика ФИО2 в конкурсную массу ООО «Дальневосточная птица» взысканы убытки в общем размере 59 400 000 руб., причиненные в результате перечисления в период осуществления им полномочий руководителя ООО «Дальневосточная птица» денежных средств в пользу акционерного общества «Торговый дом «Михайловский».

Впоследствии кредиторы АО «Артемовское ППЖТ», Банк «ТРАСТ» (ПАО) и уполномоченный орган выразили волеизъявление на получение удовлетворения своих требований, которые не были погашены в ходе конкурсного производства, за счет сумм убытков, взысканных с ответчика.

Устанавливая основания для замены взыскателей, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствовался положениями статей 61.17, 61.20, 134, 142 Закона о банкротстве, разъяснениями, приведенными в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) и исходил из наличия у кредиторов и уполномоченного органа возможности распорядиться правом требования к ответчику с соблюдением принципов очередности и пропорциональности, учитывая общность правовой природы механизмов привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности и взыскания с него убытков в деле о банкротстве.

Оснований не согласиться с принятыми по делу судебными актами у суда округа не имеется ввиду следующего.

Положениями главы III.2 Закона о банкротстве предусмотрена гражданско-правовая ответственность контролирующих должника лиц за деяния, причинившие вред имущественным правам кредиторов и должника. К видам такой ответственности отнесены субсидиарная ответственность и возмещение убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве при рассмотрении заявления о взыскании с контролирующих должника лиц убытков применяются положения главы III.2, включая статью 61.17 названного Закона.

В свою очередь, норма статьи 61.17 Закона о банкротстве, которой урегулированы отношения по распоряжению кредиторами правом требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, хотя и не имеет прямого указания на возможность применения соответствующего механизма в отношении требования о привлечении контролирующих лиц к ответственности в виде взыскания убытков, но и не содержит соответствующего запрета.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2), в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Именно поэтому, в числе прочего, Пленум Верховного Суда Российской Федерации (пункт 20 постановления № 53) исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

В зависимости от имущественного интереса, на защиту которого направлено предъявленное арбитражным управляющим или кредиторами в деле о банкротстве требование о возмещении убытков, необходимо различать кредиторские (конкурсные) и корпоративные (замещающие) иски.

По заявлению о взыскании с контролирующих лиц убытков по корпоративным основаниям прямым выгодоприобретателем выступает должник (его акционеры), ввиду чего цена такого иска законодательно не ограничена размером требований кредиторов (пункт 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве). Она определяется по правилам статей 15, 53.1, 393 ГК РФ и равна сумме всех убытков, причиненных организации. Корпоративные убытки (в отличие от кредиторских) изначально не принадлежат сообществу кредиторов, поскольку направлены на возмещение вреда, причиненного собственникам юридического лица. Удовлетворение от такого права требования кредиторы в процедуре банкротства могут получить лишь с учетом правил статей 134, 142 Закона о банкротстве в форме распределения конкурсной массы, пополненной на сумму взыскания такой задолженности либо суммы, полученной от реализации данного права требования на торгах.

Иной правовой природой обладают кредиторские убытки (статья 1064 ГК РФ, статья 61.13 Закона о банкротстве). С точки зрения законодательства о банкротстве право на соответствующий кредиторский иск возникает с момента, когда носящая недобросовестный характер деятельность должника начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760), иными словами, когда стоимость чистых активов корпорации приобретает отрицательное значение.

Само субъективное право требовать взыскания кредиторских убытков принадлежит не корпорации, а сообществу кредиторов (конкурсной массе). В отсутствие кредиторов права на привлечение к субсидиарной ответственности или на возмещение кредиторских убытков (равно как и на конкурсное оспаривание) не имеется как такового. Поэтому должник (корпорация) в такой ситуации выступает лишь номинальным держателем права от имени сообщества кредиторов.

С учетом вышеуказанных характерных различий правовой природы кредиторских и корпоративных убытков, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2024 № 305-ЭС23-22266 сформулирован правовой подход, согласно которому вопрос о возможности распоряжения правом на возмещение убытков должен разрешаться исходя из того, какой интерес защищает это право – к кредиторским убыткам, которые принадлежат самим кредиторам и имеют своей целью возместить вред, причиненный кредиторам должника, возможно применение механизма, установленного статьей 61.17 Закона о банкротстве, тогда как к корпоративным убыткам как к активу самого должника (его акционеров) этот механизм не может быть применим.

Следуя указанному правовому подходу, установив кредиторскую природу убытков, взысканных с бывшего руководителя должника в рамках дела о банкротстве ООО «Дальневосточная птица», коль скоро неправомерные действия совершены ответчиком в период, когда у должника имелись признаки неплатежеспособности, и имущества общества оказалось недостаточно для расчетов с кредиторами в ходе конкурсного производства, суды обеих инстанций правильно применили к спорным отношениям положения статьи 61.17 Закона о банкротстве. Довод заявителя кассационной жалобы об обратном противоречит судебной практике, сформированной на уровне высшей судебной инстанции, и подлежит отклонению судом округа как необоснованный.

Вопреки позиции ответчика, замена взыскателей произведена в соответствии с положениями статей 134, 142 Закона о банкротстве - с соблюдением принципов очередности и пропорциональности, что прямо следует из содержания обжалуемых судебных актов и согласуется с имеющимися в деле доказательствами. Так, кредитору АО «Артемовское ППЖТ» и уполномоченному органу уступлены права к ФИО2, эквивалентные размеру требований по текущим платежам и требований второй очереди удовлетворения (в полном объеме), а уступка прав в пользу Банк «ТРАСТ» (ПАО) произведена с учетом недостаточности размера права требования для погашения всего реестра, исходя соотношения к соответствующей очереди (процент удовлетворения 1,30).

Суждение заявителя кассационной жалобы об иных условиях передачи требования о взыскании убытков с контролирующих должника лиц (в качестве отступного) не принимается во внимание коллегией окружного суда, поскольку, как указывалось выше, в данном случае применяется порядок, предусмотренный статьей 61.17 Закона о банкротстве.

Резюмируя изложенное, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам, изложенным в кассационной жалобе, так как они не опровергают выводов судов и установленных фактических обстоятельств спора, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и им дана правильная оценка.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судами первой и апелляционной инстанций при разрешении рассматриваемого спора не допущено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия окружного суда признает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 27.12.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2025 по делу А51-22961/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                       А.В. Ефанова


Судьи                                                                                С.О. Кучеренко

А.Ю. Сецко