Решение от 20 мая 2022 г. по делу № А71-16308/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 16308/2021
20 мая 2022 года
г. Ижевск




Резолютивная часть решения объявлена 13 мая 2022 года

Полный текст решения изготовлен 20 мая 2022 года


Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи М.В. Мельниковой при ведении протокола судебного заседания с помощником судьи Л.В. Дюпиной, рассмотрел в судебном заседании исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью «Веста», г. Ижевск к индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Сарапул с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуального предпринимателя ФИО2, Общества с ограниченной ответственностью «Лига –М г.Ижевск об обязании освободить нежилые помещения площадью 12 кв.м. и 133 кв.м. расположенные на втором этаже здания по адресу: <...>, строение 1,

при участии:

от истца: не явились (уведомлены),

от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности от 07.02.2022, копия диплома,

от третьих лиц: не явились (уведомление в деле),

дело рассмотрено в отсутствие представителей истца и третьего лица, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в сети «Интернет» (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 №57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»), что подтверждается отчетом о публикации судебных актов,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Веста» обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 об обязании освободить нежилые помещения площадью 12 кв.м. и 133 кв.м. расположенные на втором этаже здания по адресу: <...>, строение 1 (с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 09.02.2022 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены индивидуальный предприниматель ФИО2 и Общество с ограниченной ответственностью «Лига –М».

Как следует из материалов дела, 01.12.2021 года между истцом (арендатор) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (арендодатель) заключен договор аренды, по условиям которого, арендодатель передал, а арендатор принял за плату во временное владение и пользование нежилое помещение, общей площадью 376,1 кв.м., этаж 2, кадастровый номер 18:30:000172:82, расположенное по адресу: <...>, корпус №2, строение 1; нежилое помещение, общей площадью 286,7 кв.м., этаж 2, кадастровый номер 18:30:000172:85, расположенного по адресу: <...>, корпус №2, строение 1; нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 1 529, 4 кв.м., этаж 1,2, кадастровый номер 18:30:000172:84, расположенного по адресу: <...>, корпус №2, строение №1.

Пунктом 2.5. договора аренды предусмотрено, что арендатор имеет право передать помещения объекта в субаренду по договору субаренды по своему усмотрению.

Как указал истец, в целях сдачи части арендованных помещений в субаренду, обществом «Веста» в адрес индивидуального предпринимателя ФИО1 направлен проект договора субаренды нежилых помещений №11-01/17 от 01.12.2020, площадью 12 кв.м., а также акт приема-передачи от 01.12.2020.

Помещение принято ответчиком по акту приема-передачи от 01.02.2020 (л.д.21 т.1).

Кроме того, в целях сдачи части арендованных помещений в субаренду, обществом «Веста» направлен проект договора субаренды нежилых помещений №10-01/17 от 01.02.2021, площадью 133 кв.м.

Помещение принято ответчиком по акту приема-передачи от 01.02.2021 (л.д.33 т.1).

Между тем, договоры субаренды нежилых помещений №11-01/17 от 01.12.2020 и №10-01/17 от 01.02.2021 подписаны субарендатором с протоколами разногласий, согласно которым ФИО1 просила исключить из текста договоров пункты 1.6, 3.2.2, 3.2.26, 3.3.3, 3.3.7,5.7,5.9, 5.11,5.14,5.15,п.6 и все его подпункты 7,7, 7.8, 7.16,7.17 и пункт 3 приложения №3, а также просила включить в договоры ответственность за причиненный ущерб в связи с нарушением пунктов с 1 по 2.25 приложения № 4.

Разногласия относительно спорных пунктов договора сторонами не были урегулированы, в связи с чем, 16 марта 2021 года общество «Веста» направило в адрес предпринимателя ФИО1 требования об освобождении занимаемых ей нежилых помещений площадью 12 кв.м. и 133 кв.м., расположенных по адресу: <...>, строение 1.,указав, что договоры субаренды не заключены.

Ответчик спорные помещения не возвратил, что послужило истцу основанием для обращения Арбитражный суд Удмуртской Республики с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик представил отзыв на иск (л.д. 70-71 т.1) указав на то, что спорные договоры субаренды являются заключенными и исполняются сторонами надлежащим образом, существенные условия согласованы, со стороны истца имеет место быть злоупотребление правом.

Третье лицо (ООО «Лига –М») в своих письменных пояснениях указало на то, что являлось предыдущим арендатором помещений расположенных по адресу <...>, корпус №2, строение 1 на основании договора аренды от 01.02.2017, в свою очередь сдавало спорное помещение площадью 12 кв.м.,по договору субаренды предпринимателю ФИО1, после расторжения договора аренды с собственником (ФИО2) также был расторгнут договор субаренды с ФИО1, в настоящее аремя арендатором спорных помещений является ООО «Веста».

Исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд пришел к следующему.

Согласно положениям пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - постановление Пленума N 49) в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида (например, условия, указанные в статьях 555 и 942 ГК РФ).

Существенными также являются все условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (абзац второй пункта 1 статьи 432 ГК РФ), даже если такое условие восполнялось бы диспозитивной нормой. (пункт 2 постановление Пленума N 49).

Согласно пункту 3 статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

В силу пункта 1 статьи 654 ГК РФ договор аренды здания или сооружения должен предусматривать размер арендной платы.

Таким образом, существенными условиями договора аренды недвижимости являются объект аренды и размер арендной платы.

Из материалов дела следует, что в отношении условий об объекте аренды и размере арендной платы спора между сторонами не имеется.

Не согласованными остались пункты договоров, касающиеся обязанности субарендатора по внесению гарантийного взноса, обеспечения страхования своего имущества, находящегося в арендованном помещении, санкций и ответственности в отношении субарендатора в случае нарушения им своих обязательств.

Истец, ссылаясь на абзац второй пункта 2 постановления Пленума N 49 полагает, что поскольку условия пунктов договоров, указанные субарендатором в протоколах разногласий, сторонами не согласованы, договоры нельзя признать заключенными, в связи с чем, просит суд обязать субарендатора освободить занимаемые нежилые помещения.

Между тем, из материалов дела следует, что истец передал ответчику нежилые помещения по актам приема-передачи, ответчик пользуется помещениями и вносит согласованную условиями договоров арендую плату.

Протоколы разногласий направлены субарендатором в адрес арендатора в день подписания договоров - 01.12.2020 и 01.02.2021 соответственно, при этом, сразу после подписания договоров Общество с ограниченной ответственностью «Веста» выставляло счета на оплату, которые в полном объеме оплачивались субарендатором.

В силу пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - постановление Пленума N 49), если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

По общему правилу, оферта должна содержать существенные условия договора, а также выражать намерение лица, сделавшего предложение (оферента), считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение (абзац второй пункта 1 статьи 432, пункт 1 статьи 435 ГК РФ) (пункт 7 постановления Пленума N 49).

В случае направления конкретному лицу предложения заключить договор, в котором содержатся условия, достаточные для заключения такого договора, наличие намерения отправителя заключить договор с адресатом предполагается, если иное не указано в самом предложении или не вытекает из обстоятельств, в которых такое предложение было сделано (пункт 8 постановления пленума N 49).

Ответ на оферту, который содержит иные условия, чем в ней предложено, считается новой офертой, если он соответствует предъявляемым к оферте статьей 435 ГК РФ требованиям (статья 443 ГК РФ). Если после получения оферентом акцепта на иных условиях адресат первоначальной оферты предлагает заключить договор на первоначальных условиях, такое предложение также считается новой офертой, если оно отвечает требованиям, предъявляемым к оферте (статьи 443, 435 ГК РФ) (12 постановления пленума N 49).

Акцепт, в частности, может быть выражен путем совершения конклюдентных действий до истечения срока, установленного для акцепта. В этом случае договор считается заключенным с момента, когда оферент узнал о совершении соответствующих действий, если иной момент заключения договора не указан в оферте и не установлен обычаем или практикой взаимоотношений сторон (пункт 1 статьи 433, пункт 3 статьи 438 ГК РФ).

По смыслу пункта 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации для целей квалификации конклюдентных действий в качестве акцепта достаточно того, что лицо, которому была направлена оферта, приступило к исполнению предложенного договора на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок. При этом не требуется выполнения всех условий оферты в полном объеме (пункт 13 постановления пленума N 49).

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, протоколы разногласий к договорам субаренды, направленные субарендатором арендатору являются новой офертой, которая акцептована арендатором путем выставления счетов на оплату и принятием арендных платежей от субарендатора.

В силу пункта 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

В связи с вышеизложенным, договоры субаренды нежилых помещений № 11-01/17 от 01.12.2020 и 01.02.2021 являются заключенными на условиях новой оферты (протоколов урегулирования разногласий).

На основании абзаца 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ). В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Таким образом, действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Принципа добросовестности, закреплен в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Недобросовестными предлагается считать действия лица (прежде всего – стороны сделки), которое вело себя таким образом, что не возникало сомнений в том, что оно согласно со сделкой и намерено придерживаться ее условий.

С учетом фактических обстоятельств суд полагает, что истец не вправе требовать признания спорных договоров субаренды незаключенными, при этом действия истца, направленные на выселение ответчика из занимаемых по договорам субаренды помещений, являются недобросовестными.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для освобождения арендуемых нежилых помещений ответчиком, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований отказано.

С учетом принятого по делу решения и на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


Судья М.В. Мельникова