Постановление от 15 июня 2018 г. по делу № А11-7472/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А11-7472/2015


15 июня 2018 года



Резолютивная часть постановления объявлена 09.06.2018.

Постановление в полном объеме изготовлено 15.06.2018.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Прытковой В.П., Трубниковой Е.Ю.


при участии

Сухарева Михаила Владимировича по паспорту гражданина Российской Федерации

и представителя от общества с ограниченной ответственностью «Фармстронг»

в лице конкурсного управляющего Долгодворова Сергея Анатольевича:

Давыдова Я.В. по доверенности от 30.04.2018 (в заседании 05.06.2018),

представителей от Сухарева Михаила Владимировича:

Загоняева Д.А. по доверенности от 22.12.2016

и Плешакова Е.А. по доверенности от 22.05.2018,

от Федеральной налоговой службы России в лице

Управления Федеральной налоговой службы по Нижегородской области:

Чугина И.М. по доверенности от 03.04.2018 № 18-25/06953,

от общества с ограниченной ответственностью «ФЕРОН»:

Выжлова А.А. по доверенности 09.01.2018 № 18


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

Сухарева Михаила Владимировича


на определение Арбитражного суда Владимирской области от 30.11.2017,

принятое судьей Гиндулиной В.Ю., и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2018,

принятое судьями Рубис Е.А., Протасовым Ю.В., Смирновой И.А.,

по делу № А11-7472/2015


по заявлению конкурсного управляющего Долгодворова Сергея Анатольевича

о взыскании убытков с бывшего руководителя

общества с ограниченной ответственностью «Фармстронг»

(ИНН: 15233002955, ОГРН: 1055205528058)

Сухарева Михаила Владимировича,


третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, –

Инспекция Федеральной налоговой службы по Борскому району Нижегородской области,


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Фармстронг» (далее – Общество; должник) конкурсный управляющий должника Долгодворов Сергей Анатольевич обратился в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением о взыскании с бывшего руководителя Общества Сухарева Михаила Владимировича в пользу должника 211 003 410 рублей убытков.

Заявление конкурсного управляющего мотивировано тем, что Общество со своего расчетного счета с 25.04.2014 по 20.03.2015 перечислило в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Стройиндустрия Плюс» (далее – Компания) денежные средства в сумме 184 455 087 рублей по несуществующим обязательствам, что установлено в решении Инспекции Федеральной налоговой службы по Борскому району Нижегородской области от 28.12.2015 № 47, в соответствии с которым Обществу доначислено 22 010 739 рублей налога на добавленную стоимость (далее – НДС) и Общество привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения: начислено 2 537 584 рубля пеней и 2 000 000 рублей штрафов.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительного предмета спора, привлечена Инспекция Федеральной налоговой службы по Борскому району Нижегородской области (далее – налоговый орган).

Суд первой инстанции определением от 30.11.2017, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2018, удовлетворил требования конкурсного управляющего частично: взыскал с Сухарева М.В. в пользу Общества 188 992 671 рубль убытков, составивших 184 455 087 рублей необоснованно перечисленных в пользу Компании денежных средств, 2 537 584 рубля пеней, начисленных на недоимку по НДС, и 2 000 000 штрафных санкций, и отказал в удовлетворении требования о взыскании убытков в виде недоимки по НДС в размере 22 010 739 рублей.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Сухарев М.В. обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 30.11.2017 и постановление от 15.02.2018 и принять по спору новый судебный акт об отказе конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на несоответствие выводов судов обеих инстанций фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Как поясняет заявитель кассационной жалобы, с 06.02.2015 Сухарев М.В. прекратил полномочия руководителя Общества, в связи с чем не имел правовой возможности представлять доказательства в ходе налоговой проверки и обжаловать решение налогового органа, а также участвовать при рассмотрении арбитражным судом заявления налогового органа о включении его требований в реестр требований кредиторов должника. Суды необоснованно взыскали с Сухарева М.В. убытки в виде платежей, перечисленных в пользу Компании после 07.02.2015, так как в указанный период Сухарев М.В. не являлся директором должника и не мог определять характер его хозяйственной деятельности, порядок и направление расходования денежных средств.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды уклонились от оценки законности решения налогового органа; придали решению налогового органа и определению Арбитражного суда Владимирской области от 21.06.2016 о включении требований налогового органа в реестр требований кредиторов должника преюдициальное значение для разрешения настоящего обособленного спора; не дали надлежащей правовой оценки приведенным ответчиком доводам и представленным доказательствам, не указали мотивов, по которым отвергли соответствующие доводы и доказательства. Выводы об отсутствии между Обществом и Компанией реальных экономических операций опровергаются материалами дела. До начала взаимодействия с Компанией руководством Общества были запрошены и получены учредительные документы контрагента, подтверждающие его правоспособность. В движении денежных средств по счетам Общества указаны значительные траты на приобретение оборудования и строительных материалов. Из материалов дела не усматривается, что перечисленные на счета Компании денежные средства в дальнейшем были возвращены должнику. Поставка Компанией материалов для Общества подтверждается товарными накладными, соответствующими по срокам, суммам и содержанию сведений о счетах-фактурах, выставленных Компанией в адрес должника и перечисленных в акте налогового органа. Все поставленные по накладным материальные ценности были смонтированы Обществом на объектах, результат работ сдан заказчику, что свидетельствует о фактическом исполнении Компанией обязательств по поставке товара. В качестве дополнительного доказательства, опровергающего вывод налогового органа о расположении Общества и Компании по одному адресу, ответчик представил в суд апелляционной инстанции акт экспертного исследования от 08.12.2017 № 52.00.081-17, однако апелляционный суд не дал какой-либо оценки данному доказательству.

Заявитель жалобы считает решение налогового органа о привлечении Общества к налоговой ответственности незаконным, вынесенным с нарушением требований Налогового кодекса Российской Федерации, имеющим внутренние неустранимые недостатки собранной доказательственной базы. Налоговый орган не представил доказательств действия налогоплательщика без должной степени осмотрительности и осведомленности Общества о нарушениях, допущенных контрагентом. Материалы дела не содержат доказательств взаимозависимости участников сделок, согласованности и направленности их действий на получение необоснованной налоговой выгоды. При этом привлечение конкретных субподрядчиков не входило в структуру единоличной ответственности директора Общества.

Налоговый орган, Федеральная налоговая служба России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Владимирской области (далее – уполномоченный орган), конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «ФЕРОН» и конкурсный управляющий должника Долгодворов С.А. в письменных отзывах на кассационную жалобу возразили относительно приведенных в ней доводов и просили оставить обжалованный судебный акт без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялся перерыв до 09 часов 00 минут 09.06.2018.

В судебном заседании Сухарев М.В. и его представители поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе; представители уполномоченного органа, конкурсного кредитора и Общества в лице конкурсного управляющего отклонили доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебные заседания, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Владимирской области от 30.11.2017 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2018 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив имеющиеся доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, и заслушав Сухарева М.В., его представителей и представителей уполномоченного органа, конкурсного кредитора и Общества в лице конкурсного управляющего, суд округа счел, что обжалованные судебные акты подлежат изменению в части размера взысканных с Сухарева М.В. убытков.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Владимирской области определением от 30.07.2015 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества; определением от 02.09.2015 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; решением от 17.03.2016 признал Общество несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство и утвердил конкурсным управляющим Плаксина Станислава Юрьевича; определением от 22.09.2016 освободил Плаксина С.Ю. от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника и утвердил конкурсным управляющим Долгодворова С.А.

Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 29.08.2015. Основными видами деятельности Общества являются разработка и согласование проектной документации помещений для создания контура «чистых помещений»; капитальный ремонт зданий; изготовление, монтаж и аттестация комплекса высокотехнологических чистых производственных помещений и необходимого оборудования.

Налоговый орган провел выездную налоговую проверку по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты Обществом налогов за период с 01.01.2013 по 31.12.2014. По результатам проведения проверки налоговый орган принял решение от 28.12.2015 № 47 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, выразившегося в завышении налоговых вычетов по НДС в результате перечисления в период с 25.04.2014 по 20.03.2015 в пользу Компании денежных средств в сумме 184 455 087 рублей по несуществующим обязательствам, и доначислил должнику 22 010 739 рублей НДС, начислил 2 537 584 рубля пеней и 2 000 000 рублей штрафов.

Посчитав, что неправомерными действиями руководителя Общества Сухарева М.В. должнику причинены убытки в размере 211 003 410 рублей в виде необоснованного перечисленных Компании денежных средств, доначисленного налоговым органом НДС и начисленных налоговых санкций, конкурсный управляющий Долгодворов С.А. обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В период с 29.08.2005 по 06.02.2015 Сухарев М.В. осуществлял функции единоличного исполнительного органа (директора) Общества. Следовательно, в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве Сухарев М.В. в указанный период являлся контролирующим должника лицом.

Как предусмотрено в пункте 1 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшей до 30.07.2017 и применяемой к заявлениям, поданным в суд до 01.07.2017 (пункт 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»), в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника – унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений названного закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

По правилам абзаца 1 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным данным законом, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматриваются арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора (абзац 1 пункта 4 Постановление № 62).

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Как разъяснено в абзаце 1 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

В абзаце 2 пункта 4 и абзаце 1 пункта 5 Постановления № 62 разъяснено: при обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им. Презюмируется, пока не доказано обратное, что руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его лице, и об исполнении этих сделок.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве. Материалы мероприятий налогового контроля являются в силу статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимыми к делу доказательствами, их отклонение со стороны суда согласно части 5 статьи 71 названного кодекса не может быть оправдано лишь тем, что заявивший требование кредитор представил минимальный набор документов, указывающих на исполнение сделки, не раскрыв при этом с достаточной полнотой все существенные обстоятельства ее заключения и исполнения.

Следовательно, суды первой и апелляционной инстанций при решении вопроса о причинении должнику убытков действиями бывшего руководителя обоснованно приняли во внимание результаты выездной налоговой проверки относительно правильности исчисления и своевременности уплаты Обществом налогов за период с 01.01.2013 по 31.12.2014.

В ходе проведения проверки налоговый орган установил, что одним из контрагентов должника являлась Компания, директор и учредитель которой являлась руководителем более 50 организаций; Компания не вела финансово-хозяйственную деятельность, не осуществляла арендных платежей, оплаты коммунальных услуг и выплаты заработной платы работникам; расчетный счет Компании являлся транзитным; денежные средства, перечисляемые контрагентам Компании, обналичивались; расчетные счета открывались на короткий срок; руководители контрагентов Компании являлись массовыми и номинальными; Компания и ее контрагенты располагались по одним и тем же адресам; расчетные счета контрагентов носили транзитный характер и использовались в качестве конечного звена для обналичивания денежных средств. Сделки между Обществом и Компанией совершались лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия в виде приобретения товаров (работ, услуг), то есть не носили реального характера, а совершались для создания формального документооборота с целью занижения налоговых обязательств по НДС; источники возмещения НДС отсутствовали. В период с 25.04.2014 по 20.03.2015 Общество перечислило на счет Компании денежные средства в сумме 184 455 087 рублей.

По результатам выездной налоговой проверки налоговый орган принял решение от 29.12.2015 № 47 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения и доначислил 22 010 739 рублей НДС, начислил 2 537 584 рубля пеней и 2 000 000 рублей штрафов. Решение налогового органа от 28.12.2015 № 47 вступило в законную силу.

Оценка законности решения и действий налогового органа не входит в предмет исследования при рассмотрении обособленного спора о взыскании убытков с бывшего руководителя должника.

В рассмотренном случае суды обеих инстанций установили факт противоправного поведения бывшего руководителя Общества Сухарева М.В. при перечислении денежных средств в пользу Компании, поскольку в материалы дела не представлено доказательств реального встречного исполнения сделок Компанией. При этом противоправные действия Сухарева М.В. привели к применению к должнику налоговых санкций в виде начисления пеней на недоимку по НДС и наложения штрафа.

Определением от 21.06.2016 Арбитражный суд Владимирской области включил требования уполномоченного органа в сумме 21 924 955 рубля, основанные на решении о привлечении Общества к налоговой ответственности от 28.12.2015 № 47 (с учетом зачтенной суммы излишне уплаченных налогов), в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Суды исследовали представленные ответчиком доказательства по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и сочли недоказанным существование между Обществом и Компанией отношений по поставке материалов, так как товарные накладные, за исключением накладных от 25.09.2014 № 89 и от 30.09.2014 № 110, были представлены ответчиком в копиях; все товарные накладные подписаны от имени Компании директором Татариновым Е.А., тогда как руководителем Компании в спорный период являлась Тамаревская Т.Н. Из пояснений Татаринова Е.А., данных в судебном заседании первой инстанции, следует, что он действовал от имени Компании на основании доверенности, однако копия доверенности в материалы дела не представлена, в товарных накладных данный факт не отражен. От имени Общества товарные накладные подписаны Белкиным без указания его имени, отчества и должности. Все товарные накладные содержат ссылку на договор от 30.03.2014 № 3003314-1, который в материалы дела не представлен. При сопоставлении накладных с произведенными в пользу компании платежами суды установили несовпадение между ними по суммам перечисленных денежных средств и датам совершения платежей.

Суды также приняли во внимание, что в ходе проведения налоговой проверки Сухарев М.В. указывал на совершение Обществом платежей в пользу Компании на основании договора строительного подряда. В этой связи довод ответчика о том, что налоговый орган проводил налоговую проверку должника «не в том направлении», поскольку между этими юридическими лицами существовал договор поставки, подлежит отклонению.

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), лицо, участвующее в деле, обязано подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований (возражений).

Согласно статье 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной деятельности подлежит оформлению первичным учетным документом. К таким документам относятся накладные, акты приема-передачи, доверенности на получение товарно-материальных ценностей уполномоченными лицами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Документы, представляемые в арбитражный суд и подтверждающие совершение юридически значимых действий, должны соответствовать требованиям, установленным для данного вида документов (часть 4 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного суды не приняли представленные ответчиком товарные накладные и пояснения, данные Татариновым Е.А., в качестве достаточных доказательств передачи Компанией товаров должнику, и обоснованно посчитали, что представленные доказательства в их совокупности не могут быть противопоставлены обстоятельствам, установленным в результате налоговой проверки. Документация должника не была передана конкурсному управляющему.

Применительно к настоящему делу презюмируется, пока не доказано обратное, что директор Общества располагал информацией об обстоятельствах, связанных с заключением (в том числе с целью заключения) сделок с Компанией.

При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о том, что неправомерные действия Сухарева М.В. привели к возникновению у Общества убытков.

Ссылка заявителя жалобы на то, что суд не учел факт изъятия следственным комитетом документов должника и принял судебный акт без их учета, подлежит отклонению. Ответчик не ходатайствовал перед судом о запросе из следственных органов конкретных документов (договоров, накладных, актов и т.п.), которые бы, по его мнению, подтверждали его позицию.

При определении размера убытков суды приняли во внимание, что обязательства по уплате налогов не являются убытками юридического лица, и исключили начисленную Обществу недоимку по НДС в размере 22 010 739 рублей из суммы подлежащих возмещению должнику убытков.

Ссылка ответчика на то, что суды первой и апелляционной инстанций не отразили в судебных актах результаты оценки отдельных доказательств, не указали на мотивы, по которым они отклонили его доводы и аргументы, несостоятельна.

То обстоятельство, что в судебных актах не отражены все имеющиеся в деле доказательства либо доводы участвующих в деле лиц, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки.

Иной подход к интерпретации примененных судами нормативных положений и установленных обстоятельств не свидетельствует об ошибочном толковании и применении норм права непосредственно к установленным фактическим обстоятельствам, не подтверждает существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход спора, и не является достаточным основанием для отмены состоявшихся судебных актов.

Между тем суды при расчете убытков необоснованно включили в их состав сумму денежных средств, перечисленных должником в пользу Компании после прекращения Сухаревым М.В. полномочий директора Общества.

В рассмотренном случае полномочия Сухарева М.В. в качестве руководителя должника прекращены 06.02.2015, то есть начиная с указанной даты действия Сухарева М.В. не определяли деятельность Общества. Возможность привлечения руководителя должника к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков обусловлена совершением им неправомерных действий, повлекших наступление соответствующих неблагоприятных последствий. Следовательно, перечисление денежных средств в сумме 423 280 рублей на расчетный счет контрагента не может быть вменено Сухареву М.В. в качестве совершения с его стороны противоправного деяния, влекущего применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как взыскание убытков.

Таким образом, платеж в размере 423 280 рублей следует исключить из суммы взыскиваемых с Сухарева М.В. убытков, в связи с чем размер подлежащих взысканию в пользу Общества убытков составит 188 569 391 рубль.

На основании изложенного определение суда первой инстанции от 30.11.2017 и постановление апелляционного суда от 15.02.2018 подлежат изменению в части взыскания с Сухарева М.В. в пользу Общества 423 280 рублей убытков, как принятые при неправильном применении норм материального права. Суд округа счел возможным в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не передавая дело на новое рассмотрение принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в части взыскания с Сухарева М.В. в качестве убытков 423 280 рублей, необоснованно перечисленных в пользу Компании денежных средств.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при обращении с кассационной жалобой по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктами 1 и 2 части 1), 288 (частями 1 и 2), 289, 325 и 326 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

изменить определение Арбитражного суда Владимирской области от 30.11.2017 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2018 по делу № А11-7472/2015.

Изложить абзац 1 пункта 2 и пункт 3 резолютивной части определения Арбитражного суда Владимирской области от 30.11.2017 в следующей редакции:

«Взыскать с Сухарева Михаила Владимировича в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фармстронг» 188 569 391 рубль убытков. В удовлетворении остальной части требований отказать».

В остальной части определение Арбитражного суда Владимирской области от 30.11.2017 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2018 по делу № А11-7472/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу Сухарева Михаила Владимировича – без удовлетворения.

Прекратить исполнение по исполнительному листу от 19.02.2018, выданному Арбитражным судом Владимирской области, в части взыскания с Сухарева Михаила Владимировича в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фармстронг» 423 280 рублей убытков, а в случае приведения в исполнение судебного акта поручить Арбитражному суду Владимирской области осуществить поворот исполнения определения суда от 30.11.2017 по делу № А11-7472/2015 в указанной части.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


Е.В. Елисеева



Судьи


В.П. Прыткова

Е.Ю. Трубникова