Решение от 25 октября 2018 г. по делу № А43-26365/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-26365/2018


г. Нижний Новгород 25 октября 2018 года


Резолютивная часть решения оглашена 18 октября 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 25 октября 2018 года


Арбитражный суд Нижегородской области в составе судьи Чепурных Марии Григорьевны (вн. шифр 43-599), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело по заявлению Законодательного собрания Нижегородской области о признании решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области от 22 июня 2018 года по делу №1211-ФАС52-10/18 незаконным, а предписание Управления Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области от 14 июня 2018 года по делу №1211-ФАС52-10/18 недействительным,

при участии представителей сторон:

от заявителя: ФИО2 (доверенность от 26.01.2018),

от ответчика: ФИО3 (доверенность от 13.04.2018),

от третьих лиц: ФИО4 (доверенность от 10.08.2018), ФИО5 (доверенность от 09.01.2018), ФИО6 (доверенность от 18.07.2018), ФИО7 (доверенность от 05.02.2018).

установил:

Законодательное собрание Нижегородской области (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области (далее - Управление, УФАС) от 22 июня 2018 года по делу №1211-ФАС52-10/18 незаконным, а предписание Управления Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области от 14 июня 2018 года по делу №1211-ФАС52-10/18 недействительным.

В обоснование заявленных требований заявитель ссылается на то, что принятие Закона № 25-З не приводит и не может приводить к ограничению, устранению или недопущению конкуренции, так как при рассмотрении и принятии данного Закона в рамках реализации полномочий по выбору единственного поставщика в полной мере оценена необходимость и целесообразность наделения ГП НО "НОФ" полномочиями единственного поставщика в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 93 Закона №44-ФЗ.

По мнению заявителя, Управлением не доказано нарушение Законодательным собранием Нижегородской области требований части 1 статьи 15 Федерального закона № 135-ФЗ "О защите конкуренции".

Подробно позиция заявителя изложена в заявлении и поддержана представителем в судебном заседании.

Управление просит отказать в удовлетворении заявленных требований, поскольку принятие Закона №25-З выходит за рамки полномочий представительного органа субъекта Российской Федерации и нарушает часть 1 статьи 15 Федерального закона № 135-ФЗ "О защите конкуренции", ГП НО «НОФ» не обладает исключительными полномочиями.

Вследствие принятия рассматриваемого Закона хозяйствующие субъекты поставлены в угрозу устранения с соответствующего товарного рынка услуг, так как закрепление полномочий единственного поставщика - Государственного предприятия Нижегородской области "Нижегородская областная формация" (далее - ГП НО «НОФ») в Законе №25-З в отсутствие процедуры проведения торгов лишает потенциальных поставщиков социальной услуги по обеспечению лекарственными препаратами, а также специализированными продуктами лечения возможность принять участие в конкурентной борьбе и предложить наиболее выгодную цену, что позволяет сэкономить бюджетные средства Нижегородской области.

Подробно позиция Управления изложена в отзыве и поддержана представителем в судебном заседании.

Правительство Нижегородской области просит суд удовлетворить требования заявителя, полагая, что при принятии Закона № 25-3 Законодательное Собрание Нижегородской области действовало в пределах компетенции, установленной федеральным законодательством, и правомерно определило ГП "Нижегородская областная фармация" единственным поставщиком при реализации полномочий государственных органов в сфере здравоохранения на основании пункта 6 части 1 статьи 93 Федерального закона № 44-ФЗ.

Подробно позиция Правительства изложена в отзыве на заявление и поддержана представителем в судебном заседании.

Государственное предприятие Нижегородской области "Нижегородская областная формация" в судебном заседании поддержало позицию заявителя и пояснило, что Закон 25-З принят Законодательным собранием Нижегородской области на основании статьи 24 и пункта 6 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, в рамках предоставленных ему полномочий и не нарушает запреты, установленные частью 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Подробно позиция ГП НО «НОФ» изложена в отзыве на заявление и поддержана представителем в судебном заседании.

Представитель Министерства здравоохранения Нижегородской области в ходе судебного заседания устно поддержал позицию заявителя и третьих лиц.

Изучив материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суду становил следующее.

Как следует из материалов дела, 05.04.2017 Законодательным собранием Нижегородской области принят Закон Нижегородской области №25-3 «О полномочиях государственного предприятия Нижегородской области на оказание отдельным категориям граждан социальной услуги по обеспечению лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, медицинскими изделиями но рецептам на медицинские изделия, а также специализированными продуктами лечения детей-инвалидов».

Посчитав, что в действиях Законодательного собрания есть признаки нарушения антимонопольного законодательства, выразившиеся в принятии Закона Нижегородской области №25-3, Управление, руководствуясь статьей 39.1 Федерального закона от 26.07.2006 №155-ФЗ «О защите конкуренции», вынесло предупреждение от 21.04.2017 №МТ-10/3951 о необходимости отменить Закон в срок до 31.05.2017.

25.05.2017 Законодательное собрание Нижегородской области на заседании Собрания отклонило предупреждение от 21.04.2017 №МТ-10/3951.

В связи с неисполнением требований предупреждения от 21.04.2017 №МТ-10/3951 на основании приказа руководителя Управления от 14.06.2017 №191 Управление 19.06.2017 возбудило в отношении Законодательного собрания дело по признакам нарушения части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Рассмотрев дело №1211-ФАС-52-10/18 по признакам нарушения части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, Управление вынесло решение от 22.06.2018, которым признало Законодательное собрание нарушившим часть 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

На основании решения от 22.06.2018 Законодательному собранию 14.06.2018 выдано предписание, в соответствии которым в срок до 27.07.2018 внести изменения в Закон Нижегородской области № 25-З с учетом выводов, содержащихся в мотивированной части решения антимонопольного органа, в том числе исключив возможность использования субвенции из федерального бюджета при решении вопросов об оказании медицинской помощи, предусмотренной законодательством субъекта Российской Федерации для определенных категорий граждан.

Не согласившись с вынесенными решением и предписанием Управления, заявитель обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основания своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие совокупности двух условий: несоответствие ненормативного правового акта, решения, действия (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц закону или иному нормативному правовому акту; нарушение ненормативным правовым актом, решением, действием (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Постановлением Правительства от 30.06.2004 №331 утверждено Положение о Федеральной антимонопольной службе, которым определены ее полномочия.

Согласно пункта 1 этого Положения Федеральная антимонопольная служба (ФАС России) является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по принятию нормативных правовых актов и контролю за соблюдением антимонопольного законодательства, законодательства в сфере деятельности субъектов естественных монополий, в сфере государственного регулирования цен (тарифов) на товары (услуги), рекламы, контролю за осуществлением иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства, контролю (надзору) в сфере государственного оборонного заказа, в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд и в сфере закупок товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц, а также по согласованию применения закрытых способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

В соответствии с пунктом 4 этого же Положения, Федеральная антимонопольная служба осуществляет свою деятельность непосредственно и через свои территориальные органы во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, Центральным банком Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, общественными объединениями и иными организациями.

Закон о защите конкуренции определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения:

1) монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции;

2) недопущения, ограничения, устранения конкуренции федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации.

В соответствии со статьями 1 и 3 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее –Закон о защите конкуренции) целями данного Закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков, а сферой применения - отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк Российской Федерации, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели.

Пунктом 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции определено, что конкуренция - это соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

В соответствии с пунктом 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции к признакам ограничения конкуренции относятся - сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 22 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган выполняет следующие функции:

- выявляет нарушения антимонопольного законодательства, принимает меры по прекращению нарушения антимонопольного законодательства и привлекает к ответственности за такие нарушения;

- предупреждает монополистическую деятельность, недобросовестную конкуренцию, другие нарушения антимонопольного законодательства федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, хозяйствующими субъектами, физическими лицами.

Статья 23 Закона о защите конкуренции закрепляет, что антимонопольный орган осуществляет следующие полномочия:

- возбуждает и рассматривает дела о нарушениях антимонопольного законодательства;

- выдает в случаях, указанных в настоящем Федеральном законе, хозяйствующим субъектам обязательные для исполнения предписания.

Таким образом, оспариваемые решения и предписание выданы Управлением в пределах предоставленных ему законодательством полномочий.

Федеральный закон от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Федеральный закон №44-ФЗ) регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок (часть 1 статьи 1).

Одним из основных принципов контрактной системы в сфере закупок является принцип обеспечения конкуренции, то есть любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем). Конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг. Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок, операторами электронных площадок, операторами специализированных электронных площадок любых действий, которые противоречат требованиям настоящего Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок (статья 8 Федерального закона о контрактной системе).

Федеральный законодатель в части 1 статьи 24 указанного Закона закрепил два способа определения исполнителей: конкурентный и осуществление закупки у единственного исполнителя.

По смыслу приведенных законоположений в их системном единстве, закупка у единственного поставщика, не относящаяся к конкурентным способам закупки, может осуществляться исключительно в случаях, установленных Законом.

Перечень оснований, при наличии которых допускается закупка у единственного исполнителя, установлен в части 1 статьи 93 Федерального закона о контрактной системе, содержащей на сегодняшний день 54 пункта.

Так, согласно пункту 6 части 1 статьи 93 Федерального закона №44-ФЗ закупка работы или услуги, выполнение или оказание которых может осуществляться только органом исполнительной власти в соответствии с его полномочиями либо подведомственными ему государственным учреждением, государственным унитарным предприятием, соответствующие полномочия которых устанавливаются федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации или нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, законодательными актами соответствующего субъекта Российской Федерации.

Исходя из содержания приведенной нормы, закупка работы или услуги в сфере государственного управления может осуществляться у единственного исполнителя если, подведомственные органу исполнительной власти учреждения, предприятия обладают исключительными полномочиями в определенной сфере деятельности, которые не могут быть выполнены иными субъектами в силу прямого указания об этом в нормативных правовых актах.

Таким образом, заказ размещается без проведения торгов у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика) только в случае, если соответствующие работы, услуги могут осуществляться (оказываться) исключительно подведомственными органам исполнительной власти государственными учреждениями, государственными унитарными предприятиями в соответствии с их полномочиями, установленными нормативными правовыми актами федерального либо регионального уровня. При этом реализация соответствующих полномочий не может восприниматься как произвольная; она опирается на статус соответствующих юридических лиц (предприятий, учреждений), задачи и цели их деятельности, объем их правосубъектности и не может рассматриваться в отрыве от объективных потребностей властных структур (заказчиков) в условиях динамичного гражданского оборота и эффективного функционирования товарных рынков.

В связи с этим и нормотворческая, и правоприменительная деятельность уполномоченных государственных органов призвана обеспечить баланс частных и публичных интересов, в том числе ввиду значимости комплексных и взаимосвязанных целей антимонопольного регулирования и регулирования размещения заказов.

Однако из материалов дела не следует, а также ни заявителем, ни третьими лицами в нарушение статьи 9, 65 АПК РФ не доказано, что государственное предприятие Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» создано в связи с необходимостью осуществления деятельности в определенной сфере, а именно в обеспечении социальных услуг отдельным категориям граждан лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, медицинскими изделиями по рецептам на медицинские изделия, а также специализированными продуктами лечения детей-инвалидов.

В соответствии со статьей 16 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъектов РФ в сфере охраны здоровья относятся: организация оказания населению субъекта Российской Федерации первичной медико-санитарной помощи, специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи, скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи и паллиативной медицинской помощи в медицинских организациях, подведомственных исполнительным органам государственной власти субъекта Российской Федерации; организация безвозмездного обеспечения донорской кровью и (или) ее компонентами, а также организация обеспечения лекарственными препаратами, специализированными продуктами лечебного питания, медицинскими изделиями, средствами для дезинфекции, дезинсекции и дератизации при оказании медицинской помощи, проведении медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований в соответствии с пунктами 5, 5.1 и 12 настоящей части; организация обеспечения граждан лекарственными препаратами и специализированными продуктами лечебного питания для лечения заболеваний, включенных в перечень жизнеугрожающих и хронических прогрессирующих редких (орфанных) заболеваний, приводящих к сокращению продолжительности жизни гражданина или инвалидности, предусмотренный частью 3 статьи 44 настоящего Федерального закона; становление мер социальной поддержки по организации оказания медицинской помощи лицам, страдающим социально значимыми заболеваниями и заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, и по организации обеспечения указанных лиц лекарственными препаратами; установление случаев и порядка организации оказания первичной медико-санитарной помощи и специализированной медицинской помощи медицинскими работниками медицинских организаций вне таких медицинских организаций, а также в иных медицинских организациях.

Согласно подпункта 21.1 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением субвенций из федерального бюджета), относится решение вопросов организации оказания медицинской помощи, предусмотренной законодательством субъекта Российской Федерации для определенных категорий граждан.

Пунктом 2 части 1 статьи 4 Закона №25-З предусмотрено, что законодательный (представительный) орган государственной власти Нижегородской области осуществляет законодательное регулирование по предметам ведения области и по предметам совместного ведения Российской Федерации и области в пределах полномочий области.

Однако согласно представленным в материалы дела документам финансирование в рамках Закона №25-3 осуществляется за счет средств федерального бюджета в виде субвенций и иных межбюджетных трансферов.

Таким образом, принятие решения об организации оказания отдельным категориям граждан социальной услуги по обеспечению лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, медицинскими изделиями по рецептам на медицинские изделия, а также специализированными продуктами лечения детей-инвалидов, предусматривающее финансирование за счет средств федерального бюджета, путем наделения полномочиями выступать единственным поставщиком (в обход конкурентной процедуры) услуг, финансирование которых предполагается, в том числе за счет средств федерального бюджета, выходит за рамки полномочий представительного органа субъекта Российской Федерации.

Частью 5 статьи 24 Федерального закона от 05.04.2013 года №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» установлено, что заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями настоящей главы. При этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

Однако Закон №25-3 необоснованно сокращает число участников соответствующей закупки.

Пункт 6 части 1 статьи 93 Федерального закона №44-ФЗ может применяться заказчиком в том случае, если указанные в названной норме лица обладают исключительными полномочиями на территории Российской Федерации в отношении выполняемых ими работ или оказываемых услуг, то есть в случаях, когда на определенный рынок товаров или услуг введено ограничение в виде государственной монополии на их оказание на территории РФ.

Таким образом, указанный в пункте 6 части 1 статьи 93 Федерального закона №44-ФЗ законодательный акт соответствующего субъекта Российской Федерации может быть принят соответствующим субъектом только в том случае, если государственные унитарные предприятия обладают соответствующими исключительными полномочиями. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что никто, кроме названных лиц, не может выполнять работы или оказывать услуги, исключительные полномочия па выполнение, оказание которых соответственно устанавливаются в рассматриваемом законе.

Однако ГП НО «НОФ» не обладает исключительными полномочиями, в том числе на оказание отдельным категориям граждан социальной услуги по обеспечению лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, медицинскими изделиями по рецептам па медицинские изделия, а также специализированными продуктами лечения детей-инвалидов (доказательств обратного ни заявителем, ни третьими лицами в нарушение статей 9, 65 АПК не представлено).

Такие услуги могут быть оказаны и иными хозяйствующими субъектами, обладающими соответствующей лицензией на осуществление подобного вида деятельности. Любое заинтересованное лицо вправе осуществлять фармацевтическую деятельность при условии получения соответствующей лицензии, в том числе, оказывать услуги по обеспечению отдельных категорий граждан лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, медицинскими изделиями по рецептам на медицинские изделия, а также специализированными продуктами лечения детей-инвалидов.

Закрепление полномочий единственного поставщика ГП НО «НОФ» в Законе №25-З в отсутствие процедуры проведения торгов лишает потенциальных поставщиков социальной услуги по обеспечению лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, медицинскими изделиями по рецептам на медицинские изделия, а также специализированными продуктами лечения детей-инвалидов возможность принять участие в конкурентной борьбе и предложить наиболее выгодную цену, что позволяет сэкономить бюджетные средства Нижегородской области.

Субъекту Российской Федерации предоставлено право на ограничение конкуренции не по своему немотивированному усмотрению, а в предусмотренных законом случаях и при наличии полномочий, которых нет у других участников хозяйственной деятельности.

Именно такое понимание и толкование действующего законодательства не приводит к искажению сути правосудия и разрушению необходимого баланса конституционно защищаемых ценностей, в том числе прав и законных интересов участвующих в деле сторон и иных участников хозяйственной деятельности.

Вследствие принятия рассматриваемого закона хозяйствующие субъекты поставлены в угрозу устранения с соответствующего товарного рынка услуг, в связи с чем определение ГП НО «НОФ» в силу Закона Нижегородской области от 05.04.2017 №25-3 в качестве единственного поставщика является необоснованным и приводит к ограничению, устранению и недопущению конкуренции.

Следовательно, Законодательное собрание Нижегородской области, приняв Закон №25-3, нарушило часть 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, в связи с чем оспариваемое решение является законным и обоснованным.

Оспариваемое предписание Управления, выданное на основании решения Управления, выдано Управлением в рамках полномочий, предоставленных законом, является законным и обоснованным. При этом возложение на заявителя обязанности, которую заявитель должен был исполнить в силу закона и предоставленных полномочий, не может свидетельствовать о нарушении его прав и законных интересов вследствие вынесения Управлением предписания.

Аналогичная позиция содержится в Апелляционном определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017 N 33-АПГ17-6, Апелляционном определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.10.2017 N 78-АПГ17-17, Постановлении ФАС Северо-Западного округа от 21.02.2013 по делу N А56-63226/2011.

Ссылка заявителя и третьих лиц на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 06.06.2017 по делу №А43-3218/2017 судом не принимается, поскольку принято по иным обстоятельствам дела (Закон Нижегородской области №1-З).

Поскольку при рассмотрении настоящего дела отсутствует два условия (нарушения закона и прав заявителя), суд в силу части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказывает заявителю в удовлетворении заявленных требований.

На основании изложенного требования Законодательного Собрания Нижегородской области удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 180-182, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований заявителю отказать.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня принятия и может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в месячный срок со дня принятия решения.


Судья М.Г.Чепурных