Решение от 22 июня 2025 г. по делу № А72-442/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ ул. Железнодорожная, д. 14, <...>

Тел. <***> Факс <***> E-mail: info@ulyanovsk.arbitr.ru www.ulyanovsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А72-442/2025
23 июня 2025 года
г. Ульяновск


Резолютивная часть решения оглашена 18 июня 2025 года. В полном объёме решение изготовлено 23 июня 2025 года.

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Кузьмина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пятаковой А.О., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

рассмотрев в открытом судебном заседании, проведённом с использованием

режима веб-конференции (онлайн-заседания), дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Энжиниринг Солюшенс Пи» (ИНН

<***>, ОГРН <***>) г. Москва

к акционерному обществу «Научно-производственное предприятие «Завод Искра»

(ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Ульяновск

о взыскании 10 515,93 евро в рублях по курсу Центрального банка Российской

Федерации на дату фактического платежа,

при участии представителей:

от истца (посредством использования режима веб-конференции) – ФИО1,

доверенность № 2809 от 28.10.2024, диплом, паспорт,

от ответчика – ФИО2, доверенность № 15 от 07.04.2025, диплом, паспорт;

ФИО3, доверенность № 78 от 09.12.2024, диплом, паспорт,

У С Т А Н О В И Л :

ООО «ЕСП 314» обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к АО «НПП «Завод Искра» о взыскании 10 515,93 евро в рублях по курсу Центрального банка Российской Федерации на дату фактического платежа, в том числе, 9 770,84 евро – задолженность по договору поставки № 2025187308171412208016168/3973 от 12.04.2023, 745,09 евро – договорная неустойка за период с 20.09.2024 по 19.11.2024, неустойку с 20.11.2024 по день вынесения судом решения и со дня, следующего за днем вынесения решения, до дня, когда ответчик фактически исполнит обязательства, включительно, а также 57 901 руб. – расходы по оплате государственной пошлины.

Определением от 16.01.2025 суд принял исковое заявление к производству.

Определением от 13.05.2025 суд принял к рассмотрению ходатайство ответчика о переходе к рассмотрению дела в закрытом режиме.

До судебного заседания от истца поступили возражения на дополнительный отзыв ответчика, которые судом приобщены к материалам дела.

В судебном заседании истец заявленные исковые требования поддержал в полном объёме.

Ответчик возражал относительно удовлетворения исковых требований.

Рассмотрев ходатайство ответчика о переходе в закрытое судебное заседание, суд оставил указанное ходатайство без удовлетворения. При этом суд руководствовался следующим.

В обоснование заявленного ходатайства ответчик сослался на Перечень сведений в области военной, военно-технической деятельности Российской Федерации, которые при их получении иностранными источниками могут быть использованы против безопасности Российской Федерации, утверждённый Приказом ФСБ России от 04.11.2022 № 547 (далее – Приказ № 547 от 04.11.2022).

Согласно пункту 32 Приказа № 547 от 04.11.2022 к таким сведениям относятся сведения об импорте продукции двойного назначения, используемой в интересах выполнения государственных программ Российской Федерации, целевых программ, государственного задания, научно-исследовательских, опытно-конструкторских работ, в том числе связанных с развитием технологий в целях обеспечения обороны страны и безопасности государства.

По мнению ответчика, совокупность сведений и обстоятельств, являющихся предметом рассмотрения настоящего дела, касаются деятельности ответчика как оборонного предприятия и связаны с приобретением продукции импортного производства в целях исполнения государственного контракта, заключенного в интересах Министерства обороны Российской Федерации и исполнения государственного оборонного заказа.

Вместе с тем, суд отмечает следующее.

Согласно ч. 2 ст. 11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации разбирательство дела в закрытом судебном заседании допускается в случаях, если открытое разбирательство дела может привести к разглашению государственной тайны, в иных случаях, предусмотренных федеральным законом, а также при удовлетворении ходатайства лица, участвующего в деле и ссылающегося на необходимость сохранения коммерческой, служебной или иной охраняемой законом тайны.

О разбирательстве дела в закрытом судебном заседании выносится определение. Определение выносится в отношении всего судебного разбирательства или его части (часть 4 названной статьи).

В п. 16.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 № 61 «Об обеспечении гласности в арбитражном процессе» разъяснено, что в случае необходимости сохранения коммерческой, служебной или иной охраняемой законом тайны, например, медицинской, разбирательство дела может осуществляться в закрытом судебном заседании только по инициативе участвующего в деле лица, заинтересованного в сохранении таких сведений в тайне, о чем последним в силу ч. 2 ст. 11, ст. 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд может быть подано ходатайство.

Согласно пункту 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 № 61 «Об обеспечении гласности в арбитражном процессе» при рассмотрении ходатайства участвующего в деле лица о разбирательстве дела в закрытом судебном заседании в связи с сохранением коммерческой тайны арбитражный суд проверяет, имеется ли в материалах дела (документах, приобщаемых к материалам дела) информация, в отношении которой введен режим коммерческой тайны.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доводы ответчика о том, что в предмет доказывания по настоящему делу входят обстоятельства, составляющие государственную тайну, гласное обсуждение которых может нанести ущерб безопасности государства, признаются несостоятельными.

Имеющиеся в материалах настоящего дела документы не имеют не только ссылок на какие-либо из пунктов Перечня, утвержденного приказом ФСБ России от 04.11.2022 № 547; но не имеют даже пометки «Для служебного пользования».

В рамках настоящего дела судом рассматривается требование, связанное с взысканием задолженности по договору поставки, необходимость в предоставлении сторонами документов, содержащих сведения, составляющие коммерческую, служебную или иную охраняемую законом тайну, у суда отсутствует. Лицами, участвующими в деле, какие-либо документы, содержащие указанные сведения, в материалы дела не представлялись.

Соответствующих доказательств, обосновывающих позицию, изложенную в ходатайстве о проведении закрытого судебного заседания, заявителем с учетом требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено, в связи с чем, суд, принимая во внимание положения статьи 11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктов 16.1, 23.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 № 61, пришел к выводу об отсутствии оснований для рассмотрения дела в закрытом судебном заседании.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 12.04.2023 между ООО «ЕСП 314» (Поставщик) и АО «НПП «Завод Искра» (Поставщик), заключен договор поставки № 2025187308171412208016168/3973, согласно пункту 1.1 которого Поставщик обязуется передать в собственность Заказчику инструменты SPT, (далее - Товар), а Заказчик принять и оплатить поставленный Товар в порядке, предусмотренном настоящим договором. Наименование Товара, его технические, функциональные характеристики (потребительские свойства), количество поставляемого Товара по настоящему Договору установлены в Техническом задании (Приложение № 1 к договору) и Спецификации (Приложение № 2 к договору).

В соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2012 года № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» договор заключен в целях исполнения государственного оборонного заказа (пункт 1.3 договора).

Пунктом 2.1 договора стороны согласовали цену Договора в размере 35 660 евро 00 евроцентов, в т.ч. НДС 20 % - 5 943 евро 33 евроцентов. Оплата Товара производится в российских рублях по курсу ЦБ РФ на дату оплаты.

На основании п. 2.4 Договора указано, что расчет за Товар производится в безналичном порядке Заказчиком в следующем порядке:

- предоплата 65 % от суммы Договора в течение 10 (десяти) банковских дней с даты выставления счета;

- окончательный платеж 35 % от суммы Договора в течение 10 банковских дней после подписания УПД без замечаний со стороны заказчика.

В соответствии с п. 3.1 договора Поставщик обязался поставить товар в течение 24 недель со дня перечисления предоплаты, предусмотренной п. 2.4 договора.

11.05.2023 истец произвел авансирование товара в размере 1 968 066 руб. 31 коп., что подтверждается платежным поручением № 4010 от 10.05.2023.

Таким образом, крайний срок поставки Товара - 26.10.2023 (11.05.2023 (дата осуществления авансирования) + 24 (количество недель для осуществления поставки Товара).

Вместе с тем, в связи с возникновением на стороне истца обстоятельств непреодолимой силы, вызванных ужесточением введенных санкций в отношении Российской Федерации, и задержкой производителем отгрузки товара на 2 месяца,

стороны, на основании писем истца в адрес ответчика № 1/3973 от 02.10.2023 и № 2/3973 от 12.12.2023, согласовали иной срок поставки.

А именно, согласно дополнительному соглашению № 2 от 31.01.2024 срок поставки товара - по 15.03.2024 (включительно).

Однако, несмотря на согласование указанным дополнительным соглашением нового срока поставки, спорный товар был поставлен в адрес ответчика только 05.09.2024, что подтверждается УПД № 79 от 27.08.2024.

С учетом даты поставки Товара и п.2.4 Договора АО «НПП «Завод Искра» обязано было оплатить истцу оставшиеся 12 481 евро (35 660 евро (цена договора) * 35% (размер окончательного расчета) в срок не позднее 19.09.2024 (05.09.2024 (дата поставки Товара) + 10 (банковских дней для осуществления оплаты, что предусмотрено п. 2.4 договора).

Вместе с тем, ответчик произвел лишь частичную оплату в размере 2 710,16 евро.

Таким образом, по мнению истца, размер задолженности АО «НПП «Завод Искра» перед ООО «ЕСП 314» составляет 9 770,84 евро (12 481 евро - 2 710,16 евро).

16.09.2024 истцом в адрес ответчика была направлена претензия (исх. № 6644 от 09.09.2024), которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что и послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Ответчик, возражая относительно удовлетворения исковых требований, указывает, что требование истца о взыскании с АО «НПП «Завод Искра» задолженности по договору поставки № 2025187308171412208016168/3973 от 12.04.2023 года в размере 9 770,84 евро является суммой неустойки и штрафа, начисленных и удержанных с Поставщика за нарушение им срока поставки товара.

Так, на основании пунктов 7.2, 7.3 договора истцу ответчиком начислены неустойка за просрочку исполнения обязательства по поставке товара в размере 6 204,84 евро (35 660,00×0,1%×174 дня) и штраф за просрочку товара более чем на 30 дней в размере 3 566,00 евро (35 660 × 10/100), что в сумме и составляет 9 770,84 евро.

При этом, в ходе рассмотрения настоящего дела истец выразил несогласие с указанными доводами ответчика, поскольку, как указывает истец, причиной просрочки поставки спорного товара являются форс-мажорные обстоятельства в виде санкций, введённых Евросоюзом 23.06.2023, а именно, запрета на транзит через территорию Российской Федерации и продажу товаров двойного назначения, коим и является предмет спорного договора поставки.

Указанное, по мнению истца, является основанием для снижения в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации начисленной ответчиком неустойки и штрафа и возмещения ответчиком задолженности за поставленный товар в полном объёме.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, оценив доводы сторон, суд пришёл к следующему.

Согласно ст. 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно ч. 1 ст. 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Статьей 516 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты, либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.

Во исполнение договора поставки № 2025187308171412208016168/3973 от 12.04.2023 истец поставил ответчику товар согласно счёт-фактуре (УПД) № 79 от 27.08.2024.

Представленная счёт-фактура подписана сторонами без возражений, содержит необходимые реквизиты, подтверждающие факт поставки, наименование, количество, а также принятие товара ответчиком, следовательно, указанный УПД подтверждает факт передачи ответчику и принятие последним товара на заявленную сумму.

Согласно пункту 2 дополнительного соглашения № 2 от 31.01.2024 к договору поставки № 2025187308171412208016168/3973 от 12.04.2023 срок поставки товара – до 15.03.2024 (включительно).

Исходя из п. 1 ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно п. 1 ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации одностороннее изменение условий обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Пунктом 7.2 договора поставки № 2025187308171412208016168/3973 от 12.04.2023 стороны по указанному договору согласовали условие, что в случае просрочки поставки Товара Заказчик вправе потребовать от Поставщика уплаты неустойки. Поставщик уплачивает Заказчику неустойку в размере 0,1% от цены Договора за каждый день просрочки поставки Товара.

Кроме того, в случае просрочки поставки Товара более чем на 30 дней Поставщик уплачивает Заказчику штраф в размере 10% от цены Договора (пункт 7.3 договора).

В обоснование исковых требований, истец, в том числе, ссылается на пункт 9.1 договора, согласно которому стороны по договору освобождаются от ответственности за полное или частичное неисполнение своих обязательств по Договору, в случае если оно явилось следствием обстоятельств непреодолимой силы, а именно: наводнения, пожара, землетрясения, диверсии, военных действий, блокады, изменения законодательства, препятствующих надлежащему исполнению обязательств по настоящему Договору, а также других чрезвычайных обстоятельств, которые возникли после заключения Договора и непосредственно повлияли на исполнение Сторонами своих обязательств, а также которые Стороны были не в состоянии предвидеть и предотвратить.

Возражая относительно доводов ответчика о возложении на истца ответственности за просрочку поставки товара, истец ссылается на наличие обстоятельств непреодолимой силы - принятие Советом Европейского Союза десятого, одиннадцатого и двенадцатого пакетов санкций, запретивших экспортировать в Российскую Федерацию товары двойного назначения, которые применимы как для гражданских, так и для военных целей и могут быть использованы для российского вооружения.

Как указал истец, товары по Договору производятся в Швейцарии и относятся к товарам двойного назначения, а потому их поставка оказалась невозможной.

Однако, суд указывает, что согласно пункту 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Суд отмечает, что введение экономических санкций само по себе не свидетельствует о том, что именно данное обстоятельство явилось следствием невозможности поставки товара, а также не может служить основанием для освобождения ответчика от обязанности поставить товар.

Указанные санкции не относятся к обстоятельствам непреодолимой силы, которые стороны не могли предотвратить и предвидеть, поскольку подобные санкции вводятся иностранными государствами уже не в первый раз, а соответственно такие ограничения не являются чрезвычайными с учетом запретов, которые вводились ранее.

Спорный договор заключен после начала санкционной политики, поэтому возможная нестабильность в транзите товаров, в том числе двойного назначения, при заключении договора предполагалась и была вероятна. Так, до заключения спорного договора поставки уже вводились ограничения на экспорт товаров двойного назначения, а именно, 25.02.2023 десятым пакетом санкций в отношении Российской Федерации, о чём указывает сам истец в своих пояснениях от 15.05.2025.

Введенный Европейским Союзом запрет экспортировать в Российскую Федерацию товары двойного назначения не сделал исполнение обязательства невозможным, а лишь усложнил логистическую цепочку перемещений товара на его пути в Российскую Федерацию. Соответственно, негативные последствия введенных санкций являлись преодолимыми, а ответчик вправе был разумно ожидать от истца их преодоления с учетом неоднократных писем истца, в которых истец ни разу не ссылался на невозможность исполнения обязательства, а лишь сообщал о задержках поставки товара.

Суд отмечает, что истец является предприятием - профессиональным участником хозяйственных отношений, все предпринимательские риски относятся на истца и с учетом предмета иска (поставка товара из-за рубежа) и обязательств сторон по спорным договорам не могут признаваться обстоятельствами непреодолимой силы, следовательно, доводы истца о наличии признаков чрезвычайности и непредотвратимости, необходимых для их признания в качестве обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажора) в отношении введенных санкций со стороны Европейского союза противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Также истец указывает, что согласно письму Торгово-промышленной палаты Российской Федерации от 22.03.2022 № ПР/0181 рассмотрение заявлений о выдаче заключений о свидетельствовании обстоятельств непреодолимой силы по договорам, заключенным в рамках внутрироссийской экономической деятельности, в связи с санкционными ограничениями в отношении иностранных комплектующих и оборудования Торгово-промышленной палатой Российской Федерации приостановлен, в связи с чем, истец не может представить документ, подтверждающий возникновение форс-мажорных обстоятельств.

Из указанного письма Торгово-промышленной палаты Российской Федерации следует, что «Европейским союзом, США и рядом других стран введены экономические санкции против Российской Федерации, которые оказывают существенное влияние на возможность исполнения российскими юридическими лицами целого комплекса взятых на себя обязательств по внутрироссийским сделкам.

Следует отметить, что значительная часть технического оборудования, электроники, машин и иных сложных товаров, поставляемых отечественными производителями на российский рынок, производится с привлечением комплектующих,

произведенных за пределами Российской Федерации, на поставку которых вышеуказанными странами введены запреты и ограничения. При этом иностранные поставщики отказывают в поставке подпадающего под санкции товара, а указанные комплектующие не производятся в России и, как правило, носят уникальный характер.

Пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации такие обстоятельства, как нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника и отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, к обстоятельствам непреодолимой силы не отнесены. В связи с этим требованием законодательства возникает сложность в признании описанных выше случаев обстоятельствами непреодолимой силы».

До принятия соответствующего закона (не принятого в итоге) Торгово-промышленной палаты Российской Федерации приостанавливала выдачу сертификатов об обстоятельствах форс-мажора по данным обстоятельствам.

То есть фактически Торгово-промышленной палаты Российской Федерации фиксировала невозможность оценки санкций как форс-мажорных обстоятельств, по общему правилу, и указывала на необходимость внесения соответствующих изменений в законодательство.

Однако соответствующие изменения в законодательство не внесены.

В таком случае действуют общие правила, из которых вытекает, что для лица, непосредственно попавшего под действие односторонних недружественных мер (т.н. санкционные запреты) (лично, путем запрета на оборот предмета сделки и т.д.) - данное событие может являться форс-мажором. Однако (как в настоящем случае) для лица, которое само не является объектом воздействия недружественных мер, чья сделка совершается исключительно в пределах юрисдикции российского права, с российским контрагентом, обусловленные санкциями сложности с исполнением обязательства не могут считаться возникшими в результате действия форс-мажорных обстоятельств.

Учитывая вышеизложенное, суд признаёт доводы истца о наличии обстоятельств непреодолимой силы, форс-мажора несостоятельными.

Также суд не может принять во внимание довод истца относительно того, что сторонами не была согласована сумма сальдирования. Истец был согласен произвести сальдирование на сумму 4 033,15 евро.

Согласно пунктам 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В силу п. 1 ст. 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Соглашение о неустойке представляет собой договор, направленный на установление обязанности должника к уплате неустойки. Существенными условиями соглашения являются размер неустойки (при установлении пени согласовывается также периодичность ее начисления), указание на основное обязательство.

Таким образом, соглашение о неустойке может быть включено в текст основного договора, или же оформлено отдельным соглашением (договором).

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, иными правовыми актами или договором (пункт 1 статьи 407 ГК РФ).

Перечень оснований прекращения обязательств не является закрытым, поэтому стороны могут в своем соглашении предусмотреть не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательства и прекратить как договорное, так и внедоговорное обязательство, а также определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 ГК РФ).

Основания прекращения обязательства могут как являться односторонней сделкой (например, заявление о зачете) или соглашением (например, предоставление и принятие отступного), так и не зависеть от воли сторон (в частности, прекращение обязательства на основании акта органа государственной власти или органа местного самоуправления). Судам следует учитывать, что прекращение договорного обязательства по ряду оснований может быть выражено в форме соглашения сторон и представлять собой частный случай расторжения или изменения договора (глава 29 ГК РФ).

Между ООО «ЕСП 314» и АО «НПП «Завод Искра» было достигнуто соглашение, согласно которому за нарушение срока поставки товара Заказчик вправе потребовать от Поставщика уплаты неустойки в размере 0,1 % от цены Договора за каждый день просрочки поставки Товара (пункт 7.2 договора). Кроме того, стороны определили, что в случае просрочки поставки товара более чем на 30 дней, Поставщик уплачивает Заказчику штраф в размере 10% от цены Договора.

Пунктом 7.5. Договора Стороны предусмотрели, что взыскание неустойки и штрафа с Поставщика производятся путем выставления счета Заказчиком либо вычитаются из очередного причитающегося Поставщику платежа. Поставщик обязан уплатить сумму неустойки и штрафа по первому требованию Заказчика. В случае взыскания неустойки путем выставления счета Поставщику, расчеты с Поставщиком осуществляются после погашения Поставщиком неустойки.

Таким образом, включив в договор поставки условие о праве заказчика произвести удержание из очередного причитающегося платежа в сумме начисленных неустойки и штрафа за просрочку поставки, Стороны согласовали условие о прекращении встречных денежных требований. Данное договорное условие не противоречит требованиям действующего законодательства Российской Федерации.

Так как требования об уплате неустойки и штрафа, начисленных ответчику в соответствии с п. 7.2, 7.3 договора, Поставщиком исполнены не были, руководствуясь пунктом 7.5 Договора, Заказчик произвел удержание в размере 9 770,84 евро из очередного причитающегося Поставщику платежа. О произведенном удержании Поставщик был уведомлен письмом № 8710 от 14.11.2024г.

Каких-либо дополнительных согласований Сторон на удержание неустойки и штрафа из причитающихся платежей ни законодательством, ни договором не предусмотрено, возражений по условиям включения в договор вышеуказанных пунктов от Поставщика при подписании Договора не поступало.

Учитывая вышеизложенное, суд соглашается с истцом и признаёт указанное удержание неустойки произведённым в соответствии с положениями заключенного между сторонами договора.

Также ответчиком в материалы дела представлен контррасчёт неустойки, а также заявлено ходатайство о снижении размера неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Кодекса, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее

чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

В соответствии с пунктом 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при решении вопроса об уменьшении неустойки критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7).

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако, с учетом выраженных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 правовых позиций, характера просроченных ответчиком денежных обязательств и представленных ответчиком доводов и доказательств по делу, суд первой инстанции полагает, что основания для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, представляются лицом, заявившим ходатайство об уменьшении неустойки (пункт 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Ответчик заявил ходатайство о снижении размера неустойки, между тем, доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, не представил.

Подписывая договор поставки, истец добровольно согласился с его условиями, в том числе, в отношении размера штрафных санкций.

В ходе исполнения истцом договора срок поставки товара неоднократно переносился по просьбе истца с согласования с ответчиком, имеющим намерение и потребность получить товар в оговариваемые сроки, путем подписания дополнительных соглашений на основании соответствующих писем истца. Несмотря на неоднократное продление сроков поставки, фактически товар был поставлен по истечении более, чем 10 месяцев, от первоначального срока, установленного договором, что повлекло за собой ряд неблагоприятных последствий для ответчика, в частности, по срыву сроков исполнения контракта, заключенного в рамках гособоронзаказа.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также то что указанные в иске обстоятельства не приняты судом в качестве обстоятельств непреодолимой силы, форс-мажорных обстоятельств, о чём было указано выше, учитывая, что неустойка в размере 0,1% от цены Договора за каждый день просрочки поставки Товара и штраф в размере 10% от цены договора соответствуют обычаям делового оборота, не носит явно завышенный характер, суд не находит оснований для снижения их размере на основании статьи Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, суд отмечает, что неустойка служит не только средством обеспечивающим исполнение обязательства, но средством дисциплинирующим сторон по договору, а также компенсирующим потери одной стороны вследствие ненадлежащего исполнения договорных обязательств другой стороной.

Также, судом не может быть принят во внимание представленный истцом контррасчёт неустойки, согласно которому неустойка составляет 4 033,15 евро, поскольку он произведён исходя из суммы предварительно оплаченного ответчиком аванса, тогда как согласно пункту 7.2 договора неустойка за нарушение срока поставки товара рассчитывается от всей цены Договора.

Учитывая вышеизложенное, суд полагает, что в рассматриваемом случае взыскание ответчиком с истца неустойки и штрафа в сумме 9 770,84 евро (неустойка в размере 6 204,84 евро исходя из ставки 0,1% от цены договора за каждый день просрочки и штраф 3 566,00 евро исходя из расчёта 10% от цены договора) является правомерным, справедливым и достаточным применительно к последствиям нарушенного обязательства.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. Суду представляются доказательства, отвечающие требованиям статей 67, 68, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд, изучив материалы дела, считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку суд отказывает в удовлетворении исковых требований, понесенные истцом судебные расходы в его пользу с ответчика не взыскиваются.

Суд отмечает, что согласно закону Российской Федерации «О государственной пошлине» ставка государственной пошлины устанавливается в рублях и ее уплата также производится в рублях. При взыскании в судебном порядке долга в иностранной валюте либо выраженного в иностранной валюте или условных денежных единицах по правилам пункта 2 статьи 317 ГК РФ, а равно начисленных неустойки и (или) процентов цена иска определяется судом в рублях в соответствии с правилами пункта 2 статьи 317 ГК РФ на день подачи искового заявления.

Изменение курса иностранной валюты или условных денежных единиц по отношению к рублю в период рассмотрения спора не влияет на размер государственной пошлины.

При подаче искового заявления истец в качестве подтверждения оплаты государственной пошлины представил платёжное поручение № 129 от 05.12.2024 на сумму 57 901 руб.

Государственная пошлина в указанном размере рассчитана истцом исходя из суммы иска 1 096 707 руб. 37 коп., при этом истец для расчёта суммы иска использовал курс евро по состоянию на 14.11.2024, который на указанную дату составлял 104,29.

Вместе с тем, иск подан истцом в арбитражный суд через веб-сервис «МойАрбитр» 13.01.2025. На указанную дату курс евро составлял 105,0464.

Исходя из указанного курса, цена иска составляет 1 104 660,59 руб., госпошлина от указанной суммы – 58 140 руб.

В связи с вышеизложенным, с истца в доход федерального бюджета следует довзыскать государственную пошлину за подачу искового заявления в размере 239 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Энжиниринг Солюшенс Пи» (ИНН <***>, ОГРН <***>) г. Москва к акционерному обществу «Научно-производственное предприятие «Завод Искра» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Ульяновск отказать в полном объёме.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Энжиниринг Солюшенс Пи» (ИНН <***>, ОГРН <***>) г. Москва в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 239 руб.

Решение арбитражного суда первой инстанции вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в порядке и сроки, установленные статьями 257-260 АПК РФ.

Судья А.В. Кузьмин Код доступа к оригиналам судебных актов, подписанных электронной подписью судьи