Решение от 6 мая 2021 г. по делу № А27-7671/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Красная, 8, Кемерово, 650000

тел. (384-2) 45-10-16, (384-2) 45-10-47

е-mail: info@kemerovo.arbitr.ru, www.kemerovo.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

город Кемерово Дело № А27-7671/2020

резолютивная часть оглашена 28 апреля 2021 года

в полном объеме изготовлено 6 мая 2021 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Лазаревой М.В., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем ФИО1, при участии в режиме веб-конференции:

представителя ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6: ФИО7 по доверенностям от 18.05.2020, от 10.08.2020;

представителя Инспекции ФНС России по Центральному району г. Новокузнецка: ФИО8 по доверенности от 10.09.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Новокузнецка Кемеровской области о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, город Междуреченск, ФИО3, город Междуреченск, ФИО4, город Междуреченск, ФИО5, город Междуреченск, ФИО6, город Новокузнецк,

у с т а н о в и л:

в арбитражный суд 6 апреля 2020 года поступило исковое заявление Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Новокузнецка Кемеровской области (далее – истец) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Истец просит: - привлечь контролирующих общество с ограниченной ответственностью «Ремстрой» лиц: ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО6 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Ремстрой» солидарно; взыскать с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО6 в пользу ФНС России 27 816 551 рубль 39 копеек.

После устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, определением суда от 14 мая 2020 года исковое заявление принято к производству, предварительное судебное заседание назначено на 15 июня 2020 года.

Определением суда от 15 июня 2020 года (определение в полном объеме изготовлено 18 июня 2020 года) предварительное судебное заседание по рассмотрению искового заявления отложено до 29 июня 2020 года.

Определением суда от 29 июня 2020 года (определение в полном объеме изготовлено 2 июля 2020 года) по заявлению истца из числа ответчиков исключена ФИО9, предварительное судебное заседание отложено до 30 июля 2020 года в связи с отсутствием в материалах дела доказательств надлежащего извещения о времени и месте судебного разбирательства ответчика ФИО6, истцу предложено представить правовую позицию относительно заявления ответчиков ФИО2, ФИО3, Хана П.А., ФИО5, о пропуске сроков исковой давности.

Определением суда от 30 июля 2020 года (определение в полном объеме изготовлено 31 июля 2020 года) подготовка дела к судебному разбирательству признана оконченной, судебное разбирательство назначено на 26 августа 2020 года.

В материалы дела 25 августа 2020 года по системе «Мой Арбитр» от истца поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, согласно которому в связи с частичной оплатой ФИО2 денежных средств в размере 1 100 000 рублей истцом снижен размер субсидиарной ответственности до 26 716 551, 39 рублей. Также в уточнениях истец указывает на анализ финансово-хозяйственной деятельности ООО «Ремстрой» за 2014-2016 годы на основании данных бухгалтерского баланса 3 должника за 2016 год, согласно которому в результате выведения денежных средств на указанные в акте налоговой проверки и решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения организации должник стал отвечать признакам объективного банкротства, выведенных средств было бы достаточно для расчетов с кредиторами.

18.09.2020 по системе «Мой Арбитр» от истца поступило уточнение требований в части размера субсидиарной ответственности, согласно которому из размера ответственности исключены 4 769 616 рублей убытков бюджету, взысканных с ответчика ФИО10 решением Центрального районного суда г. Новокузнецка от 15.07.2019 по делу №2-3532/2019. Согласно уточнению, истец просит в порядке субсидиарной ответственности взыскать с ответчиков 21 946 935,39 рублей. Уточнение принято судом к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в судебном заседании.

Определением от 2 ноября 2020 года (резолютивная часть объявлена 28 октября 2020 года), откладывая судебное разбирательство истцу предложено обосновать доводы о признании ответчиков Хана П.А., ФИО5, ФИО6 контролирующими должника лицами, документально обосновать наступление признаков объективного банкротства должника в результате действий ответчиков, представить возражения относительно пропуска срока исковой давности привлечения ответчиков к ответственности.

Ответчикам предложено опровергнуть презумпции, установленные статьей 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

Определением от 21 декабря 2020 года, откладывая судебное разбирательство, суд повторно предложил истцу предоставить доказательства наступления объективного банкротства должника в результате выведения на счета ответчиков денежных средств должника с учетом общего объема выручки должника за 2015 – 2016 годы, на обсуждение сторон вынесен вопрос о квалификации исковых требований Инспекции как требований о взыскании убытков.

Впоследствии судебное разбирательство откладывалось, последний раз протокольным определением от 7 апреля 2021 года судебное разбирательство отложено до 21 апреля 2021 года, в том числе в связи с истребованием у банковских организаций сведений об открытых счетах и банковских картах, выпущенных на имя ответчиков.

В материалы дела с период с 26.03.2021 по 24.04.2021 поступили ответы от кредитных организаций.

В судебном заседании, открытом 21 апреля 2021 и закрытом 28 апреля 2021, каждая их сторон поддержала требования и возражения, ранее изложенные, соответственно, в исковом заявлении, дополнениях к нему и отзывах на исковое заявление.

По мнению истца, изложенному в исковом заявлении, скоординированные действия ответчиков, направленные на выведение денежных средств с расчетного счета должника на счета организаций, обладающих признаками «однодневок», связанных между собой посредством использования систем клиент-банк с использованием IP-адреса, принадлежащего ответчику ФИО5, привели к наращиванию кредиторской задолженности, что стало следствием неплатежеспособности должника и причиной его банкротства. Также истец полагает, что ответчик ФИО2 обладает признаками контролирующего должника лица в силу своего статуса единственного участника ООО «Ремстрой» и его директора. Ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 являются контролирующими должника лицами в силу фактической аффилированности и получения названными ответчиками существенной выгоды от неправомерных действий, в силу контроля над денежными потоками вовлеченных в процесс обналичивания «фирм-однодневок». Анализ действий ответчиков приведен также в ходатайстве от 08.10.2020 (л.98-110 т. 4). Кроме того, истец полагает, что имеется причинно-следственная связь между неправомерными действиями ответчиков по обналичиванию денежных средств и невозможностью расчетов с кредиторами, а факты совершения ответчиками противоправных действий установлены решением №1909 от 12.03.2018 о привлечении ООО «Ремстрой» к ответственности за совершение налогового правонарушения, которое было оспорено в судебном порядке, решением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2018 по делу №А27-13835/2018, оставленным в силе постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2019, решение №1909 от 12.03.2018 признано законным. Наступление признаков объективного банкротства должника истец связывает с вменяемыми ответчикам действиями, основываясь на данных бухгалтерского баланса должника за 2016 год, анализ которого приведен в ходатайстве от 25.08.2020, поступившем по системе «Мой Арбитр», из которого следует, что по итогам 2015 года стоимость чистых активов должника составила 2 285 тысяч рублей, по итогам 2016 года – минус 28 576 тысяч рублей, следовательно, выведенных с расчетного счета должника более 60 миллионов рублей было достаточно для расчетов по обязательствам должника (л.2-7 т. 4).

В отзыве от 29.06.2020 ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4, и ФИО5 полагают требования истца необоснованными в части суммы требований истца, поскольку в реестр требований кредиторов должника были включены требования ФНС России в размере 801 553,28 рублей, а не в заявленном размере 27 816 551,39 рублей. Также указанными истцами заявлено о применении срока исковой давности, который в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №134-ФЗ надлежит исчислять с 28.05.2018 - даты вступления в силу решения №1909 от 12.03.2018 по результатам обжалования названного решения в вышестоящий налоговый орган (л. 2-7 т. 3). В отзыве, приобщенном к материалам дела в судебном заседании 26.08.2020 представитель ответчиков (включая ответчика ФИО6) ходатайствовал об исключении из числа ответчиков ФИО6 ввиду того, что суммы доначисленных налогов по операциям с ООО «Домус», единственным участником и директором которого является названное лицо, включены в размер убытков, взысканных с ФИО2 решением Центрального районного суда г. Новокузнецка (л. 23-27 т.4).

Ходатайство об исключении из числа ответчиков ФИО6 отклонено судом определением от 27 августа 2020 года (резолютивная часть от 26.08.2020), устное заявление о применении срока исковой давности в отношении названного ответчика принято к рассмотрению.

В ходатайстве, поступившем по системе «Мой Арбитр» 29.07.2020, истец возражает относительно пропуска сроков исковой давности, со ссылкой на пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ полагая, что к правоотношениям необходимо применять трехлетний срок исковой давности, установленный названной статьей, начало течения которого следует исчислять с даты прекращения производства по делу о банкротстве должника с 17.08.2018 (л. 141-146 т.3), аналогичные доводы относительно срока исковой давности приведены в ходатайстве истца от 08.10.2020 (л. 98-110 т. 4). В ходатайстве от 16.10.2020 истец возражает относительно пропуска срока исковой давности, указывая на факт возбуждения исполнительного производства по требованиям истца, в результате которого могли быть удовлетворены требования, и которое было окончено 30.09.2019, следовательно, к дате подаче искового заявления 30.03.2020 годичный срок исковой давности, установленный статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №134-ФЗ, не истек (л. 131-135 т.4).

В отзыве от 09.10.2020 представитель ответчика указывает на осведомленность истца о совокупности оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности не позднее 12.03.2018 – даты составления решения №1909 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, следовательно годичный срок исковой давности на дату подачи искового заявления истек (л.112-119 т. 4). Кроме того, неоднократно в ходе судебного разбирательства представителем ответчиков указано на отсутствие у ответчиков (за исключением ФИО2) статуса контролирующих должника лиц в соответствии с определением понятия таких лиц применительно к статье 2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №134-ФЗ. Также, в отзыве от 27.10.2020 опровергая презумпцию, установленную пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в названной редакции, ответчики со ссылкой на данные бухгалтерского баланса должника за 2016 год, указывают на достаточность выручки должника для расчетов по обязательствам, а также на отсутствие убытка по итогам 2016 года, что свидетельствует об отсутствии признаков банкротства (л.138-145 т.4).

В судебном заседании представитель истца в полном объеме поддержал исковое заявление с учетом уточнения от 18 сентября 2020 года по основаниям, изложенным в заявлении и дополнениях к нему, относительно пропуска срока исковой давности возражал.

Представитель ответчиков в судебном заседании поддержал доводы заявления о пропуске истцом срока исковой давности, по существу заявленных требований указав на отсутствие признаков банкротства на момент обращения кредитора с заявлением о банкротстве ООО «Ремстрой», достаточность выручки должника для расчетов с кредиторами, настаивал на заявлении о применении сроков исковой давности применительно к требованиям о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, на отсутствии оснований для привлечения к ответственности ФИО6

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) обстоятельства и материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела определением Арбитражного суда Кемеровской области от 05.07.2017 возбуждено производство по делу №А27-13536/2017 о банкротстве ООО «Ремстрой» г. Новокузнецк (далее – должник). Определением от 26.07.2017 заявление кредитора ООО «Мирт» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура банкротства- наблюдение. Решением суда от 24.07.2017 по указанному делу должник признан банкротом, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев.

Определением суда от 17.08.2018 производство по делу №А27-13536/2017 о банкротстве должника прекращено по основаниям, предусмотренным абзацем восьмым пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в связи с отсутствием у должника имущества, достаточного для финансирования судебных расходов по делу о банкротстве.

Из материалов дела о банкротстве должника следует, что в реестр требований кредиторов на дату прекращения производства по делу были включены требования следующих кредиторов:

- ООО «Мирт» в размере 2 006 376,04 рублей долга, 31 388,65 рублей неустойки, определением суда от 03.10.2017 произведена замена кредитора на ООО «Трейдсервис»;

- АО «Кузнецкая ТЭЦ» в размере 516 645,08 рублей долга, 19 736,37 рублей неустойки;

- ООО «Строй-С» в размере 2 031 700,76 рублей;

- ООО «Горсвет» в размере 68 187 долга, 4 255,18 рублей неустойки;

- ООО «Сибирьстройкомплекс» в размере 929 357,60 рублей долга, 290 888,92 рублей неустойки;

- ФНС России в размере 801 553,28 долга, 87 006,64 рубля пеней и штрафов.

Также определением суда от 03.10.2018 в связи с прекращением производства по делу прекращено производство по заявлению ФНС России о включении в реестр требований кредиторов задолженности, выявленной по результатам выездной налоговой проверки, оформленной решением о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения от 12.03.2018 № 1909 (далее – решение от 12.03.2018 № 1909) в размере сумм доначисленных налогов 19 938 659 рублей основного долга, 2 862 068, 67 рублей пени и 4 127 263, 80 рублей штрафа, всего 26 927 991,5 рублей.

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2018 по делу А27-13835/2018 в признании недействительным решения от 12.03.2018 № 1909 отказано.

Указанным решением от 12.03.2018 №1909 установлены факты:

- создания должником фиктивного документооборота с организациями ООО «Стройцентр» ИНН <***>, ООО «Промс» ИНН <***>, ООО «КузбассСервис» ИНН <***>, ООО «СК Оазис» ИНН <***>, ООО «Домус» ИНН <***>;

- перечисления должником на расчетные счета названных организаций денежных средств в общей сумме 60 508 590 рублей, в том числе на расчетный счет ООО «Стройцентр» перечислено 41 010 000 рублей, на расчетный счет ООО «СК «Оазис» - 7 750 000 рублей, на расчетный счет ООО «Промс» - 1 850 000 рублей, на расчетный счет ООО «Кузбасс – Сервис» - 2 400 000 рублей и на расчетный счет ООО «Домус» - 7 498 5900 рублей;

- фактической взаимозависимости указанных организаций;

- обналичивания денежных средств, поступивших от должника на счета названных организаций, посредством: а) их транзитного перечисления на счета организаций, обладающих признаками «однодневок» и дальнейшим получением денежных средств ответчиками с использованием банковских карт, б) прямого получения денежных средств ответчиками Ханом П.А. и ФИО5

Полагая, что согласованные действия единственного участника и директора должника – ФИО2, его супруги ФИО3 (директор и единственный участник ООО «Монолит»), Хана П.А. (единственный участник ООО «Кузбасс – Сервис»), ФИО5 (коммерческий директор ООО «Стройцентр» с правом распоряжения денежными средствами последнего, владелец IP-адреса для взаимодействия с банками, в которых открыты счета ООО «Стройцентр», ООО «Кузбасс – Сервис», ООО «СК «Оазис», ООО «Промс»), а также ФИО6 (до 09.03.2017 единственный участник и директор ООО «Домус»), совершенные в 2015-2016 годах и направленные на выведение денежных средств со счетов должника, привели к невозможности удовлетворить требования кредиторов, истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее – закон №266-ФЗ), рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции закона №266-ФЗ.

Исковое заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подано истцом по системе «Мой Арбитр» 30.03.2020, следовательно, рассмотрение настоящего иска должно осуществляться в соответствии с процессуальными правилами, установленными Законом о банкротстве в редакции закона №266-ФЗ.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Как установлено судом ранее, требования истца включены в реестр требований кредиторов должника в деле о банкротстве определением от 28.02.2018, производство по делу о банкротстве должника прекращено определением Арбитражного суда Кемеровской области от 17.08.2018, то есть после 01.09.2017, следовательно истец вправе обратиться в суд с исковым заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве должника.

Исходя из сформированного Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) правового подхода, поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Как следует из решения от 12.03.2018 № 1909, вменяемые ответчикам действия совершены в период 2015 – 2016 годов, следовательно, к правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – закон №134-ФЗ).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона №134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Указанная в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпция является опровержимой и применяется в случае, если ответчиками не будет доказано иное.

Аналогичные положения об основаниях для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности содержатся в подпункте первом пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции закона №266-ФЗ, в связи с чем, суд считает возможным при рассмотрении настоящего дела применять правовые подходы, сформированные Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума №53).

Рассмотрев заявление ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к положениям статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона №134-ФЗ, суд не находит оснований для удовлетворения заявления о пропуске срока исковой давности ввиду следующего.

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в указанной редакции, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 58 постановления Пленума №53, сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

Как следует из разъяснений, сформированных в пункте 59 постановления Пленума №53, предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств:

- о лице, имеющем статус контролирующего,

- его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность,

- о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Применительно к рассматриваемому спору истец, проводивший проверку правильности исчисления и уплаты должником налогов и сборов за период 13.04.2015 по 31.12.2016, о лицах, совершивших вменяемые им действия и о противоправности таких действий узнал составлением акта выездной налоговой проверки от 20.12.2017 №41, поскольку именно в указанном акте отражены итоги проведенной проверки правильности исчисления и уплаты налогов, в результате которой установлены деяния ответчика ФИО2 по созданию фиктивного документооборота должника и дальнейшему безосновательному и не подтвержденному документально перечислению денежных средств со счета должника на счета ООО «Стройцентр» ИНН <***>, ООО «Промс» ИНН <***>, ООО «КузбассСервис» ИНН <***>, ООО «СК Оазис» ИНН <***>, ООО «Домус» ИНН <***>, а также их дальнейшему транзитному движению на счета организаций, имеющих признаки «однодневок», и последующего получения таких денежных средств ответчиками ФИО3, Ханом П.А., ФИО5, ФИО6

Относительно осведомленности истца о недостаточности денежных средств для расчетов с кредиторами, суд не соглашается с доводами ответчиков о такой осведомленности до прекращения производства по делу о банкротстве должника ввиду следующего.

Как следует из материалов дела №А27-13536/2017 о банкротстве должника запрошенном судом из архива и исследованном в судебных заседаниях, 13.10.2017 временным управляющим проведен анализ финансового состояния должника (л. 3-43 т. 10 дела №А27-13536/2017), согласно которому у должника выявлены активы в виде запасов на сумму 36 512 тысяч рублей, долгосрочная дебиторская задолженность в размере 70 424 тысячи рублей, из чего следует, что на момент включения требований ФНС России в реестр требований кредиторов (28.02.2018) осведомленность последнего о недостаточности имущества должника для расчетов с кредиторами не подтверждается.

Далее судом установлено, что в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве конкурсным управляющим должника размещены сведения о проведении инвентаризации имущества должника (сообщение от 22.01.2018 №2398377), согласно которой у должника выявлено имущество в виде фрезы дорожной стоимостью 48 670 рублей.

Поскольку, возражающая против прекращения производства по делу ФНС России указывала на наличие ранее выявленного конкурсным управляющим актива в виде запасов и дебиторской задолженности, конкурсным управляющим сделано заключение об изменении активов от 13.08.2018 (л.5-6 т. 28 дела №А27-13536/2017), согласно которому бухгалтерский баланс должника за 2016 год содержит искаженные данные в части запасов, поскольку должником в бухгалтерском учете списание товаров в производство не осуществлялось, тогда как наличие запасов в натуре конкурсным управляющим не установлено. Также заключение содержит выводы о несоответствии действительности данных инвентаризации дебиторской задолженности, поскольку инвентаризация проведена исключительно путем автоматического формирования её результатов в программном продукте 1С Бухгалтерия и фактически сформированная дебиторская задолженность является кредиторской.

По результатам рассмотрения ходатайства конкурсного управляющего производство по делу о банкротстве должника было прекращено определением от 17.08.2018 ввиду отсутствия у должника имущества, достаточного для финансирования процедуры банкротства.

С учетом изложенного, об отсутствии у должника имущества, достаточного для расчетов с кредиторами, и, как следствие, о наличии всей совокупности ранее указанных обстоятельств для начала течения срока исковой давности, истец узнал не ранее 17.08.2018. Таким образом, годичный срок исковой давности для истца исчисляется с 18.08.2018 и истекает 19.08.2019.

К указанному моменту законом №266-ФЗ признана утратившей силу статья 10 Закона о банкротстве и введена глава III.2 Закона о банкротстве, содержащая аналогичное основание для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности, а также установлено новое регулирование в части сроков исковой давности по таким требованиям. Закон №266-ФЗ вступил в силу 30.07.2017 (статья 4).

Таким образом, на момент ведения нового регулирования сроков исковой давности по требованиям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и правил их исчисления, срок исковой давности для истца не только не истек, но и не начал течение.

Учитывая сложившийся в позитивном праве подход к исчислению сроков при изменении нормативного регулирования, учитывая что материально-правовые основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, существовавшие как на дату совершения вменяемого ответчикам деяния, так и на дату прекращения действия предыдущих редакций Закона о банкротстве не изменились, а срок исковой давности, установленный статьей 10 Закона о банкротстве в редакции 134-ФЗ для истца к моменту введения нового регулирования не начинал течь, то к вопросу о продолжительности срока давности и правилам его исчисления подлежит применению новая норма, установленная статьей 61.14 Закона о банкротстве в редакции закона №266-ФЗ.

Поскольку истец узнал о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на дату прекращения производства по делу о банкротстве должника, суд считает необходимым применить в рассматриваемом случае положения пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Исходя из ранее установленного судом момента начала течения срока исковой давности (18.08.2018), трехлетний субъективный срок исковой давности, установленный пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, истекает 19.08.2021, соответственно, на дату подачи искового заявления 30.03.2020 названный срок не истек, равно как не истекли трехлетний (истекает 19.08.2021) и десятилетний (истекает в соответствующие периоды 2025 – 2026 годов) объективные сроки исковой давности.

При таких обстоятельствах заявление ответчиков о пропуске сроков исковой давности по требованию о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, удовлетворению не подлежит, а исковое заявление рассматривается судом по существу заявленного требования.

Рассмотрев возражение представителя ответчиков относительно отсутствия статуса контролирующих должника лиц ФИО3, Хана П.А., ФИО5 и ФИО6 применительно к статье 2 Закона о банкротстве в редакции закона №134-ФЗ, суд отклоняет такие возражения ввиду следующего.

Действительно, абзацем тридцать первым статьи 2 Закона о банкротстве в редакции закона №134-ФЗ, действовавшей в момент совершения вменяемых ответчикам деяний к контролирующим должника лицам законодатель относит лиц, имеющих либо имевших в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника.

Как установлено судом ранее, единственным участником с долей 100% уставного капитала должника ООО «Ремстрой» с момента создания является ответчик ФИО2, он же до момента признания должника банкротом являлся директором должника. Следовательно, в силу приведенного нормативного регулирования является субъектом субсидиарной ответственности.

Ответчики ФИО3, брак с которой согласно справке органа ЗАГС г. Междуреченска от 04.07.2020 (л. 130 т.3), расторгнут 02.12.2014, а также ФИО4, ФИО5 и ФИО6, не являлись непосредственно ни участниками, ни руководителями должника.

Вместе с тем, при рассмотрении вопроса о допустимости привлечения названных ответчиков к субсидиарной ответственности суд исходит: а) из наличия между указанными лицами фактической аффилированности, подтвержденной совокупностью нижеприведенных косвенных доказательств; б) из значительного объема денежных средств должника, полученных названными ответчиками при отсутствии в материалах дела доказательств их возвращения должнику ООО «Ремстрой» либо его учредителю и руководителю ФИО2

Как установлено материалами налоговой проверки и указано судом ранее, денежные средства в размере 60 508 590 рублей с расчетного счета должника в течение 2015 – 2016 годов перечислены на счета ООО «Стройцентр» ИНН <***>, ООО «Промс» ИНН <***>, ООО «Кузбасс-Сервис» ИНН <***>, ООО «СК Оазис» ИНН <***>, ООО «Домус» ИНН <***>.

Как установлено решением №1909 от 12.03.2018, на расчетный счет ООО «Стройцентр» с расчетного счета должника в течение 2015-2016 годов перечислено 41 009 712 рублей, в том числе в 2015 году 17 950 000 рублей, в 2016- 23 059 712 рублей. Также с расчетного счета должника перечислено на расчетный счет ООО «СК «Оазис» - 7 750 000 рублей, на расчетный счет ООО «Промс» - 1 850 000 рублей, на расчетный счет ООО «Кузбасс – Сервис» - 2 400 000 рублей и на расчетный счет ООО «Домус» - 7 498 590 рублей.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (диск с материалами проверки т. 2), единственным участником и директором ООО «Стройцентр» является ФИО11. Согласно нотариально удостоверенной доверенности от 10.04.2015, ООО «Стройцентр» в лице ФИО11 предоставлены полномочия представлять интересы общества в банках, распоряжаться денежными средствами с правом первой подписи двум лицам: ФИО5 и ФИО4 сроком на три года.

Кроме того, на имя ФИО5 оформлена банковская карточка на право первой подписи от имени ООО «Стройцентр».

С расчетного счета ООО «Стройцентр» денежные средства перечислены:

- на расчетный счет ООО «СК «Оазис» (согласно выписке из ЕГРЮЛ директор и единственный участник ФИО11, организация исключена из ЕГРЮЛ 25.01.2019), откуда сняты с использованием банковских карт ФИО9 и переданы ФИО5, а также сняты самой ФИО5 (карта 5585********7411), всего в сумме 3 400 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Центр строительных технологий» (согласно выписке из ЕГРЮЛ до 31.05.2016 директор и единственный участник ФИО11), откуда сняты с использованием банковских карт ФИО5 (карта 5585******5573) в сумме 1 685 000 рублей и Ханом П.А. (карта 5585*****0624) в сумме 1 898 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Техстрой» (согласно выписке из ЕГРЮЛ директор и единственный участник ФИО11), откуда сняты с использованием банковских карт Ханом П.А. (карта 5585*****6207) в сумме 2 550 000 рублей, ФИО9 в сумме 500 000 рублей и переданы ФИО5, непосредственно сняты ФИО5 (карта 5585******7722) в сумме 6 303 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Строим» (согласно выписке из ЕГРЮЛ директор и единственный участник ФИО11), откуда сняты с использованием банковских карт Ханом П.А. (карта 5585*******6164) в сумме 2 030 000 рублей, ФИО9 в сумме 1 705 000 рублей и переданы ФИО5, сняты непосредственно ФИО5 (карта 5585*****6348) в сумме 1 195 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Индустрия», откуда сняты с использованием банковской карты ФИО5 (карта 4774*******5722) в сумме 450 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Стройтехмонтаж» (согласно выписке из ЕГРЮЛ руководитель и единственный участник ФИО4, организация исключена из ЕГРЮЛ 05.06.2019), откуда сняты с использованием банковских карт Ханом П.А. (карта 4277******5964) в сумме 5 045 837 рублей;

- на расчетный счет ООО «Промс» (согласно выписке из ЕГРЮЛ с 09.04.2018 директор и единственный участник ФИО11, организация исключена из ЕГРЮЛ 25.01.2019), откуда сняты с использованием банковских карт ФИО5 (карта 5585*****9122) в сумме 1 483 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Кузбасс-Сервис» (согласно выписке из ЕГРЮЛ единственный участник ФИО4), откуда сняты с использованием банковских карт Ханом П.А. (карта 5585******0842 к счету ООО «Кузбасс-Сервис», открытому в Банке ВТБ 24 (ЗАО) 21.08.2014) в сумме 1 240 000 рублей и ФИО5 (карта 5585*****2646) в сумме 200 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Монолит» (согласно выписке из ЕГРЮЛ до 23.05.2016 единственный участник и директор ФИО3), откуда перечислены на счет ФИО3 40817*******8873, открытом в ПАО «Сбербанк России» 17.11.2015) в сумме 6 464 860 рублей;

- на расчетный счет ООО «ГК «Оазис» (согласно выписке из ЕГРЮЛ директор ФИО4, организация ликвидирована 02.08.2019), откуда сняты с использованием банковской карты Ханом П.А. (карта 4274********2761) в сумме 2 177 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Стройдисконт», откуда сняты с использованием банковской карты ФИО5 (карта 4777*****9910) в сумме 500 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Стройресурс», откуда сняты с использованием банковской карты ФИО5 (карта 4777******6003) в сумме 225 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Техмашстрой» (согласно выписке из ЕГРЮЛ с 23.05.2016 директор и единственный участник ФИО4 (карта 4295*******2849), откуда сняты с использованием банковской карты в сумме 4 532 000 рублей;

- сняты с использованием банковских карт непосредственно ФИО5 и Ханом П.А. в размере 4 365 000 рублей и 1 679 000 рублей, соответственно.

Указанные обстоятельства подтверждаются выписками по расчетным счетам перечисленных организаций (размещены на диске с материалами выездной налоговой проверки, т. 1).

Как следует из решения №1909 от 12.03.2018, признанного законным решением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2019 по делу А27-13835/2018, хозяйственных связей между должником и ООО «Стройцентр», а также между ООО «Стройцентр» и названными организациями не установлено, перечисления имеют транзитный характер.

Таким образом, ответчиком ФИО3 в результате действий по выводу денежных средств получено 6 464 860 рублей, ответчиками ФИО5 и Ханом П.А. 22 011 000 рублей и 21 151 837 рублей, соответственно, всего 49 627 697 рублей, в том числе 41 010 000 денежных средств должника ООО «Ремстрой».

В нарушение статьи 65 АПК РФ доказательств того, что денежные средства возвращены должнику или переданы ФИО2 ответчиками в материалы дела не предоставлено.

Также из выписки по расчетному счету ООО «Домус» (согласно выписке из ЕГРЮЛ до 09.03.2017 единственный участник и директор ФИО6), на расчетный счет данной организации с расчетного счета должника перечислено 7 498 590 рублей, которые впоследствии перечислены с расчетного счета ООО «Домус» на бизнес карту 4295****0997 к счету ООО «Домус», открытому в КБ «Авангард» по договору от 14.07.2015.

Кроме того, с расчетного счета должника в течение 2015 года на расчетный счет ООО «Промс» перечислено 1 850 000 рублей, которые впоследствии перечислены на расчетный счет ООО «Строим», откуда сняты с использованием банковских карт ФИО9 и переданы ФИО5 в размере 500 000 рублей, перечислены Хану П.А. (карта 5585*****6164) в размере 750 000 рублей, а также сняты использованием банковской карты непосредственно ФИО5 (карта 5585*****6348) в размере 948 000 рублей.

Указанные факты подтверждаются выписками по расчетным счетам ООО «Промс» и ООО «Строим» (диск с материалами выездной налоговой проверки, т. 1).

Отсутствие реальных хозяйственных связей должника и ООО «Промс», а также ООО «Промс» и ООО «Строим» установлено решением №1909 от 12.03.2018, признанным законным решением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2019 по делу А27-13835/2018.

Также выпиской по расчетному счету ООО «СК «Оазис» подтверждается, что на расчетный счет названной организации с расчетного счета должника в 2016 году перечислено 7 750 000 рублей.

Впоследствии с расчетного счета ООО «СК «Оазис» перечислено:

- на расчетный счет ООО «Промс» 1 994 000 рублей, откуда сняты с использованием банковской карты ФИО5 (карта 5585*****9122) в размере 1 994 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Техстрой» 2 460 000 рублей, откуда сняты с использованием банковских карт ФИО5 (карта 5585*****7722) в сумме 990 000 рублей, Ханом П.А. (карта 5585*****6207) в размере 362 000 рублей;

- на расчетный счет ООО «Стройтехмонтаж» 610 000 рублей, откуда сняты с использованием банковской карты Ханом П.А. (карта 4277*****5964) в сумме 610 000 рублей;

- на банковскую карту ФИО5 (карта 5585*****7411) в сумме 3 900 000 рублей.

Таким образом, ответчиками Ханом П.А. и ФИО5 получено 972 000 рубля и 6 884 000 рубля, соответственно, всего 7 856 000 рублей, в том числе денежные средства должника 7 750 000 рублей.

В нарушение статьи 65 АПК РФ доказательств возврата должнику или передачи ФИО2 указанных денежных средств ответчиками в материалы дела не предоставлено.

Указанные обстоятельства подтверждаются выписками по расчетным счетам ООО «СК «Оазис», ООО «Промс», ООО «Техстрой» и ООО «Стройтехмонтаж» (диск с материалами выездной налоговой проверки, т. 1).

Обстоятельства отсутствия реальных хозяйственных связей между должником и ООО «СК «Оазис»», а также между ООО «СК «Оазис» и перечисленными организациями установлены решением №1909 от 12.03.2018, признанным законным решением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2019 по делу А27-13835/2018.

Также из выписки по расчетному счету ООО «Кузбасс-Сервис» следует, что в 2015 году на расчетный счет названной организации с расчетного счета должника перечислено 2 400 000 рублей.

Впоследствии с расчетного счета ООО «Кузбасс – Сервис» перечислено:

- на расчетный счет ООО «Центр строительных технологий» 383 018 рублей, откуда перечислены: а) в составе 1 195 000 рублей на расчетный счет ООО «Техстрой», со счета которого с использованием банковской карты сняты Ханом П.А. (карта 5581*****6207) в сумме 284 000 рубля, б) в сумме 183 000 рубля на расчетный счет ООО «Промс», откуда сняты с использованием банковской карты ФИО5 (карта 5585****9122) в сумме 183 000 рубля;

- на банковскую карту ФИО5 (карта 5585****2646) в сумме 2 000 000 рубля.

Указанные сведения подтверждаются выписками по расчетным счетам ООО «Кузбасс – Сервис», ООО «Центр строительных технологий», ООО «Промс», ООО «Техстрой» (диск с материалами выездной налоговой проверки, т. 1).

Обстоятельства отсутствия реальных хозяйственных связей между должником и ООО «Кузбасс - Сервис», а также между ООО «Кузбасс - Сервис» и перечисленными организациями установлены решением №1909 от 12.03.2018, признанным законным решением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2019 по делу А27-13835/2018.

Таким образом, ответчиками Ханом П.А. и ФИО5 получено 284 000 рубля и 2 183 000 рубля, соответственно, всего 2 467 000 рублей, в том числе 2 400 000 рублей денежных средств должника.

В нарушение статьи 65 АПК РФ доказательств возврата должнику или передачи ФИО2 указанных денежных средств ответчиками в материалы дела не предоставлено.

Относительно взаимосвязанности организаций, вовлеченных в процесс создания фиктивного документооборота и транзитного движения денежных средств от должника к ответчикам, установлены следующие обстоятельства.

Так, согласно ответам АО «Альфа Банк» и Банк ВТБ ПАО следует, что ООО «Стройцентр», ООО «СК «Оазис», ООО «Промс», ООО «Кузбасс - Сервис» использован один IP-адрес для интернет-соединения в системе «клиент-банк» 212.77.141.137 (ответы банков на требования истца в порядке статьи 93.1 НК РФ в рамках мероприятий налогового контроля размещены на диске с материалами выездной налоговой проверки, т.1).

Как установлено судом ранее, ответчик ФИО4, в период совершения вменяемых ответчикам действий являлся руководителем и участником ООО «Кузбасс – Сервис», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «ГК «Оазис», ООО «Техмашстрой», одновременно являясь штатным работником должника в должности главного инженера согласно трудовому договору от 01.02.2016 (копия приобщена истцом по системе «Мой Арбитр» 13.06.2020).

Кроме того, вступившим в законную силу решением №1909 от 12.03.2018 установлено, что между ООО «Кузбасс – Сервис» и АО ПФ «СКБ Контур» заключены договоры на предоставление доступа и абонентское обслуживание в системе «Контур -Экстерн» от 28.06.2012 и от 20.01.2015, согласно актам сдачи-приемки услуг по которым за 2015-2016 годы для ООО «Кузбасс – Сервис» изготовлены дополнительные сертификаты ключей для организации и обслуживания в режиме «обслуживание бухгалтерии». Дополнительные сертификаты со встроенной лицензией «СКЗИ «КриптоПро CSP3.6» выпущены в числе прочих для ООО «СК «Оазис», ООО «Промс», ООО «Центр строительных технологий», ООО «Стройресурс», ООО «Стройдисконт», ООО «Монолит», ООО «Индустрия», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Техмашстрой», ООО «ГК «Оазис». Электронным адресом для всех указанных организаций указан izor72@mail.ru. (л. 41 на обороте т. 2).

Судом установлено, что аналогичный адрес указан ФИО5 в заявлении на открытие банковского счета от имени ООО «Стройцентр» в АО «Альфа-Банк» и использовался для интернет-соединения данной организации в системе «клиент-банк» (диск с материалами выездной налоговой проверки, т.1).

Из изложенного очевидно, что последовательные, согласованные и взаимосвязанные действия ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО5, Хана П.А. и ФИО6 направлены на создание фиктивного документооборота с организациями ООО «Стройцентр», ООО «СК «Оазис», ООО «Промс», ООО «Домус» ООО «Кузбасс-Сервис» в целях применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и завышения расходов при исчислении налога на прибыль, что привело к начислению должнику налогов в размере 19 938 659 рублей, начислению пени и привлечению должника к ответственности в виде штрафов в общем размере 6 989 332 рубля 47 копеек.

Как установлено судом ранее, всего с расчетного счета должника произведено отчуждение денежных средств на расчетные счета ООО «Стройцентр», ООО «СК «Оазис», ООО «Промс», ООО «Кузбасс – Сервис» и ООО «Домус» в размере 60 508 590 рублей. Материалами выездной налоговой проверки и выписками по расчетным счетам указанных организаций, а также выписками по расчетным счетам ООО «Центр строительных технологий», ООО «Стройресурс», ООО «Стройдисконт», ООО «Монолит», ООО «Индустрия», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Техмашстрой», ООО «ГК «Оазис» подтверждается, что ответчиками получено 66 058 697 рублей, включая денежные средства должника, в том числе ФИО5 получено 32 526 000 рублей, Ханом П.А. получено 23 157 837 рублей, ФИО3 – 6 464 860 рублей и ФИО6 – 3 910 000 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии со статьей 1080 ГК РФ, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В указанной части суд считает необходимым учесть разъяснения, сформированные в пунктах 7 и 22 постановления Пленума №53, согласно которым контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

В рассматриваемом случае, несмотря на неоднократные определения суда с предложением предоставить соответствующие доказательства, ответчиками не предоставлено доказательств добросовестности собственных действий при их участии в процессе создания фиктивного документооборота с должником и последующем получении денежных средств должника.

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

Исследовав и оценив в совокупности выводы решения №1909 от 12.03.2018, а также материалы налоговой проверки, положенные в основу выводов истца, изложенных в названном решении, суд приходит к выводу о том, что согласованные действия ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО5, Хана П.А. и ФИО6 были направлены на реализацию общего противоправного деяния по созданию фиктивного документооборота между должником и ООО «Стройцентр», ООО «Кузбасс-Сервис», ООО «Промс», ООО «СК «Оазис» и ООО «Домус», приведшему к уменьшению налоговой базы по налогу на добавленную стоимость за 2-4 кварталы 2015, 2016 годы, завышению расходов в целях исчисления налога на прибыль за те же периоды, что, в свою очередь, привело к последующему доначислению налога на добавленную стоимости, налога на прибыль, сумм соответствующих пеней и штрафов, не уплаченных в полном объеме на дату принятия решения по настоящему делу.

Дополнительно в указанной части суд учитывает создание ФИО2 с участием ФИО5, Ханом П.А., ФИО3 и ФИО6 фиктивного документооборота между должником ООО «Ремстрой» и ООО «Стройцентр», ООО «Кузбасс-Сервис», ООО «Промс», ООО «СК «Оазис», ООО «Домус» в отсутствие реальных хозяйственных операций должника и перечисленных организаций, сопряженное с отчуждением денежных средств должника в отсутствие реальных хозяйственных операций с использованием схемы транзитного движения денежных средств и вовлечением в указанный процесс организаций, заведомо не способных исполнять обязательства.

Без участия ответчиков ФИО5 (лицо, с правом первой подписи, уполномоченное распоряжаться денежными средствами ООО «Стройцентр»), Хана П.А. (работник должника ООО «Ремстрой», единственный учредитель ООО «Кузбасс – Сервис», с использованием сертификатов ключей которого сдавалась отчетность ООО «СК «Оазис», ООО «Промс», ООО «Центр строительных технологий», ООО «Стройресурс», ООО «Стройдисконт», ООО «Монолит», ООО «Индустрия», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Техмашстрой», ООО «ГК «Оазис» ООО «СК «Оазис»), ФИО3 (директор и учредитель ООО «Монолит») и ФИО6 (директор и учредитель ООО «Домус») была бы невозможной реализация ФИО2 схемы уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота с указанными организациями, приведшая впоследствии к потерям бюджетной системы в виде неуплаченных должником налогов в размере 19 938 659 рублей.

Ввиду изложенного, с учетом степени соучастия каждого из ответчиков суд признает ответчиков по настоящему делу надлежащими субъектами ответственности.

При этом судом отклоняется довод представителя ответчиков о том, что ответчики ФИО5, ФИО4, ФИО3 и ФИО6 не являются лицами, виновными в совершении вменяемых им деяний со ссылкой на постановление Центрального районного суд города Новокузнецка от 06.06.2019 по уголовному делу № 1180232003600310 (л. 140-146 т. 2), которым прекращено уголовное дело в отношении ответчика ФИО2 по не реабилитирующим основаниям истечения срока уголовного преследования. Суд отклоняет названное доказательство, как доказательство невиновности ответчиков ФИО5, Хана П.А., ФИО3 и ФИО6, ввиду того, что в соответствии с частью 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом, а указанное постановление соответствующих выводов в отношении ответчиков ФИО5, Хана П.А., ФИО3 и ФИО6 не содержит, в связи с чем, их вина в содействии созданию фиктивного документооборота должника и ООО «Стройцентр», ООО «Кузбасс-Сервис», ООО «Промс», ООО «СК «Оазис», ООО «Домус» устанавливается судом в настоящем деле на общих основаниях.

Установленные материалами налоговой проверки перечисления денежных средств совершались с апреля 2015 года до декабря 2016 года включительно и попадают в периоды подозрительности, установленные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (дело о банкротстве ООО «Ремстрой» №А27-13536/2017 возбуждено 05.07.2017). Как установлено судом ранее и следует из материалов налоговой проверки, перечисление денежных средств на счета ООО «Стройцентр», ООО «СК «Оазис», ООО «Промс», ООО «Кузбасс – Сервис» и ООО «Домус» производилось со счета должника в отсутствие эквивалентного встречного предоставления.

Опровергая презумпцию невозможности удовлетворения требований кредиторов ввиду совершения должником сделок по отчуждения денежных средств с использованием ранее указанной судом схемы, ответчики указывают на достаточность выручки должника для расчетов с кредиторами, в качестве доказательства такого довода указывая на данные бухгалтерского баланса должника за 2016 год.

Суд отклоняет указанные доводы, основанные на данных бухгалтерского баланса должника, ввиду ранее установленного судом факта искажения бухгалтерского баланса должника за 2016 год, вследствие чего названное доказательство не может быть признано судом достоверным доказательством по делу (части 2,3 статьи 71 АПК РФ).

Вместе с тем судом установлено и выпиской по расчетному счету должника подтверждается (поступила в материалы дела 12.01.2021, диск л. 37 т. 5), что в течение 2015 года на расчетные счета должника поступило 94 226 555 рублей, израсходовано в текущей деятельности 92 134 678 рублей, в том числе выведено транзитным путем на карты ответчиков 46 300 000 рублей. Аналогично в течение 2016 года поступившая на счета должника выручка составила 211 798 398 рублей, израсходовано в текущей деятельности 209 379 257 рублей, в том числе выведено транзитным путем 69 895 806, 65 рублей. Таким образом, суммарный размер выручки должника в течение 2015 – 2016 годов, оставшейся у должника после выведения денежных средств, составляет 189 829 146, 18 рублей, что свидетельствует о достаточности у должника денежных средств для расчетов по своим обязательствам, в том числе, включенным впоследствии в реестр требований кредиторов (6 767 329,15 рублей).

Как следует из разъяснений, сформированных в пункте 18 постановления Пленума №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Также из разъяснений, изложенных в пункте 20 названного постановления следует, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Как установлено судом, выручки должника даже с учетом выведения денежных средств транзитным путем с расчетного счета должника на карты и счета ответчиков было достаточно для расчетов по обязательствам должника, более того, как следует из выписки по расчетному счету должника за 2017 год полученная выручка за 2017 год составила 51 267 809,48 рублей.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что осуществление расчетов с кредиторами зависело не от кризисной ситуации в экономической деятельности должника, а исключительно от волеизъявления руководителя должника ФИО2

Как следует из пояснений представителя ответчиков, остановка в первом полугодии 2017 года деятельности должника, осуществлявшего подрядные работы по муниципальным контрактам, произошла в результате репутационных рисков, вызванных налоговой проверкой.

Неоднократно определениями суда истцу предложено предоставить в материалы дела доказательства возникновения признаков объективного банкротства должника в результате транзитных операций, установленных налоговой проверкой и указанных в решении от 12.03.2018 № 1909.

Истцом в нарушение статьи 65 АПК РФ такие доказательства не предоставлены, в результате чего, исходя из достаточности выручки должника для расчетов с кредиторами (учитывая и размер такой выручки, оставшейся после транзитных операций, и размер кредиторской задолженности, включенной в реестр требований должника ООО «Ремстрой» в ходе банкротства последнего) суд вынес на обсуждение сторон вопрос о квалификации требований истца как требований о взыскании с ответчиков убытков, причиненных бюджету Российской Федерации в лице истца.

Поскольку истцом основания заявленных требований изменены не были, суд руководствуясь статьей 168 АПК РФ, с учетом разъяснений, приведенных в пункте 20 постановления Пленума №53, квалифицирует вменяемые ответчикам деяния по созданию фиктивного документооборота в деятельности ООО «Ремстрой», как действия, направленные на занижение налоговой базы по налогу на добавленную стоимость и увеличению расходов в целях уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль, приведшие к убыткам бюджетной системы (пункт 2 статьи 41 Бюджетного кодекса Российской Федерации) в размере доначисленных должнику и неуплаченных им налога на добавленную стоимость и налога на прибыль за 2-4 кварталы 2015, 2016 годы, а также сумм пеней и штрафных санкций.

Согласно пункту 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику. Таким образом, истец, требования которого были включены в реестр требований кредиторов должника в общей сумме 888 559,92 рубля, вправе обратиться в суд с соответствующим требованием о взыскании убытков с контролирующих должника лиц.

Рассмотрев заявление ответчиков о применении сроков исковой давности применительно к квалификации требований истца в качестве требований о взыскании убытков, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявления ответчиков в указанной части ввиду следующего.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите своего права.

Как ранее установлено судом истец, проводивший проверку правильности исчисления и уплаты должником налогов и сборов за период 13.04.2015 по 31.12.2016, о лицах, совершивших вменяемые им действия и о противоправности таких действий узнал составлением акта выездной налоговой проверки от 20.12.2017 №41, поскольку именно в указанном акте отражены итоги проведенной проверки правильности исчисления и уплаты налогов, в результате которой установлены деяния ответчика ФИО2 по созданию фиктивного документооборота должника и дальнейшему безосновательному и не подтвержденному документально перечислению денежных средств со счета должника на счета ООО «Стройцентр» ИНН <***>, ООО «Промс» ИНН <***>, ООО «КузбассСервис» ИНН <***>, ООО «СК Оазис» ИНН <***>, ООО «Домус» ИНН <***>, а также их дальнейшему транзитному движению на счета организаций, имеющих признаки «однодневок», и последующего получения таких денежных средств ответчиками ФИО3, Ханом П.А., ФИО5, ФИО6

Из изложенного следует, что трехлетний срок исковой давности истекает 21.12.2020, исковое заявление подано истцом в суд 30.03.2020, следовательно срок исковой давности для взыскания убытков по правилам статей 15, 53.1 ГК РФ, не истек.

Положениями статьи 15 ГК РФ закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) Верховный Суд РФ в пункте 12 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

То есть, требование о взыскании убытков может быть удовлетворено при наличии в совокупности следующих условий: противоправности действий нарушителя, наличия и размера понесенных убытков, причинной связи между правонарушением и убытками, вины нарушителя, а также принятие истцом мер к предотвращению убытков или уменьшению их размера.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25).

Таким образом, по общему правилу, убытки являются универсальной мерой гражданско-правовой ответственности и для взыскания убытков на основании статьи 15 ГК РФ лицо, требующее их возмещения, должно представить доказательства, подтверждающие противоправность поведения ответчика, причинную связь между противоправным поведением и возникшими убытками, а также наличие и размер понесенных убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами (в ред. от 05.05.2014); юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие от его имени (пункт 1 статьи 182) в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (в ред. от 23.05.2015).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Аналогичным образом вопрос ответственности единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью урегулирован в статье 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», согласно пункту 1 которой члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. В силу пункта 2 статьи 44 названного закона, члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причинение юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: а) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; б) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; в) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; г) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; д) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухучете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В соответствии со статьями 7 и 9 Закона о бухучете, все финансово-хозяйственные операции должны отражаться своевременно и достоверно в соответствии с их экономическим смыслом.

Согласно положениям статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) налогоплательщики обязаны своевременно и правильно исчислять и уплачивать налоги в бюджет.

Обязанность по уплате конкретного налога возлагается на налогоплательщика с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога (п. 2 ст. 44 НК РФ).

В силу названных положений, а также положений статей 40, и 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», с учетом того, что в налоговых правоотношениях юридическое лицо действует опосредованно через своего руководителя, именно в обязанности руководителя входит правильное исчисление налогов.

Таким образом, являясь руководителем должника ООО «Ремстрой» ФИО2 должен был действовать в интересах общества, в том числе надлежащим образом вести бухгалтерский учет, правильно исчислять и уплачивать законно установленные налоги и сборы, образовавшиеся в результате деятельности ООО «Ремстрой».

Из установленных судом обстоятельств следует, что по результатам выездной налоговой проверки, оформленной решением от 12.03.2018 № 1909, должнику доначислены налоги 19 938 659 рублей, начислено 2 862 068, 67 рублей пени и 4 127 263, 80 рублей штрафа, всего 26 927 991,5 рублей. Также судом установлено, что решением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2018 по делу А27-13835/2018 в признании недействительным решения от 12.03.2018 № 1909 отказано.

В силу пункта 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21.12.2011 № 30-П, действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 90 УПК РФ, статья 61 ГПК РФ, статья 69 АПК РФ). В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность, как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

С учетом изложенного суд считает довод представителя ответчиков об отсутствии преюдициального значения решения по делу № А27-13835/2018 обоснованным применительно к положениям пункта 2 статьи 69 АПК РФ ввиду разного субъектного состава спора.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что материалами дела, представленными истцом в порядке статьи 65 АПК РФ доказательствами, подтверждается довод истца о создании формального документооборота при отсутствии реальной хозяйственной деятельности между должником ООО «Ремстрой» и с организациями ООО «Стройцентр» ИНН <***>, ООО «Промс» ИНН <***>, ООО «КузбассСервис» ИНН <***>, ООО «СК Оазис» ИНН <***>, ООО «Домус» ИНН <***>, повлекший убытки истца в виде доначисленных по результатам выездной налоговой проверки, но не уплаченных налогов, а также пеней и штрафов.

Проанализировав предоставленные истцом документы суд признает доказанными недобросовестные, противоправные действия ФИО2 в виде создания схемы уклонения от налогообложения, а именно в завышении суммы налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и завышению расходов с целью уменьшения базы для исчисления налога на прибыль с использованием «фирм-однодневок» с целью получения необоснованной налоговой выгоды при активном соучастии в названных противоправных деяниях ответчиков ФИО3, ФИО5, Хана П.А. и ФИО6, осуществлявших контроль над ООО «Монолит», ООО «Стройцентр», ООО «Кузбасс-Сервис» и ООО «Домус», соответственно.

В случае, предусмотренном пунктом 3 статьи 61.20 Закона о банкротстве, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

Устанавливая размер убытков и оценивая в указанной части возражения ответчиков о недопустимости включения в такой размер требований истца, не включенных в реестр требований кредиторов в размере 19 938 659 рублей основного долга, 2 862 068, 67 рублей пени и 4 127 263, 80 рублей штрафа, всего 26 927 991,5 рублей, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с материалами дела о банкротстве ООО «Ремстрой» в реестр требований кредиторов последнего включены требования шести кредиторов, включая требования ФНС России в размере 801 553,28 долга, 87 006,64 рубля пеней и штрафов.

Исковое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника направлено истцом иным кредиторам, кредиторы уведомлены о возможности присоединения к исковому заявлению путем опубликования истцом соответствующего сообщения в ЕФРСБ (л.128 т.2). Иные лица, имеющие право на обращение в суд с соответствующим исковым заявлением, к рассматриваемому исковому заявлению не присоединились.

Как ранее установлено судом, требования ФНС в размере сумм доначисленных за период 2015 – 2016 годов налогов 19 938 659 рублей основного долга, 2 862 068, 67 рублей пени и 4 127 263, 80 рублей штрафа, всего 26 927 991,5 рублей также были заявлены в деле о банкротстве должника.

Исходя из правового подхода, сформированного в пункте 6 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), требование, основанное на решении №1909 от 12.03.2018, является возникшим в соответствующие периоды 2015 и 2016 годов, соответственно, являются реестровыми при их квалификации в деле о банкротстве.

Однако определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03.10.2018 в связи с прекращением производства по делу о банкротстве должника прекращено производство по заявлению ФНС России о включении в реестр требований кредиторов задолженности, выявленной по результатам выездной налоговой проверки, оформленной решением от 12.03.2018 № 1909.

Вместе с тем суд принимает во внимание, что причиной прекращения производства по заявлению ФНС России об установлении требований, основанных на решении №1909 от 12.03.2018 явилось прекращение производства по делу о банкротстве ввиду отсутствия у должника имущества, достаточного для погашения расходов по делу о банкротстве.

В противном случае требования ФНС России, основанные на вступившем в законную силу и прошедшем судебную проверку решении от 12.03.2018№ 1909, подлежали установлению в деле о банкротстве должника.

В рассматриваемом случае, если бы контролирующее должника лицо ФИО2 не создавал при соучастии ответчиков ФИО3, ФИО5, Хана П.А., ФИО6 фиктивного документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды и не осуществляли выведение денежных средств должника в ущерб расчетам с кредиторами, в числе которых и истец, а действовали добросовестно вред бюджетной системе, интересы которой в части налоговых доходов представляет истец, не был бы причинен.

Применение такого механизма защиты нарушенных прав кредиторов, как привлечение к субсидиарной ответственности или взыскание убытков должно обуславливаться объективными обстоятельствами, а именно размером погашенных либо не погашенных требований лиц, введенных в заблуждение контролирующим должника лицом.

Исходя из изложенного, суд признает задолженность перед истцом, как включенную в реестр, так и основанную на решении от 12.03.2018 №1909 (с учетом уточнения требования), подлежащей взысканию с ответчиков солидарно исходя из положений статьи 1064 ГК РФ.

Рассмотрев возражения представителя ответчиков о том, что размер убытков, причиненных истцу составляет лишь 5 869 616 рублей налогов, взысканных с ФИО2 решением Центрального районного суда г. Новокузнецка от 15.07.2019 по делу №2-3532/2019 (л. 137-139 т. 2), поскольку именно такая сумма убытка установлена экспертизой по уголовному делу №11802320036000310 (л. 39-90 т.5), суд не считает возможным согласиться с таким доводом представителя ответчиков ввиду следующего.

Суд на основании части 1 статьи 64, статьи 67 и 68 АПК РФ, с учетом правового подхода, сформированного в Определении Конституционного Суда РФ от 01.03.2011 N 273-О-О считает возможным оценить заключение эксперта наряду с другими доказательствами по делу.

Исследовав заверенную следователем копию заключения эксперта №213/25-1/2018/31 судебной экономической экспертизы по уголовному делу №11802320036000310, суд установил, что для экспертизы в числе прочих доказательств по уголовному делу предоставлено решение о привлечении ООО «Ремстрой» к ответственности за совершение налогового правонарушения №1909 от 12.03.2018, однако первичные документы бухгалтерского учета, отражающие хозяйственные операции должника за исследуемый период 2-4 кварталы 2015, 2016 год в распоряжение эксперта предоставлены не в полном объеме, в связи с чем, налоговая база по налогу на добавленную стоимость определялась экспертами только за 3 квартал 2015, 3-4 кварталы 2016 года, что прямо следует из исследовательской части по первому вопросу (л.73 (таблица №3 и таблица №4) т. 5) а в части влияния фиктивного документооборота на исчисление налога на прибыль эксперт не смог ответить на поставленный вопрос (л.90 т.5).

При таких обстоятельствах 5 869 616 рублей являются частью причиненного бюджетной системе убытка за три расчетных периода по налогу на добавленную стоимость: 3 квартал 2015, 3-4 кварталы 2016 года, тогда как причиненными бюджету убытками следует считать налоги, доначисленные должнику за примененные необоснованные вычеты по налогу на добавленную стоимость и завышенные расходы по налогу на прибыль за 2-4 кварталы 2015 года и 1-4 кварталы 2016 годы.

Учитывая установленные судом противоправные действия ответчика ФИО2 и способствовавших ему ответчиков ФИО5, ФИО3, Хана П.А. и ФИО6, установленную судом причинно-следственную связь между скоординированными неправомерными действиями ответчиков и возникновением задолженности перед бюджетом, суд признает убытком бюджетной системы не только сумму долга по налогам, пени и штрафам, включенную в реестр требований кредиторов должника в деле о банкротстве (888 559, 92 рублей), но и сумму доначисленных налогов, пеней и установленных штрафов по решению №1909 с учетом уточнения истцом его требований (21 058 375,47 рублей) иное будет свидетельствовать о формальном подходе к определению размера ответственности, тогда как процессуальные особенности рассмотрения дела о банкротстве должника не должны являться основанием для освобождения ответчиков от ответственности по обязательствам должника в том числе и в форме возмещения убытков.

Рассмотрев доводы представителя ответчиков о том, что убытки не подлежат взысканию с ФИО6 ввиду их взыскания с ФИО2, суд признает заслуживающим внимания такой довод ввиду следующего.

Постановлением о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО2 с участием ООО «Домус», учредителем и руководителем которого является ФИО6 установлен один эпизод противоправного деяния в виде создания фиктивного документооборота, направленного на уклонение от уплаты налога на добавленную стоимость за 3 квартал 2016 года: принятие к учету счет- фактуры №639 от 14.10.2016, справки о стоимости выполненных работ и затрат №1 от 14.10.2016, акта о приемке выполненных работ №4 от 14.10.2016 и акта приемки выполненных работ №6 от 14.10.2016 на общую сумму 2 966 102 рубля без налога на добавленную стоимость, сумма налога на добавленную стоимость, неправомерно принятого к вычету, составила 533 898 рублей. Аналогичный эпизод установлен решением №1909 (л. 52 на обороте, т. 2), иных эпизодов по операциям с ООО Домус» ни решение по результатам налоговой проверки №1909, ни постановление о прекращении уголовного дела от 06.06.2019 не содержат.

Из изложенного следует, что сумма доначисленного должнику налога на добавленную стоимость по операции с ООО «Домус» за 3 квартал 2016 года включена в сумму убытка, взысканного с ответчика ФИО2 решением Центрального районного суда г. Новокузнецка от 15.07.2019 в размере 5 869 616 рублей.

При этом истец уменьшил сумму требований по настоящему иску на указанную сумму убытков, оставшаяся сумма доначисленных налогов за 2 - 4 кварталы 2015, 2016 год эпизод с ООО «Домус» не включает. Оснований для взыскания с ФИО6 убытков в части, не связанной с фиктивным документооборотом с участием ООО «Домус», солидарно с иными ответчиками при таких обстоятельствах суд не усматривает.

Исходя из ранее изложенного, суд признает доказанными наличие оснований для солидарного взыскания с ответчиков ФИО2, ФИО3, Хана П.А., ФИО5 в пользу истца 21 058 375 рублей 47 копеек убытков (21 946 935,39 - 888 559, 92) рублей.

Также суд признает недоказанным соучастие ответчиков ФИО3, Хана П.А., ФИО5 и ФИО6 в образовании задолженности перед бюджетом в размере 888 559 рублей 92 копейки ввиду следующего.

Как ранее указано судом, из архива суда для исследования в рамках настоящего иска было затребовано дело о банкротстве ООО «Ремстрой» №А27-13536/2017, включая обособленные споры.

Судом установлено, что определением от 28.02.2018 по делу №А27-13536/2017 в реестр требований кредиторов ООО «Ремстрой» включены требования ФНС России в размере 801 553,28 долга, 87 006,64 рубля пеней и штрафов, всего 888 559 рублей 92 копейки. Указанная задолженность по основному долгу задекларирована самим должником, о чем свидетельствуют расчеты по страховым взносам на обязательное пенсионное и медицинское страхование за 1 квартал 2017 года, декларации по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2016 года, за 1 и 2 квартал 2017 года (том 8 дело№А27-13536/2017).

Также в соответствии с предоставленными в материалы обособленного спора по установлению требований ФНС России актами камеральных налоговых проверок должник привлечен к ответственности в виде штрафов за неполную уплату налога на добавленную стоимость за 4 квартал 2016 года (должником самостоятельно сдана корректировочная декларация по налогу за указанный период, в результате корректировки увеличена налоговая база), за неполную и несвоевременную уплату налога на доходы физических лиц, нарушение сроков оплаты транспортного налога за 2016 год.

Из изложенного следует, что, располагая денежными средствами для исполнения обязательств перед бюджетом, должник ООО «Ремстрой» в лице его единоличного исполнительного органа – директора ФИО2 обязанности по уплате соответствующих налогов не исполнил, что привело к начислению пеней и привлечению к ответственности в виде штрафов.

Откладывая судебное разбирательство по настоящему делу, суд определениями от 05.02.2021, 15.03.2021 предложил истцу обосновать со ссылкой на конкретные доказательства противоправные действия ответчиков ФИО3, ФИО5, Хана П.А. и ФИО6 в части формирования задолженности перед бюджетом в сумме 888 559 рублей 92 копейки. Определения суда в указанной части истцом не выполнено.

При таких обстоятельствах ввиду недоказанности истцом противоправных действий ответчиков ФИО3, ФИО5, Хана П.А. и ФИО6 в образовании задолженности в сумме 888 559 рублей 92 копейки, ввиду невыполнения действующим от имени должника ответчиком ФИО2 обязанности по своевременной уплате налогов и сборов, повлекшего начисление пеней и привлечение должника к налоговой ответственности в виде штрафов, при наличии финансовой возможности выполнить такую обязанность, суд взыскивает убытки в размере 888 559 рублей 92 копейки непосредственно с ФИО2, отказывая в солидарном взыскании названной суммы с иных ответчиков.

В соответствии со статьями 110, 112 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны; государственная пошлина, от уплаты которой в установленном порядке истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины.

Таким образом, удовлетворяя исковое заявление о взыскании с ФИО2 убытков в размере 888 559 рублей 92 копейки, суд взыскивает с названного ответчика в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 771 рубль.

Исходя из разъяснений, сформированных в пункте 18 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в случае, когда решение принято против нескольких ответчиков, понесенные истцом судебные расходы по уплате государственной пошлины взыскиваются судом с данных ответчиков как содолжников в долевом обязательстве, независимо от требований истца взыскать такие расходы лишь с одного или нескольких из них.

Таким образом, государственная пошлина при взыскании солидарно с ответчиков ФИО2, ФИО3, Хана П.А., ФИО5 убытков в размере 21 058 375 рублей 47 копеек составляет 128 292 рубля и взыскивается судом в доход федерального бюджета по 32 073 рубля с каждого из ответчиков.

Руководствуясь статьями 15, 53.1, 393, 1064, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 61.10, 61.20 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 112, 167-170, 176, 180, 181, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

исковое заявление Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Новокузнецка Кемеровской области удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО2 в пользу Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Новокузнецка Кемеровской области 888 559 рублей 92 копейки убытков.

Взыскать в пользу Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Новокузнецка Кемеровской области солидарно с ФИО2, город Междуреченск, ФИО3, город Междуреченск, ФИО4, город Междуреченск, ФИО5, город Междуреченск 21 058 375 рублей 47 копеек убытков.

Взыскать с ФИО2 г. Новокузнецк в доход федерального бюджета 20 771 рубль государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 г. Междуреченск 32 073 рубля государственной пошлины в доход федерального бюджета.

Взыскать с ФИО3, город Междуреченск 32 073 рубля государственной пошлины в доход федерального бюджета.

Взыскать с ФИО4, город Междуреченск 32 073 рубля государственной пошлины в доход федерального бюджета.

Взыскать с ФИО5, город Междуреченск 32 073 рубля государственной пошлины в доход федерального бюджета.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области в течение месяца со дня его принятия.

Судья М.В. Лазарева