Постановление от 18 ноября 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7042/20

Екатеринбург

19 ноября 2020 г.


Дело № А34-2521/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 ноября 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н. В.,

судей Павловой Е. А., Артемьевой Н. А.

рассмотрел в судебном заседании, проведенном в режиме

веб-конференции (онлайн-заседание), кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Курганской области от 26.05.2020 по делу № А34-2521/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняла участие ФИО1 (паспорт).


Решением Арбитражного суда Курганской области от 24.04.2019 ФИО2 (далее – Должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 24.04.2019 финансовым управляющим имуществом ФИО3 утверждена ФИО1

Кредитор - общество с ограниченной ответственностью «Трансойл» (далее – общество «Трансойл») 09.12.2019 обратилось в Арбитражный суд Курганской области с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО1, отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО2 (с учетом принятого судом уточнения).

Определением Арбитражного суда Курганской области от 26.05.2020, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2020, жалоба кредитора удовлетворена: признано ненадлежащим исполнение ФИО1 обязанностей финансового управляющего, выразившееся в неполном анализе денежных переводов по счету ФИО3, сделки супруги ФИО3 по получению займа и передаче автомобиля в залог, ФИО1 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО2

В кассационной жалобе арбитражный управляющий ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, судами не применены положения статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку отсутствие подписи залогодержателя в договоре залога не влечет ничтожность сделки, представленная супругой ФИО3 расписка содержит все существенные условия договоров займа и залога, а учитывая, что стороны приступили к фактическому исполнению договора, финансовый управляющий, как представитель участника сделки, не вправе ссылаться на её незаключенность. По мнению кассатора, не соответствуют действительности выводы о заинтересованности финансового управляющего по отношению к Должнику, так как арбитражный управляющий, являющийся конкурсным управляющим юридического лица, которым руководил Должник, не входит в перечень лиц, установленный статьей 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Кроме того, ФИО1 выражает несогласие с выводом судов о том, что финансовым управляющим не предпринято попыток к выявлению движимого и недвижимого имущества, оформленного на детей ФИО3 при наличии большого объема принятых Должником и неисполненных обязательств, ссылаясь на то, что сам факт наличия у детей ФИО3 какого-либо имущества не дает права арбитражному управляющему права изымать его для включения в конкурсную массу; более того, судом не исследован вопрос о фактическом наличии имущества у детей ФИО3 и действительной возможности обращения на него взыскания.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в первоначальном обращении общества «Трансойл» в суд (09.12.2019) указано, что управляющим не получены расширенные выписки из ЕГРН о недвижимом имуществе должника и его супруги, а также сведения о зарегистрированных на их имя транспортных средствах; в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника от 17.07.2019, управляющим указаны заведомо недостоверные сведения.

В ходе рассмотрения настоящей жалобы финансовым управляющим совершен ряд действий: внесены исправления в заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства; представлена карточка учета транспортного средства, согласно которой у ФИО2 в собственности находился автомобиль TOYOTA VISTA, который 17.08.2010 снят с учета; представлено уведомление об отсутствии в ЕГРН сведений о недвижимости, зарегистрированной на имя ФИО3, а также о том, что за период с 01.01.2014 по 23.12.2019 сделок с недвижимостью не совершалось; представлено уведомление об отсутствии в ЕГРН сведений о недвижимости, зарегистрированной на имя ФИО4 (супруги ФИО3), а также о том, что за период с 01.01.2014 по 25.12.2019 сделок с недвижимостью не совершалось; представлена справка МРЭО ГИБДД УМВД России по Курганской области, согласно которой по состоянию на 21.11.2019 за ФИО4 зарегистрирован автомобиль LEXUS LS600H 2007 г.в. г/н <***>, однако согласно расписке автомобиль передан в залог ФИО5 в качестве обеспечения обязательства по займу.

Финансовым управляющим пояснено, что отказ во включении в конкурсную массу автомобиля вызван тем, что имущество находится в залоге.

Кроме того, финансовый управляющий 07.02.2020 представила в суд анализ движения денежных средств по счетам должника, согласно которому сумма в размере 63 380 руб. переведена близким родственникам; сумма в размере 59 800 руб. оплачена в счет исполнения обязательств по устному договору подряда (услуги логопеда); прочие переводы осуществлены за счет средств и в интересах работодателя общества «Далмат».

Ссылаясь на то, что финансовый управляющий не включила в конкурсную массу вышеназванный автомобиль, принадлежащий супруге ФИО3, не провела анализ движения денежных средств по счету должника за период с 06.02.2016 по 20.06.2016, кредитор настаивал на ненадлежащем исполнении обязанностей со стороны финансового управляющего.

Удовлетворяя заявление общества «Трансойл», суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг обязанностей финансового управляющего определен в статьях 20.3 и 213.9 Закона о банкротстве. В частности, финансовый управляющий обязан проводить анализ финансового состояния гражданина, принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества.

При этом в силу положений пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным данной статьей.

Удовлетворяя жалобу общества «Трансойл» в части признания незаконным действий (бездействия) финансового управляющего имуществом ФИО3 ФИО1, выразившегося в неполном анализе сделки супруги ФИО3 по получению займа и передаче автомобиля в залог, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено, либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Судами установлено, что финансовым управляющим не представлены в материалы дела сведения о трудовой деятельности супруги ФИО3, банковских счетах ФИО4, движении денежных средств по счетам.

В материалы дела представлена расписка, в соответствии с которой ФИО4 получила от ФИО5 денежные средства в размере 1 500 000 руб. под залог принадлежащего ей автомобиля LEXUS, при этом договоры займа и залога не представлены, как и сведения о регистрации залога.

Какие-либо пояснения относительно отсутствия таких договоров, с учетом того, что расписка составлена ФИО4 в одностороннем порядке без подписи ФИО5, о расходовании денежных средств, источнике погашения займа супругой ФИО3 при условии наличия у ФИО2 неисполненных денежных обязательств, не приведено.

Учитывая изложенное, в отсутствие удовлетворительных пояснений со стороны финансового управляющего о принятых ею действиях, направленных на анализ указанных выше сделок супруги ФИО3 по получению займа и передаче автомобиля в залог, по выявлению и учету данного имущества, при том, что к моменту рассмотрения жалобы кредитора процедура реализации имущества гражданина длится уже около года, суды справедливо заключили, что финансовый управляющий ФИО1 ненадлежащим образом исполняет возложенные на нее обязанности в данной части.

По эпизоду бездействия финансового управляющего по анализу движения денежных средств, суды установили следующее.

Как следует из представленных справок о доходах физического лица, официальный доход ФИО3 за 2016 год составлял 401 510 руб., за 2017 год составлял 367 626 руб., за 2018 год составлял 351 097 руб.

Согласно расширенной выписке по счету ФИО2 за период с 01.01.2016 по 20.06.2016 сумма приходных операции составила 1 509 959 руб. 80 коп., что значительно превышает его официальный доход.

Из ответа на запрос от 04.02.2020 следует, что обществом с ограниченной ответственностью ТД «Далмат» в течение 2015 и 2016 годов привлекались денежные средства в виде краткосрочных займов от физических лиц. Часть заемных средств возвращалась путем переводов руководителем данного общества на личные счета заимодавцев из подотчетных сумм в виду высоких тарифов банка на переводы средств физическим лицам, в подтверждение чему представлены копии авансовых отчетов, договоров займа. Общая сумма займов, погашенных за счет средств подотчета генеральным директором ФИО2 за 2016 год, составляет 1 074 150 руб.

Согласно пояснениям финансового управляющего, Должником за период с 30.01.2016 по 02.06.2016 совершены переводы (не связанные с бытовыми расходами) на сумму 1 317 880 руб., из которых за период с 14.03.2016 по 02.06.2016 - на сумму 1 181 330 руб.

Сопоставив представленные документы с расширенной выпиской по счету ФИО3, суды установили несоответствие сумм займов суммам, поступившим и списанным со счета ФИО3, а также несоответствие дат их поступления и списания со счета с датами их предоставления и возврата по договорам займа; более того, учитывая, что в материалы дела представлена лишь часть договоров (с ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО5, ФИО10), пришли к выводу, что установить наличие либо отсутствие оснований для поступления и перечисления денежных средств в отношении остальных физических лиц не представляется возможным.

С учетом изложенного суды заключили, что анализ движения денежных средств по счету ФИО3 произведен финансовым управляющим поверхностно без исследования необходимых документов, в связи с чем признали действия (бездействие) ФИО1 и в этой части незаконными.

В силу пункта 12 статьи 213.9 и пункта 5 статьи 83 Закона о банкротстве финансовый управляющий может быть освобожден или отстранен арбитражным судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина, в том числе в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение административным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение нарушило права или законные интересы этого лица, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки, причиненные должнику или его кредиторам.

Пункт 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъясняет, что отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2, пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

Учитывая изложенное, исходя из всей совокупности установленных по спору обстоятельств, касающихся деятельности ФИО1 в статусе финансового управляющего имуществом ФИО3, признав, что к исполнению своих обязанностей она подошла формально, ее действия не соответствовали поведению добросовестного и разумного арбитражного управляющего, находящегося в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной практики антикризисного управления, повлекли нарушение прав и законных интересов кредиторов, а также возможное причинение им убытков, более того, усмотрев в пояснениях ФИО1 отсутствие желания должным образом проводить процедуру, суд первой инстанции, выводы которого поддержала апелляционная коллегия судей, заключил о наличии оснований для отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО2

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что выводы судов соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права.

Доводы арбитражного управляющего ФИО1 о том, что автомобиль находиться в залоге, расписка содержит все существенные условия договоров займа и залога, и считать их незаключенными нет оснований, отклоняются с учетом приведенных выше обстоятельств, установленных судами при рассмотрении данного спора.

Ссылка кассатора на несоответствие действительности суждения судов о заинтересованности финансового управляющего по отношению к Должнику также судом округа не принимается, поскольку обстоятельства, которые могут свидетельствовать о небеспристрастности ФИО1, приняты судами во внимание, но не явились единственным либо первоочередным обстоятельством, послужившим основанием для ее отстранения от исполнения обязанностей финансового управляющего в настоящем деле.

Доводы кассатора о том, что законодательство не возлагает на нее обязанности по выявлению имущества, оформленного на детей ФИО3, судом округа также отвергается; соответствующее бездействие предметом судебного разбирательства в данном споре не являлось и ФИО1 не вменено. Суды лишь обратили внимание на возможность использования родителями личности детей в качестве инструмента для сокрытия принадлежащего родителям имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов, что добросовестный финансовый управляющий учитывает при планировании мероприятий процедуры банкротства.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у кассационного суда не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Курганской области от 26.05.2020 по делу № А34-2521/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.В. Шершон


Судьи Е.А. Павлова


Н.А. Артемьева