Решение от 23 октября 2019 г. по делу № А41-58568/2019

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-58568/19
24 октября 2019 года
г.Москва


Резолютивная часть объявлена 15.10.2019

Полный текст решения изготовлен 24.10.2019

Арбитражный суд Московской области в составе:

председательствующий судья Н.А. Кондратенко ,при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ГОСКОРПОРАЦИЯ "РОСКОСМОС" к ИКИ РАН

о взыскании неустойки

При участии в судебном заседании:

от истца: представитель по доверенности №293/18 от 29.12.2018 года ФИО2

от ответчика: представитель по доверенности № 203 от 25.12.2018 года ФИО3

УСТАНОВИЛ:

ГОСКОРПОРАЦИЯ "РОСКОСМОС" обратилось в Арбитражный суд Московской области с требованиями к ИКИ РАН о взыскании неустойки в размере 1 121 832 руб. 23 коп. в нарушение сроков исполнения обязательств по этапам № 1 и 3 государственного контракта от 29.08.2017 № 025-8120/17/163 (шифр: СЧ ОКР «Марс-Сервейер» (ЭкзоМарс-ЯФ)) (далее - государственный контракт).

В процессе судебного разбирательства установлено следующее.

Истец, в порядке ст. 81 АПК РФ, представил письменные пояснения. Приобщены.

Истец представил заявление об увеличении исковых требований до 1 191 554 рубля 87 копеек с расчетом. Уточнения приобщены, приняты судом к рассмотрению.

Согласно ч. 1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований. При этом в соответствии с ч. 5 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает увеличение или уменьшение истцом размера исковых требований, если это противоречит закону или нарушает права других лиц, в этих случаях суд рассматривает дело по существу.

Учитывая, что в данном случае увеличение размера исковых требований не противоречит закону и не нарушает права других лиц, на основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации увеличение размера исковых требований принято судом.

Ответчик представил ходатайство о приобщении документов, а именно судебной практики по аналогичным спорам. Приобщено.

Судом установлено, что срок первого этапа 25.04.2018 года, документы переданы 20.04.2018 года; по третьему этапу срок составлял 25.02.2019 года, документы переданы 13.02.2019 года.

Истец поддерживает заявленные требования в полном объеме.

Представитель ответчика пояснил свою позицию, возражает против удовлетворения исковых требований.

Рассмотрев материалы дела, исследовав совокупность представленных лицами, участвующими в деле, доказательств, выслушав пояснения представителей сторон, суд полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Исковые требования мотивированы тем, что ответчиком просрочен срок исполнения обязательств по этапам № 1 и 3 государственного контракта от 29.08.2017 № 025-8120/17/163 (шифр: СЧ ОКР «Марс-Сервейер» (ЭкзоМарс-ЯФ)) (далее - государственный контракт).

В соответствии с ведомостью исполнения к государственному контракту срок выполнения работ по этапу №1 - начало 24.12.2016- окончание 25.04.2018; цена этапа №1 – 20 038 870 руб.; по этапу №3 - начало 26.04.2018- окончание 25.02.201. цена этапа №3 – 14 499 890 руб.

Акт сдачи-приемки этапа СК ОКР по этапу №1 утвержден Заказчиком 29.06.2018;

Акт сдачи-приемки этапа СК ОКР по этапу №3 утвержден Заказчиком 19.0.2018;

Таким образом, истцом указано, что срок просрочки исполнения обязательств по этапу № 1 составляет 65 дней (с 26.04.2018 по 29.06.2018), по этапу № 3 -22 дня (с 26.02.2019 по 19.03.2019).

Требования заявлены с учетом п.п.8.3.2 и 8.3.3 государственного контракта, ст.ст. 329-331 ГК РФ.

Согласно расчетам истца размер пени по этапу №1 составил 944 331, 75 руб., по этапу №2 247 223, 12 руб.

С учетом того, что досудебный порядок урегулирования спора, инициированный и реализованный истцом, не принес положительного результата он обратился в суд с настоящими уточненными требованиями.

Контракт заключён на основании соглашения между Федеральным космическим, агентством (Российская Федерация) и Европейским космическим агентством (ЕКА) о сотрудничестве в исследовании Марса и других тел Солнечной системы робототехническими средствами от 14 марта 2013 г.;

Федеральной космической программы России на 2016-2025 годы; постановления Правительства Российской Федерации от 26.12.2016 г. № 1480-58 «О государственном оборонном заказе на 2017 год и плановый период 2018 и 2019 годов».

Содержание работ по этапам № 1, 3 определено в ведомости исполнения, в соответствии с которой в обязанности исполнителя входят услуги: по обеспечению оперативного управления работой НА ФРЕНД и оперативному анализу поступающей научной информации в ходе летных испытаний; обработка научной информации; подготовка научных данных для архивирования; представление научных данных общественности.

Из содержания этапов №№ 1, 3, 5 видно, что одни и те же работы непрерывно переходят из этапа в этап; работы по очередному этапу начинаются на следующий день после срока окончания работ по предыдущему этапу, т.е. представляют собой непрерывную деятельность. Непрерывный характер работ не позволяет исполнителю завершить их за 35 дней до даты окончания срока работ по этапу, установленного Ведомостью исполнения, с целью осуществления заказчиком приемки работ в соответствии с пунктом 5.7 контракта. Однако истцом данное обстоятельство игнорируется.

В связи с тем, что предметом контракта является, в том числе, оказание услуг (глава 39 ГК РФ), и из существа обязательства вытекает невозможность досрочного исполнения обязательства (ст. 315 ГК РФ), сдача этапа контракта возможна только после окончания срока оказания услуг, определенного ведомостью исполнения.

По мнению истца, исполнитель считается исполнившим обязанность с даты утверждения заказчиком акта приёмки выполненного этапа НИР (п. 4.3. контракта). По мнению ответчика, довод истца не может быть принят, поскольку основан на неверном толковании закона и условий контракта.

По правилу ст. 309 ГК РФ и по смыслу положений п. 1 ст. 314 и ст. 773 ГК РФ одним из квалифицирующих признаков надлежащего исполнения является исполнение в установленный срок (своевременность исполнения). Согласно ст. 190 ГК РФ срок может определяться календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами, а также событием, которое должно неизбежно наступить. Следовательно, исполнение является надлежащим, если обязанность исполнена до определённого момента времени или до наступления неизбежного обстоятельства, не зависящего от воли и действий сторон (п. 4 Обзора практики разрешения споров, связанных с арендой (утв. Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 11.01.2002 г.)). Однако истец ставит своевременность исполнения головным исполнителем своих обязанностей в зависимость от осуществления заказчиком приёмки. Поскольку действия заказчика по приёмке напрямую зависят от его усмотрения и не являются неизбежными обстоятельствами, они не должны учитываться при оценке своевременности исполнения обязанности головного исполнителя.

Между тем, контракт предусматривает соответствующий приведённым критериям срок исполнения. Так, условием п. 4.1. контракта предусмотрено, что этапы работ выполняются в сроки, указанные в ведомости исполнения (приложение № 2 государственного контракта), согласно которой срок выполнения работ по этапу № 1 - с 24.12.2016 г. до 25.04.2018 г.; по этапу № 3 с 26.04.2018 г. до 25.02.2019 г.

По окончании этапа работ исполнитель представляет заказчику с сопроводительным письмом акт приёмки этапа работ и иные отчётные документы (п. 5.4. контракта). Таким образом, исходя из буквального толкования условий контракта (абз. 1 ст. 431 ГК РФ) исполнитель считается своевременно исполнившим обязанность выполнить работы и передать их результаты, если он передал акт приёмки и отчётные документы в пределах периода, установленного контрактом для этапа работ.

В свою очередь, в силу п. 1 ст. 774 ГК РФ и п. 1.1. контракта приёмка результатов работ является обязанностью заказчика. Как следует из правила ч. 1 ст. 94 Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ) исполнение контракта включает в себя приёмку отдельных этапов выполнения работ, предусмотренных контрактом. Согласно ч. 13 ст. 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие о порядке и сроках осуществления заказчиком приёмки выполненной работы (её результатов), а также о порядке и сроках оформления результатов такой приёмки. При этом, исходя из системного толкования приведённых статей, установленные заказчиком в контракте сроки приёмки выполненной работы (её результатов), а также сроки оформления результатов такой приёмки не входят в срок исполнения основного обязательства, предусмотренного контрактом.

В соответствии с п. 4 ст. 420 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Однако конституционная свобода договора не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (ч. 1 ст. 55) и может быть ограничена федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (ч. 3 ст. 55). Поэтому в силу положения ч. 1 ст. 34 Конституции Российской Федерации, развиваемого в п. 4 ст. 1 и ст. 10 ГК РФ, условия контракта о сроках и приёмке должны соответствовать балансу интересов, принципам равенства и согласования воли сторон (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29.09.2016 г. № 1875-0 и от 25.05.2017 г. № 1143-0; Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 06.06.2000 г. № 9-П и от 01.04.2003 г. № 4-П), а поскольку наличие существенных преимуществ у заказчика может нарушить баланс интересов, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон, выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, т.е. был ли исполнитель поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания условия (оказался слабой стороной договора), а также учитывает наличие у исполнителя реальной возможности вести переговоры (п. п. 9, 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 г. № 16 «О свободе договора и её пределах»).

Согласно ч. 11 ст. 34 Закона № 44-ФЗ Роскосмос разрабатывает и утверждает типовые контракты и типовые условия контрактов. Исполнитель фактически был поставлен в условия, когда не мог отказаться от заключения контракта с иными сроками выполнения работ, поскольку работы по теме «Марс-Сервейер» идут непрерывным циклом и входят в число приоритетных проектов, реализуемых ответчиком. С учётом того, что ответчик представляет собой ведущее отечественное научное учреждение в области космического приборостроения и от участия в подобных проектах непосредственно зависит его конкурентоспособность в рамках международной космической кооперации, отказ от участия в проекте не представлялся возможным.

Приступая к выполнению работ, исполнитель был убеждён (основываясь на системном толковании пунктов контракта и норм ГК РФ), что может в полной мере рассчитывать именно на тот срок, который установлен в ведомости исполнения, без изъятий на приёмку заказчиком. При этом заказчик, будучи сильной стороной, имел возможность проявить осмотрительность и с достаточной степенью ясности определить иные сроки исполнения по контракту, однако он этого не сделал.

В соответствии с п. 45 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора. В связи с этим бремя негативных последствий за неясность условий контракта должно ложиться на сторону, навязавшую эти условия.

Таким образом, включение срока приёмки результата работ заказчиком в установленный исполнителю для выполнения работ срок не основано на требованиях закона и иных правовых актах и не следует из буквального толкования текста контракта. В противном случае был бы нарушен баланс интересов сторон.

Материалами дела подтверждается, что замечаний и претензий к результатам выполнения работ ответчику не поступало, акт приёмки по этапу № 1 утверждён заказчиком 29.06.2018 г. без замечаний; по этапу № 3 утверждён заказчиком 19.03.2019г., также без замечаний. В установленный срок обязанности по контракту исполнителем выполнены в полном объёме, акты сдачи-приёмки выполненных работ и отчётные документы по этапу № 1 переданы заказчику 20.04.2018 г. (письмо ИКИ РАН от 19.04.2018 г. № 11204/1778-63 с отметкой заказчика в получении); по этапу № 3 переданы заказчику 13.02.2019 г. (письмо ИКИ РАН от 12.02.2019 г. № 11204/520-63 с отметкой заказчика в получении).

Таким образом, требования истца о взыскании пени за период, в течение которого Истец осуществлял приемку выполненных работ, являются неправомерными.

Указанные выводы суда согласуется с позицией Министерства финансов Российской Федерации, выраженной в письме Минфина от 7 ноября 2017 г. N 24-03- 08/73293, согласно которой, исходя из системного толкования Закона № 44-ФЗ установленные заказчиком в контракте сроки приемки поставленного товара, выполненной работы (ее результатов) или оказанной услуги, а также сроки оформления результатов такой приемки не входят в срок исполнения основного обязательства, предусмотренного контрактом.

В Постановлении Президиума ВАС РФ № 12945/13 от 17 декабря 2013 г. суд указал, что момент окончания оказания услуг (выполнения работ) не должен определяться датой утверждения заказчиком акта сдачи-приемки, так как это ставит приемку работ в зависимость исключительно от усмотрения Заказчика.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства по делу судом было установлено, что работы фактически были выполнены с надлежащим качеством и предъявлены к приемке в установленные контрактом сроки, акты датированы в пределах сроков выполнения работ, их фактическое подписание истцом с проставлением в акте иной даты при условии отсутствия каких-либо претензий в отношении объемов и качества выполненных работ, не может быть признано судом в качестве надлежащего основания для наложения на ответчика обязанности по уплате штрафных неустоек за просрочку исполнения при фактическом установлении отсутствия такового.

В иной ситуации указанные положения договора противоречат принципу правовой определенности, учитывая, что истец не лишен возможности немотивированного переноса срока утверждения на любой иной период, что в свою очередь влечет необоснованное наложение на контрагента обязанности по уплате штрафных санкций без какого-либо мотивированного обоснования соответствующего периода.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что требования истца являются не обоснованными и подлежат отклонению в полном объеме. В соответствии со ст. 64 АПК РФ - доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим кодексом и другими Федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования или возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио-видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно ст. 65 АПК РФ - каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ - доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих фактов наличия тех или иных обстоятельств.

Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения должны быть допустимыми, относимыми и достаточными.

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ. В соответствии с указанной статьей обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора.

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

В результате исследования и оценки имеющихся в деле доказательств, арбитражный суд пришел к выводу о необоснованности заявленного истцом искового требования к ответчику.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ и относятся на истца.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08 августа 2019 г по делу №А40-168700/18 об отказе государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Руководствуясь статьями ст. 110,167-170, 176, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Судебный акт может быть обжалован в порядке и в сроки, установленные АПК РФ.

СудьяН.А. Кондратенко