Постановление от 12 сентября 2023 г. по делу № А40-17846/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994,

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 12.09.2023 Дело № А40-17846/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2023 года Полный текст постановления изготовлен 12 сентября 2023 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, судей: А.А. Дербенева, Е.В. Немтиновой, при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО УК «Центр» ФИО1 – ФИО1, лично, паспорт РФ,

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 08.07.2022,

от УФНС России по г. Москве –ФИО4, по доверенности от 16.08.2023, от ФИО5 – ФИО3, по доверенности от 08.04.2022,

от ФИО6 – ФИО3, по доверенности от 14.03.2022,

рассмотрев 07.09.2023 в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего ООО УК «Центр» ФИО1, ФИО2, УФНС России по г. Москве, ФИО5,

на постановление от 18.05.2023 Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отмене определения Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2023 и привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО2; взыскании солидарно с ФИО5, ФИО2 в пользу уполномоченного органа 63 888 676,61 руб.; об отказе в удовлетворении остальной части заявления,

установил:

В Арбитражный суд города Москвы 02.02.2022 поступило заявление ФНС России в лице УФНС России по г. Москве о привлечении ФИО5

Михайловича, Ловецкого Михаила Кузьмича и Навой Ирины Михайловны к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТД ТРЕС+», которое определением от 10.02.2022 принято к производству и возбуждено производство по делу № А40-17846/22-73-44.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2023 отказано ФНС России в лице УФНС России по г. Москве и ООО УК «Центр» в удовлетворении заявления о привлечении ФИО5, ФИО2 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТД ТРЕС+».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2023 отменено; привлечены солидарно к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО2; солидарно с ФИО5, ФИО2 в пользу уполномоченного органа взысканы 63 888 676, 61 руб.; в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и ФИО5 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 отменить и направить дело на новое рассмотрение в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Управление ФНС России по г. Москве обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 в части отказа в привлечении ФИО6 – отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления УФНС России по г. Москве о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТД Трест+» и взыскании солидарно с ФИО2, ФИО5 в пользу ИФНС России № 26 по г. Москве денежных средств в размере 63 888 676, 61 руб.

Конкурсный управляющий ООО УК «Центр» ФИО1 также обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, Ловецкого М.К и ФИО6 по обязательствам ООО «ТД Трест+» перед ООО УК «Центр» и взыскании с указанных лиц задолженности в размере 886 013, 70 руб. принять по делу новый судебный акт в данной части, заявление ООО УК «Центр» к ФИО5, ФИО2, ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательства ООО «ТД Трес+» - удовлетворить в полном объеме. Взыскать с ФИО5, ФИО2, ФИО6 в пользу ООО УК «Центр» в порядке субсидиарной ответственности 886 013, 70 руб.

В обоснование доводов кассационных жалоб заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального

закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО УК «Центр» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней, разрешение вопроса по остальным кассационным жалобам оставил на усмотрение суда.

Представитель ФИО2, доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней

Представитель УФНС России по г. Москве доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней

Представитель ФИО5 доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней

Представитель ФИО6 поддержал кассационные жалобы ФИО2, ФИО5, возражал против кассационных жалоб уполномоченного органа и конкурсного управляющего ООО УК «Центр».

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационных жалоб, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

ООО «ТД Трес+» имеет задолженность в размере 71 265 463,56 руб., в том числе 45 808 403,65 руб. - основной долг, 16 161 179,12 руб. - пени, 9 295 880,79 руб. - штраф,

Указанная задолженность образовалась на основании проведенной выездной налоговой проверки, по результатам которой Инспекцией вынесено Решение № 04-15/1699 от 31.08.2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Инспекция ФНС России № 26 по г. Москве обратилась в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании ООО «ТД Трес+» несостоятельным (банкротом). Возбуждено производство по делу № А40-278314/18-73-341.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2019 производство по делу в отношении ООО «ТД Трес+» прекращено соответствии с абзацем 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве, ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, Ловецкий Алексей Михайлович являлся генеральным директором ООО «ТД Трес+» в период с 01.09.2011 по 29.08.2016, а также участником общества (60% доля) с 16.11.2012 по 29.08.2016. Налоговый орган полагал, что к числу контролирующих должника лиц также относится Ловецкий Михаил Кузьмич, отец директора должника, являющийся директором и учредителем ООО «Трес+», в чью пользу осуществлен перевод контрагентов должника незадолго до начала мероприятий налогового контроля.

Заявитель указывал, что во время допросов при проведении налоговой проверки свидетели подтвердили, что должник и входящие с должником в группу компаний «фирмы-однодневки» подчинялись, в том числе непосредственно ФИО2

В рамках выездной налоговой проверки установлены факты обналичивания и вывода денежных средств должника через подконтрольные «фирмы однодневки».

ФИО6 (сестра ФИО5) являлась генеральным директором ОАО «Гефест» с даты образования 22.07.2011 по 05.09.2016.

По мнению заявителя, подконтрольная должнику организация ОАО «Гефест» получала от должника денежные средства в размере более 82 млн. руб. в период 2014- 2016г.г., которые впоследствии обналичивались. С мая по сентябрь 2016 года Ловецкими A.M. и ФИО6 произведена смена генеральных директоров во всех трех фирмах на номинальных директоров: в ООО «ТД Трес+» генеральным директором с 29.08.2016 становится ФИО7; в ООО «Гефест» с 05.09.2016 генеральным директор становится Поддирка Юрий; в ООО «Центр-Строй» с 24.05.2016 генеральным директором становится ФИО8

Налоговый орган ссылался на то, что по результатам мероприятий налогового контроля в отношении ООО «ТД Трес+» (проверяемый период01.01.2013 по 30.08.2016) установлено, что группой лиц (через родство), а именно ФИО9, его отцом ФИО2, а также Новой И.М. (родной сестрой ФИО9) создана группа аффилированных компаний из юридических лиц для уменьшения налогооблагаемой базы, ухода от налогов, обналичивания денежной наличности и извлечения необоснованной выгоды, что в последующем привело к образованию задолженности по обязательным платежам. В данной схеме ОАО «Гефест» (ИНН <***>) и ООО «Центр- Строй» (ИНН <***>) выступали в качестве поставщиков услуг для ООО «ТД Трес+». Управление указанными организациями осуществлялось ФИО9, ФИО6 и ФИО2 из дома по адресу: <...>, где находилось рабочее место, так же хранились документы по вышеуказанным организациям (данная квартира находится в собственности ФИО9). Действия ООО «ТД Трес+» по привлечению подрядных организации ООО «ЦентрСтрой» и ОАО «Гефест», деятельность которых не направлена на добросовестное участие в предпринимательской деятельности, позволяют классифицировать взаимоотношения ООО «ТД Трес+» с ООО «Центр-Строй» и ОАО «Гефест», как сделка, направленная на получение необоснованной налоговой выгоды, выраженной в уменьшении налоговой базы по налогу на прибыль и получении налогового вычета по НДС, а также для

обналичивания денежных средств. Отсутствие у организаций сотрудников, основных и транспортных средств свидетельствует о том, что данные организации не могли осуществлять реальную финансово-хозяйственную деятельность, в том числе по договорам, заключенными с ООО «ТД Трес+». Организации предоставляли налоговую и бухгалтерскую отчетность с минимальными показателями налогов к уплате, все денежные средства, полученные от ООО «ТД Трес+» и от других организаций на расчетные счета ООО «Центр-Строй» и ОАО «Гефест» в дальнейшем выдавались наличными, снимались через банковские карты, выдавались в виде займов физическим лицам.

При анализе банковских выписок ООО «ТД Трес+», подконтрольного ФИО9 и ФИО2, установлено, что:

—с лицевого счета ООО «ТД Трес+» по расчетному счету, открытому в ОАО «Альфабанк» часть полученных денежных средств от различных организаций в дальнейшем снимались наличными, или снимались по корпоративной карте в сумме 82 904 300,00 руб.;

—с лицевого счета ООО «ТД Трес+» по расчетному счету, открытому в ПАО «Транскапиталбанк» часть полученных денежных средств от различных организаций в дальнейшем выдавались наличными в сумме 6 525 100,00 руб.;

—по данным выписки из лицевого счета ООО «ТД Трес+» по расчетному счету, открытому в ОАО «Банки 24 ру» часть полученных денежных средств от различных организаций в дальнейшем выдавались наличными в сумме 9 263 000,00 руб.;

—с расчетных счетов ООО «ТД Трес+» часть полученных денежных средств от различных организаций перечислялись ФИО9, либо его отцу ФИО2 в общей сумме 45 159 011,14 руб.

Кроме того, установлено, что между ООО «ТД Трес+» и ООО «Центр- Строй» заключались договоры на услуги энергетического оборудования, услуги утилизации ТБО. В некоторые периоды генеральным директором ООО «Центр- Строй» являлись ФИО9 - генеральный директор должника, а также его сестра - ФИО6, кроме того, у ООО «Центр-Строй» отсутствовали сотрудники, какая-либо недвижимость и транспортные средства, а также необходимые при осуществлении реальной финансово-хозяйственной деятельности расходы по оплате аренды офисных помещений, коммунальные и канцелярские расходы, услуги связи, а также на выплату заработной платы.

—по данным выписки из лицевого счета ООО «Центр-Строй» часть полученных денежных средств от ООО «ТД Трес+» в дальнейшем перечислялись ФИО9, либо его отцу ФИО2 в сумме 35 597 015,00 руб.;

—по данным выписки из лицевых счетов ООО «Центр-Строй» по расчетным счетам установлено, что часть полученных денежных средств от ООО «ТД Трес+» в дальнейшем снимались наличными, выдавались в виде займов, а также перечислялись на банковские карты в сумме 31 139 117,00руб.

Кроме того, установлено, что ООО «Центр-Строй» подконтрольно ФИО9, оформлено на его родную сестру - ФИО6 Данные обстоятельства указывают на то, что организация была создана для использования ее расчетного счета для транзитных операций по выводу и

обналичиванию денежных средств. Генеральным директором и учредителем с долей 90% ОАО «Гефест» в период 22.07.2011 - 05.09.2016 являлась Навой Ирина Михайловна (сестра Ловецкого А.М.).

По данным выписки из лицевого счета ОАО «Гефест» в период с 20142016гг. по расчетному счету, открытому в АО «Альфа-Банк» установлено, что часть полученных денежных средств от ООО «ТД Трес+» в дальнейшем с расчетного счета снимались наличными, выдавались в виде займов, а также перечислялись на банковские карты в общей сумме 82 099 843,00 руб.

Совокупность всех фактов с учетом того, что ФИО6 и ФИО2, контролировавшие «фирмы-однодневки» ОАО «Гефест» и ООО «Центр Строй», свидетельствует о том, что они не могли не знать о том, что никакие услуги фактически не оказывались, по крайней мере, этими обществами, а также с учетом безосновательного получения значительной части средств, которые должны были быть израсходованы в интересах должника, в том числе направлены на исполнение им обязанности по уплате налогов, указывает на то, что действия ответчиков являлись согласованными, скоординированными, направленными на реализацию общего противоправного намерения.

По мнению налогового органа, контролирующие должника лица не могли не осознавать, что размер выведенных денежных средств, является существенным (последняя известная сумма активов на конец 2015г. составляла 564 236 тыс. руб., тогда как размер выведенных денежных средств составил 292 687 тыс. руб.) и в случае выявления таких неправомерных действий, подконтрольное им ООО «ТД Трес+» утратит возможность отвечать по своим обязательствам перед кредиторами, бюджетом Российской Федерации. Оформление первичных документов от имени контрагентов в адрес должника носило формальный характер и было направлено на создание условий для получения должником необоснованной налоговой выгоды, а также на последующий вывод денежных средств, что привело к невозможности восстановления платежеспособности общества ООО «ТД Трес+», при этом, поскольку задолженность перед налоговым органом в размере более 95% всех требований, возникла у должника не в ходе обычной деятельности, а именно в результате доначисленных по результатам выездной налоговой проверки сумм, при том, что контролирующие лица знали о незаконных действиях, и риске привлечения должника к налоговой ответственности в результате данных действий, участвовали в реализации соответствующей незаконной схемы и получали от нее материальную выгоду. Получаемые должником от ведения финансово-хозяйственной деятельности денежные средства выводились из оборота должника как напрямую, так и с использованием аффилированных «технических» организаций, имевших признаки «фирмоднодневок» в общем размере 292 687 386,14 руб., что в свою очередь, позволило бы покрыть задолженность перед кредиторами на 100%.

Также заявитель пояснял, что действия руководящего состава в совокупности с переводом контрагентов и прибыли на новое юридическое лицо, привели к невозможности продолжения хозяйственной деятельности ООО «ТД Трес+» и, как следствие, к невозможности расчета с кредиторами по своим обязательствам. Деятельность должника фактически прекратилась, бухгалтерские балансы за 2017, 2018, 2019 года отсутствуют, с сентября 2016

года должником в полном объеме перестала исполняться обязанность по уплате обязательных платежей в бюджет.

Общая сумма денежных средств, поступившая на расчетные счета вновь созданной компании ООО «Трес+», от переведенных контрагентов за 2016-2017 гг. составила 61 328 376,00 руб.

Со счетов должника в 2013 - 2014г. происходило систематическое расходование денежных средств на личные нужны контролирующих лиц - ФИО9 и ФИО2

При анализе банковских выписок ООО «Центр Строй» и ООО «ТД Трес+» установлено, что бывшая супруга ФИО5 - ФИО10 регулярно на протяжении 2014 года получала денежные средства от указанных организаций под видом договоров займа (в период исполнения обязанностей генерального директора как ФИО9, так и ФИО6).

Чертановским районным судом рассматривалось гражданское дело № 020048/2021 по исковому заявлению Чертановской межрайонной прокуратуры о взыскании ущерба, причиненного преступлением ФИО9, в размере 23 467 843 руб. в пользу ИФНС России № 26 по г. Москве. Постановлением от 26.01.2021 (изготовлено в полном объеме 05.02.2021) взыскан ущерб с ФИО9 в полном объеме (постановление вступило в силу 06.03.2021).

На основании вышеуказанного постановления выдан исполнительный лист ФС № 038790874 от 14.04.2021, который передан в службу судебных приставов. В отношении ФИО9 возбуждено исполнительное производство № 135063/21/50001-ИП от 28.05.2021 на сумму 25 110 592,01руб., из которых 23 465 494,26 руб. - задолженность перед Инспекцией, 1 642 749,01 руб. - исполнительский сбор.

Решением Арбитражного суда Московской области по делу № А4175314/21 от 23.01.2023 (дата объявления резолютивной части) ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Московской области по делу № А4175314/21 от 13.11.2022 требование ИФНС России № 26 по г. Москве в размере 23 462 494,26 руб. – ущерб, включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО5

Инспекция обоснованно уточнила, что из размера субсидиарной ответственности ФИО5 должна быть исключена сумма в размере 23 465 494,26 руб. и будет составлять 46 154 871,55 руб. (71 265 463,56руб. - 23 465 494,26 руб.), а размер субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО2 должен быть установлен в размере, равном общей сумме задолженности должника перед уполномоченным органом, и будет составлять 71 265 463,56 руб. Относительно заявления ООО УК «Центр», присоединившегося к заявлению налогового органа, судами установлено, что решением Арбитражного суда города Москвы от 28.09.2018 по делу № А40-164847/18-156-1192 взыскано с ООО «ТД Трес+» в пользу ООО Управляющая компания «Центр» (ОГРН <***>, ИНН <***>) задолженность в размере 500 000 руб., проценты за пользование займом в размере 386 013 руб. 70 коп. Решение суда не обжаловано, вступило в законную силу.

Суд апелляционной инстанции, повторно изучив материалы дела, доводы сторон и представленные доказательства, не согласился с выводами суда первой инстанции в части Ловецкого А.М. и Ловецкого М.К. по следующим основаниям.

Выбор контролирующими лицами недобросовестной модели бизнеса, по мнению апелляционного суда, и повлек за собой неуплату обязательных платежей в бюджет РФ в общей сумме 63 888 676,61 руб.

Так, уполномоченным органом в возражениях на отзывы ответчиков от 14.09.2022 исх. № 29-20/110377 представлялся частичный анализ банковских выписок ООО «Центр-Строй» и ОАО «Гефест» в период с 01.01.2013 по 31.12.2016 (стр. 4-5), свидетельствующий о транзитном характере банковских операций, поскольку дальнейшее перечисление денежных средств осуществляется в течение 1-3 дней после их поступления.

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что полный анализ приложен в качестве приложения, в связи с чем вывод суда первой инстанции о непредставлении выписок противоречит материалам дела.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что вывод суда о доказанности оплаты хозяйственных нужд ООО «Центр-Строй» и ОАО «Гефест» в наличной форме - противоречит материалам дела, поскольку документальное подтверждение расходования денежных средств в интересах ООО «Центр-Строй», ОАО «Гефест» или ООО «ТД Трес+» материалы дела не содержат, ответчиками также не представлены соответствующие доказательства. Расходование контролирующими должника лицами (учредителем и руководителем) денежных средств юридического лица должно подтверждаться оправдательными документами, бремя оформления и представления которых лежит на получившем денежные средства лице.

Относительно вывода суда о реальности ведения предпринимательской деятельности ООО «Центр-Строй» и ОАО «Гефест».

Как следует из определения суда первой инстанции, «Реальность хозяйственной деятельности ООО «Центр-Строй» подтверждается в том числе наличием свидетельства СРО № 3-005-118-12 «О допуске к работам по энергетическому обследованию», выданного саморегулируемой организацией «Интегральная энергетика» 27.04.2012 (на основании решения Совета партнерства от 25.04.2021, протокол № 11). ООО «Центр-Строй» составляло в том числе энергетические паспорта по результатам обязательного энергетического обследования. В период с 2012 по 2015 года. 000 «Центр- Строй» участвовало в государственных торгах, по части из которых признана победителем. А также участвовало в судебных спорах, в том числе в качестве истца (дело №№ А12-29174/2013, А29-595/2013, A35-7280/2013)».

Вместе с тем судом апелляционной инстанции установлено, что указанный вывод несостоятелен, поскольку из судебных актов не следует, что работы (услуги) по проведению энергоаудита, где ООО «Центр-Строй» выступало подрядчиком», выполнялись им самостоятельно. Кроме того, как следует из банковских выписок ООО «Центр-Строй» по расчетному счету № <***>, денежные средства, поступающие в пользу последнего от независимых контрагентов в последующем, переводились на расчетные счета ООО «ТД Трес+».

Суд апелляционной инстанции также отметил, что если бы ООО «Центр- Строй» действительно (самостоятельно) осуществляло деятельность по проведению энергоаудита, у указанного лица отсутствовала бы необходимость перечислять денежные средства в пользу третьих лиц с назначением платежа «За оказание услуг по проведению энергоаудита согласно договору» (дата операции – 10.01.2013, контрагент – ООО «Энергоаудит-М», расход – 200 000, приход – 0.00, назначение платежа - Окончательный расчет за оказание услуг по проведению энергоаудита согласно договора 7/Э-12от 09.10.2012 г. по сч. 13 от 09.10.2012 г. Сумма: 200000-00, НДС не облагается).

Так, в ходе проведения выездной налоговой проверки контрагентов ООО «ТД Трес+» были собраны доказательства, указывающие на умышленное создание схемы вывода денежных средств должника путем их перечисления на расчетные счета ООО «Центр-Строй» и ОАО «Гефест» с их дальнейшим обналичиванием. Управление организациями осуществлялось ФИО9 и ФИО2 из дома по адресу: <...>, где находилось рабочее место, так е хранились документы по вышеуказанным организациям (установлено свидетельскими показаниями бывшей супруги ФИО9 - ФИО10).

При этом, как следует из определения суда первой инстанции, «ФИО11 в 2014 получала денежные средства от ООО «Центр-Строй», ООО «ТД Трес+» в качестве оплаты по соответствующим договорам займа - по договору займа № 15 от 20.07.2014 г. с ООО «Центр-Строй» и по договору займа № 12 от 18.06.2014 г. с ООО «ТД Трес+» и к деятельности указанных организаций не была причастна».

Однако, как указал суд апелляционной инстанции, регулярное получение денежных средств от ООО «Центр Строй» и ООО «ТД Трес+» под видом предоставления займа только подтверждает осведомленность свидетеля ФИО10 о реализации схемы по недобросовестному ведению предпринимательской деятельности путем создания фиктивного документооборота. При этом полученные денежные средства по договорам займа ФИО10 возвращены не были.

Относительно вывода суда о недоказанности перевода деятельности ООО «ТД Трес+» на ООО «Трес+».

Как следует из определения, «Заявитель не приводит документальных доказательств того, что ООО «ТД Трес+» перевело свою финансовую и хозяйственную деятельность на ООО «Трес+». Само по себе заключение ООО «Трес+» договоров с иными хозяйствующими субъектами — не свидетельствует о том, что «ТД Трес+» перевело свою финансовую и хозяйственную деятельность на указанное юридическое лицо».

Однако в данном случае, как установил апелляционный суд, смена юридического лица произведена формально, поскольку фактического изменения руководящего состава или фактического местоположения не произошло, участники общества остались те же, контрагенты указанных компаний не изменились, обеими организациями осуществлялся один и тот же вид деятельности.

Документы, на основании которых уполномоченный орган указывал на факт перевода деятельности, приобщены к материалам дела в качестве

приложений к возражениям от 14.09.2022 исх. № 29-20/110377 (протоколы допросов, пояснения контрагентов, идентичные перезаключенные договора, товарные накладные и т.п.).

Общая сумма денежных средств, поступившая на расчетные счета вновь созданной компании ООО «Трес+» от переведенных контрагентов за 2016-2017 гг., составила 61 328 376,00 руб.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что при рассмотрении спора суд первой инстанции фактически не исследовал заявленные уполномоченным органом доводы, в частности, о необходимости проверки наличия экономической целесообразности создания нового общества – ООО «Трес+» и перевода контрагентов должника, что, в свою очередь, привело к недополучению должником прибыли в размере 61 328 376,00 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2019 производство по делу № А40-278314/2018 о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО «ТД Трес+» прекращено в соответствии с абзацем 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве, а именно ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Однако как указал Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 4.1 постановления от 05.03.2019 № 14-П возбуждение дела о банкротстве кредитором (в том числе и уполномоченным органом) должника, исходя из общего смысла и предназначения этого правового инструмента, может быть признано обоснованным при наличии у кредитора достаточных причин полагать, что возбуждение дела приведет к положительному экономическому эффекту для него. Учитывая необходимость несения заявителем по делу о банкротстве расходов, если средств должника не хватает на их погашение, заявитель, действующий разумно и осмотрительно, объективно заинтересован в недопущении возникновения у него новых расходов, взыскание которых с должника будет невозможно.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В указанной норме законодатель предусмотрел компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция

которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

Апелляционным судом установлено, что в связи с неуплатой ООО «ТД Трес+» доначисленных налогов, пеней и штрафов уполномоченным органом был применен полный комплекс мер, предусмотренных статьями 69, 46, 47 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), направленных на взыскание задолженности. На основании постановлений о взыскании налога (сбора), пени и штрафа за счет имущества должника было возбуждено исполнительное производство, в рамках которого имущество установлено не было, изъятие не осуществлялось и погашение задолженности не производилось. Из определения Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2019 следует, что недвижимого имущества и транспортных средств в собственности ООО «ТД Трес+». Транспортные средства KIA ОПТИМА и BMV XDRIVE501 - принадлежали лизинговой компании, право собственности на указанные автомобили в установленном порядке к должнику не перешло.

Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что иные механизмы возможного взыскания задолженности с ООО «ТД Трес+», в том числе в рамках дела о банкротстве должника, в настоящее время отсутствуют.

При этом установление признаков недействительности совершенных должником сделок при рассмотрении заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности не требует предъявления заявлений об оспаривании сделок должника либо наличия судебного акта об их удовлетворении (пункт 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Какая-либо процедура банкротства в отношении должника не вводилась, поэтому кредитор по смыслу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве не имел возможности подать заявление о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности в деле о несостоятельности, а поданное им вне рамок дела о банкротстве заявление не было рассмотрено по существу.

Как следует из материалов дела, требование уполномоченного органа возникло вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к налоговой ответственности. Размер этого требования составлял более 95 % требований, предъявленных к должнику.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что эти обстоятельства презюмировали, что банкротство должника было вызвано именно противоправным поведением ФИО9, ФИО2, в результате которого стало невозможно полное погашение требований кредиторов (пп. 3 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Презумпция ничем не опровергнута.

При этом размер выведенных денежных средств является существенным (последняя известная сумма активов на конец 2015г. составляла 564 236 тыс. руб., тогда как размер выведенных денежных средств составил 292 687 тыс. руб.) и в случае выявления таких неправомерных действий, подконтрольное им ООО «ТД Трес+» утратит возможность отвечать по своим обязательствам перед кредиторами, бюджетом Российской Федерации.

Вместе с тем, с целью уклонения от исполнения обязанности по уплате доначисленных по результатам выездной налоговой проверки сумм налогов,

ООО «ТД Трес+» перевело свою финансово-хозяйственную деятельность на юридическое лицо - ООО «Трес+», что привело к прекращению деятельности должника и, как следствие, невозможности исполнения должником обязательств перед кредиторами, в том числе по уплате налогов.

Так, с сентября 2016 года должником в полном объеме перестала исполняться обязанность по уплате обязательных платежей в бюджет. Деятельность должника фактически прекратилась, бухгалтерские балансы за 2017, 2018, 2019 года отсутствуют.

Судом апелляционной инстанции установлено, что материалами дела подтверждается и не оспорено сторонами, что обязательства должника перед уполномоченным органом до настоящего времени не исполнены.

При этом несостоятельность (банкротство) должника вызвано не самим фактом доначисления налогов по результатам выездной налоговой проверки, а теми действиями контролирующих должника лиц по сокрытию реальной выручки и занижению налогооблагаемого дохода совершенных по указанию и при непосредственном участии ответчиков, что послужило основанием для неправомерного уменьшения налогооблагаемой базы и получения необоснованной налоговой выгоды.

Действия ответчиков, повлекшие несостоятельность должника, вызывают объективные сомнения в том, что они руководствовались интересами контролируемой им организации, поэтому в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на ответчика переходит бремя доказывания того, что негативные последствия таких действий явились следствием обычного делового оборота.

Вместе с тем судом апелляционной инстанции установлено, что доказательства того, что объективное банкротство вызвано иными причинами, а не действиями указанных лиц, отсутствуют, тогда как уполномоченным органом приведены доказательства, что получаемые должником от ведения финансово-хозяйственной деятельности денежные средства выводились из оборота должника как напрямую, так и с использованием аффилированных «технических» организаций, имевших признаки «фирм-однодневок» в общем размере 292 687 386,14 руб., что в свою очередь, позволило бы покрыть задолженность перед кредиторами на 100%.

Оценивая данные действия руководящего состава, в совокупности с переводом контрагентов и прибыли на новое юридическое лицо, предполагается, что такие действия привели к невозможности продолжения хозяйственной деятельности ООО «ТД Трес+» и, как следствие, к невозможности расчета с кредиторами по своим обязательствам.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) следует, что контролирующим ООО «ТД Трес+» лицом является ФИО5, который исполнял обязанности генерального директора в период с 01.09.2011 по 29.08.2016, а также являлся учредителем общества (60% доля) с 16.11.2012 по 29.08.2016.

В связи с чем апелляционным судом верно сделан вывод, что на основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, вышеуказанное лицо обладает статусом контролирующего должника лицом.

При этом, как указывал в заявлении уполномоченный орган, Ловецкий Михаил Кузьмич является одним из конечных выгодоприобретателей и причинителей вреда должнику.

Соучастие ФИО2 и ФИО9, по мнению апелляционного суда, выразилось в совершении неправомерных действий по созданию фиктивного документооборота для занижения налогооблагаемой базы и непосредственному участию по составлению и направлению недостоверной бухгалтерской и налоговой отчетности; выводу денежных средств через фиктивный документооборот. Доказательств разумности поведения и отсутствия причинения должнику существенного вреда, совершенными ФИО2 совместно с руководителем ООО «ТД Трес+» ФИО9 действиями, не представлено.

Денежные средства с расчетного счета ООО «ТД Трес+», перечислялись в адрес обоих лиц, что подтверждается материалами налоговой проверки и банковскими выписками. Данные обстоятельства, как установил суд апелляционной инстанции, указывают на то, что все действия по фактическому управлению ООО «ТД Трес+» и взаимозависимыми ОАО «Гефест» и ООО «Центр Строй» совершались указанными лицами совместно. ФИО2 регулярно получал денежные средства с расчетного счета как должника, так и ООО «Центр Строй», тем самым ФИО2 имел непосредственное отношение к хозяйственной деятельности должника и извлек выгоду в результате получения денежных средств должника под видом займов

Кроме того, судом апелляционной инстанции учтено, что о роли ФИО2 в экономической деятельности ООО «ТД Трес+» сообщил свидетель, а именно ФИО12 (протокол допроса от 15.05.2018), который при ответе на вопрос «Знакома ли Вам организация ООО «ТД Трес+» ИНН <***>?» указал: «Да, знакома. Они являлись посредниками между нами и полигоном, так как мы самовывозящая мусорная компания. В связи с тем, что полигон давал ограниченные лимит талонов. Мы заключили договор с ООО «ТД Трес+» контактным лицом являлся ФИО2, но договоры подписывая ФИО5». ФИО12 являлся учредителем в организации ООО «Эко-Профи» (контрагент ООО «ТД Трес+»).

Таким образом, суд апелляционной инстанции указал, что материалами проверки, банковскими выписками и свидетельскими показаниями подтверждена координирующая роль ФИО2 в реализации схемы по недобросовестному ведению предпринимательской деятельности путем создания фиктивного документооборота.

В отношении доводов уполномоченного органа о наличии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что налоговая инспекция и управляющий не доказали, что ФИО6 являлась контролирующим должника лицом по смыслу Закона о банкротстве: доказательств подконтрольности ООО «ТД Трес+» ФИО6 в материалы дела не представлено, а сам по себе факт родства ФИО6 и ФИО9 не может служить доказательством того, что ФИО6 могла каким-либо образом давать ООО «ТД Трес+» обязательные для исполнения указания; само по себе перечисление денежных средств одной

организацией другой денежных средств не свидетельствует о подконтрольности Навой И.М. ООО «ТД Трес+».

Уполномоченный орган указывал, что ФИО6 якобы также является контролирующим должника лицом в качестве сопричинителя вреда, ссылаясь на совпадения в банковских досье номеров телефонов и адресов электронной почты.

Однако, по мнению апелляционного суда, данные обстоятельства не могут доказывать наличие у ФИО6 статуса контролирующего должника лица и совершение ею каких-либо противоправных действий по отношению к должнику.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, пришел к обоснованному выводу об отмене определения суда первой инстанции и привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО2

Учитывая, что выбор контролирующими лицами недобросовестной модели бизнеса повлек за собой неуплату обязательных платежей в бюджет в общей сумме 63 888 676,61 руб., суд посчитал возможным взыскать солидарно с ФИО5, ФИО2 в пользу уполномоченного органа 63 888 676,61 рублей.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанции правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установил все существенные для дела обстоятельства, которым дал надлежащую правовую оценку и пришел к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

—являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- —имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В соответствии с пунктами 1-2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в т.ч. в случае причинения существенного имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

—заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

—заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

—судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона «О банкротстве»).

В соответствии с пунктом 16 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с

привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами в период исполнения ими обязанностей руководителя должника от имени должника действия (бездействие) необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника действия не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к

ответственности при банкротстве» привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица. широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2021 № 305-ЭС20-20172 по делу № А40-98623/2019 суд указал, что ответственность контролирующих юридического лица перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым ими обществом обязательства, а за их виновные действия (решения), не вызванные рыночными и иными объективными факторами и повлекшие нарушение обязательств управляемого ими юридического лица.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 по делу № 302-ЭС14-1472(4,5,7) суд указал, что если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

В абзаце 4 пункта 3 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества. вытекающие из их положения.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником

указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Абзацем 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12).

По правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Суд апелляционной инстанции указал мотивы, по которым он пришел к тем или иным выводам со ссылками на нормы права и доказательства.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителей кассационных жалоб направлены на несогласие с выводами суда и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителями жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Доводы уполномоченного органа, изложенные в кассационной жалобе, были предметом проверки и оценки апелляционного суда, обоснованно им отклонены.

Доводы конкурсного управляющего ООО УК «Центр» в части размера субсидиарной ответственности суд округа отклоняет, как несостоятельные, также проверенные апелляционным судом, но отмечает, что Общество не лишено права обратиться с заявлением о пересмотре судебного акта суда

апелляционной инстанции в указанной части в порядке главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в них доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 по делу № А40-17846/2022 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова Судьи: А.А. Дербенев Е.В. Немтинова