Постановление от 26 августа 2024 г. по делу № А03-16375/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А03-16375/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2024 года. Постановление изготовлено в полном объеме 26 августа 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Хвостунцева А.М., судей Доронина С.А.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Алтайского края от 28.03.2024 по делу № А03-16375/2020 (судья Болотина М.И.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024 (судьи Фролова Н.Н., Кудряшева Е.В., Фаст Е.В.) по делу № А03-16375/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Забота» (ОГРН <***>, ИНН <***>; далее - общество «УК «Забота», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего обществом «УК «Забота» к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и о приостановлении производства по обособленному спору в части определения размера ответственности до завершения расчетов с кредиторами.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «УК «Забота» и приостановлении производства по обособленному спору в части определения размера ответственности до завершения расчетов с кредиторами.

Определением суда от 28.03.2024, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; в части установления размера производство по спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить принятые судебные акты и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы кассатор ссылается на отсутствие причинно-следственной связи между его действиями по созданию общества с ограниченной ответственностью

«Атлант» (ОГРН <***>; далее - общество «Атлант») и банкротством должника; на недоказанность недостаточности имущества должника на дату открытия конкурсного производства.

Как полагает ФИО2, контролирующее должника лицо не может и не должно отвечать за установленное арбитражным судом бездействие отстраненного арбитражного управляющего, повлекшее за собой недостаточность имущества должника.

В приобщенном к материалам дела отзыве на кассационную жалобу акционерное общество «СГК-Алтай» возражает против доводов, изложенных в кассационной жалобе, просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

В заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, если иное не предусмотрено АПК РФ.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «УК «Забота» зарегистрировано в качестве юридического лица 07.11.2013, основным видом деятельности должника является управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (код по ОКВЭД - 68.32), уставный капитал равен 10 000 руб.

Учредителями должника являются ФИО3 с долей в размере 10 % номинальной стоимостью 1 000 руб. и ФИО2 с долей в размере 90 % номинальной стоимостью 9 000 руб., директором - ФИО4.

В обоснование заявленных требований управляющий ссылался на то, что ФИО2 является контролирующим должника лицом, в результате совершенных им действий (бездействия) должник оказался неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из того, что неплатежеспособность должника и невозможность полного погашения требований кредиторов наступили в результате действий ФИО2

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает, что судами приняты правильные судебные акты.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

В настоящем случае, обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения заинтересованного лица к субсидиарной ответственности, имели место в 2020 году.

В обозначенный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались положениями главы III.2 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Таким образом, применение судами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), является правомерным, соответствующим общему принципу действия закона во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Возможность определять действия должника может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Учитывая, что ФИО2 являлся учредителем должника (с 01.08.2016 по настоящее время) и руководителем должника (с 07.12.2015 до 18.11.2020), суды первой и апелляционной инстанций обосновано указали на наличие у него статуса

контролирующего лица.

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий сослался на то, что после предъявления акционерным обществом «СЗ «Барнаульский комбинат железобетонных изделий № 2» и обществом с ограниченной ответственностью «СЗ ИСК «Союз» исковых требований к должнику на общую сумму более 3 млн. руб., ФИО2 26.02.2020 создано общество «Атлант», руководителем и единственным учредителем которого является ФИО2

В период с 11.07.2020 по 08.12.2020 договоры управления многоквартирными домами с должником расторгнуты, заключены договоры управления с обществом «Атлант».

Таким образом, из управления общества «УК «Забота» за период с 11.07.2020 по 08.12.2020 выбыло 15 многоквартирных домов, из 20 домов, находящихся в управлении должника с 2015 года (остальные дома перешли в иные управляющие компании), и перешли в управление общества «Атлант», руководителем и учредителем которого также является ФИО2

На дату введения конкурсного производства у должника имелось 2 сотрудника: директор ФИО4 и бухгалтер ФИО5

Как установлено судами, часть работников должника перешли на работу в общество «Атлант», бухгалтер ФИО5 продолжала осуществлять трудовую деятельность до 21.09.2021 как в обществе «УК «Забота», так и в обществе «Атлант».

Между должником в лице ФИО6, действующего на основании доверенности от 20.03.2020 № 18 (доверенность выдана директором обществом «УК «Забота» ФИО2), (продавец) и обществом «Атлант» в лице директора ФИО2 (покупатель) 23.03.2020 заключен договор купли-продажи (с рассрочкой платежа), предметом которого является передача покупателю в собственность всего имущества должника, наличие которого обуславливает возможность осуществлять деятельность должника (определением суда от 24.02.2022 сделка признана недействительной).

В период с 27.12.2018 по 18.11.2020 должник был зарегистрирован по адресу: проспект Энергетиков, дом 10, помещение Н5 в г. Барнауле; с 18.11.2020 - по адресу: улица С. Ускова, дом 31 помещение Н1005, тогда как общество «Атлант» было зарегистрировано по адресу: улица С. Ускова, дом 31 помещение Н1005, а впоследствии - <...> пом. Н5.

Таким образом, фактически активы должника, включая сотрудников, помещение, перешли во владение и пользование ООО «Алтай», осуществляющего под фактическим руководством ФИО2 аналогичную деятельность с должником во избежание обращения взыскания на это имущество и с целью аккумулирования на обществе «УК «Забота» задолженности перед кредиторами.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1

статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 18.08.2023 № 305-ЭС18-17629(5-7)).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53)).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт

1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 Постановления № 53).

Второй из таких презумпций предусмотрено, что отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Третья презумпция устанавливает взаимосвязь между действиями контролирующих лиц и банкротством должника, в случае если последний либо его единоличный исполнительный орган привлечен к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения и сумма этой ответственности превышает пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, определенной на дату закрытия реестра требований кредиторов.

Формулирование законодателем презумпций субсидиарной ответственности контролирующего лица призвано облегчить процесс доказывания, а не ограничить истца в возможности ссылаться и на иные обстоятельства, свидетельствующие о наличии основания ответственности за доведение организации до банкротства.

В рассматриваемом случае судами установлено, что финансовые показатели общества «Атлант» диаметрально противоположны финансовым показателям общества «УК «Забота», то есть в момент падения финансовых показателей общества «УК «Забота» наблюдается одновременный рост показателей у общества «Атлант».

Доказательств, подтверждающих отсутствие выгоды для общества «Атлант», в результате осуществленной схемы по переводу деятельности должника, материалы дела не содержат.

Судом установлено, что основанием для обращения общества «УК «Забота» с заявлением о признании банкротом послужили вынесенные и вступившие в законную силу решения Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-13477/2019 и по делу № А03-20597/2019 о взыскании с должника задолженности в сумме более 3 млн. руб., а также арест счетов в рамках исполнительных производств по указанным делам.

При этом из сформированного реестра требований кредиторов следует, что задолженность перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов общества «УК «Забота», образовалась в период с сентября 2020 года по декабрь 2020 года, задолженность за более ранний период имелась у должника только перед акционерным обществом «Барнаульская горэлектросеть».

С учетом изложенного, доводы кассатора о том, что создание общества «Атлант» не связано с банкротством должника и недоказанности, что к банкротству привели именно действия ФИО7, обосновано отклонены судом апелляционной инстанции как противоречащие материалам дела.

Оценив совокупность изложенных обстоятельств, суды двух инстанций правомерно указали на то, что невозможность погашения требований кредиторов вызвана

последовательными действиями ФИО2 по созданию «зеркального общества» (общества «Атлант») и перевода домов из управления должника в общество «Атлант», совершении сделки по отчуждению имущества должника в пользу общества «Атлант» с последующим пользованием данным имуществом.

Таким образом, вопреки доводам кассатора совокупность оснований привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 являются доказанной.

Суд округа считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 АПК РФ, обособленный спор разрешен верно.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица за невозможность полного погашения требований кредиторов равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Возражения, касающиеся размера ответственности, могут быть ФИО2 после возобновления производства по настоящему обособленному спору при разрешении вопроса об определении размера субсидиарной ответственности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 28.03.2024 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024 по делу № А03-16375/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий А.М. Хвостунцев

Судьи С.А. Доронин

ФИО1