Постановление от 26 февраля 2025 г. по делу № А57-8360/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-128/2023

Дело № А57-8360/2021
г. Казань
27 февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Богдановой Е.В.,

судей Герасимовой Е.П., Самсонова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание) секретарем судебного заседания Тютюгиной Т.С., 

при участии в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (судебные онлайн-заседания) представителей:

Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» – ФИО1 (доверенность от 10.10.2024 № 2103),

ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 01.03.2022, серии 64 АА, № 3565914),

финансового управляющего имуществом должника ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 22.05.2024),

ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 09.01.2024, серии 64 АА, № 3914988),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ»

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 20.09.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024

по делу № А57-8360/2021

по заявлению финансового управляющего имуществом должника ФИО8 о признании сделок должника (договоров купли-продажи земельного участка от 13.12.2019 и от 17.03.2020) недействительными и применении последствий их недействительности, поданному в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 15.04.2021 по заявлению кредитора (ФИО9) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО8

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 16.10.2023 должник ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО4

В арбитражный суд 01.09.2023 (через систему «Мой арбитр» – 24.08.2023) поступило заявление финансового управляющего ФИО8 об оспаривании сделки должника, в котором, с учетом уточнения заявленных требований от 04.07.2024, принятого судом, управляющий просил признать недействительными сделку должника по отчуждению им на основании договора купли-продажи от 13.12.2019 в пользу ФИО10 (далее – ФИО10) земельного участка площадью 688+/-18 кв.м. (для ведения садоводства), с кадастровым номером 64:32:024618:1804, по адресу: Саратовская обл., СНТ «Эврика», на расстоянии 1 км, 1,0 км северо-восточнее с. Пристанное Усть-Курдюмского муниципального образования Саратовского муниципального района Саратовской области, участок № 61 (далее – спорный земельный участок) и последующую сделку по отчуждению ФИО10 на основании договора купли-продажи от 17.03.2020 данного земельного участка в пользу ФИО11 (далее - ФИО12); применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО11 вернуть в конкурсную массу должника указанный земельный участок.

Определением от 05.08.2024 ФИО11 привлечена к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 20.09.2024 в удовлетворении заявленных финансовым управляющим должника требований отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 определение Арбитражного суда Саратовской области от 20.09.2024 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, кредитор - Государственная корпорация развития «ВЭБ.РФ» (далее – ГКР «ВЭБ.РФ»), обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты первой и апелляционной инстанций отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении уточненного заявления финансового управляющего; признать недействительной сделку по отчуждению должником на основании договора купли-продажи от 13.12.2019 в пользу ФИО10 спорного земельного участка и последующую сделку по отчуждению ФИО10 на основании договора купли-продажи от 17.03.2020 данного земельного участка в пользу ФИО11, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника указанного земельного участка.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на нарушение судами норм права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам; считает неправомерным отказ судов в удовлетворении заявления управляющего на основании пропуска им срока исковой давности для предъявления требования об оспаривании сделок.

По мнению заявителя жалобы, суды неверно квалифицировали оспариваемые договоры по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), считает, что оспариваемые договоры купли-продажи земельного участка от 13.12.2019 и от 17.03.2020 (цепочка сделок) подлежат признанию недействительными в порядке, предусмотренном статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Также заявителем приведены доводы о применении трехлетнего срока исковой давности вследствие ничтожности оспариваемых договоров купли-продажи в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание 13.02.2025 проведено с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание).

В судебном заседании представитель ГКР «ВЭБ.РФ» поддержал доводы, изложенные в жалобе; представитель финансового управляющего ФИО4 поддержал кассационную жалобу, представители должника и ФИО6 возражали против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах на нее.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 состоял в браке с ФИО10 На основании решения мирового судьи судебного участка № 7 Ленинского района г. Саратова от 11.11.2019 (резолютивная часть судебного акта) брак между супругами был расторгнут.

13.12.2019 между ФИО2 (продавцом) и ФИО10 (покупателем) заключен договор купли-продажи спорного земельного участка с кадастровым номером 64:32:024618:1804 по цене 1 250 000 руб.

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО10 на спорный земельный участок осуществлена 16.12.2019.

В последующем указанный земельный участок ФИО10 на основании договора купли-продажи от 17.03.2020 был отчужден ФИО11 за 250 000 руб.

Право собственности ФИО11 на спорный земельный участок зарегистрировано 18.03.2020.

Полагая, что указанные сделки по отчуждению имущества должника являются недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168, 170 ГК РФ, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 181 и пункта 2 статьи 199 ГК РФ, статьи 61.9 Закона о банкротстве, разъяснениями, содержащимися в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2012 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2012 № 63), пришел к выводу о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности по требованию об оспаривании сделок по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, о применении которого было заявлено ФИО2 и ФИО6, установив, что начиная с 01.04.2022 финансовый управляющий располагал сведениями об отчуждении должником принадлежащего ему имущества (спорного земельного участка), в то время как с настоящим заявлением в арбитражный суд он обратился лишь 24.08.2023.

Апелляционный суд по результатам повторного рассмотрения спора с выводами суда первой инстанции согласился, указав также на отсутствие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы диспозиции специальных оснований, и, как следствие, - отсутствие правовых оснований для применения к спорным правоотношениям статей 10 и 168 ГК РФ и трехгодичного срока исковой давности.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не усматривает.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником своего имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе (в том, числе по цепочке сделок (по прикрываемой сделке) и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, в полной мере охватывается диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве и является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным указанной нормой права.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14)).

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Согласно сложившейся судебной практике, поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В рассматриваемом случае, как правомерно отмечено апелляционным судом, доводы, которые приводились управляющим (и поддерживающим его позицию кредитором – ГКР «ВЭБ.РФ») для целей квалификации сделок как ничтожных по правилам статей 10, 168 ГК РФ (о совершении сделок в отсутствие встречного предоставления, с целью вывода активов и причинения вредя имущественным правам кредиторов должника) не свидетельствуют о том, что в условиях конкуренции норм, обстоятельства совершения оспариваемых сделок выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Доказательств наличия у сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, участвующими в деле лицами не представлено и судами не установлено.

С учетом изложенного вопреки доводам заявителя кассационной жалобы оснований для применения к спорным отношениям статей 10, 168 ГК РФ не имелось.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина; при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 данного федерального закона оснований (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2012 № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). При этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный арбитражный (финансовый, конкурсный) управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, законодатель связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было узнать, то есть имело фактическую и юридическую возможность узнать о нарушении права.

При рассмотрении данного вопроса учитывается, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает в соответствии с абзацем пятым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве информацию об имуществе гражданина (его супруга/супруги), а также о его счетах и вкладах (депозитах), в том числе по банковским картам, о переводах электронных денежных средств от граждан и юридических лиц (включая кредитные организации), от органов государственной власти, органов местного самоуправления.

В рассматриваемом случае, как установлено судами, процедура реструктуризации в отношении должника введена 09.12.2021, об отчуждении должником имущества (спорного земельного участка) ФИО10 финансовому управляющему ФИО8 было известно с 01.04.2022, исходя из представленных в его адрес сведений от регистрирующих органов, вместе с тем с настоящим заявлением об оспаривании указанной сделки управляющий обратился только 24.08.2023 (по истечении более чем 1 года 4 мес.), то есть с пропуском годичного срока.

При этом в пределах разумного срока, будучи осведомленным о совершении должником сделки по отчуждению спорного земельного участка ФИО10 (договора от 13.12.2019), финансовый управляющий, действуя своевременно, оперативно и добросовестно, также имел возможность получить из открытых источников (ЕГРН) информацию о дальнейшей судьбе отчужденного должником земельного участка, в том числе о последующем его приобретателе (ФИО6), основаниях его приобретения, доказательств выполнения управляющим разумных и своевременных действий к чему, равно как доказательств наличия к тому объективных препятствий, не представлено (при этом требование об оспаривании последующей сделки по отчуждению спорного имущества должника, совершенной между ФИО10 и ФИО6 (договора от 17.03.2020) было заявлено управляющим только 04.07.2024, фактически по прошествии более 2 лет 3 мес. с момента осведомленного первого финансового управляющего о факте отчуждения должником спорного имущества).

Доводы о применении трехлетнего срока исковой давности вследствие ничтожности оспариваемых договоров купли-продажи в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ подлежат отклонению.

В силу прямого указания пункта 2 статьи 170 ГК РФ прикрывающие сделки ничтожны независимо от признания их таковыми судом.

В отношении цепочки притворных сделок положения статей 170 и 181 ГК РФ устанавливают трехлетний срок исковой давности, однако сама прикрываемая сделка по выводу имущества должника подлежит квалификации на предмет действительности по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, срок исковой давности по которой составляет один год. При этом как указано выше, в материалы дела не представлено доказательств наличия объективных препятствий для обращения управляющего в суд с соответствующим требованием в пределах указанного срока исковой давности.

По правилам пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При таких обстоятельствах, в связи с пропуском годичного срока исковой давности подачи заявления об оспаривании спорных договоров по основаниям, установленным главой III.1 Закона о банкротстве (статьей 61.2), о применении которого было заявлено их сторонами, и отсутствием оснований для применения к спорным правоотношениям положений статей 10, 168 ГК РФ, судебная коллегия находит правомерным отказ судов в удовлетворении заявленного финансовым управляющим требования.

При этом судебная коллегия также отмечает, что в основу суждения о взамосвязанности оспариваемых договоров купли-продажи от 13.12.2019 и от 17.03.2020 управляющим были положены лишь доводы о непредставлении доказательств оплаты по ним, при том, что равноценность установленной договором от 17.03.2020 цены спорного земельного участка (250 000 руб., при его кадастровой стоимости 165 562,98 руб.) участвующими в деле лицами под сомнение не ставилась, а на протяжении рассмотрения спора (с момента привлечения ее в качестве третьего лица) ФИО6 последовательно указывала на самостоятельный характер совершенной ей сделки по приобретению спорного имущества, осуществление расчетов по ней, отсутствие ее заинтересованности/аффилированности по отношению к кому-либо из М-вых и неосведомленность о наличии у ФИО10 (продавца) какой-либо противоправной цели при совершении сделки с ней, доводы о чем опровергнуты не были.

С учетом изложенного судебная коллегия не усматривает правовых оснований для отмены судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 20.09.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 по делу № А57-8360/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                            Е.В. Богданова

Судьи                                                                                    Е.П. Герасимова

                                                                                              В.А. Самсонов