Постановление от 23 августа 2022 г. по делу № А37-1538/2021

1047/2022-27982(1)



Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-3211/2022
23 августа 2022 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2022 года. Полный текст постановления изготовлен 23 августа 2022 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Козловой Т.Д.

судей Гричановской Е.В., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии в заседании:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Магадан-Тест» ФИО2, лично (посредством онлайн-заседания)

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Магадан-Тест» ФИО2

на определение от 11.05.2022 по делу № А37-1538/2021 Арбитражного суда Магаданской области

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4

к ФИО5

о признании сделки недействительной, применении последствий её недействительности

в рамках дела о банкротстве ФИО3

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Магаданской области от 19.07.2021 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Магадан - Тест» в лице конкурсного управляющего ФИО2 (далее - ООО «Магадан-Тест») о признании ФИО3 (ИНН <***>, далее – ФИО3, должник) несостоятельной (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением суда от 07.09.2021 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом) с введением процедуры реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4, член Саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Возрождение».

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий 21.10.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению должником в пользу ФИО5 земельного участка площадью 1164 кв.м кадастровый номер 49:09:031501:12; с находящимися на нем: жилого дома площадью 92 кв.м кадастровый номер 49:09:031501:117; гаража площадью 33,2 кв.м кадастровый номер 49:09:031501:148; бани площадью 43 кв.м кадастровый номер 49:09:031501:118, расположенных по адресу: <...> д 6Д, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Требования обоснованы ссылкой на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Определением суда 22.11.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Сбербанк России» (залогодержатель спорного имущества).

Определением суда от 11.05.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе кредитор должника - ООО «Магадан-Тест» в лице конкурсного управляющего ФИО2 просит отменить


определение суда от 11.05.2022, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы заявитель ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права и нарушение норм процессуального права. По мнению заявителя, судом первой инстанции не принято во внимание, что осведомленность другой стороны сделки - ФИО5 о цели причинения вреда кредиторам доказывается тем, что с ООО «Магадан-Тест» в пользу ФИО6 были взысканы денежные средства, указанное решение было опубликовано на сайте kad.arbitr.ru, т.е. имелось в свободном доступе и должны были быть приняты во внимание ФИО5 при совершении сделки, учитывая, что в отношении ФИО3 как руководителя ООО «Магадан-Тест» имелся риск привлечения к субсидиарной ответственности. Указывает, что для установления обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о недобросовестности поведения ФИО5 при рассмотрении дела истребовалась справка по форме-1 о зарегистрированных лица по адресу: <...>, однако указанная справка ФИО5 не представлена. В этой связи в суде апелляционной инстанции конкурсным управляющим заявлено об истребовании указанной справки. Приводит доводы о том, что судом первой инстанции необоснованно не принят во внимание отчет эксперта от 04.04.2022, согласно которому стоимость объекта недвижимости (с земельным участком) по состоянию на 24.07.2018 составляла 5 114 656 руб. Ссылается на то, что согласно справке эксперта-оценщика от 29.04.2022 рыночная стоимость земельного участка составляет 331 740 руб., в том время, как согласно отчета об оценке от 10.09.2018 № 30607-18В рыночная стоимость жилого дома, расположенного на земельном участке на дату оценки 10.09.2018 составляла 4 817 521 руб., а стоимость земельного участка – 10 174 руб., всего 4 827 695 руб., что по мнению конкурсного управляющего свидетельствует о неравноценности встречного предоставления.

ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу выразила несогласие с доводами жалобы, просила оставить обжалуемый судебный акт без изменения как законный и обоснованный.

В судебном заседании апелляционной инстанции конкурсный управляющий ООО «Магадан-Тест» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, дав по ним пояснения.


Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав конкурсного управляющего в судебном заседании, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления


и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Финансовым управляющим в процедуре банкротства ФИО3 установлено, что 10.10.2018 между ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель) был заключен договор купли-продажи, в соответствии с пунктом 1.1 которого Продавец продал, а Покупатель купил недвижимое имущество - жилой дом с земельным участком, общей площадью 92 кв.м, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер: 49:09:031501:117, находящийся на земельном участке, общей площадью 1 164 кв.м, по адресу: <...>, кадастровый номер 49:09:031501:12, категория земель: земли населённых пунктов, вид разрешённого использования: для ведения садоводства. На земельном участке располагаются: гараж общей площадью 33,2 кв.м, назначение: нежилое, кадастровый номер 49:09:031501:148, баня общей площадью 43 кв.м, назначение: нежилое, кадастровый номер 49:09:031501:118 (далее - Объект недвижимости)

Пунктом 2.1 договора установлено, что стоимость Объекта недвижимости составляет 4 800 000 руб. Цена является окончательной и изменению не подлежит.

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что должник, являясь руководителем ООО «Магадан-Тест» и зная о наличии у последнего задолженности перед индивидуальным предпринимателем ФИО6, произвела отчуждение принадлежащего ей недвижимого имущества в условия наличия рисков привлечения её к субсидиарной ответственности, обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Так, судом первой инстанции установлено, что подпунктами 2.2.1 и 2.2.2 договора купли-продажи стороны установили следующий порядок оплаты стоимости Объекта недвижимости: часть стоимости Объекта недвижимости в сумме 800 000 руб. оплачивается за счёт собственных


денежных средств Покупателя, а часть стоимости Объекта недвижимости в сумме 4 000 000 руб. оплачивается за счёт целевых кредитных денежных средств, предоставленных следующим лицам: ФИО5, ФИО7 (далее - Созаёмщики) в соответствии с Кредитным договором от 10.10.2018 № 265869.

Согласно условиям кредитного договора от 10.10.2018 № 265869 Созаёмщикам предоставлены кредитные средства для приобретения объектов недвижимости: земельный участок, жилой дом, находящихся по адресу: <...>.

В качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по кредитному договору созаёмщики предоставили Кредитору залог (ипотеку) объекта недвижимости.

Залоговая стоимость объекта недвижимости устанавливается в размере 90% от его стоимости в соответствии с отчётом об оценке стоимости объекта недвижимости.

На договоре купли-продажи от 10.10.2018 ФИО3 сделана собственноручная отметка о том, что деньги в сумме 800 000 руб. ею получены.

Кроме того, ФИО5 в материалы дела представлены копии квитанции и чека-ордера от 10.10.2018 операция 5011 о перечислении денежных средств в сумме 4 002 000 руб. на номинальный счёт № 40702810000020000184, открытый ООО «ЦСН» в ПАО Сбербанк

В качестве доказательства перечисления денежных средств на счёт Продавца ФИО3 представлена копия платёжного поручения № 475843 от 24.10.2018.

Право собственности ФИО5 на спорный объект недвижимости зарегистрировано 23.10.2018. Также в ЕГРН внесена запись об ограничении прав и обременение объекта недвижимости: Ипотека в силу закона в пользу Сбербанка России.

Из справки ПАО «Сбербанк России» следует, что остаток ссудной задолженности ФИО5 по кредитному договору от 10.10.2018 № 265869 по состоянию на 07.02.2022 составляет 3 543 609,48 руб.

Учитывая, что договор купли-продажи объекта недвижимости был заключен 10.10.2018, а заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 19.07.2021, суд первой инстанции правомерно указал, что спорная сделка подпадает под трёхгодичный период


подозрительности, определённый пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и может быть оспорена только по основаниям указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвёртом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Вместе с тем, как правильно указал суд первой инстанции, заявление финансового управляющего применительно к положениям статьи 10, 168 ГК РФ, по данному обособленному спору может быть удовлетворено судом только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17- 4886).

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий презюмируется (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая


сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В силу пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершённой с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

По смыслу приведённых норм для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остаётся сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершённая до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.


По общему правилу сделка, совершённая исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В этой связи, как правильно указал суд первой инстанции, для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, в данном случае, помимо необходимости доказывания недобросовестности со стороны ФИО3, выразившейся в намерении произвести отчуждение имущества с целью избежать обращения взыскания на него и причинить, тем самым, вред имущественным правам кредиторов, для признания сделки недействительной заявителю также необходимо доказать осведомлённость об этой цели второй стороны сделки – ФИО5

Согласно абзацу первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько


она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от неё по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Отклоняя возражения финансового управляющего, аналогичные доводам апелляционной жалобы о том, что проведя мероприятия по отчуждению спорного имущества ФИО3, являясь на дату совершения сделки директором ООО «Магадан-Тест», проигнорировала требования кредитора предпринимателя ФИО6, нарушив имущественные права кредиторов, поскольку решения о взыскании денежных средств с ООО «Магадан-Тест» в пользу предпринимателя ФИО6 были опубликованы на сайте kad.arbitr.ru, соответственно находились в свободном доступе и должны были быть приняты во внимание ФИО5 при совершении оспариваемой сделки, а также, что в отношении ФИО3 имелся риск привлечения к субсидиарной ответственности, при которой бывший руководитель отвечает личным имуществом по обязательствам предприятия, суд первой инстанции обоснованно признал их несостоятельными.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что ни финансовым управляющим В.М., ни конкурсным управляющим ООО «Магадан-Тест» не раскрыто каким именно образом ФИО5 должна была предопределить возможность возбуждения дела о банкротстве в отношении ООО «Магадан-Тест» и связь указанного Общества с продавцом – ФИО3

В этой связи, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что финансовым управляющим ФИО4 не доказано, что по состоянию на дату заключения оспариваемой сделки ФИО5 знала или должна была знать о том, что ФИО3 являлась руководителем ООО «Магадан-Тест», об отсутствии у ООО «Магадан-Тест» достаточных денежных средств для расчётов с кредиторами, о возможном привлечении в будущем ФИО3 как контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а также об ущемлении интересов кредиторов ООО «Магадан-Тест» либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества данного Общества.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной


сделки, совершённой должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (недобросовестность) (с учётом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 этого Закона, а именно:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определённой по данным бухгалтерской отчётности должника на последнюю отчётную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил своё место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после её совершения, либо скрыл своё имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчётности или учётные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и


ведению бухгалтерской отчётности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

На основании разъяснений, приведённых в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвёртом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества.

В данном случае, как правильно указал суд первой инстанции, финансовым управляющим не доказано, что по состоянию на дату заключения оспариваемой сделки ФИО3 отвечала признаку


неплатёжеспособности или недостаточности имущества, а также что в результате сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов.

Так, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что сделки по выплате ООО «Магадан-Тест» ФИО3 дивидендов в размере 5 660 000 руб. признаны судом недействительными, с принятием решения о возврате указанных денежных средств в конкурсную массу ООО «Магадан-Тест» в порядке применения последствий признания сделок недействительными лишь 10.08.2020, то есть спустя 1 год и 10 месяцев со дня совершения оспариваемой по настоящему делу сделки.

Также судом правомерно указано, что само по себе наличие у ФИО3 возможной кредиторской задолженности (в том числе ещё не установленной судебным актом), а также сам размер задолженности, как таковой не свидетельствует о признаке неплатёжеспособности.

Других документальных доказательств, подтверждающих факт неплатёжеспособности и недостаточности имущества должника, финансовым управляющим не представлено.

Отклоняя возражения финансового управляющего о причинении оспариваемым договором купли-продажи вреда имущественным правам кредиторов, суд первой инстанции правомерно исходил из получения должником равноценного встречного исполнения.

При этом судом установлено, что согласно условиям оспариваемого договора купли-продажи от 10.10.2018 общая стоимость проданного недвижимого имущества составляет 4 800 000 руб.

При этом, рыночная стоимость недвижимого имущества расположенного по адресу: <...>, определена на основании отчёта об оценке от 10.09.2018 № 306-07-18, подготовленного ООО «Правовой центр», согласно которому, а также информации ООО «Правовой центр» от 28.02.2022, рыночная стоимость жилого дома, на дату оценки 10.09.2018 составляла 4 817 521 руб., а стоимость земельного участка - 10 174 руб., а всего 4 827 695 руб.

Отчёт об оценке был представлен в Банк, который выдал ФИО5 кредитные средства на приобретение готового жилья в сумме 4 000 000 руб. под 9,50% годовых сроком на 180 месяцев.

Таким образом, стоимость объекта недвижимости по договору купли-продажи от 10.10.2018 уплачена Покупателем в полном объёме и в


соответствии с условиями договора. Оплата за Объект недвижимости по договору купли-продажи от 10.10.2018 поступила на счёт должника.

Таким образом, получение должником денежного эквивалента реализованного недвижимого имущества свидетельствует о том, что оспариваемая сделка являлась экономически целесообразной, её условия соответствовали рыночным условиям, что не могло повлечь для должника, ФИО3, негативные последствия, в том числе убытки.

Критически оценивая представленную конкурсным управляющим ООО «Магадан-Тест» копию справки об определении рыночной стоимости объекта недвижимости, расположенного по адресу: <...>, согласно которой рыночная стоимость составляет 6 100 000 руб., и не принимая её к сведению, суд первой инстанции правомерно указал, что рыночная стоимость спорного объекта недвижимости определена по состоянию на 21.03.2022, а не на дату совершения оспариваемой сделки - 10.10.2018.

Не принимая в качестве надлежащего доказательства представленную конкурсным управляющим ООО «Магадан-Тест» копию справки об определении рыночной стоимости земельного участка, расположенного по адресу: <...>, суд первой инстанции обоснованно указал, что она не предусмотрена Федеральным законом «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» от 29.07.1998 № 135-ФЗ.

При этом, как установил суд первой инстанции, имеющийся в материалах настоящего дела отчёт от 10.09.2018 № 306-07-18В об определении рыночной стоимости спорных объектов недвижимости, соответствует Федеральному закону «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» от 29.07.1998 № 135-ФЗ и требованиям федеральных стандартов оценки.

Кроме того, помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

Вместе с тем, как указано выше, спорный жилой дом был оплачен с привлечением кредитных средств (4 млн. руб.) и 800 000 руб. самостоятельно. Соответствующие условия о порядке оплаты содержались в п.п. 2.2.1 и 2.2.2 оспариваемого договора купли-продажи. При получении


кредита в ПАО «Сбербанк России» производилась оценка приобретаемой квартиры и согласно результатам оценки ее цена соответствовала сумме, указанной в договоре.

Названные факты указывают на то, что сопутствующие заключению договора обстоятельства и контекст взаимоотношений сторон, в том числе сведения об источниках отыскания денежных средств на оплату квартиры, в рассматриваемом конкретном случае исключают вывод о подозрительности сделки, а также о неравноценном характере осуществленного контрагентом должника встречного предоставления. При этом финансовым управляющим, как и заявителем апелляционной жалобы, не приведено доказательств того, что ФИО5 являлась аффилированным лицом должника или действовала недобросовестно.

Довод жалобы о том, что для установления обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о недобросовестности поведения ФИО5 при рассмотрении дела истребовалась справка по форме-1 о зарегистрированных лица по адресу: <...>, однако указанная справка ФИО5 не представлена (в связи с чем в суде апелляционной инстанции конкурсным управляющим заявлено об истребовании указанной справки), судом апелляционной инстанции отклоняется, как не имеющий правового значения. Кроме того, место регистрации ФИО3 (<...>) и ФИО5 (<...>) указано первоначально в договоре купли-продажи недвижимости от 10.10.2018, использовавшемся при заключении кредитного договора, требовавшего проверки указанных сведений. Такие же адреса впоследствии указаны в деле о банкротстве ФИО3

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции об отсутствии правовых основания для признания договора купли-продажи недействительным, является обоснованным.

Выводы суда сделаны на основе полного и всестороннего исследования всех обстоятельства дела, с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах основания для отмены определения суда от 11.05.2022 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.


Государственная пошлина, в уплате которой ООО «Магадан-Тест» предоставлялась отсрочка, подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Магаданской области от 11.05.2022 по делу № А37-1538/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Магадан- Тест» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Т.Д. Козлова

Судьи Е.В. Гричановская

С.Б. Ротарь

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначействоДата 03.02.2022 23:10:49

Кому выдана Козлова Татьяна Дмитриевна