Постановление от 23 июня 2020 г. по делу № А40-202578/2014

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

23.06.2020 Дело № А40-202578/2014


Резолютивная часть постановления объявлена 28.05.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 23.06.2020


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Зеньковой Е.Л. и Холодковой Ю.Е.

при участии в заседании:

от ФИО1 – адвокат Котёночкина П.О. по дов. от 05.07.2017;

от ОАО «Банк-Т» – ФИО2 по дов. от 09.07.2019,

рассмотрев в судебном заседании 28.05.2020 кассационную жалобу ФИО1

на определение от 22.11.2019 Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 05.02.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятые по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО1

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ОАО «Банк-Т»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2014 открытое акционерное общество «Банк-Т» (далее – ОАО «Банк-Т», банк, должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее – ФИО3, председатель Правления) и ФИО1 (далее - ФИО1, акционер банка) по делу о признании несостоятельным (банкротом) банка.

В обоснование заявления конкурсный управляющий должника указывал, что ФИО3 не осуществлялись меры по предупреждению банкротства банка, а отчетность банка на протяжении всего анализируемого периода являлась недостоверной, что позволяло вводить в заблуждение Банк России относительно его реального финансового положения. В отношении ФИО1 конкурсный управляющий указывал на то, что данный ответчик является выгодоприобретателем по убыточным для банка сделкам.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2019 заявление конкурсного управляющего должника было удовлетворено в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2020 была проверена законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, определение Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2019 в данной части было оставлено без изменения.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в деле о банкротстве банка судами первой и апелляционной инстанций было установлено, что на протяжении всего анализируемого периода (с 01.11.2012 по 26.11.2014) в банке имелся предусмотренный пунктом 2 статьи 2 Закона о банкротстве кредитных организаций признак банкротства (недостаточность стоимости имущества банка для исполнения его обязательств перед кредиторами).

Размер недостаточности на начало проверяемого периода (01.11.2012) составлял 977 270 тыс. руб. и был вызван наличием на балансе банка технической ссудной и приравненной к ней задолженности 26 компаний, 2 физических лиц, а также вложениями в уставный капитал ООО «Купим Вместе» на общую сумму 1 448 133 тыс. руб.

Суды установили, что дальнейшее ухудшение финансового положения банка произошло в результате совершенных руководителем банка ФИО3 в период с 01.11.2012 по 26.11.2014 действий по выдаче кредитов техническим компаниям, что привело к увеличению размера недостаточности стоимости имущества банка на 4 841 160 руб., вследствие чего на дату отзыва лицензии величина данного показателя составила 5 818 430 тыс. руб.

Судами было отмечено, что большинство указанных сделок были совершены председателем правления банка ФИО3, а акционер банка ФИО1 (совладелец и бывший руководитель ООО «ИнвсстСтройГрупп») являлся выгодоприобретателем по ряду сделок, причинивших банку ущерб.

Также суды установили, что руководством банка не осуществлялись меры по предупреждению банкротства банка. Отчетность банка на протяжении всего анализируемого периода являлась недостоверной, что позволяло вводить в заблуждение Банк России относительно его реального финансового положения.

Суды указали, что ухудшение финансового положения банка в период с 01.11.2012 по 26.11.2014 произошло в результате замещения ликвидных активов (денежных средств) на невозвратную ссудно-вексельную задолженность 59 технических компаний, не ведущих реальной хозяйственной деятельности или ведущих ее в масштабах, не сопоставимых с объемами кредитования, а также одного неплатежеспособного физического лица.

Суды установили, что формирование на балансе банка невозвратной ссудной задолженности было осуществлено руководством кредитной организации посредством предоставления кредитов техническим заемщикам (в период с 01.11.2012 по 26.11.2014 заключено 88 кредитных договоров с 42 организациями, не ведущими реальной хозяйственной деятельности, а также 2 договора с неплатежеспособным физическим лицом).

В результате исполнения указанных договоров денежные средства на балансе банка были замещены на невозвратную ссудную задолженность в размере 4 665 965 928,29 руб.

Также суды установили, что формирование на балансе банка невозвратной ссудной задолженности руководством кредитной организации было осуществлено посредством кредитования технических юридических лиц в ходе финансирования строительного проекта в интересах акционера банка ФИО1

Суды указали, что в период с 01.11.2012 по 26.11.2014 банк участвовал в финансировании строительства ЖК «Легенда» (возведение малоэтажных объектов жилой недвижимости экономического класса в г. Троицк, г. Москва).

На первоначальном этапе финансирование осуществлялось через вложения банка в закрытые паевые инвестиционные фонды с последующей передачей их в доверительное управление. Кроме того, 01.11.2012-26.11.2014 банком осуществлялось финансирование строительства через кредитование 197 заемщиков, задолженность 2 из которых сформирована до исследуемого периода.

Судами было установлено, что вывод денежных средств из банка в интересах ФИО1 осуществлялся руководством кредитной организации посредством кредитования технических компаний, с каждой из которых заключалось по два кредитных договора на большую и меньшую сумму.

Полученные от банка денежные средства в полном объеме в тот же день перечислялись заемщиками на счет полностью подконтрольного ФИО4 юридического лица - ООО «ИнвестСтройГрупп» в счет оплаты по договорам инвестирования в строительство.

Общая сумма перечисленных таким образом ООО «ИнвестСтройГрупп» денежных средств равна сумме предоставленных техническим компаниям - посредникам кредитов и составила 469 669,5 тыс. руб.

В свою очередь, ФИО4, являясь лицом, контролирующим ООО «ИнвестСтройГрупп», распорядился полученными средствами по своему усмотрению (основную часть полученных средств в размере 250 000 тыс. руб. ООО «ИнвестСтройГрупп» направило на счет ОАО «ИК «Еврофинансы» в НКО ЗАО НРД в качестве оплаты по агентскому договору для участия в торгах на ММВБ. Остальные средства направлены на счета различных контрагентов в качестве оплаты за строительно-монтажные работы и т.п.).

Спорные кредиты направлялись заемщиками сразу в полном объеме на счет ОАО «УК «Еврофинансы» (управляющая компания ЗПИФ недвижимости «Новая Москва», ЗПИФ недвижимости «Подмосковные инвестиции», ЗПИФ недвижимости «Троицкое заречье» и ЗПИФ недвижимости «Первый строительный») по договорам купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 50:54:0010202:7 по адресу <...>., на котором ООО «ИнвестСтройГрупп», подконтрольное ФИО4, возводило малоэтажные объекты жилой недвижимости в рамках проекта ЖК «Легенда».

Суды указали, что совокупный размер перечисленных таким образом денежных средств, направленных на выкуп участка для строительства, осуществлявшегося структурой подконтрольной ФИО1, составил 1 813 184 000 руб., а общая сумма денежных средств, направленных на финансирование проекта акционера банка ФИО4, составила 2 282 853 500 руб.

Установив указанные обстоятельства, учитывая, что акционер банка ФИО1, как единственный участник ООО «ИнвестСтройГрупп», являлся бенефициаром по сделкам по кредитованию заемщиков в рамках проекта по финансированию строительства в собственных интересах, причинивших банку ущерб, а также знал о наличии заинтересованности в данной сделке и в нарушение статей 81, 82 Закона об акционерных обществах не довел данную информацию до совета директоров банка, суды пришли к выводу, что ФИО1 является одним из контролирующих банк лицом применительно к статье 14 Закона о банкротстве кредитных организаций и подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

В ходе анализа действий председателя правления банка ФИО3 судами было выявлено, что ссудная задолженность заемщиков банка являлась заведомо безнадежной, заемщики банка на момент предоставления кредитных средств не вели реальной хозяйственной деятельности либо вели ее в масштабах, несопоставимых с объемами кредитования, и изначально не были способны исполнить обязательства по предоставленным ссудам.

В момент совершения сделок, ухудшивших финансовое положение банка, ФИО3 являлся председателем правления банка и исполнял обязанности с 18.04.2011 по 26.11.2014, уволен из банка 30.01.2015.

Суды отметили, что на протяжении всего анализируемого периода имелись основания для осуществления мер по предупреждению банкротства, однако, в нарушение требований статей 3, 4 Закона о банкротстве кредитных организаций председателем правления банка ФИО3 данные меры не осуществлялись.

Учитывая данные обстоятельства, суды пришли к выводу, что непринятие председателем правления банка ФИО3 мер, которые он в соответствии с Законом о банкротстве кредитных организаций был обязан совершить для предотвращения банкротства кредитной организации, одновременно с увеличением технической задолженности, согласно статье 14 Закона о банкротстве кредитных организаций является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам банка.

Также судами было отмечено, что при оценке банком качества ссудной задолженности не были предприняты меры по получению информации для принятия решения на основании совокупности предоставленных сведений и документов. У банка на момент выдачи кредита также имелась возможность установить обстоятельства, выявленные конкурсным управляющим, проверить информацию, предоставленную в банк заемщиками.

Несмотря на это, председателем правления банка ФИО3 были заключены договоры по выдаче заведомо невозвратных кредитов техническим компаниям, физическим лицам, а также договоры оказания услуг и купли-продажи доли в уставном капитале, не принято никаких мер для избежания банка от взаимодействия с неплатежеспособными заемщиками и, как следствие, от понесенных убытков.

Суды указали, что ФИО3 совершал сделки по выдаче кредитов в отсутствие необходимой и достаточной информации об идентификации клиентов и не предпринял мер к получению банком указанной информации, в связи с чем пришли к выводу о неразумности, недобросовестности и незаконности действий ФИО3

Суды также указали, что в период с 01.11.2012 по 26.11.2014 (дата отзыва лицензии) имущества банка было недостаточно для исполнения его обязательств, в банке имелся признак банкротства, предусмотренный п. 2 ст. 2 Закона о банкротстве кредитных организаций - недостаточность стоимости имущества (активов) для удовлетворения требований кредиторов, при этом руководитель банка ФИО3 скрывал реальное финансовое положения банка и в нарушение своих обязанностей не обращался в Совет директоров Банка и Банк России с ходатайством об осуществлении мер по предупреждению банкротства, также продолжал выдачу необеспеченных, заведомо невозвратных кредитов физическим и юридическим лицам, пролонгировал ранее заключенные кредитные договоры, признавая хорошим обслуживание задолженности по техническим, в т.ч. реструктурированным ссудам, привлекал средства вкладчиков, направлявшихся банком на выдачу новых технически ссуд.

Суд установил, что вина ФИО3 в доведении банка до банкротства состоит в том, что он осуществлял финансирование заемщиков, не имевших имущества и доходов в объемах, достаточных для надлежащего погашения ссуд, в ряде случаев фактически не осуществлявших хозяйственной деятельности, не идентифицированных в соответствии с требованиями законодательства. Финансирование осуществлялось без обеспечения исполнения обязательств заемщиков, без учета интересов банка, его вкладчиков и кредиторов, с явными признаками заинтересованности председателя правления в выдаче ссуд.

Бездействие руководителя привело к ухудшению финансового положения и роста недостаточности стоимости имущества банка для удовлетворения требований кредиторов.

Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отклоняя доводы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для предъявления настоящих требований, суд апелляционной инстанции дополнительно указал на следующее.

Суд апелляционной инстанции, применив часть 3 статьи 50.21 Закона о банкротстве, а также положения Временных правил проверки, арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства (далее - Временные правила), утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855, установив, что причинившие ущерб банку сделки были установлены в ходе проведения проверки обстоятельств банкротства банка, которая проведена ООО «Вектор права» по договору № 2016-608/16 от 23.03.2016 и окончена 29.09.2016, пришел к выводу о соблюдении конкурсным управляющим срока исковой давности, поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано 31.05.2017,. то есть через 9 месяцев с момента, когда конкурсному управляющему стало известно о наличии соответствующих оснований для привлечения контролирующих лиц к гражданско-правовой ответственности и через 2,5 года после начала конкурсного производства.

Не согласившись с принятыми по заявлению конкурсного управляющего банка в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в указанной части и направить обособленный спор в обжалуемой части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на отсутствие доказательств, подтверждающих, что он являлся выгодоприобретателем по сделкам, причинившим ущерб банку.

Ответчик также обращает внимание на то, что он является всего лишь миноритарным акционером банка и в связи с этим не был осведомлен ни о действиях руководителя банка, ни о состоянии кредитной организации, считает надлежащим способом защиты интересов банка взыскание убытков с лиц, получивших кредиты.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

Определением Арбитражного суда Московского округа от 20.04.2020 рассмотрение кассационной жалобы ответчика было отложено на 28.05.2020.

В заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы, просила определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отменить и направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции, настаивала на том, что никакой выгоды для ответчика не было, так как кредитные средства были освоены заемщиками и возвращены банку, что судебные акты не содержат никаких мотивов, из которых было бы ясно, в чем заключалась выгода для ФИО1

Представитель конкурсного управляющего должника возражала против удовлетворения кассационной жалобы, полагала обжалуемые определение и постановление законными и обоснованными, указав, что не смотря на то, что некоторое время кредиты действительно обслуживались заемщиками в незначительной части, но после отзыва у банка лицензии почти все заемщики обанкротились, в настоящее время банк включен в реестры требований их кредиторов.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Отзывов на кассационную жалобу ответчика в Арбитражный суд Московского округа не поступало.

Изучив материалы дела, выслушав представителей ФИО1 и конкурсного управляющего банка, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность судебных актов в обжалованной ФИО1 части, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу об отсутствии у нее достаточных полномочий по отмене судебных актов по заявленным в жалобе доводам, направленным на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, на иную оценку исследованных судами доказательств, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции согласно положениям статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На недопустимость отмен судебных актов судов первой и апелляционной инстанций судом кассационной инстанции в подобных ситуациях неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, в том числе по делам Арбитражного суда Московского округа №№ А40-161453/2012, А40-68167/2016, А40-184890/2015, А40-111492/2013 (по обособленному спору о признании недействительным договора поручительства от 15.08.2012) и судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обязана действовать в строгом соответствии со своими полномочиями, предусмотренными статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того толкования норм процессуального права о полномочиях суда кассационной инстанции, которое дано высшей судебной инстанцией.

В отношении применения судами норм материального права суд кассационной инстанции отмечает следующее.

В соответствии с положениями статьи 14 Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц (далее - контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности указанных лиц, если будет установлено, что размер вреда, причиненного по их вине имущественным правам кредиторов, существенно ниже размера требований, подлежащих удовлетворению за счет указанных лиц.

Лица, указанные в абзаце первом настоящего пункта, признаются виновными, если их решения или действия (в том числе превышение полномочий), повлекшие за собой возникновение признаков банкротства, не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота, а также, если они при наличии оснований, предусмотренных статьей 4 настоящего Федерального закона, не предприняли предусмотренные настоящим Федеральным законом меры для предупреждения банкротства кредитной организации.

Учредители (участники) кредитной организации несут ответственность за такое бездействие в случае, если они знали о наличии данных оснований.

При недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, иные документы, которые отражают экономическую деятельность кредитной организации и обязанность по подготовке, составлению или хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, а также базы данных кредитной организации на электронных носителях (резервные копии баз данных), которые содержат информацию об имуществе, обязательствах кредитной организации, их движении и обязанность ведения которых установлена Федеральным законом «О банках и банковской деятельности», не переданы в установленном порядке временной администрации кредитной организации или конкурсному управляющему либо полностью или частично отсутствуют, руководители кредитной организации, обязанные обеспечить сохранность ее документации и (или) имущества, несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) ее обязанностям по уплате обязательных платежей.

Размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, в соответствии с настоящей статьей определяется исходя из разницы между размером установленных требований кредиторов и рыночной стоимостью имущества должника за вычетом текущих обязательств.

Руководителями кредитной организации признаются лица, указанные в качестве таковых в Федеральном законе «О банках и банковской деятельности».

При рассмотрении вопросов, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве.

В то же время в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Указанные выше норм права были применены судами правильно.

Установив, что акционер банка ФИО1, как единственный участник ООО «ИнвестСтройГрупп», являлся бенефициаром от сделок по кредитованию заемщиков в рамках проекта по финансированию строительства в собственных интересах, причинивших банку ущерб в связи с невозвратом кредитных средств, а также знал о наличии заинтересованности в данных сделках и в нарушение статей 81, 82 Закона об акционерных обществах не довел данную информацию до совета директоров банка, суды пришли к выводу, что ФИО1 является одним из контролирующих банк лицом применительно к статье 14 Закона о банкротстве кредитных организаций и подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в суде апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в Определении от 17.02.2015 №274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права, но не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанций не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в обжалуемой части отмене не подлежат.

Полный текст постановления суда кассационной инстанции был изготовлен с превышением предусмотренного Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации пятидневного срока в связи с болезнью председательствующего судьи Петровой Е.А.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2020 по делу № А40-202578/2014 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.


Председательствующий – судья Е.А. Петрова


Судьи: Е.Л. Зенькова


Ю.Е. Холодкова