Решение от 20 августа 2018 г. по делу № А40-126646/2018

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-126646/2018-119-1217
г. Москва
20 августа 2018 года
Резолютивная часть решения суда оглашена 07 августа 2018 года .

Решение в полном объеме изготовлено 20 августа 2018 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Ю. Л.Головачевой

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ханикаевой Р. М.

рассматривает в открытом судебном заседании дело по заявлению ГБУ г. Москвы ФХУ Мэрии Москвы

к ответчику: УФАС по г. Москве

третье лицо: 1) ООО «Технопарк», 2) АО «ЕЭТП»

о п/н решения и предписания от 06.04.2018 по делу № 2-57-4203/77-18

В судебном заседании участвуют представители:

от заявителя – ФИО1, паспорт, доверенность № 07-01-09-515/18 от 14.03.2018г;

от ответчика – ФИО2, удостоверение № 13539, доверенность от 26.12.2017г. №03-65;

третье лицо – 1) не явился, извещен.; 2) не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

ГБУ г. Москвы ФХУ Мэрии Москвы обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к УФАС по г. Москве о п/н решения и предписания от 06.04.2018 по делу № 2-57-4203/77-18.

Заявитель требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении.

Ответчик требования отклонил по основаниям, изложенным в отзыве.

Представители третьих лиц в судебное заседание не явились, в материалах дела имеются доказательства их надлежащего извещения о дате, времени и месте проведения судебного разбирательства по правилам ст.123 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы представителей явившихся в судебное заседание сторон, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, арбитражный суд установил, что требования заявителя заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.4 ст.198 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Срок подачи заявления не пропущен.

Согласно ст.198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В адрес Московского УФАС России 02.04.2018 (вх. № 16563) поступила жалоба ООО «ТЕХНОПАРК» (далее — общество «ТЕХНОПАРК») на действия Учреждения при проведении электронного аукциона на право заключения государственного контракта на поставку видеокамер (реестровый номер закупки 0373200558318000021), выразившиеся в отказе названному обществу в допуске к участию в упомянутом аукционе по причине отсутствия в составе его заявки декларации о соответствии законодательно закрепленным требованиям.

По результатам рассмотрения поступившей жалобы антимонопольным органом принято решение о признании этой жалобы обоснованной, а в действиях Учреждения контрольным органом были выявлены нарушения требований ч. 7 ст. 69 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе в сфере закупок), поскольку контрольный орган пришел к выводу о соответствии заявки третьего лица требованиям аукционной документации и, как следствие, об отсутствии у заявителя правовых оснований к отклонению этой заявки от участия в закупочной процедуре. На основании упомянутого решения административным органом заказчику выдано обязательное к исполнению предписание об устранении выявленного нарушения путем отмены протокола подведения итогов электронного аукциона, назначения новой даты рассмотрения поданных заявок и повторного их рассмотрения.

Не согласившись с выводами и требованиями антимонопольного органа, изложенными в оспариваемых ненормативных правовых актах, полагая свои действия по отклонению заявки третьего лица от участия в электронном аукционе правомерными и не нарушающими положения действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок, саму заявку общества «ТЕХНОПАРК» — не соответствующей условиям аукционной документации, а выводы антимонопольного органа об обратном — ошибочными и основанными на неправильном толковании норм материального права, заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании оспариваемых ненормативных правовых актов незаконными.

В обоснование заявленного требования Учреждение указывает на незаконность оспариваемых ненормативных правовых актов как вынесенных без учета всех конкретных фактических обстоятельств дела. Ссылается на факт отсутствия в составе заявки третьего лица обязательной к предоставлению декларации об отнесении этого участника к числу субъектов малого предпринимательства, которая, как настаивает заявитель, должна быть представлена в форме отдельного документа на бланке организации непосредственно в составе заявки. Со ссылками на письма Минэкономразвития России и ФАС России от 04.04.2014 №№ 7158-ЕЕ/Д28и и АЦ/13590/14 соответственно, Минэкономразвития России от 17.02.2016 № Д28и-375 указывает на недостаточность проставления отметки о своей принадлежности к категории субъектов малого среднего предпринимательства непосредственно в интерфейсе электронной торговой площадки. Ссылается на отсутствие сведений о третьем лице в реестре субъектов малого и среднего предпринимательства по состоянию как на дату подачи им заявки на участие в закупке, так и на дату подачи в суд заявления об оспаривании ненормативных правовых актов административного органа. В этой связи полагает оспариваемые ненормативные правовые акты антимонопольного органа незаконными и, как следствие, настаивает на признании их таковыми в судебном порядке.

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражный суд поясняет следующее.

Согласно п.4 ст.200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом согласно п.5 ст.200 АПК РФ с учетом п.1 ст.65 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно ст.13 ГК РФ ненормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина, может быть признан судом недействительным.

Согласно п.1 Постановления Пленума ВС РФ от 01.07.1996 г. № 6 и Пленума ВАС РФ № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если суд установит, что оспариваемый акт не соответствует закону или иным правовым актам и ограничивает гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, то в соответствии со ст.13 ГК он может признать такой акт недействительным.

Таким образом, из существа приведенных норм следует, что для признания недействительным обжалуемого заявителем решения антимонопольного органа необходимо наличие двух обязательных условий, а именно, несоответствие его закону и наличие нарушения им прав и охраняемых законом интересов заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено административным органом, Учреждением проведен электронный аукцион на право заключения государственного контракта на поставку видеокамер (реестровый номер закупки 0373200558318000021).

Согласно протоколу подведения итогов электронного аукциона, составленному 28.03.2018, на участие в закупочной процедуре было подано 6 (шесть) заявок, включая заявку общества «ТЕХНОПАРК».

В то же самое время, согласно тексту упомянутого протокола, заявка названного общества была отклонена со следующим обоснованием: «Непредоставление документов и информации, которые предусмотрены п. 7 ч. 5 ст. 66 44-ФЗ, а именно: участник не предоставил декларацию о принадлежности к СМП».

Полагая подобные действия заказчика незаконными, отклонение своей заявки на стадии рассмотрения вторых частей заявок – необоснованным по причине декларирования своей принадлежности к субъектам малого и среднего предпринимательства путем проставления соответствующей отметки в интерфейсе оператора электронной площадки ввиду отсутствия в аукционной документации иных требований к порядку такого декларирования, свои права и законные интересы нарушенными ввиду неправомерного отклонения от участия в закупочной процедуре при наилучшей цене государственного контракта, общество «ТЕХНОПАРК» обратилось с жалобой в антимонопольный орган.

Впоследствии названный орган с доводами поданной жалобы согласился, сочтя отклонение заявки последнего от участия в электронном аукционе неправомерным.

Состав второй части заявки на участие в электронном аукционе регламентирован нормоположениями ч. 5 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок, согласно п. 2 которой (в редакции, действовавшей в момент рассмотрения заказчиком заявок и вынесения контрольным органом оспариваемых актов) в составе второй части заявки должны быть представлены документы, подтверждающие соответствие участника закупки требованиям, установленным п. 1 ч. 1, ч.ч. 2 и 2.1 ст. 31 названного закона, а также декларация о соответствии такого участника аукциона требованиям, установленным п.п. 3-9 названной статьи закона.

Аналогичное требование было продублировано и в подп. 2 п. 17.2 Информационной карты аукциона.

Ссылаясь на незаконность оспариваемых ненормативных правовых актов, заявитель указывает на отсутствие в действующем законодательстве каких-либо требований к порядку оформления подобной декларации, а потому настаивает на заведомой невозможности вменения ему выявленного в его действиях нарушения требований действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок, поскольку заявитель требовал лишь предоставления соответствующей декларации в форме отдельного документа в составе заявки.

Вместе с тем, заявителем не учтено следующее.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 30 Закона о контрактной системе в сфере закупок (в редакции, действовавшей в момент объявления о проведении закупки и рассмотрения заявок) заказчики обязаны осуществлять закупки у субъектов малого предпринимательства, социально ориентированных некоммерческих организаций в объеме не менее чем пятнадцать процентов совокупного годового объема закупок, рассчитаного с учетом ч. 1.1 названной статьи закона, путем проведения открытых конкурсов, конкурсов с ограниченным участием, двухэтапных конкурсов, электронных аукционов, запросов котировок, запросов предложений, в которых участниками закупок являются только субъекты малого предпринимательства, социально ориентированные некоммерческие организации. При этом начальная (максимальная) цена контракта не должна превышать двадцать миллионов рублей.

Согласно ч. 3 упомянутой статьи закона при определении поставщиков (подрядчиков, исполнителей) способами, указанными в ч. 1 названной нормы права, в извещениях об осуществлении закупок устанавливается ограничение в отношении участников закупок, которыми могут быть только субъекты малого предпринимательства, социально ориентированные некоммерческие организации. В этом случае участники закупок обязаны декларировать в заявках на участие в закупках свою принадлежность к субъектам малого предпринимательства или социально ориентированным некоммерческим организациям.

Как усматривается из материалов дела в настоящем случае, заказчиком было установлено соответствующее ограничение о проведении им закупки исключительно среди субъектов малого предпринимательства и социально ориентированных некоммерческих организаций (условия извещения о проведении аукциона, п. 1.1 Информационной карты аукциона).

В этой связи, применительно к ч. 3 ст. 30 Закона о контрактной системе в сфере закупок участники соответствующей конкурентной процедуры должны продекларировать свое соответствие предъявляемым к ним заказчиком в указанной части требованиям, то есть публично, четко и недвусмысленно заявить о своей принадлежности к числу субъектов малого предпринимательства или социально ориентированных некоммерческих организаций.

Вместе с тем, форма такой декларации, порядок ее оформления и представления нормоположениями Закона о контрактной системе в сфере закупок не определен, ввиду чего приведенные заявителем доводы о необходимости оформления такого документа на бланке организации — участника закупочной процедуры лишены правового обоснования, а потому подлежат отклонению. Не были определены указанные требования и положениями аукционной документации, что свидетельствует об отсутствии для заказчика принципиальной значимости, как именно будет выглядеть такая декларация.

Кроме того, какого-либо требования о необходимости представления испрашиваемых сведений в составе заявки именно в форме отдельного документа аукционная документация также не содержала.

В то же самое время, проставление отметки о соответствии участника предъявляемым законом требованиям непосредственно при формировании заявки на сайте электронной площадки является допустимым и достаточным в случае предоставления ею участнику закупки такой возможности, а проставленная отметка должна однозначно свидетельствовать о декларировании участником закупки своего соответствия предъявляемым требованиям (согласии последнего с утверждением электронной площадки о таком соответствии).

Таким образом, применительно к ч. 5 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок под декларацией о соответствии участника закупки предъявляемым законом требованиям (равно как и о принадлежности к числу субъектов малого предпринимательства) надлежит понимать либо отдельный письменный документ, в котором содержится непосредственное указание на соответствие участника данным требованиям, либо проставление в интерфейсе электронной площадки отметки в графе о подтверждении соответствия таким требованиям, формируемой оператором электронной площадки автоматически. Но, в любом случае, такая декларация должна содержать четкое и безоговорочное указание на свое соответствие требованиям ст. 31 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Названный правовой подход наиболее полно обеспечивает баланс частных и публичных интересов, поскольку направлен на повышенную защиту участника торгов как более слабой стороны в указанных правоотношениях с предоставлением ему возможности выбора способа декларирования своего соответствия предъявляемым требованиям.

При этом, документация о проведении закупки, являющаяся, по своей сути, офертой, в соответствии с положениями которой впоследствии заключается договор, не должна содержать возможности ее множественного толкования.

Указанная документация должна содержать в себе четкие, исчерпывающие требования к претендентам, подающим заявки на право участия в торгах, что исключает возможность субъективного толкования указанных в заявках предложений заказчиком.

В этой связи, в целях исключения какого-либо субъективного правоусмотрения при разрешении вопроса о допуске той или иной заявки к участию в закупке, а также недопустимости злоупотребления правом заказчику надлежит максимально четко и конкретно сформулировать свои требования относительно требуемых к выполнению работ или услуг. Наличие же в таких требованиях каких-либо разночтений, либо отсутствие в закупочной документации какого-либо требования исключает последующую возможность отклонения заявок со ссылкой на их несоответствие таким требованиям документации.

Обратное же будет противоречить законодательно закрепленному принципу равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), презумпции добросовестности участников таких правоотношений (ч. 5 ст. 10 ГК РФ), а также законодательно установленному запрету на злоупотребление правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ), поскольку оставит разрешение вопроса о соответствии формы требуемой заказчиком декларации исключительно на субъективное усмотрение последнего, что недопустимо в целях соблюдения баланса частных и публичных интересов (на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П) и стабильности публичных правоотношений.

Вместе с тем, как усматривается из материалов дела в настоящем случае, третьим лицом — обществом «ТЕХНОПАРК» продекларировано свое соответствие предъявленному Учреждением требованию о необходимости наличия у него статуса субъекта малого предпринимательства путем проставления соответствующей отметки в интерфейсе электронной площадки при формировании своей второй части заявки, отображающейся при ее просмотре заказчиком, что не оспаривается последним (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

Приведенные заявителем ссылки на отсутствие в действующем законодательстве нормы права, позволяющей декларировать свою принадлежность к числу субъектов малого предпринимательства, подлежат отклонению, поскольку гражданским правоотношениям в Российской Федерации присущ принцип диспозитивности («разрешено все, что прямо не запрещено законом), а потому каких-либо оснований запрещать третьему лицу декларировать свое соответствие предъявленным требованиям именно таким образом (тем более при наличии соответствующего функционала у оператора электронной площадки) у заказчика и у антимонопольного органа не имелось ввиду отсутствия соответствующего запрета как в Законе о контрактной системе в сфере закупок, так и в аукционной документации.

В этой связи, в случае действительной необходимости в получении заказчиком испрашиваемых сведений в форме отдельно взятого документа в составе заявки, Учреждению надлежало указать в своей аукционной документации четкие и конкретные требования о необходимости представления в составе подаваемой заявки такого документа, а не презюмировать наличие у участника закупки такой обязанности путем собственного толкования нормоположений действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок. В настоящем же случае действия заявителя были направлены исключительно на изыскание всевозможных способов искусственно сократить количество потенциальных участников закупки, что не соответствовало не только балансу частных и публичных интересов и принципу стабильности публичных правоотношений, а также принципу добросовестной реализации прав и законных интересов (ч. 3 ст. 1 ГК РФ), недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ), недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Законодательно закрепленное требование о необходимости декларирования своей принадлежности к числу субъектов малого предпринимательства (п. 7 ч. 5 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок) обусловлено необходимостью заказчика проверить соответствие участника закупки предъявляемым к нему требованиям с тем, чтобы не допустить необоснованного предоставления преимуществ лицу, которое в соответствующей закупочной процедуре участвовать не вправе.

В то же самое время, использование такого требования не может и не должно становиться способом произвольного отклонения поданных участниками заявок со ссылками на их формальное несоответствие требованиям документации о закупке в случае, если у заказчика имеется достаточно сведений, позволяющих выяснить вопрос такого соответствия. В то же время положения названной нормы права и формальное несоответствие участника закупочной процедуры этим положениям не может являться безусловным основанием для отклонения его заявки от участия в закупочной процедуре (особенно на стадии заключения государственного контракта), поскольку обратное противоречило бы законодательно закрепленному принципу равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 ГК РФ), презумпции добросовестности участников таких правоотношений (ч. 5 ст. 10 ГК РФ), а также законодательно установленному запрету на злоупотребление правом (ч. 2 ст. 10 ГК РФ).

Кроме того, представление испрашиваемых заказчиком в настоящем случае сведений именно в форме отдельного документа является бесполезным дублированием соответствующих сведений, и без того наличествующих в заявке участника, что, в свою очередь, способно привести к созданию препятствий потенциальным участникам торгов при подаче ими заявок на участие в соответствующих конкурентных процедурах (например, сбои в работе электронной площадки при прикреплении участниками к своим заявкам соответствующих документов и, как следствие, невозможность организаторов торгов ознакомиться с этими документами) и повлечь за собой ограничение их количества.

Более того, обращает на себя внимание и бесполезность самого по себе требования о представлении соответствующих сведений в форме отдельного документа, поскольку, в отсутствие какого-либо нормативно закрепленного требования к содержанию этих сведений, декларирование своей принадлежности к числу субъектов малого предпринимательства в электронной форме или на бумажном носителе юридической разницы не имеет. Что именно поменялось бы в статусе третьего лица как субъекта малого предпринимательства при представлении им таких сведений в форме отдельного документа, заявителем не указано.

В пользу приведенного правового подхода свидетельствуют и законодательные тенденции, поскольку с 01.07.2018 декларация о принадлежности участника такого аукциона к субъектам малого предпринимательства или социально ориентированным некоммерческим организациям предоставляется с использованием программно-аппаратных средств электронной площадки. Указанное обстоятельство напрямую свидетельствует о направленности воли законодателя на облегчение участникам закупок порядка заполнения заявок на участие в аукционе без сбора и формирования лишних и никому не нужных документов.

Кроме того, следует также отметить, что в настоящем случае закупка и так проводилась среди субъектов малого предпринимательства, а потому, в силу презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений (ч. 5 ст. 10 ГК РФ), сам факт подачи участником закупки заявки на участие в ней предполагает его соответствие этим требованиям.

Доводы заявителя об обратном, обоснованные ссылками на письма Минэкономразвития России и ФАС России от 04.04.2014 №№ 7158-ЕЕ/Д28и и АЦ/13590/14 соответственно, Минэкономразвития России от 17.02.2016 № Д28и-375, подлежат отклонению на основании ч. 3 ст. 15 Конституции Российской Федерации, указа Президента Российской Федерации от 23.05.1996 № 763, взаимосвязанное толкование которых свидетельствует об отсутствии у названных документов юридической силы нормативных актов, а потому упомянутые письма не порождает никаких прав и обязанностей и не может являться обоснованием правовой позиции по спору.

Ссылки же заявителя на отсутствие сведений в отношении третьего лица в едином реестре субъектов малого и среднего предпринимательства не могут являться основание для удовлетворения заявленного требования, поскольку указанные обстоятельства не являлись основанием для отклонения заказчиком заявки третьего лица и, как следствие, не являлись предметом проверки и контроля со стороны антимонопольного органа, в то время как судебная ревизия законности ненормативных правовых актов административного органа основана исключительно на том объеме доказательственной базы и выводов, которые являлись предметом контроля и были сделаны соответствующим органом (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). Кроме того, как отмечено в судебных актах по делу № А40-43259/2017, наличие у хозяйствующего субъекта иной категории, нежели «субъект малого предпринимательства», не означает, что юридическое лицо не может фактически являться субъектом малого предпринимательства с распространением на него соответствующих прав и обязанностей.

Оценивая действия заявителя в настоящем случае в ходе рассмотрения поданных участниками закупки заявок, следует признать, что все эти действия представляли собой исключительно злоупотребление правом, направленное на максимально возможное ограничение количества участников закупки, особенно с учетом того обстоятельства, что третьим лицом была предложена наиболее выгодная цена контракта, а потому упомянутые действия применительно к ч. 2 ст. 10 ГК РФ не подлежат судебной защите.

Между тем, согласно п. 1 ч. 6 ст. 69 Закона о контрактной системе в сфере закупок заявка на участие в электронном аукционе признается не соответствующей требованиям, установленным документацией о таком аукционе, в случае непредставления документов и информации, которые предусмотрены, в том числе ч. 5 ст. 66 упомянутого закона, несоответствия указанных документов и информации требованиям, установленным документацией о таком аукционе, наличия в указанных документах недостоверной информации об участнике такого аукциона на дату и время окончания срока подачи заявок на участие в таком аукционе.

Вместе с тем, как следует из материалов дела и правильно установлено контрольным органом, заявка общества «ТЕХНОПАРК» требованиям ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок соответствовала ввиду отсутствия в действующем законодательстве императивных требований к порядку оформления декларации о своей принадлежности к числу субъектов малого предпринимательства.

В соответствии с ч. 7 ст. 69 Закона о контрактной системе в сфере закупок принятие решения о несоответствии заявки на участие в электронном аукционе требованиям, установленным документацией о таком аукционе, по основаниям, не предусмотренным ч. 6 упомянутой статьи закона, не допускается.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, Учреждением в настоящем случае заявка третьего лица была отклонена от участия в закупочной процедуре по основаниям, не предусмотренным ч. 6 ст. 69 Закона о контрактной системе в сфере закупок, поскольку заявка упомянутого лица полностью соответствовала требованиям действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок и аукционной документации.

На основании изложенного, следует согласиться с выводом контрольного органа о наличии в действиях заявителя нарушения требований ч. 7 ст. 69 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Выводы административного органа, изложенные в оспариваемом решении в указанной части, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

Приведенные же заявителем доводы об обратном представляют собой исключительно немотивированную констатацию факта его несогласия с выводами контрольного органа, что, однако, в отсутствие доказательств ошибочности таких выводов, основанием к удовлетворению заявленного требования являться не может.

В свою очередь, выданное на основании упомянутого решения предписание об устранении выявленного нарушения направлено не только на скорейшее восстановление прав и законных интересов общества «ТЕХНОПАРК» в административном порядке (ст.ст. 11, 12 ГК РФ), но также на недопущение заключения государственного контракта с нарушением требований действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок и на необходимость проведения этой процедуры в строгом соответствии с требованиями упомянутого законодательства.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что УФАС России по г. Москве, исполняя процессуальные обязанности, установленные ч. 5 ст. 200 АПК РФ и основываясь на вышеприведенных доводах, законность оспариваемых актов полагает доказанной, а правовые основания для удовлетворения заявленных требований — отсутствующими.

Согласно ч. 2 ст. 201 АПК РФ, арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным.

Судом указанные обстоятельства установлены, в связи с чем заявленные требования подлежат удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ и относятся на заинтересованное лицо

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167-170 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении требований заявителя о признании незаконным и отмене Решения и Предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве по делу № 2-57-4203/77-18 о нарушении законодательства об осуществлении закупок ГБУ «ФХУ Мэрии Москвы» от 06.04.2018 года.

Проверено на соответствие ФЗ № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

Ю.Л. Головачева