Решение от 4 апреля 2023 г. по делу № А14-21061/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А14-21061/2022
г. Воронеж
4 апреля 2023



Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Романовой Л.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «АТТИС МК», г. Воронеж (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ФИО1, г.Воронеж

о взыскании убытков с руководителя общества,

при участии в заседании:

от истца – ФИО2, директор, выписка, паспорт,

ФИО3, представитель, по доверенности от 23.11.2022, копия диплома,

от ответчика – ФИО4, представитель, по доверенности № 36 АВ 3911516 от 21.12.2022, копия диплома, ФИО5 – паспорт

установил:

общество с ограниченной ответственностью «АТТИС МК» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании убытков как с бывшего (временного) единоличного исполнительного органа в размере 13 876 405 руб.

Истец уточнил заявленные требования и просит взыскать с ответчика убытки в сумме 11861301 руб.

Суд определил: заявление об уточнении требований удовлетворить.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные исковые требования, по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска, представил возражения на исковое заявление о взыскании убытков.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 4.04.2023.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

ООО «АТТИС МК» г. Воронеж (ОГРН <***>, ИНН <***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 4.05.2007. Единственным участником общества является ФИО2, доля участия 100%. Директором общества с 22.12.2009 по настоящее время является ФИО2

Истец считает, что с 18.01.2019 по 25.10.2022 функции директора исполнял ФИО5 на основании доверенности от 18.01.2019. Фактически ФИО6 являлся единоличным исполнительным органом и осуществлял руководство деятельностью общества.

15.03.2021 ФИО5 от имени общества был заключен договор подряда № 9 с АО «Специализированный застройщик «Домостроительный комбинат», в соответствии с которым выполнялись подрядные работы на объекте Хирургический корпус БУЗ ВО Воронежский областной клинический онкологический диспансер.

Заказчиком АО «Специализированный застройщик «Домостроительный комбинат» был перечислен аванс в сумме 242904508 руб., с учетом ранее возникшей задолженности на сумму 2952942 руб., истец получил предоплату на сумме 245857451 руб., что подтверждается претензией АО «Специализированный застройщик «Домостроительный комбинат» от 3.11.2022.

Заказчиком были приняты работы на общую сумму 229028103 руб., что следует из претензии от 3.11.2022 и подтверждается данными бухгалтерского учета истца.

3.11.2022 заказчик отказался от исполнения договора, указав, что аванс в сумме 16829347,33 руб. подлежит возврату заказчику в связи с данным отказом от исполнения договора.

Согласно доверенности от 18.01.2019 сроком на 10 лет ООО «АТТИС МК» ФИО5 уполномочен представлять интересы общества, вести переговоры по всем сделкам с любыми лицами , подписывать от имени общества любые сделки , акты, накладные, счета-фактуры , счета , заявления , документы бухгалтерской и налоговой отчетности, представлять интересы общества в любых органах и организациях , открывать и закрывать счета в банках с правом распоряжения соответствующими счетами, в том числе вносить деньги, снимать, переводить их, получать выписки и чековые книжки, иметь право подписи для этого , и иные действия, как полномочного представителя юридического лица, без ограничений.

Истец считает, что ФИО5 24.01.2022 создал ООО «АРГО», в котором является учредителем с долей участия 40% и директором с 9.02.2022, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

С сентября 2022 ФИО5 фактически прекратил деятельность ООО «АТТИС МК», при этом от имени ООО «АРГО» выполнял подрядные работы на указанном объекте.

Истец указывает, что при анализе деятельности общества «АТТИС МК» выяснилось, что ответчиком ФИО1, исполнявшим обязанности единоличного исполнительного органа, поступающие от контрагентов (заказчиков подрядных работ) денежные средства (в том числе авансы) перечислялись исполнителям подрядных работ (субподрядчикам) в размерах больших, чем стоимость самих заказываемых обществу «АТТИС МК» работ.

Данные завышенные перечисления средств исполнителям работ были скрыты. Акты выполненных работ с исполнителями работ (индивидуальными предпринимателями) в расшифрованном виде (объемами, видами и стоимостью) не составлялись: потребовалась бы специальная проверка (аудит) строительной деятельности и сопоставление объемов всех строительно-монтажных работ общества с использованием строительно-технической экспертизы. Однако, из-за доверительных отношений между учредителем ООО «АТТИС МК» и ответчиком такая проверка не производилась.

Подобный систематический вывод ответчиком денежных средств из ООО «АТТИС МК» привел в итоге к несостоятельности общества, в том числе к образованию задолженности перед АО «СЗ «ДСК».

Предъявление исковых требований АО «СЗ «ДСК» к обществу «АТТИС МК» вскрыло финансовые проблемы общества и вынудило обратиться с соответствующими требованиями о взыскании убытков с ФИО1.

Обществом «АТТИС МК» подготовлен расчет убытков, причиненных ответчиком обществу, согласно которого обществом установлено следующее.

ООО «АТТИС МК» в лице ответчика заключило следующие договоры:

- «03» сентября 2018 - договор подряда № 32 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО7 (ОГРНИП: <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД -43.22 производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха);

- «20» января 2020 - договор подряда № 1 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО8 (ОГРНИП: <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД 42.21 (строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения);

- «09» ноября 2018 - договор подряда № 36 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО9 (ОГРНИП: <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД - 43.22 производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха);

- «04» сентября 2018 - договор подряда № 33 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО10 (ОГРНИП: <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД - 43.22 производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха);

- «04» сентября 2018 - договор подряда № 30 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО11 (ОГРНИП: <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД - 43.22 производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха);

- «10» февраля 2021 - договор подряда № 1 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО12 (ОГРНИП: <***>, вид деятельности по ОКВЭД 43.22 производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха);

- «03» сентября 2018 - договор подряда № 34 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО13 (ОГРНИП: <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД 43.22 производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха);

- «25» мая 2020 - договор подряда № 7 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО14 (ОГРНИП: <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД - 43.22 производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха);

- «06» июня 2018 - договор подряда № 28 «На выполнение монтажных работ на объекте» с индивидуальным предпринимателем ФИО15 (ОГРНИП: <***>, основной вид деятельности по ОКВЭД - 43.22 производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха).

Истец указывает, что согласно данным бухгалтерского учета, электронным банковским выпискам о движении денежных средств вышеуказанные индивидуальные предприниматели в период с 2020 по 2022 выполняли строительно-монтажные работы для ООО «АТТИС МК».

В 2020 ООО «АТТИС МК» перечисляло индивидуальным предпринимателям: ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12., ФИО13, ФИО14, ФИО15 денежные средства –расчет указан в дополнениях к исковому заявлению:

с 09.01 по 15.02.2020 - 3 419 470,00 р.

с 16.02 no l5.03.2020 - 2 480 404,00 р.

с 16.03 по 15.04.2020 - 2 497 403,00 р.

с 16.04 по 15.05.2020 - 2 489 161,00 р.

с 16.05 по 15.06.2020 - 2 830 148,00 р.

с 16.06 по 15.07.2020 - 3 231035,00 р.

с 16.07 по 15.08.2020 - 2 835 354,00 р.

с 16.08 по 15.09.2020 - 2 584 302,00 р.

с 16.09 по 15.10.2020 - 2 298 640,83 р.

с 16.10 по 15.11.2020 - 2 001120,00 р.

с 16.11 по 30.12.2020 - 6 021266,00 р.

В 2021 ООО «АТТИС МК» перечисляло индивидуальным предпринимателям: ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12., ФИО13, ФИО14, ФИО15 -

с 11.01 по 15.02.2021 - 2 543 626,00 р.

с 16.02 по 15.03.2021 - 2 372 728,00 р.

с 16.03 по 15.04.2021 - 7 238 928,00 р.

с 16.04 по 15.05.2021 - 3 571622,00 р.

с 16.05 по 15.06.2021 - 3 825 330,50 р.

с 16.06 по 15.07.2021 - 4 640 177,30 р.

с 16.07 по 15.08.2021 - 2 399 313,00 р.

с 16.08 по 15.09.2021 - 4 566 036,20 р.

с 16.09 по 15.10.2021 - 3 401057,42 р.

с 16.10 по 15.11.2021 - 3 746 275,70 р.

с 16.11 по 28.12.2021 - 8 089 602,86 р.

В 2022 ООО «АТТИС МК» перечисляло индивидуальным предпринимателям: ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15

с 10.01. по 15.02.2022 - 5 006 977,50 р.

с 16.02 по 15.03.2022 - 3 106 660,75 р.

с 16.03 по 15.04.2022 - 1 845 585,50 р.

с 16.04 по 15.05.2022 - 4 046 677,00 р.

с 16.05 по 15.06.2022 - 1744 142,00 р.

с 16.06 по 15.07.2022 - 5 375 035,00 р.

с 16.07 по 01.09.2022 - 3 459 690,50 р.

При этом, акты выполненных работ, подписанных от имени общества с заказчиками работ за период с 2020 по 2022 (КС-2), составили сумму меньшую на 11861301 руб. Расчет с указанием актов и стоимости выполненных работ представлен в дополнениях к исковому заявлению и приложении.

Из общей суммы актов выполненных работ истцом высчитаны стоимости непосредственно строительно-монтажных работ, соответствующие данные отражены в расчетных таблицах.

Поскольку срок выполнения работ составлял несколько месяцев, высчитанные стоимости выполненных работ разделены на количество месяцев их выполнения, получены средние значения стоимости выполнения работ на каждом из объектов в соответствующий месяц.

Полученные средние месячные значения стоимости выполненных работ на различных объектах суммированы, обществом «АТТИС МК» получены общие стоимости выполненных строительно-монтажных работ по месяцам.

Работы, срок выполнения которых переходит из одного года в другой — выделены разными цветами (в зависимости от года).

Все индивидуальные предприниматели использовали упрощенную систему налогообложения, в то время, как стоимость работ обществу «АТТИС МК» оплачивались с НДС.

Исходя из представленных расчетов, сумма переплаты индивидуальным предпринимателям (субподрядчикам ООО «АТТИС МК») составила 11 861301 руб.

Так же истец считает, что помимо вышеперечисленных выше девяти индивидуальных предпринимателей, в обществе «АТТИС МК» были работники по трудовым договорам, которые выполняли значительную часть работ вошедших в оплату ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15

Таким образом, истец считает, что ответчик, как контролирующее должника лицо, допустил ситуацию, при которой допущен отказ заказчика от исполнения договора подряда, общество не вело хозяйственную деятельность, денежные средства в указанной сумме были необоснованно выведены из активов общества. На основании вышеизложенного, руководствуясь статьей 53.1 ГК РФ, статьей 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьями 27, 125, 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец обратился в суд с настоящим требованием.

Ответчик возражает против иска по следующим основаниям.

В материалах дела отсутствуют документы и доказательства противоправности поведения ФИО5, причинно-следственной связи между вменяемыми ему действиями и наступившими отрицательными последствиями у общества в виде убытков в заявленной сумме. При обращении в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков общество не представило доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что именно недобросовестные действия (бездействие) ответчика повлекли за собой убытки для общества в заявленной сумме.

Заключенная ФИО5, как представителем ООО «АТТИС МК», сделка (договор с ДСК) в полной мере соотносилась с реальной хозяйственной деятельностью общества, а также соответствовала видам деятельности согласно ЕГРЮЛ, а именно, «Производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования».

ФИО5 с 01.11.2018 являлся заместителем директора общества по строительству, в обязанности которого также входило организация работ по объектам заказчиков, проведение встреч с заказчиками, заключение сделок.

Доводы о том, что в период действия доверенности, а именно с 18.01.2019 по 25.10.2022, функции директора общества исполнял исключительно ФИО5, являются голословными.

Руководство деятельностью общества в указанный период времени продолжал осуществлять ФИО2, как директор, который являлся его единственным участником.

ФИО5 со стороны директора общества исполняющим обязанности директора назначен не был, как и не был назначен директором общества вместо самого ФИО2

Кроме того, сама нотариальная доверенность каких-либо исключительных полномочий для ФИО5 не предоставляла. У ответчика, например, отсутствовало право доступа к расчетному счету, осуществления денежных перечислений, а также получения кредитов .

В действительности, причиной нарушения своих обязательств со стороны ООО «АТТИС МК» перед АО СЗ «ДСК» по договору строительного подряда № 9 от 15.03.2021 послужило указание директором ООО «АТТИС МК» Чижик-Полейко СВ. о приостановке всех работ по данному договору без объяснения причин.

Указанное и стало поводом предъявления претензий со стороны АО СЗ «ДСК» о возврате уплаченного аванса.

Суд считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений пункта 4 статьи 225.1. АПК РФ арбитражные суды рассматривают, в том числе, дела по спорам, связанным с ответственностью лиц, входящих или входивших в состав органов управления и органов контроля юридического лица, являющегося коммерческой организацией, а также некоммерческим партнерством, ассоциацией (союзом) коммерческих организаций, иной некоммерческой организацией, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей, некоммерческой организацией, имеющей статус саморегулируемой организации в соответствии с федеральным законом.

В рассматриваемом случае, обращаясь с исковыми требованиями о привлечении ответчика к ответственности, истец ссылался на недобросовестность и неразумность действий ответчика, выразившуюся в заключении договоров подряда и оплатой работ в необоснованном размере.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя.

Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьи право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

При этом согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем должно быть доказано наличие в действиях руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений и желания погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Таким образом, для привлечения единоличного исполнительного органа к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу ст. 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, а также невозможностью исполнения обязательства основным должником.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ. Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 даны разъяснения, согласно которым необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Суд считает, что ФИО5 осуществлял фактическое руководство обществом; обладал полномочиями совершать сделки от имени общества, основанными на доверенности, имел возможность в силу должностного положения заместителя руководителя и наличия вышеуказанной доверенности определять действия общества, то есть является контролирующим лицом.

При этом наличие руководителя общества ФИО2, причины неисполнения им обязанностей, действия ФИО2 , не внесение сведений в ЕГРЮЛ. о единоличном органе в отношении ответчика, не означает, что ФИО5 не может быть признан контролирующим должника лицом.

Полномочия ФИО5 , указанные в доверенности от 18.01.2019 сроком на 10 лет, (представлять интересы общества, подписывать от имени общества любые сделки, акты, накладные, счета-фактуры, счета, заявления, документы бухгалтерской и налоговой отчетности, представлять интересы общества в любых органах и организациях, открывать и закрывать счета в банках с правом распоряжения соответствующими счетами, в том числе вносить деньги, снимать, переводить их, получать выписки и чековые книжки, иметь право подписи для этого , и иные действия, как полномочного представителя юридического лица, без ограничений) позволяют сделать вывод о том , что он являлся контролирующим должника лицом.

Из приведенных положений закона следует, что ответственность контролирующих должника лиц наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства подконтрольным обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила в результате выполнения обществом указаний контролирующих лиц и такие указания носили заведомо недобросовестный и неразумный характер, например, когда такие лица при наличии у общества достаточных средств для погашения кредиторской задолженности уклонялись от исполнения денежных обязательств перед кредиторами, скрывали имущество, выводили активы, совершали действия, заведомо ухудшающие финансовое положение общества, и т.п.

ООО «АТТИС МК» по состоянию на дату подачи иска и рассмотрения спора судом является действующим юридическим лицом, то есть лицом, правоспособность которого не прекращена, а, следовательно, не исчерпаны все механизмы для взыскания задолженности и убытков с контрагентов по договорам подряда.

Обстоятельства финансового состояния общества, данные бухгалтерской и финансовой отчетности, на которые ссылается истец в обоснование заявленных требований, не свидетельствуют о недобросовестности и о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Юридическое лицо осуществляет экономическую деятельность с учетом предпринимательских рисков, финансовые результаты не могут безусловно ложиться на руководителя должника.

Суд считает, что истец не доказал факты недобросовестности или неразумности действий ответчика, поскольку заключаемые им договоры имели хозяйственный характер, относились к основному виду деятельности истца, исполнялись. Превышение объемов работ и излишне оплаченные денежные средства, на которые ссылается истец, не имеют конкретного документального подтверждения. Кроме того, отсутствуют доказательства, подтверждающие получение ответчиком выгоды от заключения данных договоров.

Кроме того , данные договоры подряда не заключались ответчиком , часть их были заключены до момента оформления доверенности на имя ФИО5

Так же не доказаны факты вывода ответчиком денежных средств из общества в свою пользу или иные факты неразумности его действий.

31.03.2023 истец обратился в арбитражный суд с исками к ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 о взыскании неосновательного обогащения по договорам подряда, то есть воспользовался правом на судебную защиту.

Доказательства, позволяющие суду прийти к противоположному выводу, истцом в материалы дела не представлены (статьи 65 и 9 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, арбитражный суд считает, что не доказан факт о недобросовестности либо неразумности в действиях ответчика и об отсутствии совокупности условий, необходимых для их привлечения к субсидиарной ответственности.

Исходя из изложенного, суд считает, что требования истца не являются обоснованными и не подлежат удовлетворению.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца. Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «АТТИС МК», г. Воронеж (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 82306 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Воронежской области.

Судья Л.В.Романова