Постановление от 16 октября 2024 г. по делу № А14-11076/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

«

Дело № А14-11076/2023
г.Калуга
16» октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14.10.2024 Постановление изготовлено в полном объеме 16.10.2024

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего судьи Егоровой С.Г., судей Белякович Е.В., Захарова К.Т.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дементьевой Т.А., при участии в судебном заседании:

от публичного акционерного общества «ТНС энерго Воронеж»: ФИО1, представитель по доверенности N 11-06/1510 от 01.06.2023;

от акционерного общества «Воронежская горэлектросеть»: ФИО2, представитель по доверенности N 300 от 18.10.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Воронежской области кассационную жалобу публичного акционерного общества «ТНС энерго Воронеж» на решение Арбитражного суда Воронежской области от 02.05.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляцион6ого суда от 26.07.2024 по делу № А14-11076/2023,

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «ТНС энерго Воронеж» (далее - истец, ПАО «ТНС энерго Воронеж», ОГРН <***>, ИНН <***>) обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Воронежская горэлектросеть» (далее - ответчик, АО «Воронежская горэлектросеть», ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 755 637 руб. убытков в виде понесенных судебных расходов при рассмотрении исков потребителей к гарантирующему поставщику о взыскании неосновательного обогащения в виде величины технологических потерь электроэнергии (с учетом увеличения размера исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ, Кодекс).

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 02.05.2024, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляцион6ого суда от 26.07.2024, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не соглашаясь с вынесенными судебными актами, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также неправильное применение нормам материального права, истец обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

Позиция кассатора мотивирована тем, что возложение на него судебных расходов по спору с потребителями вызвано действиями ответчика, неверно определившего процент технологических потерь в сетях потребителей.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель истца поддержал доводы кассационной жалобы по изложенным в ней мотивам.

Представитель ответчика возражал против доводов кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Как установлено судами двух инстанций и следует из материалов дела, между ПАО «ТНС энерго Воронеж» (гарантирующий поставщик) и АО «Воронежская горэлектросеть» (сетевая организация) заключен договор купли-продажи электрической энергии в целях компенсации потерь в сетях сетевой организации N 0110 от 20.11.2018 (ранее договор N 0110 от 10.08.2012).

Согласно п. 3.2 договора фактически переданное потребителю количество энергии (объем покупки электрической энергии и оказанных услуг за расчетный период) определяется на основании приборов учета энергии в порядке, предусмотренном разделом N 5 договора, по расчетным приборам учета, указанным в приложении N 2.

На основании п. 2.2.2 договора на сетевую организацию возложена обязанность по передаче сведений о количестве фактически принятой и переданной энергии. Показания приборов учета передаются потребителем гарантирующему поставщику и смежной сетевой организации по всем точкам отдачи (потребителя и третьих лиц) и точкам технологического присоединения потребителя и третьих лиц ежемесячно в письменной форме в виде акта снятия показаний расчетных приборов учета (3.5 договора).

Пунктами 2.2.11, 2.2.12 договора предусмотрена обязанность сетевой организации по ежемесячной передаче гарантирующему поставщику по согласованной форме баланса электрической энергии, а также информации об объеме потребления электрической энергии, объеме оказанных услуг по передаче электрической энергии, объеме безучетного потребления электрической энергии, объеме электрической энергии (мощности), подлежащей покупке сетевой организацией в целях компенсации потерь за расчетный период.

Между гарантирующим поставщиком и потребителями электрической энергии ООО «Дон-Полимер», ООО ТД «УпакТрейд», ООО «Тортьяна», а также АО «Металлоптторг» были заключены договоры энергоснабжения от 01.03.2013 N 05691, от 09.01.2020 N 17968, N 08216 от 01.03.2013, N 06023 от 01.03.2013 соответственно.

Судебными актами по делам N А14-19796/2020 и N А14-12720/2021 по искам потребителей к гарантирующему поставщику установлено, что гарантирующий поставщик поставлял потребителям электрическую энергию (мощность) в рамках договора, предъявляя потребителю ежемесячно к оплате счета-фактуры, которые оплачены истцом полностью.

По делам N А14-16382/2020 и N А14-15859/2020 судом установлено, что при определении объема поставленной электрической энергии использовались показания приборов учета, скорректированные на величину потерь - 12,24% в связи с тем, что указанные приборы учета расположены не на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики смежных субъектов розничного рынка.

Объем поставленного ресурса определен поставщиком с учетом величины потерь 12,24%, согласованной в Приложении N 2 к договору с потребителем.

При этом акт разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности, составленный между ОАО «Воронежская сетевая компания» и потребителем, информации о наличии потерь в сетях потребителя от границы балансовой принадлежности до места установки приборов учета не содержит. Доказательств того, что схема электроснабжения менялась, в материалы дела не представлено.

Актами АО «Воронежская горэлектросеть» подтверждается место установки приборов учета в ТП1100, РУ 0,4 кВ. Кроме того, в письме АО «Воронежская горэлектросеть» указано, что в связи с тем, что расчетный прибор электроэнергии установлен на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики, процент предъявляемых потерь должен составлять 0% (в соответствии с п. 144 Постановления Правительства РФ N 442 от 04.05.2012).

По делу N А14-19796/2020 судом установлено, что в приложении N 2 к договору между поставщиком и потребителем по точке поставки N 1 величина потерь определена в размере 5,92%, по точке поставки N 2 - 2,66%, соответственно, объем, выставленный истцу, определялся ответчиком с учетом величины потерь 5,92% по прибору учета N 09830070 и 2,66% - по прибору учета N 34729810.

Вместе с тем, в соответствии с алгоритмами расчета и расчетами технических потерь между границей балансовой принадлежности и расчетными приборами учета по ТП-1099 и ТП-1100, выданными 11.11.2020 сетевой организацией (АО «ВГЭС»), процент предъявляемых потерь по ТП-1099 (прибор учета N 34729810) должен составлять 1,07%, по ТП-1100 (прибор учета N 09830070) - 1,25%.

Рассчитанные АО «ВГЭС» величины процентов технологических потерь электроэнергии по ТП-1099 в размере 1,07% и по ТП-1100 в размере 1,25%, с ноября 2020 года включены в Приложение N 2 к договору энергоснабжения от 01.03.2013 N 06023. Ввиду отсутствия в материалах дела документально обоснованного расчета величин потерь, указанных в актах от 07.06.2017 N 7595 и от 18.09.2017 N 351П, суд пришел к выводу, что расчет технологических потерь, равных 5,92% и 2,66%, производился сетевой организацией по иной, не согласованной с истцом, методике. Поскольку алгоритм расчета и расчет технологических потерь, равных 5,92% и 2,66%, сетевая организация истцу не предоставляла, у последнего не было возможности проверить расчет технологических потерь на их соответствие Инструкции N 326.

По делу N А14-12720/2021 судом установлено, что в Приложении N 2 к договору между гарантирующим поставщиком и потребителем по точке поставки

величина потерь определена в размере 6,32%. Ввиду отсутствия в материалах дела документального обоснования расчета величины потерь, указанных в Приложении N 2 к спорному договору - 6,32%, и в акте разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон от 09.08.2012 - 5,92%, суды пришли к выводу, что расчет технологических потерь производился сетевой организацией по иной, не согласованной с истцом, методике. Следовательно, Приложение N 2 к спорному договору и указанный акт содержат необоснованную величину процента потерь.

По искам потребителей в рамках рассмотренных Арбитражным судом Воронежской области дел N А14-16382/2020, N А14-15859/2020, N А14-19796/2020 и N А14-12720/2021 с гарантирующего поставщика (ответчика по делам) взысканы суммы неосновательного обогащения, а также понесенные при рассмотрении дел судебные расходы.

В рамках дела N А14-16382/2020 взыскано 34 990 руб. государственной пошлины, 25 000 руб. расходов по оплате экспертизы, 217 945,00 руб. расходов на оплату услуг представителя; в рамках дела N А14-15859/2020 - 11 038 руб. государственной пошлины, 180 000 руб. расходов на оплату услуг представителя; в рамках дела N А14-12720/2021 - 26 852 руб. государственной пошлины, 40 000 руб. издержек по оплате экспертизы; в рамках дела N А14-19796/2020 - 37 812 руб. государственной пошлины, 70 00 руб. судебных издержек по оплате экспертизы. 112 000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя, а всего, 755 637 руб. судебных расходов.

По мнению истца, указанные расходы связаны с признанием в процессе судебных разбирательств расчетов сетевой организацией величины технологических потерь электроэнергии ошибочными, поскольку составление актов о технологическом присоединении, актов снятия показаний приборов учета зависело от волевых действий организации, и пороки в юридических фактах, послуживших основанием для обращения в суд потребителей, явились следствием ненадлежащего исполнения сетевой организацией своих обязанностей, в том числе по договору с гарантирующим поставщиком.

Направленная в адрес сетевой организации претензия о возмещении понесенных расходов оставлена без удовлетворения, в связи с чем, истец обратился с настоящим иском в суд о взыскании убытков.

Разрешая спор по существу, суды двух инстанций, руководствуясь нормами статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

В соответствии со статьей 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых

положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

По смыслу названных правовых норм применение гражданско-правовой ответственности по возмещению убытков возможно лишь при наличии одновременно следующих условий: факт причинения убытков, факт противоправного поведения, причинная связь между противоправным поведением и возникшими убытками, а также вина лица, причинившего убытки (его размер).

Указанные обстоятельства в совокупности образуют состав правонарушения, являющийся основанием для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков. Отсутствие хотя бы одного из названных условий исключает ответственность лица по требованию о возмещении убытков.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником. Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например обстоятельств непреодолимой силы (п. 2 и п. 3 ст. 401 ГК РФ).

Решениями Арбитражного суда Воронежской области по делам N А1416382/2020, N А14-15859/2020, N А14-19796/2020 и N А14-12720/2021 с истца в пользу ООО «Дон-Полимер», ООО ТД «УпакТрейд», ООО «Тортьяна» и АО «Металлоптторг» взысканы судебные расходы по оплате госпошлины, судебной экспертизы, услуг представителей потребителей гарантирующего поставщика.

Согласно п. 194 Основных положений N 442 сетевая организация передает до 10-го числа месяца, следующего за расчетным периодом, соответствующему гарантирующему поставщику способом, позволяющим подтвердить факт получения, в письменном виде либо в электронном виде, заверенном электронной цифровой подписью, информацию об объеме потребления электрической энергии, объеме оказанных услуг по передаче электрической энергии, объеме безучетного потребления электрической энергии, объеме электрической энергии (мощности), подлежащей покупке сетевой организацией в целях компенсации фактических потерь электрической энергии, за текущий расчетный период.

В случае если сетевая организация, приобретающая электрическую энергию (мощность) для целей компенсации потерь у гарантирующего поставщика, не представила указанную информацию, такой гарантирующий поставщик определяет

фактические потери в объектах электросетевого хозяйства такой сетевой организации в соответствии с пунктом 195 настоящего документа.

Действующим законодательством на сетевую организацию также возложена обязанность по осуществлению расчета величины технологических потерь электрической энергии, в случаях, когда расчетный прибор учета расположен не на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) смежных субъектов розничного рынка.

В силу абз. 1 п. 148 Основных положений N 442 в случае если прибор учета расположен не на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) смежных субъектов розничного рынка, то объем потребления (производства, передачи) электрической энергии, определенный на основании показаний такого прибора учета, в целях осуществления расчетов по договору подлежит корректировке на величину потерь электрической энергии, возникающих на участке сети от границы балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) до места установки прибора учета. Расчет величины потерь осуществляется сетевой организацией в соответствии с актом уполномоченного федерального органа, регламентирующим расчет нормативов технологических потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям.

Между тем, в ряде случаев (дело N А14-16382/2020, А14-15859/2020) судом установлено, что прибор учета расположен на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики, что отражено в актах разграничения балансовой принадлежности.

Таким образом, понесенные лицами, участвующими в деле, в рамках рассмотрения исков в арбитражном суде судебные расходы не являются убытками в гражданско-правовом смысле, поскольку связаны с реализацией не гражданско- правовых, а процессуальных прав и обязанностей сторон.

То обстоятельство, что ответчиком, как сетевой организацией, при формировании ежемесячных показаний приборов учета, корректировался предъявляемый к оплате объем электрической энергии на величину технологических потерь для потребителей истца - ООО «Дон - Полимер», ООО ТД «УпакТрейд», ООО «Тортьяна», АО «Металлопторг», не является непосредственной причиной для возникновения обязанности уплаты госпошлины или возмещения судебных расходов.

Между истцом и ответчиком не заключено договора на оказание услуг по передаче электрической энергии в силу которого, ответчик принимал на себя услуги по передаче электрической энергии посредством осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или ином установленном федеральным законом основании, а заказчик обязуется оплачивать услуги исполнителя в порядке, установленном договором оказания услуг по передаче электрической энергии.

На основании вышеизложенного, суды пришли к правильному выводу о том, что взысканные арбитражным судом в рамках дел N А14-16382/2020, N А1415859/2020, N А14-19796/2020 и N А14-12720/2021 судебные расходы не находятся в причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением сетевой организацией обязательств по договору оказания услуг, не связаны

непосредственно с восстановлением нарушенного вследствие причинения ущерба права, в связи с чем не подлежат взысканию с сетевой организации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суды установили, что судебные расходы, которые возникли в связи с рассмотрением судами споров, вызваны бездействиями самого гарантирующего поставщика, не удовлетворившего добровольно требования потребителя в досудебном порядке.

Гарантирующий поставщик добровольно не удовлетворил требования потребителей о возврате излишней платы за электроэнергию (стоимость технологических потерь), как профессиональный участник взаимоотношений по поставке энергоресурса, со своей стороны не предпринял действий по выявлению обоснованности внесения в договор между ним и потребителем размера технологических потерь, не учел сведения акта разграничения эксплуатационной ответственности и иные обстоятельства, в том числе не удостоверился при заключении договора в обоснованности величины технологических потерь и месте расположении прибора учета, что привело к судебному разбирательству и несению судебных расходов.

Суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу, что истец, являющийся специализированной организацией в спорных отношениях, обладающей специальными познаниями, не представил документального подтверждения принятия со своей стороны необходимых, доступных и возможных мер по предотвращению или уменьшению убытков, в том числе и на досудебной стадии по делам о взыскании потребителями неосновательного обогащения с него, в рамках переплаты по договорным обязательствам.

Соответственно, правомерны выводы судов, что именно бездействие ПАО «ТНС Энерго Воронеж», находится в причинно-следственной связи с несением истцом дополнительных судебных расходов, в том числе расходов на экспертизу, которой возможно было избежать, при заинтересованности гарантирующего поставщика в урегулировании разногласий с его потребителями.

Гарантирующий поставщик, возражая против предъявленных к нему требований, должен был оценить судебную перспективу спора, однако на досудебной стадии споров не провел надлежащий анализ, не использовал имеющийся у него потенциал и компетентность соответствующих служб или независимых специалистов и не дал техническую и правовую оценку доказательствам, что привело к отрицательному для него результату и неблагоприятным последствиям.

Более того, выводы суда по делу N А14-16382/2020 обжалованы лишь в апелляционную инстанцию, а последующие дела N А14-15859/2020, N А1419796/2020 и N А14-12720/2021, гарантирующим поставщиком не обжаловались, то есть спорности выводы суда не вызывали.

В этой связи оснований для вывода о том, что понесенные истцом судебные расходы по делам находятся в прямой причинно-следственной связи с фактом неверного определения ответчиком размера технологических потерь электрической энергии, у судов в рамках разрешения настоящего дела не имелось.

Довод истца о том, что АО «ВГЭС», привлеченный к участию в делах N А1416382/2020, N А14-15859/2020, N А14-19796/2020 и N А14-12720/2021 в качестве третьего лица, в ходе рассмотрения дел настаивал на правомерности

произведенного им расчета потерь, не имеет правового значения для разрешения настоящего спора.

Напротив, из судебных актов следует, что ПАО «ТНС Энерго Воронеж», являясь ответчиком по указанным делам, мог исключить несение судебных расходов путем удовлетворения требований потребителей во внесудебном порядке, так как АО «ВГЭС» до всех судебных разбирательств рассчитало процент потерь по каждой точке поставки в соответствии с требованиями действующего законодательства.

На основании расчетов, сделанных сетевой организацией до последующих судебных разбирательств, ПАО «ТНС энерго Воронеж» внесло изменения в договоры энергоснабжения с потребителями, установив новый процент потерь согласно расчетов сетевой организации, но отказалось в добровольном порядке произвести перерасчёт поставленной электроэнергии в ранний период, что и послужило обращением потребителей в суд с исками о взыскании неосновательного обогащения и явилось следствием несения истцом по настоящему делу дополнительных судебных расходов.

Более того, в рамках заключенного договора купли-продажи электрической энергии на компенсацию потерь АО «ВГЭС» произвело корректировку ранее выставленных объемов истцу и оплатило электрическую энергию.

Таким образом, добровольное неудовлетворение требований потребителей за прошлый период, при наличии со стороны сетевой организации обоснованного расчета процента потерь в 2020 году, доведение рассмотрения спора до суда по иску потребителей к истцу, обусловлено лишь экономическими рисками самого истца.

Кроме того, истец мог признать исковые требования, заключить мировое соглашение с потребителями, для минимизации процессуальных расходов. АО «ВГЭС», являясь третьим лицом по указанным делам, а не соответчиком по делу, не обладает правом на признание иска в соответствии с процессуальным законодательством.

Соответственно, понесенные истцом, участвующим в деле, судебные расходы, в свою очередь, не являются убытками в гражданско-правовом смысле, поскольку связаны с реализацией не гражданско-правовых, а процессуальных прав и обязанностей сторон в рамках самостоятельных судебных процессов (ст. 9 АПК РФ).

Выводов о наличии вины сетевой компании (третьего лица), а не ответчика в возникновении убытков, указанные судебные акты также не содержат.

Ссылки истца на договор купли-продажи электрической энергии в целях компенсации потерь в сетях сетевой организации также не обоснована, поскольку данный договор подразумевает покупку потерь, определяемых в порядке п. 50 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утв. Постановлением Правительства РФ № 861 от 27.12.2004.

В рассматриваемом случае АО «ВГЭС», предъявляя к объему показания приборов учета электрической энергии, руководствовался заключенными договорами между истцом и потребителями.

Фактически все доводы кассатора сводятся к выражению несогласия с выводами нижестоящих судов, однако по существу их не опровергают, и

направлены исключительно на их переоценку, а также основаны на неверном толковании норм действующего законодательства и обстоятельств дела.

Убедительных доводов, основанных на доказательной базе, и позволяющих отменить или изменить оспариваемые судебные акты, кассационная жалоба не содержит.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 25 февраля 2010 года № 306-О-О, по установленному Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации правилу, исследование и оценка доказательств по делу - прерогатива суда первой инстанции (статьи 135, 136, 153, 159, 162, 168 и 170). В силу положения части 1 статьи 288 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет обоснованность обжалуемого судебного акта лишь в той мере, в какой это необходимо для проверки соответствия проверяемого акта нормам материального и процессуального права, исходя из установленных статьей 286 названного Кодекса пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражных судов двух инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм процессуального права, при принятии обжалуемых решения и постановления не выявлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм права и не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Центрального округа

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Воронежской области от 02.05.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляцион6ого суда от 26.07.2024 по делу № А1411076/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.Г. Егорова

Судьи Е.В. Белякович

К.Т. Захаров