Решение от 1 марта 2025 г. по делу № А46-24260/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, г. Омск, 644024; тел./факс (3812) 31-56-51/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

№ дела

А46-24260/2024
02 марта 2025 года
город Омск



Резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании 20 февраля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 02 марта 2025 года.

Арбитражный суд Омской области в составе судьи Лариной Е.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Астаховой К.О., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО2 (ИНН <***>) о взыскании 486 509 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3, по доверенности от 27.05.2023,

от ответчика – не явился, извещен,

от третьего лица – не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - ИП ФИО1, истец) обратился в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании 486 509 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ЖКО № 5», а также расходов по оплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Омской области от 15.01.2025 указанное исковое заявление принято к производству, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечено общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ЖКО №5».

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме.

Ответчик и третьи лица, извещенные надлежащим образом о дате времени рассмотрения дела, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, отзыв на исковое заявление не представили.

При отсутствии возражений сторон суд в порядке ч. 4 ст. 137 АПК завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в первой инстанции.

На основании статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено при данной явке по имеющимся доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, оценив представленные доказательства, выслушав мнение истца, суд установил следующие обстоятельства.

09.02.2010 общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ЖКО № 5», зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в качестве юридического лица.

01.12.2019 между ООО «УК ЖКО №5», в лице директора ФИО2 (заказчик) и ИП ФИО1 (исполнитель) заключен договор № 110 оказания услуг путем предоставления специальной техники для оказания услуг (далее – договор).

Согласно пункту 1.2 договора исполнитель предоставляет следующую технику:

- автовышка 15 метров - стоимость часа работы 1 000 руб.,

- автовышка 25 метра - стоимость часа работы 1 100 руб.

В соответствии с пунктом 2.1 договора стоимость оказываемых услуг исполнителем по договору определяется договорной ценой и рассчитывается по фактически отработанному количеству рейсов единицы автотранспорта или фактически отработанному времени каждой единицы спецтехники в течение одного машино-часа (машино-смены) с учетом НДС (0%).

Пунктом 2.2.2 договора в качестве формы оплаты предусмотрена 100% предоплата.

За период действия договора истцом оказаны услуги на сумму 1 232 550 руб. ООО «УК ЖКО №5» произведена частичная оплата на сумму 720 000 руб.

Решением Арбитражного суда Омской области от 28.06.2021 по делу №А46-1808/2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

На основании вышеуказанного судебного акта 25.08.2021 выдан исполнительный лист серия ФС № 029673506, на основании которого службой судебных приставов возбуждено исполнительное производство №2470/22/55007-ИП от 13.09.2021.

11.08.2023 исполнительное производство №2470/22/55007-ИП от 13.09.2021 окончено в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание.

Длительное неисполнение ООО «УК ЖКО №5» обязательств по оплате явилось основанием для обращения предпринимателя в Управление Федеральной Налоговой службы по Омской области с заявлением о привлечении директора ООО «УК ЖКО №5» ФИО2, к административной ответственности по части 5 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановлением от 22.02.2022 № 33-Б/2022 ФИО2 привлечён к административной ответственности по части 5 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

По причине неисполнения обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве ООО «УК ЖКО №5»,  постановлением от 15.06.2022 № 5-327/2022 ФИО2 привлечён к административной ответственности по статье 19.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

ИП ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «УК ЖКО №5» несостоятельным (банкротом), которое определением Арбитражного суда Омской области от 19.05.2023 принято к рассмотрению в рамках дела №А46-8384/2023.

Определением Арбитражного суда Омской области от 16.10.2023 производство по делу №А46-8384/2023 о несостоятельности (банкротстве) ООО «УК ЖКО №5» прекращено, в связи с отсутствием у ООО «УК ЖКО № 5» имущества, которое обеспечивало бы возмещение расходов по делу о банкротстве.

Полагая, что в результате противоправного, недобросовестного и неразумного поведения директора ООО «УК ЖКО №5» ФИО2, выраженного в следующих действиях/бездействии:

1) в безвозмездном списании в свою пользу и пользу третьих лиц денежных средств, принадлежащих обществу;

2) не принятие мер к взысканию имеющейся у ООО «УК ЖКО №5» дебиторской задолженности,

истец обратился в суд с иском о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Омской области от 25.07.2024 по делу А46-20764/2023 ФИО2 привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Управляющая компания ЖКО №5», вытекающим из договора оказания услуг № 110 в сумме 641 326 руб., из которых:

512 550 руб. – сумма основного долга;

88 750 руб. – сумма неустойки по 20 июля 2020 года;

25 000 руб. – расходы по оплате услуг представителя

15 026 руб. – расходы по уплате государственной пошлины.

В связи с наличием у ООО «Управляющая компания ЖКО №5» задолженности по договору оказания услуг № 110 по уплате неустойки на сумму основного долга за период с 01.11.2020 по 15.11.2023, ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Омской области с иском о взыскании данной задолженности.

Решением Арбитражного суда Омской области от 22 января 2024 года по делу А46- 21412/2023 исковые требования ИП ФИО1 к ООО «Управляющая компания ЖКО №5» удовлетворены, взыскана задолженность по уплате неустойки в сумме 474 575 руб. и 11 934 руб. государственной пошлины.

По заявлению ИП ФИО1 исполнительный лист направлен судом в службу судебных приставов.

ОСП по Ленинскому АО г. Омска возбуждено исполнительное производство 217977/24/55002-ИП от 22 июля 2024 года, которое окончено судебным приставом- исполнителем 27 августа 2024 года на основании пункта 4 части 1 статьи 46 ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи с отсутствием имущества у должника.

По утверждению истца, ответственность ФИО2 за неисполнение договорных обязательств установлена решением Арбитражного суда Омской области от 25 июля 2024 года по делу А46-20764/2023, которым он привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Управляющая компания ЖКО №5», в связи с чем, имущественная ответственность по обязательству ООО «Управляющая компания ЖКО №5» по уплате неустойки на указанное основное требование также подлежит возложению на ФИО2.

Истец просит учесть, что ФИО2 в установленном законом порядке не обратился с заявлением о банкротстве ООО «Управляющая компания ЖКО №5» при наличии очевидного признака банкротства организации, за что привлечён к административной ответственности; ФИО2 проигнорировал требования суда о предоставлении документов об имущественном положении «Управляющая компания ЖКО №5» в связи с возбуждением дела о банкротстве А46-8384/2023; согласно сведениям бухгалтерской отчётности, имеющимся в свободном доступе в сети интернет https://www.list-org.com/company/6228318/report, ООО «Управляющая компания ЖКО №5» на 2022 год обладало дебиторской задолженностью в сумме 42 732 000 рублей. На 2020 год у ООО «Управляющая компания ЖКО №5» имелась нераспределенная прибыль в сумме 14 950 000 рублей. В ходе исполнительного производства ФИО2 не представил судебному приставу-исполнителю данные по дебиторской задолженности, вследствие чего исполнительное производство прекращено, требование ИП ФИО1 осталось не удовлетворенным; ФИО2 в конце 2019 года создал общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Омсклидер» (ИНН <***>) с аналогичным Обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ЖКО №5» видом экономической деятельности (68.32.1 - Управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе). В то время как финансовые показатели общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Омсклидер» от года в год прирастали, показатели ООО «УК ЖКО №5» начали ухудшаться с одновременным нарастанием непогашенной кредиторской задолженности. По мнению истца, ФИО2 перевёл деятельность на другое юридическое лицо в целях уклонения от уплаты кредиторской задолженности.

Указанные обстоятельства явились причиной обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив материалы дела, выслушав мнение представителя истца, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637).

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 АПК РФ она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пунктом 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 постановления № 53.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления № 53, если производство по делу о банкротстве прекращено ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур банкротства (абзац восьмой пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве), на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства), заявитель по делу о банкротстве, задолженность перед которым подтверждена вступившим в законную силу судебным актом, вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом возложена обязанность по подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Для привлечении руководителя должника к ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, необходимо установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как разъяснено пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к требованию о взыскании убытков, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62), в отношении действий (бездействия) директора.

В пункте 1 постановления № 62 разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности, директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Таким образом, единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны, как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

При этом, директор общества, являясь единоличным исполнительным органом общества, очевидно, располагает достаточными сведениями о наличии у общества кредиторской задолженности, в связи с чем, действуя разумно и добросовестно, обязан предпринимать меры к ее погашению, что соответствует сложившимся обычаям делового оборота.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Как следует из материалов дела, единственным участником (до 04.07.2023), а также лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица (директором) ООО «УК ЖКО №5» до 21.06.2023 являлся ФИО2

Принимая на себя полномочия директора общества, именно ответчик взял на себя ответственность за организацию его текущей деятельности и совершение сделок с третьими лицами, в том числе в случае их совершения представителями от имени общества, и был обязан осуществлять контроль за действиями общества при вступлении его в правоотношения с третьими лицами.

Наличие у общества неисполненных обязательств перед истцом, подтверждено вступившим в законную силу судебным актом по делу №А46-1808/2021, которое в силу положений статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязательно как для лиц, участвующих в деле, так и для третьих лиц.

Решением Арбитражного суда Омской области от 25.07.2024 по делу №А46-20764/2023 на ФИО2 возложены негативные последствия хозяйственной деятельности общества вследствие установленной вины ФИО2 в виде привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам, вытекающим из договора оказания услуг № 110, размер которых установлен судебным актом.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик не представил доказательств в опровержение своей вины относительно невозможности удовлетворения требования кредитора, равно как и доказательств погашения задолженности.

В связи с неисполнением основного обязательства в рамках договора оказания услуг №110 на стороне общества возникли обязательства по неустойке, начисленной за иной период, начиная с 01.11.2020 по 15.11.2023 в сумме 474 575 руб., которые возложены на общество решением Арбитражного суда Омской области от 22.01.2024 по делу №А46-21412/2023.

Принимая во внимание, что неустойка, как дополнительное требование, возникла в связи с неисполнением основного обязательства по договору №110, ответственность за которое судебным актом возложена на ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности, то неустойка, подтвержденная судебным актом от 22.01.2024, также судом возлагается на ФИО2 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, в отношении которого внесены сведения о недостоверности.

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание, что ответчиком не представлены доказательства оплаты как основной, так и дополнительной задолженности, а повторное обращение в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «УК ЖКО №5» несостоятельным (банкротом) является нецелесообразным, поскольку в ходе рассмотрения дела №А46-8384/2023 судом установлено отсутствие у ООО «УК ЖКО № 5» имущества, которое обеспечивало бы возмещение расходов по делу о банкротстве, суд признает требования истца обоснованным и подлежащим удовлетворению.

С учётом установленных обстоятельств, ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ЖКО № 5» в виде взыскания денежных средств в размере 486 509 руб.

В связи с удовлетворением исковых требований расходы по оплате государственной пошлины в сумме 29 325 руб. подлежат отнесению на ответчика по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

взыскать с ФИО2 (ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ЖКО № 5» денежные средства в размере 486 509 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 29 325 руб.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в этот же срок путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Омской области.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Омской области разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Судья                                                                                                         Е.А. Ларина