Решение от 23 января 2020 г. по делу № А40-265132/2019

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-265132/19-2-1565
23 января 2020 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 16 января 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 23 января 2020 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи – Махлаевой Т.И.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по заявлению ООО "ИМПУЛЬС М"

к ответчику Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве

третье лицо: ГБОУ ШКОЛА № 1987

о признании незаконным решение от 31.07.2019г. по делу № 077/10/19-6403/2019 о проведении проверки по факту одностороннего отказа от исполнения государственного контракта

при участии в судебном заседании:

от заявителя – не явился, извещен,

от ответчика – ФИО2, по доверенности от 27.12.2019гш. № 03-77

от третьего лица – ФИО3, по доверенности № 2 от 15.01.2020 г.

УСТАНОВИЛ

ООО "ИМПУЛЬС М" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением, в котором просит признать недействительными решение Управления Федеральной антимонопольной службы г. Москвы от 31.07.2019г. по делу № 077/10/19-6403/2019 о проведении проверки по факту одностороннего отказа от исполнения государственного контракта, обязать Управление Федеральной антимонопольной службы по г. Москве устранить нарушение прав и законных интересов путем исключения сведений об ООО "ИМПУЛЬС М".

Представитель антимонопольного органа в судебном заседании возражал против удовлетворения требований.

Представитель третьего лица поддержал позицию ответчика.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, изучив представленные доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, в антимонопольный орган поступило обращение ГБОУ Школа № 1987 (далее - заказчик) о включении сведений в отношении заявителя в реестр недобросовестных поставщиков.

Оспариваемым решением антимонопольный орган включил сведения об обществе в указанный реестр, поскольку счел факт ненадлежащего исполнения заявителем своих обязательств по договору подтвержденным, а процедуру принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта — соблюденной.

В обоснование своей позиции заявитель указывает, что в целях исполнения требований Технического задания (п. 2.24.1, 2.24.2) им были заключены договора с Ассоциацией «Московский центр пожарной безопасности», предметом которых являлось осуществление Ассоциацией технического мониторинга оборудования, обеспечение работоспособности канала связи и поддержания в работоспособном состоянии аппаратуры передачи данных от СУВК. Кроме прочего, общество указывает на отсутствие в действиях общества нарушения условий контракта, поскольку замена элементов средств пожарного оборудования не входила в его предмет. При этом, общество полагает, что заказчиком изначально была некорректно сформирована аукционная документация, а именно отсутствовало заполненное Приложение № 5. Также заявитель ссылается на отсутствие у него обязанности по организации и поддержанию канала радиосвязи, ввиду чего полагает невозможным отнесение на него ответственности за периодическое отсутствие на объектах заказчика сигнала от радиосистемы передачи извещений «Стрелец-Мониторинг» до Единого дежурно-диспетчерского центра г. Москвы. На основании изложенных обстоятельств заявитель полагает оспариваемое решение незаконным и настаивает на его отмене в судебном порядке.

Доводы заявителя подлежат отклонению как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и основанные на неправильном толковании норм материального права ввиду следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, по результатам проведенного заказчиком электронного аукциона между ним и обществом «Импульс М» заключен государственный контракт № 13/1987/19АПС от 13.12.2018 на оказание услуг по техническому обслуживанию и ремонту установок пожарной автоматики и первичных средств пожаротушения (далее — контракт) в объеме и на условиях, указанных в Техническом задании (приложение № 1 к контракту).

В силу п. 3.1 контракта оказание услуг по нему осуществляется в период с 01.01.2019 по 31.07.2020. При этом исполнитель вправе досрочно оказать услуги по согласованию с заказчиком (п. 3.2 контракта).

Заказчиком 01.04.2019 составлено решение об одностороннем отказе от исполнения контракта (исх. № 124), мотивированное ненадлежащим исполнением заявителем своих обязательств по нему.

Впоследствии все полученные в ходе исполнения государственного контракта документы и сведения были направлены заказчиком в антимонопольный орган для решения вопроса о необходимости включения сведений об обществе «Импульс М» в реестр недобросовестных поставщиков.

Оспариваемым решением антимонопольный орган включил сведения о названном обществе в указанный реестр, поскольку счел факт ненадлежащего исполнения заявителем своих обязательств по контракту подтвержденным, а процедуру принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта — соблюденной.

Контракт расторгнут заказчиком 01.04.2019 по причине ненадлежащего исполнения заявителем своих обязательств по нему, о чем учреждением составлено соответствующее решение.

Согласно ч. 12 ст. 95 Федерального закона от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе в сфере закупок) решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю). Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Как подтверждается материалами дела и достоверно установлено антимонопольным органом, 01.04.2019 решение заказчика об отказе от исполнения контракта направлено в адрес заявителя посредством почтовой связи и электронной почты, что свидетельствует о соблюдении Учреждением требований ч. 12 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок и об осведомленности заявителя относительно принятого в отношении него заказчиком решения.

Согласно ч. 8 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. В соответствии с ч. 9 названной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Как усматривается из материалов дела и было упомянуто ранее, предметом контракта являлось возмездное оказание услуг.

Возможность расторжения договора возмездного оказания услуг в одностороннем порядке предусмотрена ст. 782 ГК РФ, в силу ч. 1 которой заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

Между тем, в силу абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок, ст.ст. 450, 782 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на возмездное оказание услуг является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом и заказчиком возмещены исполнителю фактически понесенные им расходы.

Вместе с тем, п. 8.1.1 контракта предусмотрена возможность его расторжения в одностороннем порядке со стороны заказчика по следующим основаниям: оказание услуг ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для заказчика срок (п. 8.1.1.1 контракта); неоднократное (от двух и более раз) нарушение сроков и объемов оказания услуг, предусмотренных контрактом, включая график оказания услуг (п. 8.1.1.2 контракта); исполнитель не приступает к исполнению контракта в срок, установленный им, или нарушает график оказания услуг, предусмотренный контрактом, или оказывает услуги так, что окончание их оказания к сроку, предусмотренному контрактом, становится явно невозможно, либо в ходе оказания услуг стало очевидно, что они не будут оказаны надлежащим образом в установленный контрактом срок (п. 8.1.1.3 контракта); если отступления в оказании услуг от условия контракта или иные недостатки результата оказанных услуг в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми (п. 8.1.1.4 контракта); в случае, если по результатам экспертизы оказанных услуг с привлечением экспертов, экспертных организаций, в заключении эксперта, экспертной организации будут подтверждены нарушения условий контракта (п. 8.1.1.5 контракта); если в ходе исполнения контракта установлено, что исполнитель не соответствует установленным документацией о закупке требованиям к участникам данной закупки, или предоставил недостоверную информацию о своем соответствии таким требованиям, что позволило ему стать победителем по результатам проведения данной закупки (п. 8.1.1.6 контракта); в случае если исполнитель отказывается от согласования новых условий контракта при изменении объема и цены контракта (п. 8.1.1.7 контракта).

Исходя из положений ст. 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде, в связи с чем, в контексте правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 08.02.2011 № 13970/10, а также в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.11.2011 № ВАС-14427/11, условия о предмете, цене контракта, периоде выполнения работ по договору, а также содержании и объеме работ о договору относятся к существенным условиям договора возмездного оказания услуг.

В настоящем случае, как следует из п. 1.1 контракта, исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги по техническому обслуживанию и ремонту установок пожарной автоматики, и первичных средств пожаротушения в объеме, установленном в Техническом задании.

Положениями п. 2.4 Технического задания определена обязанность заявителя по проведению плановых профилактических работ, устранению неисправностей и проведению текущего ремонта установок пожарной автоматики, оказанию помощи заказчику в вопросах надлежащей эксплуатации, а также по устранению замечаний, указанных в предписаниях надзорных органов, в части, касающейся функционирования и обслуживания установок пожарной автоматики и объектовых систем оповещения. Кроме того, приложением № 1 к Техническому заданию определен перечень объектов, подлежащих обслуживанию: <...>; <...>; <...>; <...>; <...>.

Письмом от 17.01.2019 № 18 заказчик указал заявителю, что в его адрес уже направлялось 10.01.2019 письмо с просьбой предоставить доступ в личный кабинет для каждого объекта, однако указанная просьба была проигнорирована обществом. Кроме прочего, заказчик указал, что на дату отправки письма в личном кабинете не отображается никакой информации о событиях на объектах, в то время как п. 2.24.6 Технического задания предусмотрен постоянный контроль за состоянием установок пожарной автоматики, а так же круглосуточная консультация заказчика при помощи телефонной связи, факсимильной и электронной почты. Указанное письмо так же содержало просьбу повторного направления специалиста с целью настройки доступа в личный кабинет.

Заявитель письмом от 21.01.2019 № 537.19 сообщил, что необходимые данные были ранее направлены в адрес учреждения. В то же время, заявитель предложил провести обучение сотрудников заказчика по его адресу, одновременно игнорируя просьбу заказчика о направлении специалиста. Впоследствии, заказчик письмом от 21.01.2019 № 23 сообщил заявителю, что с учётом полученной от него информации заказчик так и не может воспользоваться личным кабинетом, поскольку доступ в него ограничен, что является нарушением п. 2.24.1, 2.24.2 Технического задания. В то же время, заказчик сообщил, что на дату отправки письма обществом не проведено техническое обслуживание систем пожарной автоматики в текущем месяце.

При этом, заказчиком в адрес заявителя было вновь направлено письмо от 31.01.2019 № 40 с указанием на то, что требуемый логин и пароль предоставлен, однако информация, отображаемая в личном кабинете не отвечает требованиям п. 2.24.1 Технического задания, в частности, информация не отражается в режиме реального времени, нет информации о регламентных работах. Указанное письмо так же содержало в себе требование об устранение нарушений в срок до 05.02.2019.

Кроме того, в материалы дела так же представлен ответ Ассоциации «Московский ценгр пожарной безопасности» на запрос заказчика от 31.01.2019, подтверждающий, что информация в личном кабинете отражена не в режиме реального времени, как это требует Техническое задание.

Общество, письмом от 14.02.2019 № 647.19 вновь выразило несогласие с претензиями заказчика. Антимонопольный орган обращает внимание, что специалисты заявителя так и не прибыли в адрес заказчика, несмотря на его неоднократные просьбы.

Заказчик письмом от 22.02.2019 указал заявителю, что личный кабинет, предоставляемый заказчику, так и не отвечает требованиям Технического задания, что приводит к отсутствию возможности у заказчика проводить объективный контроль по техническому состоянию установок пожарной автоматики объекта и качеству предоставляемых услуг.

Впоследствии, заказчиком составлен акт проверки от 26.02.2019, согласно которому по одному из объектов установлено нарушение работоспособности оборудования и заявки на восстановление работоспособности проигнорированы. На основании указанного акта в адрес заявителя направлена соответствующая претензия.

Заявитель письмом от 26.02.2019 № 676.19 вновь выразил несогласие с претензиями заказчика, а так же сообщил, что замена оборудования не является предметом контракта, так как данный вид относится к монтажным и пусконаладочным работам, а не текущему ремонту.

Впоследствии, заказчиком неоднократно в адрес заявителя направлялись претензии от 01.03.2019 № 85, от 21.03.2019 № 112, от 29.03.2019 № 121, аналогичные по содержанию ранее направленным, которые так же были проигнорированы заявителем, последний лишь отрицал выявленные нарушения.

Указанные обстоятельства явились основанием для принятия учреждением решения от 01.04.2019 об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Как следует из содержания письма Ассоциации «Московский центр пожарной безопасности» № 2134 от 01.02.2019 на момент направления указанного письма выгрузка данных по событиям, необходимым заказчику, в личном кабинете не производится, о чём, исходя из содержания претензии, заказчик дополнительно сообщил исполнителю по контракту. Вместе с тем, вопреки позиции заявителя, из претензии следует, что данные отраженные в личном кабинете не отвечают требованиям п. 2.24.2 Технического задания, а именно отсутствует получение и обмен информацией о противопожарном состоянии объекта в реальном времени с фиксированием даты, времени и архивированием данных, нет информации о регламентных работах.

Кроме прочего, заявитель указывает, что замена оборудования не являлась предметом государственного контракта ввиду чего общество полагает безосновательными требования заказчика.

В то же время, заявителем не учтено следующее.

Согласно п. 1.1 Технического задания под текущим ремонтом понимается ремонт; выполняемый для обеспечения или восстановления работоспособности установок пожарной автоматики и состоящий в замене и/или восстановлении ее отдельных частей, в соответствии с п. 7.19 Технического задания.

В соответствии с п. 2.3 Технического задания техническое обслуживание и текущий ремонт установок пожарной автоматики проводятся с целью поддержания систем в работоспособном и исправном состоянии в течение всего срока эксплуатации, а также обеспечения их срабатывания при возникновении пожара в соответствии с п.п. 7.19, 7.30 Технического задания.

При этом, в силу п. 2.4 Технического задания техническое обслуживание и ремонт включают в себя устранение неисправностей и проведение текущего ремонта установок пожарной автоматики.

Таким образом, в состав подлежащих оказанию в рамках контракта услуг входят любые ремонтные работы, связанные с восстановлением работоспособности установок пожарной автоматики, вопреки утверждению заявителя об обратном. Отсутствие же в составе Технического задания заполненного приложения № 5 «Перечень оборудования, подлежащего техническому обслуживанию и ремонту» свидетельствует не о том, что заказчику не нужен ремонт оборудования в рамках этого контракта, вопреки утверждению заявителя об обратном, а о том, что такому ремонту подлежит абсолютно все оборудование на объектах учреждения в случае его выхода из строя, поскольку ограничительного перечня этого оборудования в составе контракта не приведено.

Отказ от осуществления замены датчиков на территории заказчика общество обосновывает отсутствием в приложении № 5 к Техническому заданию перечня запасных частей и оборудования, подлежащего замене, что, по утверждению заявителя, свидетельствует о ненадлежащем формировании учреждением своей закупочной документации и освобождает заявителя от обязанности совершения каких-либо действий в указанной части.

Так, подавая заявку на участие в закупочной процедуре и заключая впоследствии контракт, заявитель не озаботился заблаговременным разрешением вопроса о перечне запасных частей, подлежащих использованию с его стороны, несмотря на наличие в п. 3.2 Технического задания указания на необходимость закупки исполнителем запасных частей и материалов по мере необходимости для своевременного выполнения регламентных работ в процессе оказания услуг за счет исполнителя. При этом максимальный размер ремонтного фонда не должен превышать 10 % от цены контракта. Исполнитель обязан уведомить заказчика в случае, если ремонтный фонд будет израсходован полностью.

Таким образом, отсутствие в приложении № 5 к Техническому заданию перечня запасных частей, подлежащих приобретению исполнителем для своевременного и надлежащего оказания услуг, обусловлено лишь невозможностью заказчика предвидеть, какие именно элементы систем пожарной автоматики могут выйти из строя и потребуют замены, однако указанное обстоятельство не освобождает заявителя от обязанности по осуществлению ремонтных работ в рамках 10-процентного фонда, вопреки утверждению последнего об обратном. В свою очередь, отсутствие в п. 3.2 Технического задания указания минимального ремонтного фонда также не свидетельствует об отсутствии у заказчика потребности в осуществлении соответствующего ремонта, а содержит указание лишь на недопустимость превышения такого фонда 10 % стоимости контракта (для исключения убыточности исполнения этого контракта обществом).

Кроме прочего, заявитель полагает, что формирование информации, поступающей в уникальный рабочий кабинет является функцией Ассоциации МЦПБ в связи с чем, по мнению общества, у исполнителя по контракту отсутствует возможность повлиять на информацию отражённую в личном кабинете.

Нормальное функционирование личного кабинета также является самостоятельной обязанностью заявителя в рамках контракта, неисполнение которой влечет за собой несоблюдение требований и ст. 309 ГК РФ.

Решение заказчика об отказе от исполнения контракта заявителем не оспаривалось, в то время как разрешение вопроса надлежащего характера оказанных услуг находится в плоскости исключительно гражданских правоотношений и не имеет к предмету настоящего спора никакого отношения. Кроме того, никаких документов и доказательств в опровержение сделанных заказчиком в различных претензиях утверждений заявителем не представлено, а вся его позиция в ходе ведения переписки с учреждением была сведена лишь к бездоказательным ссылкам на надлежащее исполнение со своей стороны условий контракта без принятия реальных мер, направленных на разрешение возникшего спора. Подобные действия заявителя не могут быть оценены иначе, как недобросовестные и направленные на уклонение от надлежащего исполнения принятых на себя обязательств по контракту.

В соответствии с ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с ч. 10 названной статьи закона. Данное правило не применяется в случае повторного нарушения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) условий контракта, которые в соответствии с гражданским законодательством являются основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта.

В силу ч. 16 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок информация о поставщике (подрядчике, исполнителе), с которым контракт был расторгнут в связи с односторонним отказом заказчика от исполнения контракта, включается в установленном названным законом порядке в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

В этой связи, учитывая факт ненадлежащего исполнения заявителем своих обязательств по контракту, существенность допущенных им нарушений, поскольку обществом не соблюдены требования к срокам оказания услуг, их объему и содержанию, что, в свою очередь, привело к лишению заказчика тех услуг, на оказание которых он рассчитывал при заключении контракта, а также принимая во внимание то обстоятельство, что заявителем не были устранены выявленные учреждением нарушения положений контракта, а решение заказчика об одностороннем отказе от его исполнения вступило в силу, у антимонопольного органа отсутствовали правовые основания для отказа учреждению во включении сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков.

При этом неисполнение обществом договорных обязательств свидетельствует о гражданско-правовой недобросовестности, халатности и ведет к неэффективному расходованию бюджетных средств, поскольку заказчик не получает того, что он обоснованно рассчитывал получить в случае добросовестного поведения контрагента, что нарушает права Заказчика как стороны в гражданско-правовом договоре, а также нарушает публично-правовой порядок.

В соответствии с ч. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная деятельность, осуществляемая лицом на свой риск. Принимая условия заказчика, участник гарантирует добросовестность своих намерений.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства требованиями закона, иных правовых актов.

При этом документального подтверждения фактов в опровержение выводов о неисполнении обществом своих обязательств по контракту заявителем не представлено, что свидетельствует о том, что им не доказан и факт отсутствия в его действиях вины по смыслу ст. 401 ГКРФ.

В этой связи, учитывая факт неисполнения обществом своих обязательств по государственному контракту (обязательств по техническому обслуживанию и ремонту установок пожарной автоматики и первичных средств пожаротушения), существенность допущенных заявителем нарушений (несоблюдение требований к срокам оказания услуг, их объему и содержанию, что повлекло за собой лишение заказчика оказанных услуг, на которые он рассчитывал при заключении контракта), а также учитывая факт вступления в силу решения заказчика от 01.04.2019 об одностороннем отказе от исполнения указанного контракта и непринятие заявителем никаких мер, направленных на устранение выявленных заказчиком нарушений, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу о том, что заявитель не проявил ту степень заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него при исполнении государственного контракта, что в силу действующего гражданского законодательства влечет применение к нему мер как частно-правовой, так и публично-правовой ответственности.

Ссылки же заявителя на отсутствие в оспариваемом решении оценки всех представленных доказательств (не отражен детальный перечень всей переписки между сторонами по контракту) о незаконности оспариваемого акта административного органа не свидетельствует. В частности, заявителем не приведено конкретной нормы права, обосновывающей необходимость признания решения государственного органа незаконным ввиду его формирования не в соответствии с видением и требованиями заявителя, а также в связи с отсутствием в этом решении полной и детальной оценки всех фактических обстоятельств дела.

Каких-либо доказательств невозможности соблюдения заявителем требований Закона о контрактной системе либо доказательств того, что невозможность исполнения государственного контракта стала следствием противоправных действий третьих лиц. заявителем не представлено, а судом не установлено.

Таким образом, выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

Суд приходит к выводу о том, что совокупность оснований, необходимая в силу ч. 2 ст. 201 АПК РФ для признания оспариваемого решения и предписания незаконными, отсутствует, в связи с чем, требования заявителя удовлетворению не подлежат.

Согласно ч. 3 ст. 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителя.

На основании Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», руководствуясь ст.ст. 65, 68, 71, 110, 167 - 170, 176, 197-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать ООО "ИМПУЛЬС М" в удовлетворении требований полностью.

Проверено на соответствие положениям Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Т.И. Махлаева