Постановление от 25 апреля 2023 г. по делу № А40-222071/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

25.04.2023

Дело № А40-222071/21

Резолютивная часть постановления объявлена 19.04.2023

Полный текст постановления изготовлен 25.04.2023

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М.,

судей: Каменецкого Д.В., Голобородько В.Я.

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 11.04.2023);

от ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 17.08.2022);

от ФИО4 – ФИО5, ФИО6 (доверенность от 12.04.2023);

от финансового управляющего ФИО7 – ФИО8 (доверенность от 17.01.2023);

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО7 ФИО9 на определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023 по заявлению ФИО7 о признании недействительным перечисления денежных средств, совершенных с расчетного счета должника, в пользу ФИО4 на общую сумму 2 959 733 руб. и применении последствий его недействительности

по делу о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО1,



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2022 индивидуальный предприниматель ФИО10 (ИНН <***>, ОГРНИП 317774600229970) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО11, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих», о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» от 25.06.2022 № 112.

В Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление ФИО7 о признании недействительным перечисления денежных средств, совершенных с расчетного счета должника, в пользу ФИО4 на общую сумму 2 959 733 руб. и применении последствий его недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023, отказано в удовлетворении заявления ФИО7 о признании недействительным перечисления денежных средств, совершенных с расчетного счета должника, в пользу ФИО4 на общую сумму 2 959 733 руб. и применении последствий его недействительности.

Не согласившись с судебными актами по делу, финансовый управляющий ФИО7 ФИО9 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на то, что в качестве основания для признания сделки должника недействительной заявлены основания, предусмотренные п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 168 ГК РФ. В период с 09.08.2019 по 10.02.2020 Должником в пользу ФИО4 было совершено– 8 платежей на сумму 2 959 733 руб. В качестве оснований для перечисления денежных средств со стороны ФИО4 представлен договор займа от 11.04.2017. Платежи попадают в трехлетний период до момента принятия к производствузаявления о признании должника несостоятельным (банкротом) - 02.11.2021.

Согласно доводам кассатора, в материалы дела представлены доказательства фактической аффилированности ФИО10 и ФИО4 через ФИО7 и ООО «Прайм Факторинг». На момент перечисления спорных платежей ФИО10 обладал признаками объективной неплатежеспособности, что подтверждено вступившими в силу судебными актами: постановление Девятого Арбитражного Апелляционного суда от 07.07.2021 по делу №А40-87258/19; определение АС г. Москвы от 14.08.2020 по делу №А40-87258/19. Ответчик не доказал фактическую возможность передать денежные средства в таком существенном размере должнику. Должник своими действиями фактически подтвердил отсутствие заемных отношений с ответчиком в виде непредоставления документов по решению суда, а также указанием назначений платежа.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании финансового управляющего ФИО7 – ФИО8 на доводах кассационной жалобы настаивал, просил кассационную жалобу удовлетворить, обжалуемые судебные акты отменить.

Представитель финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал.

Представитель должника ФИО1 – ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Представители ФИО4 – ФИО5, ФИО6 в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

В материалы дела поступил письменный отзыв должника ФИО1, в котором указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

В материалы дела поступил письменный отзыв финансового управляющего должника ФИО1 ФИО11, в котором указано на наличие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

В материалы дела поступил письменный отзыв представителя ФИО4 ФИО6, в котором указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными законодательством Российской Федерации о банкротстве.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 названного Закона отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

На основании пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) разъяснено, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам указанной главы, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

При этом неплатежеспособность предполагается, если не доказано обратное.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (абзац тридцать третий статьи 2 Закона о банкротстве).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления N 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявитель полагает, что такие сделки являются недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ, совершены с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника и вывода ликвидного имущества.

Как установлено судами на основании материалов дела, ИП ФИО10 в период в период с 09.08.2019 по 10.02.2020 в пользу ФИО4 совершены платежи в общем размере 2 959 733 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807, пунктом 1 статьи 809 и пунктом 1 статьи 810 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

При рассмотрении обособленного сора судами установлено, что 11.04.2017 ответчик (займодавец) и должник (заёмщик) заключили Договор займа от 11.04.2017 на сумму 4 100 000 руб., проценты за пользование займом в размере 13.3 % годовых, со сроком возврата до 11.02.2020.

В силу п. 2.1. договора займа займодавец от 11.04.2017 (в день заключения договора) единовременно передает заемщику сумму займа путем передачи наличных денежных средств в момент подписания настоящего договора, а Заемщик подтверждает получение денежных средств посредством подписания настоящего договора.

В материалы дела представлена расписка, подтверждающая факт передачи денежных средств.

Как следует из разъяснений, данных в абз. 3 п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. В таких случаях также при наличии сомнений относительно времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе.

Судом отклоняется довод кассационной жалобы со ссылкой на то, что ответчик не доказал фактическую возможность передать денежные средства в таком существенном размере должнику.

Судами исследован вопрос платежеспособности займодавца, в связи с чем установлено, что в материалы дела представлены налоговые декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за спорный период, свидетельствующие о том, что финансовое положение ФИО4 позволяло выдать заем в заявленном размере. Судами также учтено, что профессиональная деятельность ФИО4 основывается, в том числе на выдаче займов. Доказательств того, что на момент совершения спорной сделки должник отвечал признакам неплатёжеспособности судам не представлено.

Судом отклоняется довод кассационной жалобы со ссылкой на то, что на момент перечисления спорных платежей ФИО10 обладал признаками объективной неплатежеспособности.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (ст. 2 Закона о банкротстве).

Устанавливая такой признак, как неплатежеспособность должника на момент совершения спорной сделки, следует учитывать, что сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (Определение Верховного Суда РФ от 21 апреля 2016 г. N 302-ЭС14-1472 по делу N А33-1677/13.)

При этом следует отличать неплатежеспособность от неоплаты конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним, однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 апреля 2013 г. N 18245/12 по делу N А47-4285/2011)

Факт неплатежеспособности должника в период заключения спорной сделки могут подтверждать в том числе следующие обстоятельства: наличие в спорный период обязательств перед иными лицами с более ранним либо уже наступившим сроком исполнения; неисполнение должником указанных обязательств, повлекшее включение кредиторов по ним в реестр требований кредиторов должника

Судами установлено, что индивидуальный предприниматель ФИО10 в период времени с 2017 года по 2020 год являлся налогоплательщиком по патентной системе налогообложения, что подтверждается Патентом МИФНС №51 по г. Москве №7751170014838 от 17.07.2017, Патентом МИФНС №51 по г. Москве №7751170016768 от 26.12.2017, Патентом МИФНС №51 по г. Москве №7751190001834 от 11.02.2019, Патентом МИФНС №51 по г. Москве №7751190003720 от 24.07.2019, Патентом МИФНС №51 по г. Москве №7751200000442 от 25.12.2019.

В 2017-2020 годах судебных споров, исполнительных производств, возбужденных в отношении должника, не имелось.

Судебный акт, подтвердивший задолженность должника принят 18.10.2021, в связи с чем, ответчик объективно не мог располагать сведениями о наличии у должника возможных признаков неплатежеспособности.

Судами обоснованно указано, что в рассматриваемом случае наличие у должника кредитных обязательств, оформленных в период с августа 2019 года по февраль 2020 года, которые в последующем не были погашены и включены в реестр требований кредиторов, само по себе не является безусловным доказательством наличия признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых перечислений, так как в указанный период должник продолжал осуществлять платежи по этим кредитным договорам.

Как установлено судом апелляционной инстанции принятые на себе кредитные обязательства исполнялись должником в соответствии с условиями договоров не менее чем до марта 2020 года, что не оспаривается финансовым управляющим Кредитора в заявлении о признании сделки недействительной, а также подтверждается размером сниженных по отношению к суммам выданных кредитов сумм непогашенного основного долга, установленных определениями Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу от 12.04.2022, 19.04.2022, 26.05.2022, 26.05.2022.

При этом судом апелляционной инстанции учтено, что помимо заявления о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств ФИО4 на общую сумму 2 959 733 руб., финансовым управляющим Кредитора также подавалось заявление о признании недействительной сделкой перечислений денежных средств ФИО12 на общую сумму 5 615 000 руб., совершенных в августе 2019 года. Факт совершения в период времени с августа 2019 года по январь 2020 года переводов на общую сумму 8 574 733 руб., ставит под сомнение довод финансового управляющего кредитора о цели вывода денежных средств, полученных в указанный период в ходе кредитования на общую сумму 4 063 179,28 руб., в связи с 2-х кратной разницей указанных сумм, также свидетельствующей о наличии собственных денежных средств.

В дальнейшем, в связи с неисполнением ФИО12 обязательств по договорам займа возбуждено арбитражное производство по делу № А40-154484/2020. В ходе осуществления производства между ФИО1 и ФИО12 было достигнуто мировое соглашение, утвержденное определением Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2021, предметом которого является признание ФИО12 факта наличия неисполненного обязательства по спорному договору на общую сумму 5 423 867,49 руб., из которых 5 415 000 руб. основного долга, 8 867 руб. 49 коп. - проценты за пользование займом.

Неисполнение ФИО12 принятых на себя обязательств весной 2020 года послужило причиной ухудшения финансового состояния должника и привело к невозможности своевременного погашения задолженности перед кредитными учреждениями.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что определением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2020 по делу № А40-87258/19, предоставленным финансовым управляющим Кредитора в подтверждение объективной неплатежеспособности, были исследованы обстоятельства предоставления ФИО1 займов ФИО7, в соответствии с условиями которых займодавец ФИО10 передает в собственность заемщика денежные средства в общем размере 2 900 000 руб., а заемщик ФИО7 обязуется вернуть займодавцу сумму займа и уплатить проценты на нее в сроки и в порядке, предусмотренные договором, в том числе, до 31.08.2018 года. В удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной было отказано, в связи с чем, данный судебный акт к обстоятельствам даты установления задолженности отношения не имеет.

При этом, определением Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2021 по делу № А40-87258/19, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.10.2021, перечисления ФИО7 в пользу ФИО1 3 100 693 руб. признаны недействительными сделками и применены последствия недействительности сделок в виде взыскания указанных денежных средств в конкурсную массу.

Именно непогашение указанной задолженности, образовавшейся в 2021 году, послужило основанием для возбуждения процедуры реструктуризации долгов по настоящему делу.

Таким образом, моментом образования задолженности перед ФИО7 является момент вступления в законную силу определения Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2021 о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания денежных средств.

Судом округа проверен и отклоняется довод кассационной жалобы, что в материалы дела представлены доказательства фактической аффилированности ФИО10 и ФИО4 через ФИО7 и ООО «Прайм Факторинг».

Судами вопрос аффилированности должника и ответчика рассмотрен и обоснованно отклонен. Как следует из обжалуемых судебных актов, в соответствии с заявлением финансового управляющего кредитора ФИО4 была аффилирована с ООО «Прайм Факторинг» в форме совместного осуществления деятельности, что, по мнению заявителя, подтверждается позицией ответчика в рамках производства Арбитражного суда Московской области по делу №А41-72607/17, а также письменными показаниями Белоусенко, приобщенными к материалам указанного дела.

Отклоняя данный довод, суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что представленная правовая позиция ответчика и показания свидетеля, указывают на наличие доверительных партнерских отношений лишь в период 2013-2016 годов.

При этом, в соответствии с мировым соглашением о добровольном погашении задолженности от 23.04.2019, представленным заявителем, ФИО4 подтвердила перед ООО «Информаудитсервис. Консалтинг и аутсорсинг», входящем в группу компания «Информаудитсервис» задолженность по 5 гражданским делам в общем размере 5 923 062,33 руб., что фактически опровергает доводы о возможной аффилированности.

Таким образом, указанные сведения в свою очередь не свидетельствуют о фактической аффилированности ФИО4, в том числе в части возможности оказания влияния на предпринимательскую деятельность юридического лица. В период осуществления полномочий генерального директора общества и после вхождения ФИО1 в состав участников ООО «НФО «Автоматизация» ФИО4 не являлась контрагентом общества, каких-либо доказательств наличия гражданско-правовых отношений финансовым управляющим кредитора не представлено.

Также судами рассмотрен вопрос и обоснованно отклонены связанные с этим доводы о наличии оснований для применения положений ст. 10, 168 ГК РФ по причине отсутствия встречного предоставления и недействительности договора займа по безденежности. Так, судом первой инстанции в установленном порядке рассмотрено заявление о фальсификации доказательств и проведении судебной почерковедческой экспертизы, в удовлетворении которого отказано на основании установленной совокупности доказательств, подтверждающих факт заключения договора займа между ответчиком и должником.

При этом в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Судами учтены разъяснения, изложенные в п. 4 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, в силу которых наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования. Применительно к настоящему спору судебная коллегия считает обоснованным вывод суда первой инстанции, что основания для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии со статьей 10 ГК РФ финансовым управляющим не раскрыты, в том числе не установлено наличие обстоятельств, указывающих на злоупотребление правом со стороны ответчика, намерения реализовать какой-либо противоправный интерес, являющийся основанием для признания сделок недействительными

Учитывая совокупность установленных обстоятельств, по результатам кассационного рассмотрения, суд округа пришел к выводу, что суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Доводы кассатора были предметом проверки судов первой и апелляционной инстанции и им дана надлежащая оценка, фактически направлены на несогласие с установленными судами фактическими обстоятельствами дела, в связи с чем не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены обжалуемых судебных актов в соответствии со ст. 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023 по делу № А40-222071/21 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья Н.М. Панькова


Судьи: Д.В. Каменецкий


В.Я. Голобородько