Апелляционное постановление № 10-6/2025 от 2 декабря 2025 г.

Дело 10-6/2025

УИД 29MS0069-01-2025-000435-62


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

п. Березник 03 декабря 2025 года

Виноградовский районный суд Архангельской области в составе председательствующего Гвоздяницы О.С.,

при секретаре Дубининой С.А.,

с участием заместителя прокурора Шенкурского района Кондратова А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвоката Некрасовой О.В. и апелляционному представлению государственного обвинителя – заместителя прокурора Шенкурского района Кондратова А.А. на приговор мирового судьи судебного участка № 1 Виноградовского судебного района Архангельской области от 23 сентября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, зарегистрированный в <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 167 УК РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 20 000 рублей.

Сохранен арест на принадлежащее ФИО1 имущество до исполнения назначенного наказания в виде штрафа.

С ФИО1 взысканы процессуальные издержки в доход федерального бюджета в сумме 5596 рублей 40 копеек.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в умышленном повреждении чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 в период с 22 часов 30 минут 21 декабря 2023 года до 01 часа 30 минут 22 декабря 2023 года на почве личных неприязненных отношений к М.А.А. и М.Ж.В.., возникших в ходе произошедшего конфликта во время совместного распития спиртных напитков, направленных на умышленное повреждение чужого имущества, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий и предвидя, что его действиями будет причинен ущерб собственникам имущества, желая наступления указанных последствий, используя металлическую монтировку, находясь на дворовой территории <адрес> в <адрес>, подошел к окну кухни квартиры № 2 указанного жилого дома, принадлежащей М.Ж.В.., нанес указанной металлической монтировкой не менее двух ударов по оконной раме окна, тем самым разбив два пластиковых стекла в окне кухни указанной квартиры, причинив своими действиями М.Ж.В. ущерб на суму 10 000 рублей, который для последней является значительным.

В апелляционном представлении прокурор, не оспаривая квалификацию действий ФИО1, указывает, что в приговоре учтено, что основания для назначения более строгого наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 260 УК РФ, мировой судья не усматривает, вместе с тем суд признал ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК РФ, в связи с чем просит изменить приговор в данной части.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, не согласившись с приговором, просит его отменить, а уголовное дело направить на новое судебное разбирательство. Указывает, что он осужден за повреждение имущества М.Ж.В. в <адрес> в <адрес>, однако из показаний потерпевшей фактически разбит стеклопакет в кухне квартиры № 1 в доме по указанному адресу, в связи с чем полагает, что инкриминируемое ему деяние им не совершалось. Также считает, что непризнание потерпевшими несовершеннолетних детей М., имеющих по 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру № 2, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Ссылаясь на размер дохода М., не соглашается с выводами суда о причинении ущерба потерпевшей в значительном размере и о наличии ее затруднительного бытового положения. Также указывает, что судом не учтено возмещение ущерба Ч.А.С. в полном объеме через день после происшествия, в связи с чем полагает, что имеет место отсутствие реального имущественного ущерба.

Адвокат Некрасова О.В. просит приговор в отношении ФИО1 отменить и вынести оправдательный приговор. Полагает, что суд не учел обстоятельства, которые влияют на квалификацию преступления, необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления в связи с отсутствием квалифицирующего признака «значительный ущерб» потерпевшей М., не устранил самостоятельно и не передал материалы уголовного дела на дополнительное расследование в части события преступления (в обвинительном заключении - квартира № 2, по факту события происходили в квартире № 1), не исключил недопустимые доказательства по делу. Ссылается на то, что каких-либо повреждений стеклопакетов в оконных рамах в кухне квартиры № 2 в ходе судебного следствия не установлено, но данным обстоятельствам оценка судом не дана. Также указывает, что несовершеннолетние правообладатели квартиры № 2 потерпевшими в рамках настоящего уголовного дела не признавались, законные представители несовершеннолетних к участию в деле не привлекались. Полагает, что протоколы осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и проверки показаний свидетеля М.О.И. на месте от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, а также протокол обыска от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного в присутствии ФИО1, имеющего на тот момент статус подозреваемого, без разъяснения ему ст. 42 УПК РФ, в отсутствие защитника, являются недопустимыми доказательствами по делу. Кроме того, ссылается на то, что в ходе обыска монтировка была выдана Ч., которая пояснила, что именно она нанесла удары указанным предметом по стеклам кухонного окна квартиры М., и при этом каких либо показаний о том, что ФИО1 данным вещественным доказательством (монтировкой) производил какие-либо противоправные действия, Ч. не давала.

Не соглашаясь с выводом суда о наличии значительного размера причиненного потерпевшей М. ущерба, указывает, что размер дохода М. превышает более чем в 13 раз установленный следствием ущерб, разбитые стеклопакеты в оконной раме не нарушили семейно - бытовое положение М., поскольку она не была лишена возможности использования помещения кухни в квартире № 1 по ее целевому назначению, продолжала готовить пищу в указанном помещении. Срок с момента происшествия до замены окна был незначительным - 5-6 дней, при этом при должной осмотрительности у М.Ж.В. имелась реальная возможность привести поврежденное имущество в пригодное для использования состояние ранее указанного срока, с учетом того, что Ч.А. возместила ей ущерб через день после происшествия.

Полагает, что ущерб, который должен был быть рассчитан исходя из заменяемых элементов - стоимости оконных стеклопакетов, составляет не более 2800 рублей и в силу примечания к ст. 158 УК РФ не может быть признан значительным для потерпевшей М.. Следовательно, производство по настоящему делу должно быть прекращено па основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ за отсутствием состава преступления.

Проверив материалы дела, заслушав прокурора, поддержавшего апелляционное представление и возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, суд приходит к следующему выводу.

Выводы мирового судьи о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании, в том числе:

- показаниями потерпевшей М.Ж.В., данными в судебном заседании о том, что 21.12.2023 после произошедшей в ее квартире ссоры с Ч-выми около 22 часов последние ушли домой. Однако через некоторое время ФИО1 вернулся, ходил около окон и кричал, чтобы ему открыли. В это время разбилось стекло в окне кухни, при этом ФИО1 что-то говорил. На следующий день Ч.А.С. принесла извинения и почти сразу перевела денежные средства. Неделю окно приходилось заклеивать пленкой, было холодно, проблематично было готовить еду. Квартира № 1 и № 2 в <адрес> являются их собственностью, они объединены в одну квартиру. Ее доход составлял 53 000 рублей, в том числе 30 000 рублей - пособия на детей. Все денежные средства в 2023 году расходовали на улучшение жилищных условий и для детей. Брак с М.А.А. был заключен уже после данных событий;

- показаниями М.А.А., данными на предварительном следствии, оглашенными на основании ст. 281 УПК РФ, о том, что 21.12.2023 после того как Ч-вы ушли из их квартиры, он с матерью М.О.И. вышли покурить. Тогда он увидел, что к ним направляется ФИО1, у которого что-то находится в руках. При этом ФИО1 что-то кричал. Он сказал матери, чтобы та закрыла дверь. Когда они зашли домой, то ФИО1 ходил около окон и кричал, в это время послышался звук разбития стекла в кухне. Кроме ФИО1 никого в это время не было. Ущерб от разбития стекол в окне причинен М. (Б.) Ж.В. в размере 10 000 рублей. Из-за разбития стекол в окне кухни пришлось заказывать новый стеклопакет, который привезли и установили лишь через неделю, это затрудняло приготовление еды, т.к. все произошло зимой;

- показаниями свидетеля М.О.И. в судебном заседании, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась в квартире у М.. Ее сын попросил закрыть дверь на крючок, пояснив, что идет ФИО1. ФИО1, дернув дверь, сказал, чтобы ее открыли. Далее она услышала, что разбилось стекло в окне кухни;

- показаниями свидетеля Р.М.Д., данными в судебном заседании, согласно которым 21.12.2023 ФИО1, после того как ушел из квартиры М., через какое-то время стал ходить вокруг их дома, кричать, а потом выбил окно в кухне;

- показаниями свидетеля К.З.А., данными на предварительном следствии, оглашенными на основании ст. 281 УПК РФ, о том, что около 23 часов ДД.ММ.ГГГГ она слышала, что в квартире М. кричал ФИО1, которого она узнала по голосу. Через некоторое время она услышала стук в окно со стороны огорода.

Доводы осужденного о том, что он не совершал преступления, которое ему инкриминировалось, были тщательно проверены мировым судьей и обоснованно отвергнуты, поскольку данные доводы опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, изложенным в приговоре.

Мировой судья правильно придал доказательственное значение протоколам осмотра места происшествия, обыска и проверки показаний на месте свидетеля М.О.И., поскольку в силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Доводы адвоката о нарушении права ФИО1 на защиту в ходе производства обыска в его жилище ДД.ММ.ГГГГ, а также недопустимости указанного протокола обыска по изложенным в апелляционной жалобе основаниям не состоятельны.

По смыслу ч. 11 ст. 182 УПК РФ участие защитника, а также адвоката того лица, в помещении которого производится обыск обязательным не является. Уголовно-процессуальным законом не предусмотрено заблаговременное уведомление участников, в частности, осужденного и его адвоката, о производстве обыска.

Из материалов уголовного дела следует, что обыск в жилище ФИО1 произведен с его участием. ФИО1 были разъяснены его права, о чем свидетельствует его подпись в протоколе. Каких-либо ходатайств и замечаний от участвующих в процессе обыска лиц не поступило.

То обстоятельство, что участвующая в ходе обыска Ч.А.С., являющаяся супругой осужденного, добровольно выдала орудие совершения преступления – монтировку, не является основанием для признания протокола обыска, а также изъятого вещественного доказательства недопустимыми доказательствами.

Ссылка стороны защиты на то, что инкриминирумое ФИО1 деяние фактически совершено в квартире №, не свидетельствует об отсутствии события преступления.

В описании события преступления указано место, где ФИО1 были совершены противоправные действия, – придомовая территория <адрес> в <адрес>.

Из материалов уголовного дела следует, что М. зарегистрирована и проживает в квартире № в доме по вышеуказанному адресу, являющимся двухквартирным. В 2023 году она приобрела в собственность квартиру № в указанном доме, после чего жилые помещения были соединены в одно жилое помещение.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 N 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», исходя из того что потерпевшим признается физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный или моральный вред (часть 1 статьи 42 УПК РФ), все иные лица, в том числе близкие родственники потерпевшего, на чьи права и законные интересы преступление не было непосредственно направлено, по общему правилу, процессуальными возможностями по их защите не наделяются. Защита прав и законных интересов таких лиц осуществляется в результате восстановления прав лица, пострадавшего от преступления.

Ссылка стороны защиты, что несовершеннолетние дети М., которым принадлежит по 1/3 доли в праве на квартиру №, необоснованно не признаны потерпевшими, не состоятельна, поскольку малолетние дети находятся на иждивении потерпевшей, и материальный ущерб действиями ФИО1 причинен последней.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы мирового судьи о том, что ущерб потерпевшей М. причинен в значительном размере, являются правильными.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», при квалификации действий лица, совершившего кражу по признаку причинения гражданину значительного ущерба судам следует, руководствуясь примечанием 2 к статье 158 УК РФ, учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство, и др. При этом ущерб, причиненный гражданину, не может быть менее размера, установленного примечанием к статье 158 УК РФ.

Согласно примечанию 2 к ст. 158 УК РФ значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее пяти тысяч рублей.

Из разъяснений, приведенных в абз. 3 п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 при решении вопроса о том, причинен ли значительный ущерб собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления поврежденного имущества, значимости этого имущества для потерпевшего, например в зависимости от рода его деятельности и материального положения либо финансово-экономического состояния юридического лица, являвшегося собственником или иным владельцем уничтоженного либо поврежденного имущества.

В ходе судебного разбирательства установлено, что противоправными действиями ФИО1 потерпевшей М. причинен материальный ущерб в размере 10 000 рублей (т.1, л.д. 141, 225, т.4 л.д.98,99, т.5 л.д. 9), который, с учетом материального положения потерпевшей, имевшей доход около 53 000 рублей, из которых 30 000 рублей – пособия на двоих малолетних детей, находящихся на ее иждивении, является значительным.

На данный вывод не влияет то обстоятельство, что М. перечислял М. денежные средства. На момент совершения ФИО1 противоправных действий М. не состояла в браке с М.. Их совместное проживание не является безусловным основанием для исключения оспариваемого признака преступления.

Доводы адвоката о расчете ущерба, исходя из стоимости элементов - оконных стеклопакетов, являются ошибочными, поскольку в указанном случае оконный стеклопакет был заменен полностью, а не его составные части.

Действия ФИО1 мировым судьей квалифицированы правильно – по ч. 1 ст. 167 УК РФ.

Наказание осужденному назначено с учетом характера и степени опасности совершенного преступления, данных о личности виновного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Вместе с тем имеются основания для изменения приговора по доводам апелляционного представления.

Как следует из приговора, мировой судья, квалифицировав действия осужденного по ч. 1 ст. 167 УК РФ, указал, что оснований для назначения более строгого наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 260 УК РФ, не усматривает, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести изменения в указанной части.

Допущенная в описательно-мотивировочной части приговора опечатка является явной технической ошибкой, не влияющей на законность принятого мировым судьей решения.

Кроме того, мировым судьей в части обеспечения исполнения назначенного наказания в виде штрафа сохранен арест на имущество ФИО1.

Однако в силу положений ч. 5 ст. 46 УК РФ принудительное взыскание штрафа, назначенного в качестве основного вида наказания, не предусмотрено.

Оснований для сохранения ареста на имущество, перечисленного в приговоре, для обеспечения взыскания процессуальных издержек, суд не находит вследствие явной несоразмерности.

Иных имущественных взысканий на осужденного не накладывалось.

При указанных обстоятельствах арест на имущество осужденного надлежит снять.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих в том числе отмену приговора, мировым судьей не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор мирового судьи судебного участка № 1 Виноградовского судебного района Архангельской области от 23 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

В описательно-мотивировочной части приговора указать, что оснований для назначения более строгого наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 167 УК РФ, не усматривается.

Снять арест на принадлежащее ФИО1 имущество:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Некрасовой О.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий О.С. Гвоздяница