Апелляционное определение № 33-10519/2025 33-273/2026 от 14 января 2026 г.

УИД – 59RS0025-01-2025-000278-04

Дело № 33-273/2026 (№2-543/2025)

Мотивированное апелляционное

определение изготовлено 15.01.2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 14.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Смирновой М.А., судей Братчиковой М.П., Аникиной К.С. при ведении протокола секретарем судебного заседания Балуевой Ю.О. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Краснокамского городского суда Пермского края от 22.09.2025.

Заслушав доклад судьи Смирновой М.А., пояснения истца ФИО1, представителя истца ФИО3, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО4, третьего лица ФИО5, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 с учетом уточнений в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером **:374 и нежилого помещения с кадастровым номером **:376, расположенных по адресу ****, от 11.12.2023 недействительным, применения последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований указано, что на основании соглашения о разделе совместно нажитого имущества, заключенного между ответчиком и третьим лицом ФИО5, ФИО1 владел на праве собственности спорным недвижимым имуществом. Данная сделка является мнимой, без намерений создать правовых последствий. Денежных средств по договору истец не получал; имущество ответчику не передавалось, акт приема-передачи имущества сторонами не подписывался, передача ключей производилась. Сделка совершена под влиянием заблуждения. В результате настойчивых уговоров ответчика, который указывал, что истец не сможет эффективно управлять своим имуществом и получать от этого доход, в связи с чем ФИО1 согласился подписать договор купли-продажи. Фактические действия ответчика были направлены на изменение условий мирового соглашения, заключенного между истцом и третьим лицом ФИО5 Сделка совершена на крайне невыгодных для истца условиях, о чем свидетельствует чрезмерное занижение цены договора относительно реальной стоимости недвижимого имущества, а также нахождение истца в момент совершения сделки в зависимом положении от ответчика, ему только исполнилось 18 лет, был на полном содержании и обеспечении ответчика. Обманными действиями, обещая вернуть впоследствии имущество обратно, ответчик планировала лишить истца указанной недвижимости и вывести указанное имущество из состава совместно нажитого. Договор был составлен ответчиком, так как истец не имел возможности грамотно составить указанный документ. Сделка совершена против воли истца, намерений продавать имущество он не имел.

Решением Краснокамского городского суда Пермского края от 22.09.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, основанное на неверном толковании норм материального и процессуального права, ссылается на неправильное установление судом обстоятельств, имеющих значение для дела. Указывает, что фактически спорный договор купли-продажи был подписан истцом 15.10.2023, однако был датирован 11.12.2023, следующим днем, когда истцу исполнилось 18 лет. Истец был вынужден заключить спорный договор, поскольку ответчик оказывала на него психологическое и моральное давление, ответчик обещала вернуть в будущем имущество, истец не имел оснований не доверять матери. Намерений продавать имущество не имел, поскольку в помещении его отец осуществлял коммерческую деятельность, о продаже имущество которого истец не предупреждал, в договоре купли-продажи отсутствует информация об условиях освобождения помещения. Цена недвижимости, указанная в договоре занижена, фактически ответчиком не уплачена, на расчетный счет истца не перечислена, документы о передаче имущества сторонами не составлялись. Судом необоснованно отклонены показания свидетеля. Истец не согласен с выводом суда о пропуске срока исковой давности и отказе суда в восстановлении данного срока. Об указанных в иске обстоятельствах истцу стало известно только 21.01.2025 из переписки с матерью, что она не собирается возвращать спорную недвижимость; относительно действительной стоимости имущества истцу стало известно из документа об оценке от 09.06.2025.

В суде апелляционной инстанции истец, его представитель на доводах апелляционной жалобы настаивали. Третье лицо ФИО5 поддержал доводы апелляционной жалобы. Ответчик, представитель ответчика полагают решение суда законным, в удовлетворении апелляционной жалобы просили отказать.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность постановленного по делу судебного решения, в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах изложенных в жалобе доводов, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно статье 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно статье 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

На основании части 1 статьи 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

В соответствии с частью 2 статьи 558 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Из материалов дела следует, что определением Кировского районного суда Пермского края от 20.10.2020 по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО5 о разделе имущества, заключено мировое соглашение, согласно пунктам 3, 3.1, 3.2 которого указано, что нежилое здание общей площадью 183,6 кв.м., этаж, с кадастровым номером **:376 и земельный участок общей площадью 457 кв.м., с кадастровым номером **:374, расположенные по адресу: ****, передаются в собственность ФИО1, дата рождения. Стороны договорились, что до наступления совершеннолетия ФИО1 имуществом, указанным в пунктах 3.1., 3.2. владеет, пользуется и распоряжается в полном объеме ответчик (без права отчуждения), т.е. дает в аренду третьим лицам, получает доход, несет расходы по уплате налогов, расходы по коммунальным платежам, капремонту, эксплуатационные расходы, сохраняя все функциональные особенности указанного имущества (т. 1 л.д. 116-119, 128-129, 144-145).

В период с 06.11.2020 по 12.12.2023 право собственности на нежилое помещение с кадастровым номером: **:376 и земельный участок с кадастровым номером: **:374, расположенные по адресу: ****, было зарегистрировано за ФИО1 (т. 1 л.д.108-115).

11.12.2023 между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества - нежилого помещения общая площадь 183,6 кв.м., этаж 1, г. ****, кадастровый номер **:376, стоимостью 150 000 рублей и земельного участка общей площадью 457 кв.м., кадастровый номер **:374, расположенного за пределами участка по адресу: ****, стоимостью 100 000 рублей (т. 1 л.д. 12-13).

Согласно пункту 2.1 договора по соглашению сторон стоимость имущества, передаваемого по договору, составляет 250 000 рублей. Цена договора является окончательной и в дальнейшем изменению не подлежит. Уплата цены договора производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца, либо наличными денежными средствами. Из пункта 2.4 договора следует, что датой исполнения обязательств покупателя по оплате считается дата зачисления денежных средств на расчетный счет продавца, либо дата передачи наличных денежных средств. Согласно пункту 3.1 договора продавец обязуется в срок передать имущество, указанное в пункте 1.1 договора в собственность покупателя в течении двух рабочих дней с момента полной уплаты, указанной в пункте 2.1 настоящего договора.

Право собственности на недвижимое имущество возникает у покупателя с момента государственной регистрации перехода права собственности от продавца к покупателю. В договоре имеются подписи сторон. В тексте договора указано собственноручно истцом, что ФИО1 получил от ФИО2 денежную сумму 250 000 рублей в счет оплаты по договору.

С 13.12.2023 право собственности на указанные объекты недвижимости зарегистрировано в ЕГРН за ФИО2 (т. 1 л.д. 32-39, 108-115). Из материалов реестрового дела на указанные объекты недвижимости следует, что заявления о переходе права собственности были поданы в регистрирующий орган ФИО2 и ФИО2 лично (т. 2 л.д. 2-4).

Согласно справке по форме 2-НДФЛ за 2021 год ФИО6 получила доход в общем размере в ИП ФИО5 в размере 84 000 рублей (л.д.75), в 2022 году ФИО2 получила доход в ИП ФИО5 в размере 101 600 рублей (т. 1 л.д. 57, 74), за 2023 год в ФКП «Пермский пороховой завод» получила доход в размере 272 969, 77 рублей (т. 1 л.д.58, 73, 204, 205), а также в 2023 году получила доход в АО «ГалоПолимерПермь» в размере 187 390,87 рублей (т. 1 л.д. 61, 70).

Из материалов КУСП № ** от 02.09.2024, следует, что согласно протокола принятия устного заявления о преступлении, принятого от ФИО2 от 03.09.2024 о выселении бывшего супруга ФИО5 из нежилого здания по адресу: **** и освобождения территории была проведена проверка (т. 1 л.д. 220-221). Постановлением от 24.10.2024 ОУР ОМВД России по Краснокамскому городскому округу отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

Из материалов КУСП № ** от 09.05.2024 следует, что по заявлению ФИО2 о том, что просит помощи для возможности осмотреть территорию земельного участка и нежилого здания, которое незаконно использует ФИО5, поскольку боится, что ее не пустят на территорию. Постановлением ОУР ОЭБ и ПК ОМВД России по Краснокамскому городскому округу от 20.05.2024 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 в связи с отсутствием состава преступления.

Из справки Пермской торгово-промышленной палаты от 09.06.2025 следует, что средняя рыночная стоимость земельного участка, общей площадью 457 кв.м., кадастровый номер **:374 по адресу : ****, составляет 300 000 рублей; средняя рыночная стоимость помещения, назначение – автосервис, общей площадью 183,6 кв.м. кадастровый номер **:376, расположенного по адресу: **** составляет 1 550 000 рублей (т. 1 л.д. 228).

Разрешая спор, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания сделки недействительной по мотиву мнимости, обмана, кабальности, злоупотребления правом. По ходатайству стороны ответчика судом применен срок исковой давности.

Судебная коллегия считает правовую позицию суда первой инстанции правильной, отвечающей установленным по делу обстоятельствам и материалам дела, выводы суда, не противоречащими нормам материального права, регулирующим спорные правовые отношения, постановленными в отсутствие существенных нарушений норм процессуального права.

Правыми основаниями для признания договоров дарения недвижимого имущества сторона истца указывает положения статьи 10, 168, пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Существо мнимой сделки сводится к сокрытию лицами, непосредственно совершившими сделку, от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, связанности этих действий не с самим фактом заключения договора купли-продажи и его исполнением как обычной сделки, отражающей подлинную волю участников, а с наступлением последствий от искусственно созданной сторонами видимости исполнения.

В силу положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Под злоупотреблением правом понимается поведение лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Кодекса пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия для причинения вреда. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Вместе с тем в соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Из чего следует, что ничтожная сделка не может быть одновременно оспоримой и, соответственно, оспоримая - одновременно ничтожной. Нельзя признать сделку недействительной по двум основаниям: как мнимую и как совершенную при злоупотреблении правом, одно основание исключает другое.

Исходя из смысла правовой нормы пункта статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

В связи с этим для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за эту вещь. По общему правилу, установленному в частью 1 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Между тем, таких обстоятельств в отношении оспариваемых договоров дарения, судом первой инстанции не было установлено, в нарушение части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относимых и допустимых доказательств опровергающих выводы суда первой инстанции апеллянтом суду апелляционной инстанции не представлено.

Проверяя доводы истца о мнимости сделки, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что стороны, совершая оспариваемую сделку, намеревались создать правовые последствия именно для данной сделки. Мотив совершения оспариваемых сделок вопреки позиции заявителя жалобы не имеет правового значения для квалификации сделки как мнимой. Оспариваемый договор купли-продажи соответствует установленным законом требованиям, составлен в письменной форме, подписан сторонами сделок, недвижимое имущество оплачено и принято покупателем, переход права собственности на спорное имущество зарегистрирован Управлением Росреестра по Пермскому краю на основании лично поданных сторонами договора заявлений, после заключения договора ответчиком совершены действия по распоряжению спорным имуществом и защитой прав на него.

Из установленных по делу обстоятельств следует, что денежные средства в уплату цены договора были получены истцом наличными в день заключения договора, о чем свидетельствует его собственноручная расписка в тексте договора. Финансовая возможность ответчика оплаты по договору денежных средств судом проверена. Доказательства обратного истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлены.

Доводы жалобы о том, что спорное имущество не передавалось от продавца покупателю, судебной коллегией отклоняются, поскольку противоречат материалам дела. Условиями договора не предусмотрена обязанность сторон на подписание акта приема-передачи имущества, право собственности возникает у покупателя с момента государственной регистрации. Из пояснений сторон следует, что контроль за имуществом истцом утрачен после заключения оспариваемого договора, распоряжение имуществом осуществлялось непосредственно ФИО2, что свидетельствует о поступлении спорного имущества в ее владение и пользование. Факт передачи спорного имущества также подтвержден протоколом осмотра доказательств от 31.03.2025, поскольку в ходе переписки ФИО1 подтвердил факт совершения сделки и перехода имущества к ответчику.

Вопреки доводам жалобы факт заключения оспариваемого договора и его фактического исполнения свидетельствуют о порождении правовых последствий, намерении сторон исполнять обязательства, вытекающие из спорных сделок. Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что правовые основания для признания договора мнимой сделкой, влекущей согласно статье 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации ее недействительность, отсутствуют, поскольку покупатель произвел оплату по оспариваемому договору, зарегистрировал переход права собственности, т.е. не только имел намерение создать соответствующие заключенной сделке правовые последствия (приобрести право собственности на имущество), но и совершил для этого необходимые действия.

Не влекут отмену обжалуемого решения доводы жалобы о том, что истец не имел намерений продавать спорное имущество, так как не ставил ФИО5, осуществляющего в нежилом помещении коммерческую деятельность, в известность о продаже имущества, поскольку указанные обстоятельства не являются юридически значимыми для определения общей воли продавца и покупателя на совершение сделки, не указание в договоре купли-продажи о наличии обременений отчуждаемого имущества, не осведомленность арендатора о смене собственника влечет иные правовые последствия, не связанные с недействительностью самой сделки.

Доводы апеллянта о том, что покупатель не оплатил приобретаемое имущество, влечет иные правовые последствия, регулируемые статьями 450, 453, 486 Гражданского Кодекса Российской Федерации, которые не содержат норм, позволяющих признать договор купли-продажи ничтожной сделкой на основании отсутствия доказательств оплаты товара.

По смыслу пункта 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходя из положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на лицо, заявившее такое требование, возлагается обязанность доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена на крайне невыгодных условиях, вынужденность совершения такой сделки вследствие стечения тяжелых обстоятельств, факт того, что контрагент сделки знал о вышеизложенных обстоятельствах и воспользовался этим.

Кроме того, отличительным признаком кабальных сделок является отсутствие у лица, заключающего договор, свободной воли на ее совершение. При этом по мотиву кабальности не может быть оспорена сделка, заключенная вследствие неосмотрительного поведения потерпевшего, незнания рыночной конъюнктуры либо экономического просчета потерпевшего.

Подробный анализ доказательств, представленных стороной истца в подтверждение доводов о заключении сделки на кабальных условиях, сделан судом первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приведен в решении суда. Возраст ФИО1 сам по себе не свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка была совершена им с пороком воли. Согласно пункту 1 статьи 21 Гражданского кодекса Российской Федерации совершеннолетним признается гражданин по достижении восемнадцатилетнего возраста. Гражданская дееспособность заключается в способности гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их. Из текста договора купли-продажи следует, что при его подписании стороны подтвердили о своей дееспособности, отсутствии обстоятельств, препятствующих его заключению (пункт 1.3. договора). Кроме того, сам по себе факт того, что одно лицо находится на полном содержании другого лица, не может быть признан для первого лица тяжелым жизненным обстоятельством при условии его трудоспособности; на момент заключения сделки истец являлся трудоспособным. Доводы истца о том, что он заключил сделку исключительно из-за того, что он проживал совместно с ответчиком, находился в безусловной от нее материальной зависимости, судом первой инстанции обоснованно признаны несостоятельными, поскольку достоверных и допустимых доказательств указанных истцом оснований не представлено. Из пояснений истца следует, что он заключил спорный договор под влиянием уговоров ответчика, что противоречит его утверждению, что именно обман ответчика послужил причиной спорной сделки, при этом он понимал, что заключает договор купли-продажи недвижимого имущества и согласовал с ответчиком все его существенные условия.

Оснований для признания сделки недействительной под влиянием обмана (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) судом первой инстанции также не установлено. Доказательств наличия умысла на совершение обмана ФИО2 истцом суду не представлено. С мотивированными выводами судебная коллегия соглашает, оснований для их переоценки не усматривает.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. При заключении договора стороны подтвердили, что они действуют без принуждения со стороны или давления в любой форме, добровольно. Относимых и допустимых доказательств, подтверждающих факт обмана ФИО1 ответчиком при заключении договора, а именно, заверения ответчиком возможности в дальнейшем возврата (выкупа) передаваемых объектов недвижимости, материалы дела не содержат.

Таким образом, по мнению судебной коллегии, ФИО1 при совершении оспариваемой сделки действовал «по своему усмотрению», «своей волей и в своем интересе» (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Специфика норм о добросовестности состоит в том, что фактические обстоятельства, при которых эти нормы должны применяться, и правовые последствия, возникающие при их применении, не определяются в законе, а признаки (критерии) добросовестности выводятся из обстоятельств конкретного дела, причем добросовестность оценивается как в контексте условий договора, так и в контексте поведения сторон сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 указанного постановления, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств, изложенных в исковом заявлении, возложено на лицо, обращающееся за судебной защитой. Лицо, оспаривающее совершенные со злоупотреблением правом сделки, должно представить достаточно серьезные доказательства и привести убедительные аргументы в пользу того, что покупатель при заключении сделки действовал недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу. Таких доказательств стороной истца суду не приведено. Из установленных по делу обстоятельств, которые не оспариваются стороной истца и третьим лицом, поводом для обращения в суд с требованиями о признании сделки недействительной, послужил конфликт между бывшими супругами С-выми, являющимися родителями истца, и несогласия указанных лиц по распоряжению (управлению) спорным имуществом.

В подтверждение недействительности оспариваемого договора по основанию статьи 10, пункта 2 статьи 168 Гражданского Кодекса Российской Федерации, истец ссылается на занижение покупной цены спорного жилого дома и земельного участка при их отчуждении по договору купли-продажи, однако данные обстоятельства не могут служить основанием для признания сделки мнимой, поскольку, в силу пункта 1 статьи 421 Гражданского Кодекса Российской Федерации, граждане свободны в заключении договора.

Оценивая действия ответчика на предмет его добросовестности, оценивая представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодексам Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что в действиях ответчика злоупотребление правом отсутствует. Относимых и допустимых доказательств, подтверждающих тот факт, что ответчик осуществлял свои гражданские права исключительно с намерением причинить вред истцу, а также действовал в обход закона с противоправной целью, либо злоупотребили своими правами, стороной истца суду не представлено. Действия ответчика, как стороны сделки, не превышали пределы дозволенного гражданским правом. Доводы жалобы о том, что действия истца фактически направлены на изменение условий мирового соглашения, заключенного между его родителями, отклоняется, поскольку основаны исключительно на умозаключениях истца и относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены.

На основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствии недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. В соответствии с (пункт 2).

Судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что годичный срок исковой давности для оспаривания договора купли-продажи по основаниям, предусмотренным статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка, заключенная под влиянием обмана, кабальная сделка) ФИО1 пропущен, поскольку истец является стороной сделки, а обстоятельства, на которые он ссылается в обосновании заявленных требований, должны были быть ему известны на дату заключения договора. Сделка заключена 11.12.2023, с иском в суд ФИО1 обратился 11.02.2025, то есть за пределами срока исковой давности. Доводы апеллянта о том, что о нарушении своих прав ему стало известно из переписки с матерью 21.01.2025, а также с момента получения информации о стоимости спорного имущества из справки от 09.06.2025, судебной коллегией отклоняются, правильные выводы суда не опровергают, противоречат материалам дела, а также пояснениям сторон об обстоятельствах заключения договора купли-продажи.

В силу статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Разрешая ходатайство истца о восстановлении срока, руководствуясь положениями статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правильно выводу о том, что основания для восстановления пропущенного ФИО1 срока исковой давности не установлено. Оснований не согласиться с указанными выводами судебная коллегия не усматривает.

Доводы жалобы об ином порядке исчисления срока исковой давности и об уважительности пропуска срока судебной коллегией отклоняются, поскольку основаны на неправильном толковании норм материального права.

При этом судебная коллегия не согласна с выводами суда о пропуске срока исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной по основаниям мнимости и злоупотребления правом (пункт 1 статьи 170, статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), срок давности по ничтожным сделка составляет три года. Однако неправильные выводы суда первой инстанции не могут являться основанием к отмене обжалуемого решения, поскольку отмена решения суда по формальным основаниям не допустима. Кроме того, судом спор разрешен по существу и правовые основания для признания договора купли-продажи от 11.12.2023 недействительным в силу мнимости или злоупотребления правом, нарушения требований закона ответчиком не установлено.

Иные доводы жалобы основанием к отмене обжалуемого решения не являются, повторяют ранее изложенную истцом в суде первой инстанции позицию, однако всем доводам истца, выдвигаемым в обоснование исковых требований, доводам ответчика судом первой инстанции в решении дана соответствующая правовая оценка, материальный закон применен верно.

Существенных нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Краснокамского городского суда Пермского края от 22.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: