Решение № 2-136/2020 2-136/2020(2-1765/2019;)~М-1703/2019 2-1765/2019 М-1703/2019 от 28 мая 2020 г. по делу № 2-136/2020

Дело № 2-136/2020

(03RS0037-01-2019-002137-42)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2020 года село Красноусольский

Гафурийский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Уразметова И.Ф.,

при секретаре Аминовой А.Р.,

с участием третьего лица, заявляющего самостоятельные требования ФИО1,

третьего лица, заявляющего самостоятельные требования ФИО3,

представителя ответчика ИП главы КФХ ФИО4 – ФИО5, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица ФИО6 – ФИО8, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ.,

третьего лица заведующего Янгискаинским ветучастком ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску третьего лица, заявляющего самостоятельные требования ФИО1, третьего лица, заявляющего самостоятельные требования ФИО3 к ИП ФИО10 крестьянского (фермерского) хозяйства Мукминову Рифу Вакиловичу о взыскании убытков, причиненных гибелью пчел,

УСТАНОВИЛ:

ФИО13 обратился в суд с исковым заявлением к ИП ФИО10 КФХ «Имени Ленина» ФИО4 с требованием о взыскании в его пользу суммы ущерба в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, вызванного гибелью пчёл в результате обработки Ответчиком сельскохозяйственных полей гербицидами. Дополнительно Истец просил взыскать с Ответчика в его пользу расходы по оплате экспертизы в размере 6 500 (шесть тысяч пятьсот) рублей, расходы по оплате почтовых услуг в размере 316 (триста шестнадцать) рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 700 (пятнадцать тысяч семьсот) рублей.

В последующем Истец уточнил свои исковые требования, просил суд взыскать с Ответчика ущерб в размере 508 474 (пятьсот восемь тысяч четыреста семьдесят четыре) рубля, расходы по оплате экспертизы в размере 6 500 (шесть тысяч пятьсот) рублей, расходы по оплате государственной пошлины.

В обоснование своих требований ФИО13 в исковом заявлении указал, что его отцу ФИО6 принадлежит на праве аренды земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>. Указанный земельный участок используется для размещения пчелиных пасек. ФИО2 имеет в собственности 90 пчелосемей, что подтверждается Справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной Администрацией сельского поселения Мраковский сельсовет МР Гафурийский район Республики Башкортостан.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 по причине тяжелого заболевания и отсутствия возможности самостоятельно заниматься пчеловодством передал свои пчелосемьи сыновьям и зятю, в том числе, Истцу – ФИО13 С этого момента времени все работы по содержанию пчёл осуществлялись лично ФИО13

ДД.ММ.ГГГГ на пасеке произошла массовая гибель пчёл. Согласно Акту, составленному И.о. Главы АСП Мраковский сельсовет, заведующим Янгискаинским ветучастком, а также ветеринаром, в результате массового падежа пчел погибли 241 пчелосемьи, из которых 20 семей принадлежали ФИО13

В целях установления причины гибели пчёл была проведена экспертиза, порученная ФГБНУ «Федеральный центр токсикологической, радиационной и биологической безопасности» (<адрес>). По результатам экспертизы установлено, что причиной смерти пчёл явилось воздействие на насекомых вещества «альфа-циперметрина». Указанное вещество, по мнению Истца, было применено Ответчиком при проведении им опрыскивания свекольных полей от сорняков и вредителей. Нарушение Ответчиком установленных правил обработки сельскохозяйственных полей, а также норм действующего законодательства о пчеловодстве, стало причиной массового падежа пчёл, принадлежащих Истцу, а также наступления материального ущерба в размере 508 474 (пятьсот восемь тысяч четыреста семьдесят четыре) рубля. Данные обстоятельства послужили основанием для обращения Истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Определением суда производство по делу в части исковых требований ФИО13 к ИП ФИО10 КФХ «Имени Ленина» ФИО4 прекращено.

В ходе рассмотрения гражданского дела от ФИО1 поступило заявление о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора. ФИО1 просил взыскать с Ответчика в его пользу сумму причиненного ущерба в размере 432 191 рублей, а также расходы по оплате экспертизы в размере 6 500 рублей. Определением суда ФИО1 привлечён к участию в деле в качестве лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора. В последующем ФИО1 уточнил свои требования в котором просил взыскать с ответчика сумму причиненного ущерба в размере 432000 рублей, а также расходы по оплате экспертизы в размере 6 500 рублей.

ФИО3 обратился в суд с заявлением о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора. В своём заявлении ФИО3 просил взыскать с Ответчика в его пользу сумму причинённого ущерба в размере 559 322 рубля. Определением суда ФИО3 привлечён к участию в деле в качестве лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал, суду пояснил, что ему принадлежат 27 пчелосемей, которые ему передал его тесть – ФИО6 в ДД.ММ.ГГГГ году. Согласно ветеринарно-санитарного паспорта пасеки № ему принадлежит 24 пчелосемьи. Пасека находится на участке, который арендует его тесть – ФИО6, согласно договору аренды. ДД.ММ.ГГГГ произошла массовая гибель пчел, на тот момент на пасеке находилось 17 семей. О том, что погибли пчелы ему сообщил ФИО13, после чего он сразу приехал на пасеку и обнаружил, что пчелы лежали в судорогах. После этого он позвонил главе Мраковского сельсовета, который в свою очередь позвонил главе КФХ ФИО4 Было установлено, что полностью погибло 5 пчелосемей, 12 – частично. На место гибели пчел приехал глава сельсовета ФИО14, начальник Янгискаинской ветстанции ФИО9, ИП КФХ ФИО4, а также пчеловоды ФИО21 и Свидетель №1. ФИО4 на пасеке пояснил, что он опрыскивал поля в июле, в а полиции указал, что опрыскивание проводилось в июне 2019 года. На месте была создана комиссия и составилен акт. Начальником Янгискаинской ветстанции ФИО9 были взяты пробы пчел, пробы растений и меда не отбирались. В результате опрыскивания ответчиком полей химикатами погибли пчелы. В связи с изложенным, просил удовлетворить исковые требования.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Суду пояснил, что владеет 30 пчелосемьями, которые ему устно передал его отец – ФИО6, который является собственником пчелосемей, документов, подтверждающих принадлежность ему указанных пчелосемей у него не имеется. ДД.ММ.ГГГГ приехав на пасеку, он обнаружил падеж пчел. После чего позвонили главе сельсовета ФИО14, тот приехал. Он вызвал ответчика ФИО4 и ветеринарную службу. ФИО4 пояснил, что он не знал, что рядом с полем находится пасека. Рядом с пасекой находится поле подсолнечника, а затем сахарная свекла. Опрыскивание своих полей он проводил ДД.ММ.ГГГГ, хотя в документах указан июнь месяц. В результате опрыскивания ответчиком свекольных полей, массово погибли пчелы, при этом была ветреная погода, ИП КФХ ФИО7 Р.В. о предстоящей обработке полей не предупреждал ни письменно ни устно. На пасеке находились глава Мраковского сельсовета, начальник Янгискаинской ветстанции ФИО9, пчеловоды, составили акт, взяли пробы подмора пчел, при этом пробы растений и меда не отбирались.

Ответчик ИП ФИО10 КФХ ФИО4 в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела без его участия, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель Ответчика ИП КФХ ФИО4 – ФИО5 исковые требования не признал, просил суд в удовлетворении заявленных требований отказать полностью. В обоснование своей правовой позиции пояснил суду, что ИП КФХ ФИО4 владеет свекольными полями общей площадью 500 гектаров, расположенными рядом с населенными пунктами Буруновка и Мраково. В рамках реализации мероприятий по борьбе с сорняками Ответчиком были закуплены у единственного поставщика гербициды марок «Триумф», «Зелор», «Доцент», «Каре». Растворы указанных гербицидов были использованы при опрыскивании полей, в том числе, при обработке посадок свеклы. При этом приобретенные гербициды относятся к категории «малоопасных» для пчёл. Распылённые растворы не содержали в себе веществ, наличие которых, согласно заключению эксперта, привело к массовой гибели пчёл, принадлежавших Истцу и ФИО1, ФИО3

Дополнительно представитель Ответчика указал на то, что в рассматриваемый период ИП ФИО4 не применялись препараты для борьбы с насекомыми. Кроме того, по мнению Ответчика, ветеринарными ведомствами были нарушены установленные правила отбора и пересылки материала, а именно положения Инструкции по профилактике отравления пчёл пестицидами от ДД.ММ.ГГГГ. Акт от ДД.ММ.ГГГГ был составлен в отсутствие Ответчика, сам документ не содержит указаний на место его составления, количество обследованных улей и иных обязательных сведений.

Представитель третьего лица ФИО6 – ФИО8 требования ФИО1, ФИО3 поддержал, просил удовлетворить в полном объёме.

Третье лицо – заведующий Янгискаинским ветучастком ФИО9 против удовлетворения исковых требований не возражал. В ходе судебного заседания пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ из телефонного разговора со ФИО6 ему стало известно о массовой гибели пчёл на территории земельного участка, принадлежащего ФИО6

По итогам осмотра пасеки им был составлен Акт, взяты 2 пробы подмора пчёл. При этом пробы были пронумерованы (№ и №), но не опечатаны. Забор проб меда и растений не осуществлялся. О произошедшем событии им было доложено в Гафурийский ветеринарный участок, куда ДД.ММ.ГГГГ были направлены пробы. В последующем пробы были переданы в <адрес> для проведения необходимых исследований. О необходимости формирования специальной комиссии для составления акта и забора проб ФИО9 осведомлен не был, поскольку подобные ситуации в его профессиональной деятельности не встречались.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмера спора, ФИО6, и.о. главы АСП Мраковский сельсовет МР Гафурийский район ФИО14, ИП ФИО10 КФХ ФИО15, ИП ФИО10 КФХ ФИО16, ИП ФИО10 КФХ «Сатурн» в судебное заседание не явились, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд, в соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся ответчика и третьих лиц.

Выслушав, лиц участвующих в деле, исследовав в судебном заседании материалы дела, оценив в совокупности все доказательства, имеющие юридическую силу, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Частями 1, 2 статьи 56 ГПК установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом; суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу части 1 статьи 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно части 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно разъяснениям, данными в п. 12 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцом должны быть доказаны: факт причинения ущерба и его размер; вина и противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие причинной связи между противоправным поведением ответчика и возникшим ущербом. Привлечение лица к ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

В соответствии с п. 1.10 Ветеринарно-санитарных правил содержания пчел (утв. Минсельхозом СССР 15.12.1976) и п. 1.7 Инструкции о мероприятиях по предупреждению и ликвидации болезней, отравлений и основных вредителей пчел (утв. Минсельхозпродом РФ 17.08.1998 № 13-4-2/1362) разрешение на перевозку (кочевку), пересылку, продажу пчел и пчелопродуктов выдается на основании паспорта с соответствующими записями ветеринарной службы. Паспорт является учетным документом, регистрируется на станции по борьбе с болезнями животных в специальном журнале (где указываются № паспорта, Ф.И.О. владельца пчел, адрес, даты осмотра, количество семей пчел, санитарная оценка состояния пасеки, ее эпизоотическое состояние и рекомендованные мероприятия, дата аннулирования паспорта) и имеет порядковый номер. Паспорт является подтверждением как права собственности конкретного лица на пасеку, так и численности пчелосемей, их ветеринарно-санитарного состояния на рассматриваемый период времени. Указанная в нем информация на основании обязательного ежегодного обследования (весной или осенью) является исходной и позволяет определить состояние и количество пчел как до, так и после происшествия, определить размер материального ущерба.

Аналогичное предписание о наличии на пасеке ветеринарно-санитарного паспорта закреплено в ст.4 Закона Республики Башкортостан от 31.07.1995 № 6-з (ред. от 28.12.2017) «О пчеловодстве», согласно которому субъекты пчеловодческой деятельности в соответствии с законодательством Российской Федерации оформляют на каждую пасеку ветеринарно-санитарный паспорт, удостоверяющий ее ветеринарно-санитарное состояние, выданный уполномоченным учреждением государственной ветеринарной службы Республики Башкортостан по месту нахождения пасек.

Анализ вышеприведенных норм права позволяет сделать вывод о том, что ветеринарно-санитарный паспорт является подтверждением, как права собственности конкретного лица на пасеку, так и численности пчелосемей, их ветеринарно-санитарного состояния на рассматриваемый момент времени.

В ходе судебного заседания установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО1 принадлежит на праве собственности пасека, расположенная на садовом участке по адресу: <адрес>, что подтверждается Ветеринарно-санитарным паспортом №, выданным ДД.ММ.ГГГГ. Согласно паспорту ФИО1 принадлежало 24 пчелосемьи.

Согласно постановлению главы администрации муниципального района Гафурийский район от ДД.ММ.ГГГГ № гр. ФИО6 предоставлен земельный участок площадью 25503 кв.м. из категории земель сельскохозяйственного назначения, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> для размещения пасеки на праве аренды сроком на 5 лет.

Из показаний ФИО1 следует, что с согласия ФИО6 ему было позволено разместить ульи с пчелами на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>.

Судом установлено, что ИП ФИО10 КФХ ФИО4 владеет сельскохозяйственными полями общей площадью 500 гектаров для выращивания свекольных культур. Указанные поля расположены рядом с населенными пунктами <адрес> и <адрес>, а также являются соседними по отношению к земельному участку, принадлежащему ФИО6

Как пояснил суду ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ произошла массовая гибель пчёл, в результате которой он потерял 17 пчелосемей. По мнению ФИО1, отравление пчёл произошло вследствие виновных действий Ответчика, которым было произведено опрыскивание близлежащих полей опасными гербицидами. В связи с указанными обстоятельствами, ФИО1 просит взыскать в его пользу с Ответчика причинённый ущерб в размере 432 191 рубль.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ третьими лицами ФИО1, ФИО3 не представлено суду надлежащих доказательств, достоверно подтверждающих факт причинения ему ущерба ответчиком, не доказаны размер причинённого ущерба; вина и противоправность действий (бездействия) ответчика, а также наличие причинной связи между противоправным поведением ответчика и возникшим ущербом.

При этом действующее законодательство Российской Федерации, регулирующее сферу пчеловодства, чётко определяет перечень доказательств, наличие которых наделяет пострадавшее лицо правом на возмещение ущерба причинённого гибелью пчёл.

Так, п. 4.1. Инструкции по профилактике отравления пчел пестицидами от 14 июня 1989 года (далее – Инструкция) установлено, что обследование пострадавшей от отравления пасеки проводит комиссия по согласованию с исполкомом местного Совета народных депутатов. В комиссию входят: ветеринарный врач, районный зоотехник по пчеловодству, агроном по защите растений или агроном хозяйства, пчеловод, представитель исполнительного комитета. При невозможности участия в обследовании пасеки всех названных выше специалистов комиссия может быть правомочна при работе в ней ветврача (ветфельдшера), пчеловода и представителя исполкома Совета народных депутатов. Комиссия составляет акт, в котором отражает достоверность гибели пчел; обстоятельства, при которых она произошла; размер нанесенного ущерба; число и вид отобранных и направленных в лабораторию проб материала; предполагаемую причину гибели и предложения.

Согласно п. 4.5.1 Инструкции отбор и пересылку проб патологического материала для лабораторного исследования от отравленных пчелиных семей пестицидами осуществляют согласно утвержденным правилам. От пчелиной семьи отбирается средняя проба в размере: пчелы - 400 - 500 шт., свежесобранный мед - 200 г, перга в соте - 50 г. Пробы берутся от 10 % семей на пасеке с характерными признаками отравления. Кроме того, необходимо с участка, посещаемого пчелами, взять пробу растений в количестве 500 - 1000 г зеленой массы. Образцы сотов с пергой или медом помещают в деревянный ящик соответствующего размера без обертывания бумагой, отделяя друг от друга и от стенок ящика деревянными планками. Мертвых пчел помещают в чистый полиэтиленовый мешочек, а откачанный мед - в стеклянную посуду с плотной крышкой. Растения пересылают в матерчатом мешочке. При упаковке необходимо исключить повреждение упаковочного материала, а в результате - соприкосновение и перемешивание проб во время пересылки. Отобранные пробы опечатываются, нумеруются, на каждой из них ставят номер семьи. С пробами в ветеринарную лабораторию направляют сопроводительное письмо за подписью ветврача (приложение). Прилагают акт комиссионной проверки отравления пчел. Срок отправки проб на исследование не должен превышать одних-двух суток с момента отбора материала. При затруднении с отправкой в лабораторию пробы хранят в холодильнике, погребе, но не более 5 - 7 сут после отбора (пп. 4.5.2. – 4.5.5. Инструкции).

Таким образом, уполномоченным органом, который отражает достоверность гибели пчел от отравления, обстоятельства, при которых оно произошло, размер нанесенного ущерба и предложения по ликвидации последствий отравления, является специально создаваемая комиссия в указанном выше составе специалистов.

Сведения о том, что в соответствии с названными правилами создавалась комиссия для обследования пасеки, а также был составлен акт о гибели пчел от отравления с указанием обстоятельств их гибели, в материалах дела отсутствуют. Более того, суд приходит к выводу о нарушении сотрудниками ветеринарной службы установленных норм и правил при проведении обследования пасеки, а также при заборе патматериала.

Судом исследован Акт от ДД.ММ.ГГГГ, составленный заведующим Янгискаинским ветеринарным участком ФИО9, ветеринаром ФИО11, и.о. главы АСП Мраковский сельсовет ФИО14, владельцем пасеки ФИО17. Из указанного акта следует, что ДД.ММ.ГГГГ произведён осмотр пасеки в д. Мраково Мраковского сельсовета. При осмотре пасеки вышеуказанными лицами обнаружено большое количество павших пчёл. В акте отмечено, что в течение дня гибель пчёл продолжалась, дата падежа была определена как 13 июля (утро), причиной падежа подозревался факт опрыскивания свекольных полей ядохимикатами без предварительного предупреждения об этом пчеловодов.

Суд полагает, что представленный Акт не может служить доказательством того, что массовая гибель пчёл произошла в результате их отравления ответчиком. Вина в действиях Ответчика судом не установлена, в связи с чем, ответчик не может быть привлечен к материальной ответственности. Суд соглашается с доводами представителя ответчика о том, что представленный суду Акт был составлен с существенным нарушением требований действующего законодательства, установленных к данному документу. В частности, Акт составлен без участия представителя ответчика, сведения о надлежащем извещении ответчика о месте и времени его составления суду не представлены. Акт не содержит сведений о количестве, либо весе собранных трупов пчёл, об осмотре пчелосемей внутри ульев, состоянии каждой пчелосемьи, а также отсутствует информация о заборе расплода, продуктов медосбора, зелёной массы для проведения анализов и т.д..

Из содержания заключения ФГБНУ «Федеральный центр токсикологической, радиационной и биологической безопасности» следует, что сотрудниками ФГБНУ «Федеральный центр токсикологической, радиационной и биологической безопасности» проведено исследование образцов подмора пчёл, поступивших от ФИО1 (сопроводительное письмо от ДД.ММ.ГГГГ, вх. № от ДД.ММ.ГГГГ). По результатам проведённых анализов в подморе пчёл обнаружены следующие пестициды: Альфа-циперметрин (пиретроидный инсектицид, кишечного действия, первый класс опасности для пчёл) в концентрации 0, 222 мкг/особь и следовые количества изокарбамида (гербицид, органическое производное мочевины, информация о токсичности к пчёлам отстутствует) в концентрации менее 0,001 мкг/особь. По итогам исследования сотрудниками лаборатории сделан вывод о том, что причиной гибели пчёл является воздействие Альфа-циперметрина.

Суд полагает, что представленный документ не может быть расценен в качестве официального экспертного заключения. Так, в исследовании от 17.10.2019 года № 903 отсутствуют указания на следующие юридически-значимые обстоятельства: место обнаружения мёртвых пчёл, количество погибших особей, их внешние характеристики (поведение и т.д.), описание наличия признаков отравления, сведения о количестве отобранного материала, о лицах, осуществлявших отбор материала и т.д. В документе не отражена информация о количестве исследованных мёртвых и живых пчёл. Кроме того, заключение не содержит описательной и исследовательской частей, отсутствуют мотивированные выводы о причинах массовой гибели пчёл.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что представленное заключение не может являться надлежащим доказательством, подтверждающим факт гибели пчёл по причине виновных действий ответчика.

При рассмотрении дела судом также приняты во внимание показания заведующего Янгискаинским ветеринарным участком ФИО9, подтвердившего в судебном заседании, что ДД.ММ.ГГГГ им было отобрано 2 пробы подмора пчёл, при этом пробы надлежащим образом упакованы не были. Забор проб растений, расположенных рядом с пасекой, а также мёда с ульев не осуществлялся.

Из Справки ГБУ Гафурийская районная ветеринарная станция Республики Башкортостан № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что летом 2019 года места расположения кочевки пчелопасеки, принадлежащей ФИО13, ФИО3, ФИО1, комиссией не обследовались, акты по итогам осмотра не составлялись, поскольку от вышеуказанных лиц заявления о необходимости проведения осмотра местности не поступали. Перемещение по территории района разрешается строго при наличии паспорта пасеки с указанием отсутствия заразных и паразитарных заболеваний, выезд пасеки предусматривает оформление ветеринарных сопроводительных документов, подтверждающих благополучие пасеки.

ДД.ММ.ГГГГ после сообщения по телефону о падёже пчёл сотрудниками ветеринарной станции был произведён выезд на место происшествия для отбора патматериала подмора пчёл, о чём был составлен акт. Забор проб растений с пасеки, а также близлежащих полей не осуществлялся, поскольку подобные пробы вправе забирать специалисты специализированных лицензированных лабораторий, имеющих соответствующую квалификацию и спецоборудование, необходимое при работе с гербицидами и опасными (отравляющими) веществами.

Кроме того, судом приняты во внимание сведения, изложенные в Постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенном УУП Отела МВД России по Гафурийскому району ФИО12

Как пояснил представитель ответчика в судебном заседании ИП ФИО4, действительно, осуществлялась обработка полей гербицидами марок «Триумф», «Зелор», «Доцент», «Каре». Однако, растворы указанных гербицидов относятся к категории «малоопасных» для пчёл и не содержат веществ, которые могут привести к гибели пчёл. Указанный довод третьими лицами ФИО3, ФИО1 не оспорены, доказательства обратного суду не представлены.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что третьими лицами ФИО3, ФИО1 не доказан факт причинения им материального ущерба виновными действиями ответчика, в связи с чем, суд каких либо законных оснований для удовлетворения самостоятельных исковых требований третьих лиц, о взыскании убытков причиненных гибелью пчел не усматривает.

Кроме того, дополнительным основанием к отказу в удовлетворении требований ФИО3 является отсутствие у него ветеринарно-санитарного паспорта, либо иного документа, подтверждающего факт его владения погибшими пчелосемьями, а также их количественным и качественным составом.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований третьего лица, заявляющего самостоятельные требования ФИО1, третьего лица, заявляющего самостоятельные требования ФИО3 к ИП ФИО10 крестьянского (фермерского) хозяйства Мукминову Рифу Вакиловичу о взыскании убытков, причиненных гибелью пчел, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Гафурийский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Председательствующий И.Ф. Уразметов

Резолютивная часть решения объявлена 29.05.2020 года.

Мотивировочная часть решения принята в окончательной форме 03.06.2020 года.

Председательствующий И.Ф. Уразметов