Решение № 2-220/2026 2-220/2026~М-175/2026 М-175/2026 от 27 апреля 2026 г. по делу № 2-220/2026

Дело №2-220/2026

УИД 13RS0011-01-2026-000290-33


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

р.п. ФИО4 Поляна 14 апреля 2026 г.

Зубово-Полянский районный суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Цыгановой Н.А.,

при секретаре судебного заседания Денисовой И.Н.,

с участием в деле:

истца прокурора Зубово-Полянского района Республики Мордовия, действующего в интересах Российской Федерации, в лице помощника прокурора Зубово-Полянского района Республики Мордовия Филатова Александра Владимировича,

ответчиков ФИО1, ФИО2,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Управление Федерального казначейства по Республике Мордовия, Главное межрегиональное (специализированное) управление Федеральной службы судебных приставов,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Зубово-Полянского района Республики Мордовия, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, ФИО2 о применении последствий недействительности ничтожной сделки, взыскании денежных средств в бюджет Российской Федерации,

установил:

Прокурор Зубово-Полянского района Республики Мордовия, действующий в интересах Российской Федерации, обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о применении последствий недействительности ничтожной сделки, взыскании денежных средств в бюджет Российской Федерации.

В обоснование заявленных требований указано, что приговором Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 10 апреля 2023 г. агент системы фирменного транспортного обслуживания (СФТО) 1 категории (с правами приемосдаточника груза и багажа) станции Потьма отдела обработки документов по перевозке грузов Пензенского агентства фирменного транспортного обслуживания – структурного подразделения Куйбышевского территориального центра фирменного транспортного обслуживания – структурного подразделения Центра фирменного транспортного обслуживания – филиала ОАО «РЖД» ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью третьей статьи 290 Уголовного кодекса Российской Федерации и ей назначено окончательное наказание в виде штрафа в размере 650 000 рублей. Приговор вступил в законную силу 25 апреля 2023 г. Данным приговором установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом, совершила получение взятки в значительном размере, за совершение незаконных действий (бездействия) в пользу взяткодателя, а именно, в период с 12 декабря 2017 г. по 20 апреля 2018 г. получила от ФИО2 взятку в виде денег девятью платежами в общем размере 124 000 рублей. Передача денежных средств соответствует закрепленному в статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации понятию сделки, поскольку направлена на возникновение гражданско-правовых последствий в виде перехода права собственности на указанные денежные средства от взяткодателя к взяткополучателю за совершение последним действий, в интересах взяткодателя. Кроме того, неправомерное получение денежных средств ФИО1 соответствует понятию сделок, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, поскольку они посягают на значимые охраняемые законом объекты, нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. Получение ФИО1 взятки в виде денег за совершение действий в целях, которые законодатель определил как преступные, фактически привело и к возникновению гражданских правоотношений в виде договора об оказании услуг, имеются основания не только для привлечения её к уголовной ответственности за совершенное деяние, но и применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной в заведомо противоправной целью. Учитывая, что данная сделка исполнена обеими сторонами, что указывает на наличие умысла у обеих сторон такой сделки, то полученные ФИО1 денежные средства в общем размере 124 000 рублей, подлежат взысканию в доход государства. В рамках уголовного судопроизводства денежные средства, полученные ФИО1 в качестве взятки к материалам уголовного дела не приобщались, в доход государства не взыскивались.

На основании вышеизложенного и положений статей 153, 166, 167, 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 35 Федерального закона от 17 января 1992 г. №2202-1 «О прокуратуре в Российской Федерации», просит применить последствия недействительности ничтожной сделки, заключенной между ФИО1 и ФИО2 в общем размере 124 000 рублей, взыскать с ФИО1 в доход Российской Федерации 124 000 рублей.

В судебном заседании помощник прокурора Зубово-Полянского района Республики Мордовия Филатов А.В. исковые требования поддержал по тем же основаниям в полном объеме.

В судебном заседании ответчик ФИО1 исковые требования признала в полном объеме, о чем представила заявление.

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явился, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении данного дела в его отсутствии.

В судебное заседание третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора УФК по Республике Мордовия, Главное межрегиональное (специализированное) управление Федеральной службы судебных приставов не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом. Представителем УФК по Республике Мордовия ФИО3, действующей на основании доверенностей от 8 октября 2024 г., 25 октября 2024 г., представлено заявление о рассмотрении данного дела в отсутствие представителя Управления.

При таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав письменные доказательства, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению.

Положения статьи 32 Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» устанавливают, что предметом надзора является, в том числе, соблюдение установленных законодательством Российской Федерации прав и обязанностей задержанных, заключенных под стражу, осужденных и лиц, подвергнутых мерам принудительного характера, порядка и условий их содержания.

Согласно пункту 3 статьи 35 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

В соответствие с частью первой статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации (часть первая статьи 15 Конституции Российской Федерации).

Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы (часть четвертая).

В целях системного противодействия коррупции Российская Федерация Федеральным законом от 8 марта 2006 г. № 40-ФЗ ратифицировала Конвенцию ООН против коррупции от 31 октября 2003 г.

Согласно пункту 1 статьи 12 Конвенции ООН против коррупции каждое государство-участник принимает меры, в соответствии с основополагающими принципами своего внутреннего законодательства, по предупреждению коррупции в частном секторе, усилению стандартов бухгалтерского учета и аудита в частном секторе и, в надлежащих случаях, установлению эффективных, соразмерных и оказывающих сдерживающее воздействие гражданско-правовых, административных или уголовных санкций за несоблюдение таких мер.

Каждое государство-участник принимает, в максимальной степени, возможной в рамках его внутренней правовой системы, такие меры, какие могут потребоваться для обеспечения возможности конфискации доходов от преступлений, признанных таковыми в соответствии с данной конвенцией, или имущества, стоимость которого соответствует стоимости таких доходов (пункт 1 статьи 31 Конвенции ООН против коррупции).

В Рекомендациях по совершенствованию законодательства государств - участников СНГ в сфере противодействия коррупции от 23 ноября 2012 г., принятых постановлением № 38-17 на 38-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств - участников СНГ, отмечено, что в законодательстве государства в соответствии с международными стандартами должно быть установлено требование об обязательности устранения последствий коррупционных правонарушений, в том числе определены гражданско-правовые средства защиты лиц, понесших ущерб в результате актов коррупции (пункт 4.8).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 24 июня 2021 г. № 1177-О, ратифицируя Конвенцию ООН против коррупции, Российская Федерация не включила в число своих обязательств (безусловных обязанностей) признание уголовно наказуемым умышленного незаконного обогащения, указанного в статье 20 данной конвенции (пункт 1 статьи 1 Федерального закона от 8 марта 2006 г. № 40-ФЗ), однако это не означает, что она не вправе ввести в правовое регулирование изъятие незаконных доходов или имущества, приобретенного на них, не в качестве уголовно-правовой санкции, а в качестве специальной меры, предусмотренной в рамках антикоррупционного законодательства для случаев незаконного обогащения.

Таким образом, принятие Российской Федерацией правовых мер, направленных на предупреждение коррупции и незаконного личного обогащения, включая возможность изъятия по решению суда имущества, приобретенного на незаконные доходы, согласуется с признаваемыми на международном уровне стандартами борьбы с коррупцией.

Как следует из позиций, выраженных в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 29 ноября 2016 г. № 26-П и от 9 января 2019 г. № 1-П, определение от 6 июня 2017 г. № 1163-О), обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, относится к особым правовым мерам, применяемым в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства и направленным на эффективное противодействие коррупции и защиту конституционно значимых ценностей.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ (в редакции от 28 декабря 2024 г.) «О противодействии коррупции» правовую основу противодействия коррупции составляют Конституция Российской Федерации, федеральные конституционные законы, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, указанный закон и другие федеральные законы, нормативные правовые акты Президента Российской Федерации, а также нормативные правовые акты Правительства Российской Федерации, нормативные правовые акты иных федеральных органов государственной власти, нормативные правовые акты органов государственной власти субъектов Российской Федерации и муниципальные правовые акты.

Принцип неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений закреплен в пункте 4 статьи 3 названного закона.

Граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства за совершение коррупционных правонарушений несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 13 Закона).

Таким образом, принятие эффективных мер по противодействию коррупции является одним из важнейших условий обеспечения конституционной законности, правового равенства, взаимного доверия государства и общества.

Как следует из материалов дела, приговором Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 10 апреля 2023 г. ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью третьей статьи 290 Уголовного кодекса Российской Федерации и ей назначено наказание в виде штрафа в размере 650 000 рублей.

Приговор вступил в законную силу 26 апреля 2023 г.

Данным приговором установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом, совершила получение взятки в значительном размере, за совершение незаконных действий (бездействия) в пользу взяткодателя при следующих обстоятельствах.

Согласно приказу начальника Пензенского центра организации работы железнодорожных станций – структурное подразделение Куйбышевской дирекции управления движением – структурного подразделения Центральной дирекции управления движения – филиала ОАО «РЖД» №68 от 1 февраля 2017 г., агент системы фирменного транспортного обслуживания (СФТО) 1 категории станции Потьма Линейного агентства фирменного транспортного обслуживания Рузаевка Пензенского агентства фирменного транспортного обслуживания ФИО1 в связи с реорганизацией предприятия путем перевода назначена на должность агента системы фирменного транспортного обслуживания (СФТО) 1 категории железнодорожной станции Потьма 4 класса Пензенского центра организации работы железнодорожных станций – структурное подразделение Куйбышевской дирекции управления движением – структурного подразделения Центральной дирекции управления движением – филиала ОАО «РЖД№.

В период времени с 1 июня 2017 г. по 30 июня 2017 г., у ФИО1, являющейся должностным лицом – агентом СФТО станции Потьма, находящейся вместе с ФИО2, являющимся генеральным директором ООО «Кубаньэлитстрой», в помещении административного здания, расположенного по адресу: Республика Мордовия, <...>, в ходе состоявшегося с ФИО2 разговора о намерении последнего осуществлять перевозку подкарантинных грузов (древесины топливной для технологических нужд) железнодорожным транспортом силами ОАО «РЖД», возник преступный умысел, направленный на получение от ФИО2 взятки в виде денег, за общее покровительство при отправке вагонов с подкарантинными грузами грузоотправителя ООО «Кубаньэлитстрой» по железнодорожным путям со станции ФИО4 Поляна Куйбышевской железной дороги и совершение с этой целью незаконных действий.

После чего, в период с 15 декабря 2017 г. по 28 апреля 2018 г., ФИО1, находясь на своем рабочем месте по адресу: Республика Мордовия, <...>, в продолжение реализации своего преступного умысла, направленного на получение взятки, за совершение незаконных действий, связанных с оформлением перевозочных документов и отправлением вагонов с подкарантинными грузами грузоотправителя ООО «Кубаньэлитстрой», используя автоматизированную систему подготовки и оформления перевозочных документов «ЭТРАН», в нарушение своих должностных инструкций, в отсутствие заключенного с Пензенским агентством фирменного транспортного обслуживания – структурного подразделения Куйбышевского территориального центра фирменного транспортного обслуживания – структурного подразделения Центра фирменного транспортного обслуживания – филиала ОАО «РЖД», соответствующего договора на оказание услуг, связанных с перевозкой грузов, с прилагаемым приложением с перечнем и стоимостью услуг, связанных с перевозкой грузов, совершала с этой целью незаконные действия, а именно, в отсутствие предусмотренных законом оснований и условий для реализации своих должностных обязанностей, оказывала грузоотправителю ООО «Кубаньэлитстрой» в лице генерального директора ФИО2, услуги по оформлению и предоставлению железнодорожной станции заявок на перевозку грузов за грузоотправителя для АТФО, а также оказывала услуги по оформлению перевозочных документов за грузоотправителя, своевременно осуществляя подачу к погрузке, уборку и отправку к месту назначения грузовых железнодорожных вагонов с подкарантинным грузом по станции ФИО4 Поляна Куйбышевской железной дороги, используя при этом переданные от ФИО2 карантинные сертификаты, являющиеся сопроводительными документами на перевозимый подкарантинный груз, выданные последнему Управлением Россельхознадзора по Республике Мордовия и Пензенской области, с имеющимися в них сведениями, не соответствующими железнодорожным транспортным накладным, что препятствует отправлению вагонов с подкарантинным грузом грузоотправителя ООО «Кубаньэлитстрой» в адрес грузополучателей, за что ФИО1 за период с 12 декабря 2017 г. по 20 апреля 2018 г. получила от ФИО2 взятку в виде денег 9 платежами в общем размере 124 000 рублей.

В ходе уголовного судопроизводства денежные средства в указанном размере обнаружены не были и не изымались, ФИО1 распорядилась ими по своему усмотрению.

В соответствии с частью четвертой статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу части первой статьи 14 Уголовного кодекса Российской Федерации преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания.

Следовательно, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления: например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.п.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему справедливого наказания по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствие необходимости в исправлении таких последствий. Гражданским кодексом Российской Федерации недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьи 168 данного кодекса.

В соответствии со статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 этого кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 8 июня 2004 г. № 226-О, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Следовательно, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

В силу пункта 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 данного кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

В соответствии с подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производится обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 31 октября 2024 г. № 49-П по делу о проверке конституционности статей 195 и 196, пункта 1 статьи 197, пункта 1 и абзаца второго пункта 2 статьи 200, абзаца второго статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Краснодарского краевого суда, федеральным законодателем, действующим в пределах предоставленной ему дискреции, создан правовой механизм, предполагающий возможность обращения по искам уполномоченных на то прокуроров в доход Российской Федерации имущества как приобретенного вследствие нарушения лицом, занимающим (занимавшим) публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции (статья 169 и подпункт 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральные законы «О противодействии коррупции» и «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам») (пункт 3.1).

В то же время, как указано в пункте 3.2 этого же постановления Конституционного Суда Российской Федерации, многообразие деяний коррупционной направленности, перечисленных в статье 1 Федерального закона «О противодействии коррупции», и их повышенная латентность нередко обусловливают необходимость не только количественно сопоставлять доходы лица, занимающего (занимавшего) публично значимую должность, и членов его семьи с расходами, но и выяснять, в частности, обстоятельства злоупотребления полномочиями, возникновения конфликта интересов, принятия правонарушителем разного рода мер, имеющих целью сокрытие таких действий, включая воспрепятствование осуществлению антикоррупционного контроля.

Поэтому в основание требований прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества как приобретенного вследствие нарушения лицом, занимавшим публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции, может быть положен не только факт несоответствия расходов законным доходам и отсутствие сведений, подтверждающих законность получения денежных средств, когда источники происхождения имущества могут оставаться невыявленными, а незаконность их презюмируется, но и установление того, что приобретение имущества обусловлено совершением этим лицом конкретных деяний коррупционной направленности.

Фактически в данном случае речь идет об обращении в доход Российской Федерации соответствующего имущества, в отношении которого установлено, что оно приобретено посредством совершения противоправных деяний коррупционной направленности (включая несоблюдение антикоррупционных запретов). Установление такого источника приобретения имущества означает, что оно приобретено не на законные доходы, что согласуется с нормами подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона «О противодействии коррупции».

Предшествующая редакция статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, не связывающая в отличие от действующей ее редакции возможность взыскания в доход Российской Федерации полученного по сделке, совершенной с заведомо противной основам правопорядка или нравственности целью, с наличием специального указания на такое последствие в законе и применяемая к сделкам, совершенным до дня вступления в силу действующей редакции этой статьи (часть шестая статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 г. № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»), также подразумевает возможность наступления таких последствий, но не посредством отсылки к соответствующему публично-правовому механизму, а в силу того, что коррупционные действия - как получение незаконных доходов, так и их легализация - по определению противоправны и антисоциальны, а значит, сделки, опосредующие такие действия, противоречат основам правопорядка и нравственности.

В пункте 4.2 названного постановления Конституционного Суда Российской Федерации отмечается, что хотя в подпункте 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не было представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, влечет последствия в виде прекращения права собственности на такое имущество, из этого не следует вывод о частноправовой природе данного института. Являясь элементом механизма контроля за расходами лиц, занимающих (занимавших) публично значимую должность, данная норма гражданского законодательства во взаимосвязи со статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации выступает проекцией соответствующей публично-правовой по своей природе меры и призвана обеспечить прозрачный и понятный для участников гражданско-правовых отношений порядок перехода права собственности к Российской Федерации.

Соответственно, в тех случаях, когда правовая судьба предмета преступления коррупционной направленности не определена судом в уголовно-процессуальном порядке (в связи с прекращением уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям, сокрытием имущества от взыскания и др.) либо когда совершенное деяние коррупционной направленности не получало уголовно-правовой квалификации, вопрос об обращении имущества в доход Российской Федерации может быть разрешен судом в порядке рассмотрения антикоррупционного иска прокурора (пункт 5.3).

Действия по даче и получению взятки независимо от дальнейшей квалификации действий получателя незаконного вознаграждения по соответствующим статьям уголовного закона является по своей гражданско-правовой форме сделкой по передаче денежной суммы или иного имущества в качестве встречного предоставления за совершение второй стороной фактических или юридических действий в интересах взяткодателя (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации). Такое коррупционное действие имеет гражданско-правовую составляющую, позволяющую применить правовой механизм, закрепленный статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, в отношении антисоциальных сделок, достижение результата которой не отвечает закону или нормам морали, заведомо противоречит для участников гражданского оборота основам правопорядка и нравственности.

В определении от __.__.____ №-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что предусмотренное статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации правило о том, что в случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом, не является мерой уголовно-правового характера и не равнозначно штрафу как виду уголовного наказания.

Таким образом, любое имущество, полученное вследствие коррупционных правонарушений, не может являться легальным объектом гражданского оборота и подлежит безусловному обращению в доход государства. Иное применение закона фактически легализует коррупцию, освобождает виновных лиц от ответственности и поощряет противоправное поведение в силу его безнаказанности.

В целях необходимости обеспечения баланса конституционных ценностей, предотвращения незаконного обогащения, являющегося конечной целью совершения деяния коррупционной направленности, рассматриваемый способ противодействия коррупции должен быть реализован в процедуре гражданского искового судопроизводства.

Из содержания постановленного в отношении ФИО1 приговора суда следует, что изъятие денежных средств, являвшихся предметом недействительной (ничтожной) сделки, не производилось, поэтому вопрос о применении последствий недействительности ничтожных сделок при совершении преступления, предусмотренного частью третьей статьи 290 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с пунктом 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

С учетом установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, характера действий ответчиков, исходя из того, что сторонами совершены преступные действия с целью заведомо противной основам правопорядка, которые фактически привели и к возникновению гражданских правоотношений в виде договора об оказании услуг, что установлено вступившим в законную силу приговором суда, суд приходит к выводу о наличии совокупности условий признания сделки ничтожной, и с учетом приведенных положений международного и национального законодательства в их совокупности, оснований для удовлетворения исковых требований о применении последствий недействительности ничтожной сделки путем взыскания с ФИО1 денежных средств в бюджет Российской Федерации.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании заявила о признании иска, о чем представила заявление.

В силу статьи 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

Признание иска ответчиком в полном объеме не противоречит закону и не нарушает права и интересы других лиц.

Оснований полагать, что признание иска совершено с целью сокрытия действительных обстоятельств дела или под влиянием обмана, насилия, угрозы, добросовестного заблуждения, у суда не имеется.

До принятия признания иска, ответчику разъяснены процессуальные последствия признания иска, предусмотренные статьей 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части четвертой статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае признания ответчиком в мотивировочной части решения суда может быть указано только на признание иска и принятие его судом.

С учетом изложенных обстоятельств, суд считает возможным принять признание иска ответчиком ФИО1

Сопоставив в совокупности исследованные вышеприведенные доказательства с учетом их относимости и допустимости, учитывая что применение последствий недействительности ничтожной сделки могут быть заявлены любым заинтересованным лицом, а также положения статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, усматривающей право прокурора обратиться в суд с заявлением в защиту интересов Российской Федерации, а также признание исковых требований ответчиком ФИО1, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению заявленные прокурором Зубово-Полянского района Республики Мордовия исковые требования о признании недействительной сделку, совершенную между ФИО1 и ФИО2 по передаче денежных средств в качестве взятки в период с 12 декабря 2017 г. по 10 апреля 2018 г. в общем размере 124 000 рублей.

В соответствии с абзацем 21 пункта 4 Правил осуществления федеральными органами государственной власти бюджетных полномочий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2007 г. № 995, администрирование доходов, полученных от обращения по решению федерального суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, доходов от конфискованных денежных средств, полученных в результате совершения коррупционных правонарушений, а также доходов от денежных средств от реализации конфискованного имущества, полученного в результате совершения коррупционных правонарушений, осуществляется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц.

Согласно пункту 1 Положения о Федеральной службе судебных приставов, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1316, ФССП России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по обеспечению установленного порядка деятельности судов, исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц, правоприменительные функции и функции по контролю и надзору в установленной сфере деятельности, а также уполномоченным на ведение государственного реестра юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности (далее - государственный реестр), и на осуществление федерального государственного контроля (надзора) за деятельностью указанных юридических лиц, включенных в государственный реестр.

В соответствии с абзацем седьмым пункта 8.1 Положения о Главном межрегиональном (специализированном) управлении ФССП России, утвержденном приказом ФССП России от 8 июля 2022 г. №434, данное управление осуществляет в соответствии с законодательством Российской Федерации организацию и осуществление принудительного исполнения судебных актов об обращении в доход государства в доход имущества, полученного коррупционным путем, выявленного в соответствии с Федеральным законом от 3 декабря 2012 г. №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

В связи с чем, соответствующие денежные средства подлежат взысканию в бюджет Российской Федерации в лице ФССП России.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При подаче искового заявления прокурор освобожден от уплаты государственной пошлины, а потому расходы по уплате государственной пошлины не понёс.

Согласно части первой статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

На основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации при признании иска ответчиком возврату истцу подлежит 70% суммы уплаченной им государственной пошлины.

Учитывая, что иск ответчиком ФИО1 признан, взысканию с неё подлежит 30% государственной пошлины, подлежащей уплате по данному иску, что составляет 1 416 рублей ((4 000 + 3% * (124 000 – 100 000)) * 30%).

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования прокурора Зубово-Полянского района Республики Мордовия, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, ФИО2 о применении последствий недействительности ничтожной сделки, взыскании денежных средств в бюджет Российской Федерации, удовлетворить.

Признать недействительной сделку, совершенную между ФИО1 (паспорт №) и ФИО2 (паспорт №) по передаче денежных средств в качестве взятки в период с 12 декабря 2017 г. по 10 апреля 2018 г. в общем размере 124 000 рублей.

Применить последствия недействительности сделки взыскав с ФИО1 в доход Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов денежные средства в размере 124 000 (сто двадцать четыре тысячи) рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Зубово-Полянского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 1 416 (одна тысяча четыреста шестнадцать) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Зубово-Полянский районный суд Республики Мордовия.

Судья Н.А. Цыганова

Мотивированное решение суда составлено 28 апреля 2026 г.